Глава 16

Я стояла в углу зала и смотрела, как Марат готовится к бою. Он растягивался и разминался, каждое движение было пропитано силой и уверенностью, но я видела, что внутри он напряжен, как пружина. Его мышцы перекатывались под кожей, словно у крупного хищника перед прыжком. Он редко поднимал взгляд, сосредотачиваясь на каждом вдохе и выдохе, на каждом движении. В этом моменте казалось, что мир сужается до одной-единственной цели — победить.

Но даже здесь, в его подготовке, я могла различить тень тревоги. Марат не был таким беспечным, как казался; он знал, что предстоящий бой с этим Монстром из Китая будет не простым. Он сосредоточенно разминал плечи, прыгал на месте, прокручивал шею. Глядя на него, я чувствовала нечто вроде гордости, хотя во мне бушевали и другие, более противоречивые чувства.

В это время в другом конце зала разогревался Монстр. Он был по-настоящему огромным — шире и выше Марата, его массивные мышцы выделялись под обтягивающей майкой. Он разминается, поднимая гантели и бросая резкие взгляды в сторону соперника. Его взгляд презрительно скользит по Марату, и он едва заметно ухмыляется.

Вокруг него толпятся несколько зрителей и тренер, которые, похоже, убеждены в его победе. Монстр уверенно вскидывает кулак, демонстрируя мускулы, подначивает соперников и размахивает руками, показывая, что Марату не продержаться и пары раундов.

С каждым мгновением я чувствовала, как в моем сердце нарастает тревога. Этот бой станет испытанием для Марата, и я не могла отделаться от ощущения, что все произойдет слишком быстро. Я наблюдала за его сосредоточенным лицом и видела, как Монстр подходил к рингу, не сводя глаз с Марата, готовый сокрушить его любым способом.

Марат закончил свою разминку и в последний раз глубоко вдохнул, бросив взгляд в мою сторону. Его глаза встретились с моими, и я слегка кивнула, передавая ему свою уверенность и поддержку. Но что бы ни случилось, я знала, что этот бой станет для него испытанием. А для меня очередным ужасом. Я все еще помнила, как он тяжело переносил прошлое поражение, как лежал в больнице под капельницами. Прошло совсем мало времени. Я не уверена, что он готов к бою с таким как Монстр.

Ринг освещен яркими прожекторами, их свет отражается от натянутых канатов и блестящих полов. Зрители выстроились вокруг, создавая сплошное кольцо гудящего, волнующегося моря. Их голоса, выкрики и аплодисменты заполнили зал. Люди разогревались так же, как и бойцы на ринге, их лица горели в предвкушении шоу, их глаза метались между соперниками, жадно ловя каждое движение.

Марат и Монстр стояли напротив друг друга, каждый напряжен, словно пружина перед прыжком. Марат взвешивал свои силы окидывая взглядом своего соперника, держал кулаки наготове, каждый мускул на его теле был напряжен и готов к атаке. Монстр же в своей уверенной манере улыбался, слегка покачиваясь из стороны в сторону. Его массивные плечи и крепкие кулаки бросали вызов любому, кто пытался бы его одолеть.

Гонг раздался громко и резко, словно отсчет в начале боя. Монстр двинулся вперед первым, стремительно и жестко, словно кувалда. Марат успел уклониться от его первого удара, но тот продолжал напирать, заставляя Марата двигаться к краю ринга. Мои руки непроизвольно сжались в кулаки, и я с трудом удержалась от крика. Марат контратаковал, нанес быстрый удар в корпус Монстра, но тот лишь слегка пошатнулся. Под одобрительные крики зрителей, Монстр обрушил на Марата целую серию ударов, заставляя его пятиться назад, но Марат не поддавался панике, умело защищаясь. Его взгляд неотрывно следил за движениями противника, он выглядел спокойным и собранным, как будто знал, что на ринге только он сам может обеспечить себе победу.

Каждый удар отдавался эхом в моем сердце. Я едва дышала, наблюдая за движениями Марата. Этот бой не был просто еще одним поединком — это было испытание на прочность, на выдержку, на умение перехитрить соперника. И все же мне было страшно видеть, как Марат вынужден отступать перед превосходящей мощью противника.

Когда они разошлись после очередного обмена ударами, я увидела, как на губах Марата появилась тонкая кровавая линия, и сердце сжалось от боли. Но Марат лишь стер кровь рукой и ухмыльнулся, зная, что это только начало боя.

