Глава 4

– Я говорил, что ты авантюристка? – прошептал Шен.

– Тсс! – шикнула на него. – Молчи! Всю игру портишь!

Две шатающиеся и явно подвыпившие девицы в халатах, с полотенцами на головах и с вызывающими ярко-алыми губами не вызвали подозрений у охраны – или же охрана сделала вид, что не узнала сына князя. Почему-то я склонялась к последнему, но разочаровывать Шена не стала. Вылазка в кладовую за парой бутылок вина превратилась в забавное приключение, Шен то и дело заходился в приступе совершенно не девичьего хохота. Когда мы вернулись в комнату фавориток, то обнаружили, что забыли и о штопоре, и о бокалах. В результате бокалы нам заменили обычные чашки, а пробки Шен по-плебейски расковырял столовым ножом.

– Вот тебе и белое марочное вино, о котором ты мечтал в Скироне, – я вытерла помаду с губ салфеткой.

– В тот момент я не надеялся когда-нибудь оказаться дома, – Шен сделал большой глоток и, смакуя, прикрыл глаза.

Обе двери мы заперли – и ту, что выходила в коридор, и ту, что вела в спальню. Одеваться Шен не стал, прямо в халате залез на кровать и поджал босые ноги. Его коса расплелась, драгоценные заколки он вытащил и небрежно бросил на стол. Я сидела рядом, мы касались плечами. Вино было невероятно вкусным, а наша авантюра сделала его особенным.

– У тебя помада в уголках рта не стёрлась, – заметила я и потянулась за салфеткой. – Держи.

– У меня руки заняты, – Шен повернул ко мне лицо. – Вытри.

– Как будет угодно моему лоу, – хихикнула я. – А ты слова «спасибо», «пожалуйста», «благодарю» специально не употребляешь? Княжескому сыну не полагается?

Ответил он после того, как я тщательно убрала все алые следы.

– А зачем тебе помада такого жуткого цвета?

Вино шумело в голове, и я честно призналась:

– Для отвода глаз. Если выделить какую-то деталь, остальное останется незамеченным. Обратил внимание, охранники уставились исключительно на наши губы? Только их они и запомнят. Может, ещё халаты с полотенцами, но точно не черты лица и не фигуры. Девушка с яркой помадой для окружающих будет «девушкой с алыми губами». Ни возраста, ни особых примет в памяти не отложится.

– Не хочу даже думать, зачем тебе это нужно, – Шен допил вино и наполнил чашку снова. – Многоликая Юли… Скажи, хоть в чём-нибудь ты мне не врёшь?

– В чём-нибудь – да. Например, я искренне мечтаю о мире между островами и Кергаром.

– Империя уже неделю прекратила атаки, – он шумно выдохнул. – Может быть, помогла та информация, которую ты передала. