Глава 10

Летиция, услышав стук в дверь, подняла взгляд от бумаг, которые изучала, сидя в своём кабинете в «Чае и сладостях». Кое-какие цифры не сходились, и у девушки уже начала побаливать голова от всех этих бесконечных расчётов. Хорошо ещё, что у неё есть управляющий, на которого можно положиться.

А вот и он.

– Что-то случилось, Говард? – спросила Летти. Теперь, когда всем стало известно о случившемся с Финнеасом, она стала поводом для разговоров в гостиных столицы. Арестовывать её пока никто не пришёл, но настоящего убийцу так и не нашли.

– К вам князь Чаудхари, – сообщил ей управляющий.

– Вот как? – удивилась внезапному визиту Летиция. – Что ж, пригласи его войти. И распорядись о чае!

Когда Говард вышел, она невольно потянулась за зеркальцем. В стеклянной глади отразилось бледное лицо в обрамлении чёрной ленты, удерживающей непокорные светлые пряди. Новую одежду Летти, как и собиралась, приобрела в лавке готового платья, однако та с каждым днём удручала всё больше. Не столько из-за унылой мрачности, сколько из-за того, что носить траур по человеку, о котором не выходило пролить и слезинки, казалось лицемерием. Выглядеть скорбящей невестой, не ощущая себя таковой, или, нарушив устои королевства, начать снова надевать платья других цветов?..

За последние дни Летиция настороженно ожидала новых визитов своих мучителей – Стефана Альберрана с очередными вопросами или постановлением взять её под стражу, шантажиста Джерома Эрделлина или же кузена, вздумавшего предпринять ещё одну попытку уговорить пожениться. Однако они, похоже, решили взять передышку и на некоторое время оставили её в покое. А Финнеас Броктонвуд…

Он, к её облегчению, не приходил к ней даже во сне.

Поправив выбившийся из-под креповой ленты локон и покусав губы, чтобы стали не такими бледными, Летти залилась краской. Почему ей так важно выглядеть красивой в глазах Рохана Чаудхари? Ведь они всего лишь деловые партнёры!

Вот ведь глупости!

Рассердившись на себя, Летиция отложила зеркальце, но не смогла ничего поделать с тем, как сильно забилось её сердце, когда скрипнула, открываясь, дверь, и в кабинете появился князь. Сегодня одежда на нём была серебристо-белая, резко контрастирующая с платьем самой владелицы чайной. Рядом с этим мужчиной она наверняка выглядела чёрной вороной.

– Доброе утро, альда Мортон! Я оказался поблизости и решил заглянуть к вам. А также лично отдать вам приглашение на приём.

Летти, поприветствовав визитёра, взяла у него гладкую карточку, на которой значились дата и время, а также адрес, по которому жил князь Чаудхари. При этом их руки слегка соприкоснулись. Ощутив тепло его смуглой кожи, девушка вздрогнула и едва не выронила приглашение.

Отчего-то в его присутствии она, привыкшая уже вести дела наравне с мужчинами, чувствовала себя как-то странно и, что ещё непонятнее, не могла найти ответа, почему именно рядом с ним. С этим следовало что-то делать. Но что?..

– Я не уверена, имею ли право принимать ваше приглашение… Ведь я в трауре. Прилично ли будет…

– Вы ведь не умерли, альда Мортон, – не сводя с неё внимательного взгляда тёмных глаз, проговорил он. – Вы живы. Так к чему хоронить себя заживо? Или гибель жениха означает, что и ваша жизнь тоже кончена? Я думал, в королевстве люди считают себя цивилизованными.

– Вы правы, – ощущая всё возрастающую неловкость от их беседы, пробормотала Летиция. – Я действительно жива. И я… приду на ваш приём.

– Буду очень рад.

Летти слишком долго подбирала приличествующий ситуации ответ, и пауза в разговоре грозила затянуться, но, к счастью, вошла Доркас с подносом.