С каждой минутой бой казался всё более изнурительным. Марат защищался от каждого удара Монстра, его кулаки метались перед лицом, а ноги едва успевали уворачиваться от мощных выпадов. Его дыхание становилось тяжелым, но он держался. Он отступал к краю ринга, скованно подпрыгивая на месте, неотрывно глядя на своего соперника.

Монстр ослабил защиту, уверенный, что Марат на грани поражения, и решительно двинулся вперед, пытаясь загнать его в угол. Я заметила, как его глаза блестели от горделивого удовлетворения. Это был его шанс закончить бой одним сокрушительным ударом. Зрители выкрикивали и требовали от него завершить схватку, но он явно недооценивал Марата.

Как только Монстр сделал шаг ближе, размахнувшись кулаком для удара, Марат резко уклонился, скользнув по рингу и уворачиваясь от атаки. Его глаза вспыхнули холодным блеском, и в этот момент он перехватил инициативу. Уловив слабину в защите противника, Марат нанёс сокрушительный удар правой в бок Монстра. Глухой звук удара раздался по всему залу, и Монстр вздрогнул, его улыбка исчезла.

Марат, поймав момент, не дал ему опомниться и вонзил кулак в челюсть противника, затем левым боковым по печени. Тот пошатнулся и начал отступать, сбитый с толку внезапной атакой.

Марат стал наносить удары быстрее и жестче, его атаки точно попадали в уязвимые места, он давил на Монстра, не давая тому возможности ответить. Монстр отступал, его массивное тело дрожало от изнурения, а лицо исказилось от боли. Когда Монстр в очередной раз попытался ударить, Марат ловко увернулся и внезапно выбросил левую ногу, врезавшись в его колено. Гигант охнул и рухнул на колени, ошарашенный контрударом. Марат не останавливался, обрушивая на него кулаки один за другим. Волна ликования раздалась по залу, а я сжала руки так сильно, что ногти впились в ладони. Марат сумел переломить ход боя, и сейчас все зависело от его выдержки и сил.

Марат уверенно наступал на противника, шаг за шагом приближаясь к сокрушительной победе. Несмотря на усталость и травмы, он двигался стремительно и расчетливо, умело уклоняясь от ударов Монстра и находя новые уязвимые точки в его обороне. Монстр уже не выглядел таким грозным: его движения были сбиты, атаки хаотичны. Марат, чутко улавливая его слабость, не давал времени на восстановление. Он загнал противника в угол, где атаки Монстра окончательно потеряли четкость и силу. Толпа замерла в напряжении, наблюдая за тем, как Марат готовится к завершающему удару.

Я видела, как его взгляд фокусируется, а руки сжимаются в железные кулаки. Последний рывок, одно точное движение — и Монстр рухнул на настил, словно подрубленный дуб. Его массивное тело глухо ударилось об пол, и на ринге повисла полная тишина. Зрители застыли на мгновение, словно не веря в то, что произошло.

Марат стоял, дыша тяжело и громко, но с победной улыбкой на лице. Его глаза блестели триумфом, и, как только судья поднял его руку в знак победы, зал взорвался овациями. Толпа ревела, кричала и аплодировала ему, окружая ринг в восторге. Но я видела, как Марат, несмотря на общее ликование, обернулся в поисках моего взгляда. Я улыбнулась ему…возможно впервые за все время, что мы были с ним знакомы и его глаза вспыхнули, уголок рта дернулся в ответной усмешке.

Я не могла сдержать радость и облегчение, увидев его поднятую руку и лукавую улыбку. Бой был окончен, и Марат вышел победителем. Когда бой закончился, Марат с трудом держался на ногах, изможденный и окровавленный. Его губа была рассечена, под глазом наметился глубокий синяк, а костяшки пальцев разбиты в кровь. Но он держался с гордостью, не опуская головы, под звуки громких аплодисментов и восхищенные возгласы зрителей. Судья сопровождал его с ринга, окруженный тренерами и врачами, Марат возвращался в свою каюту.

Я шла следом, чувствуя нечто между тревогой и гордостью. Каждое его движение казалось мне болезненным, но он продолжал держаться прямо, словно не ощущал боли. Его лицо оставалось сосредоточенным и непроницаемым. Но я знала, что ему нужна поддержка, и чувствовала, как внутри меня разгорается волна. Мне хочется бежать к нему…помочь. Я ведь понимаю кто заставил его выйти на этот бой и почему.

Когда мы добрались до каюты, Марат тяжело присел на кровать, осторожно стирая пот с лица. Вокруг Марата суетился врач, но когда мой муж увидел меня он быстро сказал.

— Уйдите все вон! — врач тут же испарился, оставив все медикаменты на подносе.

