Глава 12 Заколдованный участок

— Так что делать будем, вашество? — уточнил Питерский. — Подать машину,? Поедем навестить Филиппа Петровича?

Я откинулся на спинку кресла, задумчиво глядя на лежавшие на столе бумаги. Посетить отца было необходимо, потому как стоило использовать свободный от практики день на полную.

— Теперь мне уже интересно съездить в этот опорный пункт, — произнес я.

Фома кивнул, встал из-за стола и заглянул на кухню, чтобы перекинуться парой слов с Иришкой. Я подумал, что придется искать новую кухарку, потому как вскоре девушка станет супругой важного человека и ей будет не по статусу работать прислугой. Питерский направился к выходу, на ходу откусывая пирожок, и выглядел донельзя довольным. И на душе стало светло от этого зрелища.

— А можно мне поехать с вами, Павел Филиппович? — робко произнесла Нечаева.

— Если хотите… — начал было я и замолчал, увидев, как на лице Арины Родионовны появилась довольная улыбка.

— Спасибо, мастер Чехов, — быстро произнесла она.

— Вы опять отбываете на весь день? — поинтересовалась Яблокова, но я пожал плечами.

— Как получится.

Людмила Федоровна только покачала головой:

— Эх, молодость. Твою бы энергию, да в другое русло, мастер Чехов.

Арина Родионовна с интересом взглянула на Яблокову, ожидая продолжения, но соседка не стала развивать тему и махнула рукой.

— Ступайте. Занимайтесь вашими важными делами. А мне сегодня придется следить за работниками, которые придут мастерить гараж.

— Распоряжайтесь Ярославом и Василием по своему усмотрению. Пусть тоже поработают. Заодно Козыреву будет некогда задирать Бориса Николаевича.

— У меня все хорошо, — внезапно раздался довольный голос, и давешний призрак высунул голову из потолка. — Я проверяю черепицу. И смею вас заверить, что работники неплохо перекрыли крышу. Но я бы заменил пару балок на свежие…

— Не надо ничего менять, — возразила Яблокова и добавила, — Это дерево еще вас переживет, уверяю.

— Сложно пережить мертвого, — пробормотал новый призрак и пронесся мимо нас в сторону лестницы.

— Вы все еще думаете, что оставить этого зануду в доме — хорошая идея? — тихонько уточнил я.

Людмила Федоровна усмехнулась и скрестила на груди руки:

— Ничего ты не понимаешь, Паша в сырных обрезках. Этот Борис инспектирует дом по моей просьбе. И я готова потерпеть его нытье, учитывая, насколько он хорошо проверил всю посуду на кухне…

— И разбил две тарелки, — раздался недовольный голос Иришка.

— Потому что они были с едва заметными сколами, — пояснила Яблокова. — Незачем нам есть с такой посуды. Лучше мы новую купим.

Я удивленно покосился на соседку, памятуя о ее привычной скупости. Но пояснять свое настроение женщина не стала.

Мы с Ариной Родионовной встали из-за стола и направились к выходу из гостиной.

На первом этаже призраки снова собирались устроить какую-то игру. Но заметив меня, они подозрительно притихли:

— Доброе утро, мастер Чехов, — с улыбкой начал Козырев. — Машина уже ожидает вас у крыльца.

Подобное добродушие обычно сварливого призрака меня насторожило. Но времени разбираться, что затеяли духи, у меня не было. Поэтому я выдал короткую инструкцию:

— Очень надеюсь, что за время моего отсутствия вы не сожжете и не разгромите дом. Иначе Людмила Федоровна очень расстроится.

При упоминании Яблоковой призраки напряглись. На бледных, полупрозрачных лицах, мелькнул страх.

— Что вы, Павел Филиппович, — заверил меня Василий. — И в мыслях не было устраивать что-то… эдакое. Просто хотели собраться в подвале, по-стариковски обсудить сплетни…

— Помните о Яблоковой и о том, что несущие стены в доме не должны быть повреждены, — повторил я и вышел на крыльцо.

Машина и впрямь уже меня ожидала. Рядом с ней маячил Ярослав, который услужливо открыл дверь.

— Спасибо, — ответил я, усаживаясь на заднее сиденье. — Присмотри за этими…

Я кивнул в сторону дома, откуда доносились голоса. Они уже перешли на повышенные тона.