– Чаю, князь Чаудхари? – выдохнув, предложила Летиция. – На сей раз я взяла на себя смелость угостить вас чем-то новым. Но, если хотите, могу распорядиться, чтобы приготовили такой же, как в прошлый раз.

– Не нужно, альда Мортон, я с удовольствием попробую тот, что нам принесли.

Чай с засахаренными лепестками фиалки, нежный и сладковатый, но без приторности, был заварен в белом фарфоровом чайничке. Отпустив Доркас, Летти разлила его самостоятельно, стараясь вести себя уверенно и ничем не выдавать того смятения, что охватывало её, когда этот мужчина находился так близко. К чаю прилагались также ванильные пирожные, баночка апельсинового мармелада и марципановые фигурки лебедей.

Не зря же заведение носило название «Чай и сладости»!

Летиция, пододвинув угощения к гостю, решила ограничиться напитком.

– Как идут дела в ваших чайных лавках? – полюбопытствовал князь Чаудхари.

– Всё хорошо. – Летти вспомнила, что планировала открыть ещё одну – прямо перед тем, как её жениха убили. Тогда, ещё не зная, что с ним произошло, она продолжала надеяться, что сумеет откупиться от него и обрести наконец-то желанную свободу от брака, о котором когда-то договорился её отец.

На мгновение промелькнула вдруг мысль, а как бы всё складывалось, если б Финнеас оказался не таким, каким он был, а совсем другим человеком? Пусть даже не слишком привлекательным внешне, но умным, великодушным, честным. Если бы он хоть немножко любил её и предлагал бы настоящее партнёрство, а не глянцевую супружескую жизнь напоказ с её низменной и неприглядной изнанкой.

Задумавшись, Летиция не сразу расслышала, что ей задали вопрос – как назло, именно о женихе.

– Вы любили альда Броктонвуда? – спросил Рохан Чаудхари, глядя на неё поверх чашки. – Я прочёл в газете о его смерти. Простите, что не выразил свои соболезнования сразу.

– Это слишком личный вопрос, – отозвалась Летти.

– Но на него просто ответить, не так ли? Всего лишь одно слово – «Да» или «Нет». Однако, если вы затрудняетесь с ответом, выходит, что ближе ко второму варианту.

– Люди моего круга редко женятся по любви.

– Но не потому, что не умеют любить.

Летиция промолчала и, чтобы занять рот, откусила кусочек пирожного, хотя и не собиралась ничего есть. Умела ли она любить? Она не знала. В академии этому не учили. Но она видела отношения её родителей и втайне мечтала, что когда-нибудь её собственная семья будет такой же счастливой и любящей… Может быть, даже крепче, чем у Витториуса и Елены Мортон. Ведь его подолгу не бывало дома, а жене и дочери оставалось только скучать по нему.

– Сейчас нет смысла поднимать эту тему, – сказала Летти, прожевав. – Финнеаса Броктонвуда больше нет. А моя жизнь, как вы верно заметили, продолжается.

– Достойный ответ. Мне приятно слышать, что вы не поставили на себе крест. Было бы досадно, если б такая девушка, как вы, ушла в монастырь.

От его слов «такая девушка, как вы» глупое сердце снова затрепыхалось, как пойманная в силки птичка.

– Не извольте беспокоиться, в монастырь я точно не собираюсь, – заверила собеседника Летиция.

– Вот и отлично. – Его чётко очерченные губы дрогнули в улыбке. – Общество понесло бы большую потерю, вздумай вы от него отдалиться.

Раздался стук в дверь, и в кабинет робко заглянул управляющий.

– К вам Стефан Альберран, – сообщил он. – Сказать ему подождать? Предложить чаю?

– За счёт заведения, – быстро ответила Летти. Он пришёл снова? Может быть, у него наконец-то появились новости?..

– Пожалуй, не стану вас задерживать, – поднялся князь. – Это ведь что-то важное? Вы прямо в лице переменились, когда услышали имя пришедшего.

