Глава 11

Стас ушёл на работу, а меня накрыло какое-то непонятное чувство тревоги и опасности, хотя умом понимала, что ничего со мной не может случиться в закрытом помещении. А уж про Стасика и вообще нечего говорить, сразу видно, что этот мужчина в состоянии о себе позаботиться.

Одноглазый кот по имени Барсик, тоже показывал необычное беспокойство. Он ходил из комнаты в комнату, а потом на кухню, иногда пробуя прилечь то на подоконнике, то на диване, но спустя минуту вскакивал и начинал снова наматывать, уже привычные, круги по квартире.

Вначале я с любопытством наблюдала за его перемещениями, развлекаясь тем, что пробовала предугадать его следующие место дислокации, но вскорости это дело мне поднадоело и я принялась читать книгу, время от времени всё же краем глаза присматривая за животным.Следя за событиями в жизни книжных героев, я незаметно для себя, сладко задремала.

Проснулась внезапно от острой боли в кончиках пальцев и с изумлением заметила, что меня самозабвенно кусает потерявший страх Барсик. Зашипев от неприятных ощущений, рефлекторно дёрнула рукой и скинула зверюгу, тем самым отцепив его острые зубки от моей конечности. Кошак приземлился на все четыре и, не особо расстроившись из-за отобранной добычи, облизнулся и гнусаво заорал. Только тут я услышала, что песнопения животинки подкрепляются громким стуком в дверь и не менее оглушительными воплями из-за неё.

Зычный мужской голос остервенело требовал покинуть помещение. Я поборола желание сжаться в комочек и с опаской подошла к двери, прислушавшись. В неё бахнули ещё раз и переместились к соседней с аналогичными требованиями. Я увидела через глазок, что спустя минуту на площадку вышла соседка, кутаясь в пушистый розовый халат и предстала  перед дородным мужчиной в форме. Поинтересовавшись о причине данного явления, она получила ответ, что в квартире этажом выше произошла утечка газа и теперь эвакуируют жильцов, дабы приступить к ликвидации угрожающего явления. По тому, как всполошилась женщина, я уразумела, что это и впрямь опасно, но выбегать сломя голову пока всё же страшилась. Тем временем перепуганная соседка выскочила на лестницу, закрыв за собой квартиру, и побежала вниз, а через несколько минут я услышала быстрый топот и по ступенькам пробежали люди, жившие в квартирах выше, а следом за ними спускался давешний мужик в форме. Он снова направился к моей двери и опять начал стучать.

— Кто там? – перепуганным голосом поинтересовалась я. И не удивилась, когда услышала ответ, ранее озвученный соседке об утечке, возможном взрыве и эвакуации.

— Минуточку. Только кота схвачу и выйду! — пообещала я и кинулась к Барсику, а выхватив оного, вновь приникла к глазку.

Выходить было страшно – куча незнакомых и непонятных людей, кутерьма, вопли и суетливая беготня, но оставаться тут, возможно не менее опасно. Словно в подтверждение моих выводов по лестнице промчалась ещё парочка особей, и я, отбросив сомнения, щёлкнула замком.

Дверь я аккуратно закрыла, спрятала ключи в карман и начала спешно спускаться по ступенькам, чувствуя неприятный удушающий запах, который я ни с чем не могла сравнить. А через минуту уже была во дворе, который заполнили жители нашего дома.

Толпа ощутимо нервничала, а кое-кто громко причитал и даже плакал. Заприметив яркое розовое пятно соседского халата, кинулась и ней и молча пристроилась подле. Всё же знакомая, хоть и заочно. Женщина нервничала и тихонько подвывала, закусив ворот своего одеяния. Я, преисполнившись общим волнением, ещё крепче сжала, и так едва дышащего от моих объятий, кота и тоже замерла, следя за работой людей в форме.

– Ты знаешь, что случилось? – в конце концов заприметив меня, спросила соседка.

– Нет! — качнула я головой, удобнее перехватив Барсика.

– Это всё наркоманы! – полушёпотом поведала собеседница, наконец отвлёкшись от своих страданий.

– Наркоманы? – переспросила я, подняв брови.

— Они, проклятущие! — кивнула соседка, – Снимают квартиру прямо надо мной. Мне тут один из этих – женщина многозначительно махнула рукой на людей в форме, – рассказал, что эти остолопы сами ушли куда-то, а газ на плите не перекрыли. Соседи почувствовали запах и вызвали сто четыре. Теперь вот дверь взламывают, хозяину уже позвонили.

