Дело Васильевской лавки

Арина Родионовна сидела за столом и пристально смотрела в окно. И едва я вошел, она обернулась:

— Прошу прощения за эту безобразную драку, — произнес я.

— Мальчишки — всегда мальчишки, — тихо сказала секретарша. — Не думала, что в таком возрасте вы продолжаете играть в войнушку со своими приятелями.

— Войне все возрасты покорны, — я развел руки в стороны. — И эти господа мне не приятели. Не все считают некроманта «просто хорошим человеком».— Возможно, я передумаю, когда узнаю вас поближе, — заметила Арина и окатила меня проницательным взглядом.

— Но теперь, мы можем идти, если у вас не пропал аппетит.

Секретарь кивнула, встала с кресла и одернула подол платья. И я заметил, что на щеках девушки играл лёгкий румянец:

— Надеюсь, Пожарский и его родичи не вернутся? — уточнила она, когда мы вышли из дома.

— О, вряд ли, — заверил ее я. — Скорее всего, они поняли, что вчетвером меня будет очень сложно взять.

— Неплохой бой, — оценила девушка и обернулась ко мне. — В свои годы вы уже добились ранга мастера?

Я кивнул:

— У меня особенная сила, за которую многие меня презирают. Так что слишком уж много боёв мне пришлось провести.

Тренировки на манекенах практически не давали роста ранга бойца. И основным способом повышения ранга был опыт, полученный в потасовках. Это было ещё одной причиной, по которой на драки между подростками смотрели сквозь пальцы.

— У вас был неплохой учитель, — отметила Арина.

Я усмехнулся:

— В Империи было всего два некроманта за последние пятьсот лет. И оба в семье Чеховых. Моя дражайшая бабушка, Софья Яковлевна, уже не в том возрасте, чтобы обучать меня боевым навыкам. Так что всю науку приходилось постигать самому.

Девушка покосилась на меня, и в её взгляде я заметил интерес. И я решил сменить тему:

— Как ваш первый рабочий день?

Девушка пожала плечами:

— Да, нормально. Даже интересно. Разные люди с разными проблемами…

"Дальше будет ещё интереснее. Бытовое насилие, уголовные дела с пьяной поножовщиной, кражи", — хотел было ответить я, но осекся. Вместо этого произнес:

— Будет о чём рассказать в лицее.

— О, да. Очень интересная практика, — согласилась секретарша и на ее губах появилась слабая улыбка.

Мне вдруг стало любопытно, с кем она захочет поделиться впечатлениями. Быть может, у нее есть молодой человек. Но я тотчас отогнал от себя эти мысли. Не стоит мне думать об Арине в таком ключе. Все же она сотрудница агентства.

— Кстати, вы уже определились, кем хотите стать после того, как закончите лицей? — решил я сменить тему.

— С детства мечтала быть дознавателем охранки, как Марья Петровна, — ответила девушка, и я заметил, как заблестели ее глаза.

— Какая ещё Марья Петровна? — не понял я, и девушка удивлённо посмотрела на меня:

— Ну как же? Героиня сериала про царскую охранку. Разве вы не видели?

— Я больше люблю фильмы про бандитов. Как пел классик.

— Ой, обязательно посмотрите, — затараторила девушка. — Очень умная главная героиня. А как она дела раскрывает…

— Вам бы понравилось общение с моим отцом, — задумчиво протянул я, и при упоминании Чехова-старшего, девушка аж засияла:

— Он наверняка рассказывал вам множество интересных историй.

Я только кивнул. Отец успел поработать при двух императорах. Работал над делом Шахматиста, серийного убийцы, который убивал детей и оставлял на месте преступления фото шахматных этюдов как подсказку. А после начала Смуты, он работал по крупным делам о бандитизме. Неудивительно, что отец целыми днями пропадал на работе. Я же был предоставлен сам себе. Ну и молодой студентке с факультета психологии, которая подрабатывала нянечкой после учебы. Впрочем, ей я тоже был не нужен.

Когда мне исполнилось десять лет, отец женился во второй раз. На своей коллеге, которая также была повернута на службе. И мы стали жить вчетвером: я, отец, мачеха, и их работа, о которой они могли говорить двадцать четыре часа в сутки. Даже в редкие выходные и во время отпуска.

Мое детство выпало на период междуцарствия. В то время, когда после внезапной кончины бездетного Василия Спокойного несколько влиятельных семей устроили грызню за власть, чтобы усадить на трон своего кандидата. Итогом стало десятилетие анархии, во время которой в городах появилось множество банд.

Лихое время не закончилось и с воцарением на трон наследника одной из старых семей, которые вели свой род от Шуйских. Но слабовольный монарх не смог бороться с преступностью и анархией, и почуяв слабость верховного дома, начали поднимать головы старые дворянские семьи, которые решили, что в империи пора сменить власть.

Кровавую гражданскую войну удалось предотвратить только после того, как молодой монарх внезапно утонул во время купания в бассейне. На троне же очутился младший сын дома Шуйских, который оказался чуточку более решительным. И только при его правлении почти удалось положить конец бандитизму. Отдельные случаи все ещё случались, но по сводкам охранки, преступность уверенно шла на спад, а раскрываемость росла.

— Рассказывал, — ответил я после затянувшейся паузы.

— Может быть как-нибудь поведаете мне несколько историй? — робко попросила девушка, и я кивнул.

— Обязательно расскажу. Только не за обедом. Не хочу портить нам аппетит. Кстати, мы пришли.

Я остановился у дверей, потянул к себе створку и сделал приглашающий жест:

— Прошу вас, сударыня.

Арина вошла в зал, и я последовал за ней.

В "Мертвых поэтах" было многолюдно. И я поморщился, осматривая занятые столы. Нужно будет сменить время обеда.

— Здравствуйте. Добро пожаловать в наше заведение.

Перед нами появилась девушка с бейджиком администратора на объемной груди. Она поправила воротник блузки.

— Мы с коллегой пришли отобедать. Но к сожалению, судя по всему, у вас нет свободных столов, — разочарованно протянул я.

— Вы ошибаетесь, господин, — с улыбкой возразила администратор. — Свободные столы еще есть. Прошу, пройдемте за мной.

Она направилась вглубь зала, мы последовали за ней.

Места и правда были. В дальнем углу, где людей было относительно немного. У окна, с видом на реку. Нас усадили за еще влажный после протирки стол, официантка подала парное меню:

— Хочу вам напомнить, что сейчас у нас время обеда, так что кухня работает только на подачу комплексных блюд, — произнесла она.

— Я уже заметил, — тихо ответил я, выбирая обед из предложенного мне меню с ценой.

Девушка не услышала мою фразу. Ну, или сделала вид, что не услышала. Дождалась, пока мы сделаем заказ, записала его в блокнот, и удалилась, предупредив, что заказ будет готов через десять минут.

— А вы? — внезапно спросила Арина после того, как официантка ушла.

— Я что? — не понял я.

— Ну, почему вы решили стать адвокатом?

— Думаю потому, что не смотрел сериал про Марью Петровну, — с улыбкой ответил я. — Ну, а если честно — я очень не хотел пойти дорогой отца.

— Почему? — искренне удивилась секретарь.

Я пожал плечами:

— Решил, что не стану жить на работе. У человека должны быть другие интересы кроме раскрытия дел.

Девушка вытащила из подставки салфетку, помяла ее в руках.

— Ну и кому-то нужно отсеивать зерна от плевел, и защищать людей, которых пытаются обвинить несправедливо.

— Думаете, нам будут попадаться уголовные дела с ошибками следствия? — живо уточнила девушка.

— Ну, иногда они случаются. И чисто теоретически мы можем заполучить несколько таких обвиняемых.

Разговор прервала официантка, которая принесла наш заказ:

— Вот, приятного аппетита.

Девушка разместила поднос на край стола, расставила перед нами тарелки, и удалилась.

А мы приступили к еде.

Готовили здесь очень вкусно. Неудивительно, что во время обеда почти все залы заведения были заполнены. Я даже не заметил, как съел все, что подали. Разлил по чашкам чай, сделал глоток и довольно цокнул языком: напиток тоже был замечательным.

Откинулся на спинку кресла и зевнул. После плотного обеда накатила расслабленность. Жутко захотелось спать. Веки стали словно свинцовыми. Но впереди была ещё половина рабочего дня.