— Сделаю, мастер Чехов, — ответил призрак и закрыл за Ариной Родионовной дверь. Сидевший за рулем Фома обернулся к нам:

— Какой адрес, вашество? — уточнил он.

Я продиктовал адрес опорного пункта. Питерский кивнул, завел двигатель, и авто выехало со двора.

— Вам необходимо найти себе водителя, — напомнила мне Нечаева. — Могу оставить заявку в агентстве и устроить просмотр претендентов.

— Не стоит, — я покачал головой. — Боюсь, что мне может не повезти так, как вышло с вами, Арина Родионовна. К тому же я не могу быть уверенным, что через агентство к нам в дом не проникнет кто-то из недоброжелателей. Все же в городе сейчас неспокойно. Многие недовольны происходящим с Черной Сотней. Не ровен час, кто-то из сочувствующих смогут войти в штат слуг.

— Тут вы правы, вашество, — согласился со мной Питерский. –Не вовремя я вас покидаю.

— Не думай об этом, — возразил я. — Тебе положено заниматься своими делами. Ты и так тратишь время на меня.

— Нам надо разобраться со взрывателем, Павел Филиппович. Это сейчас самое важное дело для моего отделения.

Он сказал это так уверенно и строго, что я невольно уважительно кивнул. Фома станет хорошим начальником. Никто и не поверил бы, глядя на этого здоровяка, что совсем немного времени назад он был обычным деревенским увальнем с бородой. Сейчас он ничем не напоминал себя прежнего. Разве что улыбкой, которая осталась у него такой же открытой и заразительной.

— Со всем разберемся. А потом уже отправимся в императорские владения.

— И зачем? — полюбопытствовала девушка и тут же добавила, — если это не секрет, конечно.

— Никаких секретов от своих людей, — ответил я и взял в ладонь пальцы девушки. — Вы же секретарь некроманта и потому должны быть в курсе.

Нечаева мягко улыбнулась, и ее сила потекла под моей кожей, заставляя каждый волосок на теле приподняться. Неожиданно Нечаева нахмурилась и коротко уточнила:

— Вы встречались с кем-то из Нави. Это была моя сестра?

Питерский сделал вид, что ничего не услышал, хотя я успел заметить мелькнувшее на макушке кошачье ухо.

— Ваша сестрица оставила на мне какую-то печать? Или волос на пиджаке? — попытался пошутить я.

— Не вздумайте принять Ягиню невсерьез, мастер Чехов, — строго ответила Нечаева. — Она моя родня. И одна из самых близких на всем белом свете. Но знайте, что она сдала меня ведьмаку, когда решила, что я угрожаю привычному миру и людям.

В глазах девушки вспыхнуло зеленое пламя, так походившее на то, что я однажды видел в своих зрачках.

— Мне досталось жить в Яви. Она стоит на границе Яви и Нави и исполняет роль граничащей. Но есть еще сестра, которая хранит Навь. Это мир смерти… — внезапно девушка запнулась и внимательно посмотрела на меня, — Но вы уже знаете о ней. Верно? Ягиня рассказала о нашей сестрице.

— Все так, — согласился я. — И я понимаю, что мне не стоит относиться к таким встречам легкомысленно.

— Хорошо, — кивнула девушка и внезапно очертила кончиками пальцев мои скулы, заставляя смотреть прямо на нее. — Они не причинят вам вреда. Но будьте осторожны со сделками с каждой и моих сестер. Они живут по законам, которые не могут нарушить. А мне ужасно не хочется убивать кого-то из них.

— А вы бы смогли? — вырвалось у меня раньше, чем я успел прикусить язык.

— Я не хочу проверять, на что способна и что умею, — прошептала девушка. — В прошлом у меня не было повода делать этого. Хотелось бы, чтобы так оставалось впредь.

— Постараюсь не пускать между вами кошку, — пообещал я.

— Кошка может пробежать между кем-то только на удачу, — возразила Арина Родионовна, прямо как Фома накануне.

— Значит, крысу? — предположил я.

— Или белку, — буркнул шаман с водительского сиденья и добавил, — Мы подъезжаем.

Опорный пункт жандармерии расположился на Северной стороне. И едва машина пересекла мост, как замаячили остовы мануфактуры из красного кирпича, из высоких труб которых не шел дым. Сразу после Смуты, эти здания были проданы под разные нужды.