Я осуждающе покачала головой, стараясь поддержать словоохотливую соседку, но та внезапно подозрительно прищурилась и спросила:– А ты вообще-то где живёшь? Что-то я тебя раньше тут не видела.

— В тридцать третей. – ответила я, потупившись.

– Со Стасиком, что ли? — уточнила она. И дождавшись моего утвердительного кивка, продолжила допрос:– А сама то ты кем ему приходишься?

У меня от страха сердце провалилось вниз и перепуганным зайчиком замерло в пятках. Вот что я должна ей ответить? Скажу — сестра, а вдруг она сестёр всех знает, подруга — дык чего тогда с ним живу, а не у себя дома. Тем не менее неугомонная женщина сама решила ответить на свой вопрос.

— Невеста, да? — с надеждой вопросила она, а заметив моё смущение, добавила, — Да ты не стесняйся, дело то молодое, а Стасику давно пора остепениться, тем более с такой то милашкой!

Я не смогла на это ничего ответить, а только отмалчивалась и краснела ещё больше. Как нехорошо получилось! Что теперь делать? Обманывать соседку не хотелось, да и вдруг у Стаса имеется уже наречённая или зазноба, а тут такое вот вывернулось.

— Ты смотри какая прелесть! — искренне восхитилась она моим румянцем, принимая чувство стыда от вранья за естественную скромность. А вслед за этим, по свойски потрепав меня за щёку, заприметила кого-то знакомого чуть поодаль, с истошным воплем "Никитична!", на всех парах понеслась в сторону вышеупомянутой.

Я снова осталась в одиночестве, не считая конечно же Барсика, который то и дело пытался дезертировать, но я была на чеку и держала его довольно таки крепко.

Люди вокруг собирались группками и что-то бурно обсуждали, то и дело махая руками в сторону дома, возможно даже загадочных наркоманов, о которых упоминала Розовый Халатик. Я опасалась примыкать к любой из группировок и стояла в стороночке как бедный родственник.

— Алевтина Нелидова? – внезапно гаркнули за спиной, заставив меня подскочить от неожиданности и резко развернуться, а кота впиться мне в руку остренькими коготками. Передо мной застыл, как Сивка Бурка, молодец в чёрной футболке и странных грязно-зелёных, скорее болотных, штанах с множеством карманов.

– С кем имею честь? – спросила я с любопытством и насторогой, ещё раз окинув взглядом пришельца.

– Меня зовут Влад и я от Стаса. — коротко пояснил он, видимо, полагая, что этого объяснения вполне достаточно.

– Зачем? – немного невпопад поинтересовалась я, выразив этим вопросом свое недоверие к особе собеседника. Мужчина слегка вздохнул и соизволил ввести меня в курс более подробными рассказом.

– Стасу на работу позвонил кто-то из соседей и поведал, что тут стряслось. А мне он поручил доставить Вас к нему, так как сам он приехать никак не может.

Я скептически подняла брови и отступила на шаг. Этот, впервые мною видимый, мужик действительно предполагает, что я ему просто так поверю на слово? Хотя с другой стороны откуда он мог узнать как меня зовут? Не иначе как от Стаса! А вдруг сам Стасик вчера настолько поразился нашим совместным походом по магазинах, что вызвал эту самую пресловутую "Дурку", в которую меня упекут? А этот тогда получаеться представитель дурковского контингента? Ээээ нет! Меня на мякине не проведёшь!

И я сделала ещё один осторожный шажочек назад, стараясь, чтобы дуркоупекатель его не заметил. Но тщетно!

Мужик судя по всему, был достаточно внимателен, и недовольно нахмурил брови в ответ на мои манипуляции. А затем, молниеносным движением протянул свою руку и схватил меня за запястье. Я прижала кота ещё крепче до сдавленного мявка и поморщилась от боли, прочувствовав силу захвата и остроту коготков полузадушенного Коти.

Молодец подключил к работе вторую конечность, уцепившись в моё плечо и слегка тряхнул. Я вырывалась как могла, уже полностью осознав, что нападавший вовсе не от Стаса, даже если тот и вызвал "Дурку". Просто, почему-то была уверена на сто процентов, что так меня хватать Стасик врядли бы позволил.

Руками отбиваться мне было не под силу, поэтому в ход пошли ноги, обутые, к сожалению, в лёгкие туфли, а не в ковбойские сапоги со шпорами о которых я читала в книгах. Будь я в них, нападавшему точно не поздоровилось, даю руку на отсечение!