Я подошла ближе и, не говоря ни слова, взяла бинты и антисептик. Внутри меня царило волнение, но я старалась скрыть его, сосредоточившись на своих действиях.

Аккуратно, сжимая в руках смоченный антисептиком ватный диск, я промокнула раны на его лице, стараясь делать это так мягко, как только могла. Он едва заметно поморщился, но не отстранился. Я промывала его разбитые кулаки, убирала кровь с его губы.

— Шах, да? — тихо спросила я.

Он кивнул, а я сосредоточилась на том, чтобы обработать раны Марата. Осторожно смазывала синяки и ушибы антисептиком. Марат не вздрагивал, только слегка морщился, но терпеливо позволял мне заниматься своей работой.

— Здесь будет глубокий синяк, — сказала я мягко, накладывая лед на его глаз. — И эта рассеченная губа… больно?

— Нет!

Его взгляд скользнул мимо меня, как будто в мыслях он был далеко. Но я заметила, как мышцы на его плечах начали расслабляться под моими руками.

— Ты отлично справился, — прошептала я, опускаясь на колени перед ним, чтобы перевязать его руку. — Ты был таким сильным, таким сокрушительным…

Марат посмотрел на меня, его глаза встретились с моими, а уголки губ приподнялись в легкой улыбке.

— Я обещал, что разорву его на британский флаг, — сказал он хрипло. — Я ведь всегда держу обещания.

Я улыбнулась в ответ, заботливо наматывая бинты на костяшки пальцев, и наблюдая, как он медленно расслабляется под моими прикосновениями. Когда работа была завершена, я почувствовала, как его пальцы мягко коснулись моей руки, а затем сжали её чуть крепче.

Я судорожно вздохнула и взгляд скользнул по его крупному, голому торсу, по татуировкам на плечах, руках шее и спине. На коже выступили бисеринки пота. У него невероятно красивое, идеальное тело и я смотрю на него чувствуя, как меня охватывает волнение.

— Бинты надо завтра снять…так раны быстрее заживут. На воздухе.

Мы смотрели друг другу в глаза, и он не выпускал мою руку из своей, держал ее крепко, соединяя пальцы с моими. Никогда так долго не держала свой взгляд, переплетенный с его…никогда так долго не смотрела на своего мужа. Его радужка казалась светлее чем обычно, словно в ней сверкали искры от ночников в каюте. Разбитые губы сочные, красные, резко очерченные, как будто бордовым карандашом, контрастируя со смуглой кожей.

В этот момент судно вдруг сильно качнуло. Я пошатнулась и едва не упала на Марата, он подхватил меня за талию, а его лицо нахмурилось.

— Кажется, начался ураган… — не отрывая взгляд от меня сказал Марат. Тембр его голоса стал мягче и у меня что-то дернулось в груди.

— Спасибо, — хрипло прошептал он.

Выглянув в иллюминатор, я увидела бушующее море и тучи, сгущающиеся на горизонте. Судно качалось, словно игрушечное, и мы оба почувствовали, что этот шторм только начался.

Внезапно судно качнуло так сильно, что я ощутила, как пол уходит из-под ног, а стены каюты наклоняются под углом. Волна тревоги захлестнула меня, и я увидела, как в глазах Марата тоже мелькнула настороженность. Судно снова качнуло, и мы оба спешно ухватились за край кровати, пытаясь не упасть.

— Что происходит? — спросила я, пытаясь перекричать грохот и скрип металла.

Марат нахмурился и потянул меня к двери.

— Мы, похоже, попали в зону циклона.

Звуки сирены раздались по всему кораблю, оглушая, и по громкоговорителю раздавался голос капитана, предупреждающего о шторме и том, что пассажирам нужно слушать и действовать согласно инструкциям членов экипажа. Судно наклонялось из стороны в сторону, чувствуя напор волн, которые обрушивались на него.

Мы с Маратом вышли в коридор, цепляясь за стены и поддерживая друг друга. Волны ударяли о борта с такой силой, что металлический корпус скрипел, а пол под ногами вибрировал. Вдоль коридоров сновали стюарды, проверяя каюты и успокаивая пассажиров.

Марат обернулся ко мне, его лицо было серьезным и сосредоточенным.

— Держись рядом, — сказал он, крепко взяв меня за руку. — Нам нужно идти на палубу и узнать у экипажа, что дальше.

Мы начали пробираться через наклоняющиеся коридоры, чувствуя, как судно покачивается на волнах. Каждый шаг давался с трудом, но Марат не отпускал меня. Едва удерживаясь на ногах, мы направились на палубу, цепляясь друг за друга, чтобы не упасть.