– Он из Службы Правопорядка, – пояснила она. Чай уже был допит, но тепло чашки согревало ладони, и Летиция неохотно выпустила её из рук. – Ведёт дело об убийстве альда Броктонвуда.

– Вот как… Тогда я пойду. Проводите меня?

Летти согласно кивнула и вышла из кабинета в общий зал вместе с Роханом Чаудхари. Говард, чтобы не мешать, ушёл вперёд. Её управляющий умел быть незаметным и расторопным, выполняя все её пожелания – иногда ещё до того, как она успевала их озвучить.

Альберран стоял у прилавка, разглядывая выставленные там изысканные сладости. Его лицо казалось непроницаемым, но, увидев Летицию в сопровождении князя, он уставился на них с удивлением, быстро переходящим в выражение смущения. Казалось, будто его расстроило её появление в компании мужчины.

С чего бы?..

– Здравствуйте, господин Альберран, – ответила на его приветствие Летти и снова повернулась к своему спутнику, чтобы попрощаться с ним.

– Было приятно провести с вами время, альда Мортон. Не забудьте о моём приглашении! – проговорил он, целуя её руку. – До скорой встречи!

– До свидания, – ответила она, чувствуя, что все взгляды сейчас обращены на них. И Стефана Альберрана, и стоящей за прилавком Доркас, и немногочисленных в этот час посетителей чайной. – Я не забуду, обещаю.

Когда князь Чаудхари вышел, Летиция обернулась к представителю Службы Правопорядка.

– Я к вашим услугам, господин Альберран. Прошу вас, пройдёмте в мой кабинет. Доркас, принеси, пожалуйста, нам чай… на твой выбор.

– Да, альда Мортон.

Мимолётно подумав, что, если будет чаёвничать с каждым визитёром, то наверняка лопнет, Летти провела молодого человека в кабинет и указала ему на кресло, в котором некоторое время назад сидел князь. В воздухе всё ещё витал его запах, уже казавшийся знакомым. Так же пахло и его письмо.

– У вас есть для меня новости? – прямо спросила Летиция, когда они расселись по местам.

– Приехали родственники альда Броктонвуда.

– Им уже сообщили?

– Они не знали, что он убит. Приехали потому, что супруге Берланда Броктонвуда перестал подходить жаркий климат. Она в положении.

– Берланд Броктонвуд, – повторила Летти. – Не знаю такого. Вы… их подозреваете?

– Меня настораживает, что у них не сохранились билеты, даты на которых свидетельствовали бы, что эта семья прибыла в королевство уже после убийства.

– Полагаете, они могли приехать раньше и избавиться от Финнеаса… ради его наследства? Но если они действительно давно не виделись, то откуда знали, что он не писал завещания? И как им удалось отравить напиток в бутылке, которая стояла в его гостиной?

– В том и загадка, альда Мортон, – вздохнул собеседник. – Кажется, я зашёл в тупик. Делаю всё возможное, но…

– Но самой вероятной подозреваемой по-прежнему остаюсь я? – Летиция посмотрела ему в глаза. – Поверьте, я не убивала своего жениха. И я очень хочу, чтобы вы нашли настоящего преступника. Готова помочь всем, чем смогу, чтобы это случилось поскорее.

Вошла Доркас, поставила на чайный столик новый поднос и унесла тот, что приносила раньше.

– Угощайтесь, господин Альберран. Вы сейчас так напряжённо работаете. Вам не помешает немного отдохнуть и подкрепиться.

– Вы очень добры, – пробормотал он. Доркас не пожалела закусок, а чай – Летти принюхалась – заварила с перечной мятой, шиповником, листьями мальвы и другими травами, благодаря которым напиток приобретал свежий аромат летнего луга. – Я спрошу ещё раз – есть у вас какие-нибудь соображения о том, кто мог убить вашего жениха?