Не выдержав моих брыканий, Влад сменил тактику, отпустив моё запястье и, взамен, схватив меня за горло, со всей силы сдавив его до появления оранжевых пятен у меня перед глазами. Инстинктивно расжав руки и выпустив кошака, схватила мужчину за пальцы, попытавшись отодрать их от своей шеи.

Барсик шмякнулся на траву, но вместо того, чтобы поскорее убежать, дико заверещал и, подпрыгнув, со всей дури вонзился когтями в бедро душителя и его, стыдно сказать, детородный орган. Глаза мужика едва ли не вывалились из орбит, а сам он взвыл так, что я заподозрила его во внезапном превращении из Влада во Владиславу.

При таком то огорчении и не удивительно, что оно сразу же отпустило меня и, отодрав Барсика от своих телес, швырнуло благородное животное в сторону соседнего дома. Я же, не теряя времени даром, кинулась подальше от бандита, но меня подвела коса, взметнувшаяся в след за мной и тут же попавшая в руки мужчины. Он, не будь дураком, принялся наматывать её на ладонь, стараясь подтянуть мою сопротивляющуюся тушку поближе. А потом меня накрыла темнота…

В нос ударил резкий противный запах, казалось он в пронзил мой мозг подобно игле и заставил, хоть и нехотя, разлепить веки. Надо мной склонилась давешняя соседка и мужчина в форме, который держал перед моим лицом непонятный пузырёк из тёмного стекла, испускающий как раз тот самый, с позволения сказать, аромат, привевший меня в чувство.

– Деточка, как ты? – спросила меня Розовый Халатик, увидев, что я пришла в себя. Я отстранила руку мужчины, всё ещё державшего перед моим носом бутылочку и попыталась встать, но меня придержала соседка, не дав принять вертикальное положение.

– Тихо, тихо, деточка, полежи ещё чуть-чуть, а то снова сознание потеряешь.

Тем временем человек в форме достал из небольшого чемоданчика маленький фонарик, посветил им мне в глаза, потом совершил ещё пару непонятных мне манипуляций и тоже поинтересовался моим самочувствием. Заверив обоих присутствующих, что у меня ничего не болит, я снова приняла попытку подняться. На этот раз меня уложил мужчина и порекомендовал ещё несколько минут полежать, затем осторожно постараться встать, а при малейшем головокружении и тошноте, тут же звать его. Халатик согласно покивала, убедив мужчину в своем намерении точно выполнять данные инструкции и он отчалил.

– Да что же это такое! — тихо запричитала соседка, опасаясь меня потревожить громким звуком, — Совсем эти маньяки распоясались. Прям среди толпы нападают! Ничего не бояться!

Я старалась тихо лежать, про себя отсчитывая минуты, когда уже можно будет хотя бы сесть.Голова начала слегка побаливать, а в висках пульсировать в такт моим подсчётам. Подняв руки к лицу, чтобы их помасировать в надежде избавиться от неприятного ощущения, я так и замерла, увидев на них помимо грязи ещё и следы от царапин. Барсик!

– Барсик! – вскричала я и резко вскочила, испугав тем самым не ожидавшую такого от меня подвоха соседку.

Голова мгновенно закружилась и меня повело в сторону, пришлось опереться об услужливо подставленное плечо моей самовызвавшейся сиделки.

— Ну что же ты, доця! –  охнула она, – Разве так можно! Ты же слышала врача!

– Что с котом? Где он? – не обращая на её укоры внимания, спросила я.

– Нет Барсика, сбежал! – покачала головой соседка.

Меня мгновенно обдало ознобом с головы до ног. Бедный котик, мой смелый спаситель. Как же он тут на улице сам?! А вдруг его обидят! Покалечат!

– Мне нужно его найти! – твёрдо произнесла я, намереваясь тут же отправиться на поиски.

— С ума сошла! – вскричала моя собеседница. — Тут маньяки по улицам разгуливают, нападают безнаказанно, а ты снова к ним в лапы кидаешься. Чёрт его знает, где этот, который набросился на тебя, сейчас затаился. Я же, как увидела, что он в тебя, как клещ, вцепился, так сразу на помощь кинулась и огрела авоськой его по голове. Вот бандит и убежал, а я, заметив, что ты на землю оседать начала, врача позвала, тут же их полно возле дома, вдруг мед помощь кому-то понадобиться, все же газ это опасно.

– А как же Барсик? – шмыгнула я носом.