Официантка принесла счёт, и я достал из кармана бумажник.

— Сколько я должна за обед? — робко уточнила Арина. — Мне подали меню без цены, вот я и спрашиваю.

— Я пригласил вас, — напомнил я. — Потому и плачу сам. Считайте это частью оплаты вашей работы.

Вложил в кожаную папку указанную в чеке сумму, округлив ее чаевыми. И с сожалением встал из-за стола. Пора было возвращаться на работу.

* * *

— Иван Прохоров. Рабочий кодекс.

Арина Родионовна положила передо мной заполненную карточку. Я зевнул и лениво покосился на висевшие на стене часы. Последний посетитель на сегодня. Оно и к лучшему. Однообразные рутинные консультации успели меня порядком измотать.

— Пригласи.

Секретарь вышла из кабинета. А через долю секунды на пороге появился мужчина лет сорока в сером костюме, которые обычно носили рабочие мануфактур.

— Прошу, проходите. Присаживайтесь.

Я указал на свободное кресло, и мужчина, неловко потоптавшись в дверях, прошёл в кабинет.

— Итак, Иван, слушаю вас.

Я сложил руки на столе и сцепил пальцы ладоней в замок, с интересом глядя на посетителя.

— Э, ну в общем, я работал в Васильевском лавке, — начал мужчина. — И недавно, приказчик всю смену уволил. А рассчитать не рассчитал. Помогите, барин, дюже не хочется кровно заработанные деньги терять.

Я кивнул. Такие случаи все ещё происходили. Хотя и реже, чем десять лет назад.

— Писали заявление в профсоюз с требованием выплатить деньги?

— Пробовали, — вздохнул мужчина. — Не помогло. Ожидаемо. Профсоюзы часто встают на сторону работодателя. А тех, кто не согласен с политикой компании, увольняют по статье.

— Напишите ещё раз. Только проследите, чтобы на заявлении был проставлен входящий номер. Если в течении трёх дней профсоюз не рассмотрит жалобу, вы сможете пожаловаться в прокуратуру и трудовую комиссию. И потребовать проведения проверки в связи с нарушениями.

В глазах посетителя мелькнула робкая надежда:

— Думаете, поможет, барин? — уточнил он.

— Поможет, — заверил его я, и вытащил из стопки бумаг чистый лист. — Хотя… давайте лучше напишем заявление, чтобы я стал вашим представителем.

Мужчина замялся, и я поспешно добавил:

— Помощь будет оказана бесплатно.

Это успокоило рабочего, и он кивнул: заполняйте мол.

Через пять минут я убрал подписанное заявление в стол и устало произнес:

— Ну, вот и все. Завтра я подам заявление от группы рабочих.

Я протянул мужчине руку. Рабочий немного замялся, но всё же ответил на рукопожатие, скрепляя сделку:

— Спасибо, барин, — забормотал он.

— Пока не за что, — ответил я. — Ну, если у вас все…

Мужчина кивнул, и, пятясь и рассыпаясь в благодарностях, вышел из кабинета. Я же довольно вздохнул и сделал первую запись в ежедневнике:

— Ну, хоть что-то интересное.

Встал из-за стола и вышел из кабинета. Передал последние карточки Арине Родионовне и та убрала их в стол.

— Поздравляю вас с окончанием первого рабочего дня. Завтра будет полегче. Не так много посетителей. А ещё я постараюсь купить компьютеры и принтер. Так что заполнение карточек тоже пойдёт быстрее.

— Было бы неплохо, — ответила девушка и поднялась с кресла. — Я заказала канцелярию. Обещали привезти завтра утром к моему приходу. Тогда и разложу все по папкам и заведу картотеку.

— Отлично. Спасибо вам за работу.— Фома ушел в торговые ряды. Сказал, что вы в курсе, зачем ему это нужно.— Да, я понял.

Арина обернулась ко мне, уточнила:

— Я могу быть свободна?

— Да, конечно.

— Тогда до завтра, мастер Чехов.

Секретарь взяла свою красную сумочку, и, цокая каблуками, вышла из приемной.

Я же потер лицо и направился на второй этаж. Вошёл в гостиную и сел в кресло.