Следом за ними шли жилые кварталы. Малоэтажные дома, принадлежавшие крупным купеческим и мастеровым семьям, опустели сразу же после смерти мануфактурных цехов.

— Чудно это, — пробормотал Фома, глядя на тянувшиеся дома, с заколоченными окнами, и пустыми провалами вместо дверей. — Земля в Петрограде, и еще не застроена доходными домами.

— Скорее всего, строители и собственники земли не могут договориться о цене, — ответил я.

— А, — протянул Питерский. — Да, об этом я не подумал.

В черных провалах дверей показались полупрозрачные силуэты. Почуявшие меня призраки потянулись посмотреть на некроманта, который заглянул за грань. Они собирались у домов, стоя и молча провожая взглядами проезжающие машины. Словно строения не выпускали своих обитателей на улицы. И среди призраков, я заметил относительно «свежих» неупокоенных. Оставалось только гадать, кто убил этих несчастных. Другие люди, которые решили свести счеты в тихом, укромном месте, или призраки поживились человеком, которые от безысходности, или по легкомыслию, забрались в эти развалины.

Призраков заметил не только я. Арина Родионовна удивленно подняла брови, видя большое количество теней, Фома же наоборот, нахмурился, рассматривая местных обитателей. И я подумал, что Фома наверняка отметил этот район, чтобы направить сюда бригаду развоплотителей, чтобы жертв в Петрограде не стало еще больше. И он подтвердил мои предположения:

— Нехорошее тут место. Надо будет почистить тут все, чтобы ладно было.

— Если понадобиться — я приеду помочь, — предложил я.

— Постараемся справиться сами, — усмехнулся Фома Ведович. — Негоже это — чуть что бежать к важному некроманту за помощью. Но если станет невмоготу, то приду и попрошу. Я не гордый.

— Это правильно, — проговорила Арина Родионовна, хмуря брови. — Не стоит переоценивать свои силы.

Мне показалось, что она обращается не только к Питерскому. И от ее нервозности мне стало не по себе.

Машина миновала полуразрушенные, населенные призраками кварталы, и вдоль дороги потянулись серые многоэтажные дома. И я заметил, как Нечаева едва слышно вздохнула. Видимо, такое количество призраков напугало даже ее.

Фома свернул к опорному пункту — двухэтажному, отдельно стоящему зданию, заглушил двигатель и задумчиво произнес:

— Чудно это. Очень чудно.

В этом я был согласен с Питерским. Потому что на стоянке рядом с отделением не было ни одной машины. А неподалеку от здания дежурило двое жандармов. Дверь же была опечатана красной лентой.

— Вымерли тут все, что ли? — удивленно пробормотал Фома.

— А может быть, Шуйский все же решил открыть дело по взрыву трупа, — предположил я. — Сейчас узнаем.

Мы вышли из машины, и едва завидев нас, жандармы мигом направились к нам.

— Слава Искупителю, мастер Питерский, — произнес один поправляя на голове сбитую набок фуражку, и в голосе жандарма я услышал облегчение. — Вы сами прибыли. Лично.

— О чем вы? — не понял Фома.

— О призраках, — ответил жандарм. — Подали запрос, чтобы прибыли люди из вашего отдела. Ждем, а их все нету. У вас, конечно, дел хватает.

— Давно подали? — перебил я офицера, чтобы не терять время.

— Несколько дней назад, — растерянно ответил жандарм. — А бригада до сих пор не прибыла. Вот мы тут сменами и охраняем здание. И ждем.

— Что-то случилось после того, как сюда приехал конвой с трупом из острога?

— Да. С конвоем, похоже, призраков привезли. На этом пункте никогда ничего дурного не случалось. И жрецы приезжали, чтобы проверять нет ли тут чего плохого. Но в тот день, когда в остроге бунт был, сюда привезли особенного мертвеца, которого велели охранять. А с ним появились призраки. Те, которые всю смену пожрали. Четверых за раз сгубили.

— Вот оно что, — протянул я и обратился к Арине Родионовне, — останьтесь здесь, пожалуйста.

Девушка кивнула, наверняка и сама не желая видеть, что находится за опечатанной дверью.