– Да ничего с ним не случиться, – махнула рукой Халатик, – коты всегда находят дорогу домой, небось прячется где-нибудь в подвале, а как суматоха уляжется, вернётся. Тем более Стасик и так его время от времени выпускает погулять. – старалась успокоить меня женщина, увлекая в сторону дома.

Оказалось пока я тут отлёживалась, двери взломали, утечку устранили и хозяину впаяли штраф.

– Пошли, пошли, — вела меня соседка вслед за другими жителями, постепенно возвращающимися домой. – Меня, к стати, Степанида Кассиановна зовут, но можешь меня называть тётя Стэпа, меня тут все так кличут. А тебя как звать-величать?

— Аля, – тихо ответила я, не сопротивляясь её действиям.

— Хорошо, Алечка, сейчас ко мне пойдем, я тебе чайку сделаю, с пирожками попьёшь, я давеча только испекла их, свеженькие, с вишнями. – продолжала забалтывать она меня, как дитя малое, – Стасику позвоним. У тебя телефон есть? Нет? Тогда я наберу, у меня где-то записан его номер.

Дома у тёти Стэпы было уютно и спокойно. Пока хозяйка хлопотала на кухне, готовя угощение, я рассматривала многочисленные статуэтки и фотографии в серванте. На большенстве была изображена сама Степанида Кассиановна, начиная от совсем младенческого возраста и заканчивая где-то в возрасте сорока пяти — пятидесяти лет. И только одна фотография выбивалась из общей галереи, там где она молодая, в летнем лёгком платьице застыла в объятьях высокого плечистого мужчины в белой рубашке.

— Это мой муж, – едва слышно сказала она, незаметно подойдя  и заставив меня вздрогнуть от неожиданности. – Он пропал без вести почти сорок лет назад.

– Мне очень жаль. – тихо сказала я, растерявшись от такой личной и горькой информации.

– Мне тоже. – в ответ вздохнула соседка, а затем встрепенулась, как будто сбрасывая тяжесть воспоминаний, и уже бодрым голосом воскликнула – Ну что, пойдем чай пить. Стасику я уже позвонила, он скоро будет.

Когда я уже с успехом стрескала несколько восхитительных пирожков, которые были, между прочим, не только с вишнями, а ещё и с капустой, солёным творогом и зеленью и картошкой, в дверь позвонили.

– Это, наверняка, Стасик пришёл! — вскочила тётя Стэпа и довольно таки резво потопала открывать.

Мужчина зарвался на тётистэповскую кухню, как ураган, а заметив меня, замершую с откусаным пирожком в руке, в мгновение ока кинулся ко мне и сжал моё пострадавшее тельце в медвежьих объятьях, да так, что кости затрещали, а съеденные пирожки тут же попросились наружу.

— Алюша! – прошептал он мне куда-то в макушку, — Как ты?

– Хыыы́ыыы, — сдавленно просипела я, мысленно прощаясь с недоеденным пирожком, раздавленным между нашими телами и своей жизнью тоже, потому как дышать мне было нечем.

Стасик каким-то, видимо, шестым чувством догадался, что более вразумительного ответа в данном положении от меня не добъётся, и тут же отстранился, ослабив хватку.

— Все хорошо, Стас. — наконец смогла ответить я, но запнулась, заметив его потемневший взгляд, направленный на мою шею. Рука непроизвольно потянулась прикрыть следы нападения.Мужчина перехватил мою ладошку, и зло прошипел.

— Я найду этого гада, обещаю, Алюша!

Внезапно в глазах защипало и из них начали катиться слезы.

— Что такое, маленькая? Ты испугалась, да? Не надо, не бойся, я тебя больше в обиду не дам!

– Стааас, — уже в открытую рыдала я, — Я Барсика потеряла!!! Ыыыыыы!

— Аль, успокойся! — начал он вытирать ладонями мои щёки, – найдётся Барсик, этот двор он знает как свои усы, ты думаешь где он глаз потерял? Территорию защищал от захватчиков! Захочет кушать, придёт!

Я шмыгнула носом, слегка успокоившись.– Правда?

– Конечно правда, я тебя никогда не обманываю! – погладил он меня по голове, как маленькую.

– Так, молодёжь, хватит сырость разводить! Давайте лучше чай пить с пирожками! – послышался голос тёти Стэпы.

Чай мы пили ещё часа два, сначала в подробностях поведав Стасику об утечке газа и нападении маньяка, а потом развлекаясь рассказами Степаниды Кассиановны о её молодости, и ушли домой ближе к полуночи.А самое главное, что под дверью нас ждал весьма недовольный, но вполне себе живой и здоровый Барсик.