— Ну и как первый рабочий день? — послышался голос от двери.

— Достаточно… продуктивно, — ответил я, глядя в окно. — Не думал, что палата выписала на мое имя столько ордеров. Как будто в городе перевелись другие государственные защитники.

— Полагаю, кто-то устроил молодому адвокату боевое крещение. Я бы так и поступила.

— Надеюсь, так и есть.

— А гости? — беспечно уточнила Любовь Федоровна.

Я обернулся к стоявшему в дверях призраку:

— Какие?

— Которых ты раскидал во дворе дома, — спокойно ответила женщина.

— А, это старые знакомые, не берите в ум, — отмахнулся я. — Пришли кое-что уточнить.

— Это конечно не мое дело. Если они не вернутся ночью и не попытаются поджечь дом.

— Такие решения вопроса остались в прошлом, — ответил я. — Да и они аристократы. Люди чести. Нападать исподтишка не их профиль.

— А кидаться вчетвером на одного это по кодексу чести? — удивлённо воскликнула Любовь Федоровна. — В наше время это по-другому называлось.

— Чисто технически напал только один. И ещё двое хотели, — возразил я. — Их я пристукнул для профилактики. А четвертый не решился драться.

— Думаю, за проявленную трусость его поколотят свои же, — ответила Любовь Федоровна. — В мои времена именно так было принято наказывать слабаков. Неужели сейчас все изменилось и завтра этому гаденышу подадут руку в приличном обществе?

Я пожал плечами:

— Всякое может случиться. Но это уже не мое дело. А вот видеоглаз поставить во дворе и впрямь не помешает. С красной лампочкой, чтобы издалека видно было.

— И то верно. Я заварила чай. Так что если хочешь-могу принести.

— О, был бы вам очень признателен, Любовь Федоровна, — ответил я, и призрак удалилась. А через секунду на кухне послышался звон посуды.

Женщина вернулась в гостиную спустя пять минут. Перед ней в воздухе парил поднос, на котором стояли заварочный чайник и чашка.

— Вот.

Поднос плавно опустился на стол, и я присвистнул:

— Ох, ничего себе.

— У меня было много времени для тренировок, — ответила женщина.

— Спасибо большое.

Я налил чай в чашку и сделал глоток.

— Девушка в секретаршах неплохая, — вынесла вердикт Любовь Федоровна. — Немного нерасторопная, но старательная. С магазином канцелярии торговалась, чем изрядно меня повеселила.

— Не одобряете?

— Напротив. Считаю, что тратить деньги нанимателя тоже стоит с умом. Но я прослежу, чтобы она вписала в счет верную сумму.

— Вряд ли Арина Родионовна станет обманывать. Она для этого слишком порядочная.

— Я привыкла проверять людей, а не доверять, — отрезала хозяйка дома и покачала головой. — И потому возьму проверку на себя. А ты занимайся своими делами и не думай об остальном.

— Благодарю, — не стал я спорить с призраком, понимая, что переубедить ее не смогу.

Откинулся на спинку кресла, обдумывая дело.

Палата оплатила бы мне судебные расходы, но до суда я доводить не хотел. Это слишком долго и муторно. Нужно было решить все как можно быстрее.

Прокуратура вряд ли поможет мне в этом деле. И вовсе не потому, что работники лавки дали бы государевым людям взятку. Дворянам чужды проблемы черни. Поэтому аристократы вряд ли станут заморачиваться с серьезной проверкой. Отпишутся, что проверка проведена, нарушений не обнаружено, и на этом все успокоится. Попробовать решить вопрос через знакомых отца?

Впрочем, я тут же отверг эту мысль. Отец не станет мне помогать ни при каких обстоятельствах. Рабочая инспекция тоже скорее всего просто свяжется с профсоюзом и скажет в срок дать ответ об устранении нарушений и забудет об этом деле. Оставался суд. Но это было долго.

Мог сработать фокус с давлением на приказчика. Например, через знаменитую в городе фамилию. Если в разговоре правильно расставить акценты, и давить на нарушения рабочего кодекса — можно и выбить деньги быстрее.

Я сделал ещё один глоток и поставил пустую чашку на стол. Чай — это хорошо, но надо бы подумать об ужине.