Я шагнул к крыльцу. Питерский поспешил за мной. Уже у двери я остановился, обернулся к жандармам:

— Мастера, не могли бы вы сорвать ленту, чтобы мы могли осмотреть здание изнутри? — вежливо попросил я.

Те опасливо переглянулись:

— Да вы сами пломбу сковырните, Павел Филиппович, — произнес тот, что вводил нас в курс дела. — Там несложно будет. Никакой силой ее не запечатали, так просто приклеили и все.

— Как-то это… не по правилам, — с сомнением произнес я.

Мужчина стянул с головы форменную фуражку и пригладил прорезанные сединой волосы. Я только в этот момент понял, что он намного старше, чем показался поначалу.

— Оно может и не по правилам, мастер-некромант, — заговорил офицер, осторожно подбирая слова, — да вот только подходить к этой проклятой двери желания у меня нет. И напарника к ней я не подпущу. Ему еще жить и жить. Простите, господа, не думайте обо мне плохо. Я в смуту на улицах Петрограда дежурил. Всякого повидал. Такого, что потом к душеправу ходил и просил научить меня заново спать. Но даже в те лихие времена не видел, чтобы людей так варварски убивали. Не по-человечески это, господа. И никто не заставит меня в такое проклятое место войти. А устав раз и нарушить можно. Пусть на моей совести останется. Надо будет — рапорт напишу.

Мы с Фомой переглянулись:

— Знатно же их напугали местные призраки, — пробормотал я.

— Не надо рапорт писать, — отмахнулся Питерский. — Мы со всем разберемся.

— Точно, — кивнул я.

— Самая забава в том, что никаких призраков в здании я не чую, — буркнул шаман, закатывая рукава пиджака. — А уж вы, думаю, и подавно.

В этом я был полностью согласен с Фомой. Призраки, которые недавно съели целое отделение живых людей, были бы невероятно сильны. И я почуял бы их даже без фонаря Харона. Но в отделении было тихо и спокойно, как на старом позабытом всеми кладбище.

На всякий случай я поставил тотемы, вызвал из межмирья Лешего и Митрича. И коротко приказал миньонам:

— Осмотрите.

Бывшие бандиты кивнули, и один за другим шагнули сквозь дверь, скрывшись в здании.Вернулись они через минуту и развели руками.

— Чисто, — ответил Леший.

Митрич же просто кивнул, подтверждая слова напарника. Но потом все же добавил:

— Сжечь бы тут все после того, что произошло. И солью посыпать.

Я нахмурился, понимая, что пронять бывалого Митрича было сложно. Значит, за дверью нас ждет что-то жуткое. Затем обернулся к жандармам:

— Кто-то может вскрыть дверь?

Тот, что вводил нас в курс дела, тяжело вздохнул, осенил себя знаком Искупителя и направился к нам, на ходу хлопая себя по карманам. Уже поднимаясь по ступеням крыльца, он вынул связку ключей. И я заметил, как подрагивали руки мужчины. Хотя он всеми силами пытался унять страх. Жандарм нашел нужный ключ и открыл замок. Но вышло у него это не с первой попытки. Наконец дверь заскрипела, и жандарм попятился, пропуская нас в полутемное помещение.

— Вы уж извините, мастера, но компанию вам я не составлю, — произнес он с сожалением.

Мы шагнули внутрь. В нос мигом ударили запахи. Тут витал аромат крови, ужаса, и насилия, которое произошло в этих стенах совсем недавно.

А еще в опорнике было холодно. Очень холодно. Я зажег «Фонарь Харона», и туман затянул помещение. А затем обернулся ко входу, рядом с которым замер офицер:

— Кто забирал трупы жандармов?

— Так лекаря из экспертного отдела, — растерянно ответил тот. — Неупокоенные и их сожрать хотели. Только эти целители хотя бы кое-чего против призраков умеют, в отличии от нас-то.

— Лекари? — с сомнением уточнил Фома и нахмурился.

— А протокол изъятия трупов есть? — спросил я.

Жандарм кивнул:

— Все верно.

— И нападение призраков зафиксировано? — уточнил я.

— А то. Все лекари дали показания, что чувствовали потустороннее. Которое пыталось влиять на их разум, и нашептывало всякое дурное. А что?

— То, что здесь нет призраков, — ответил я. — Ни одного.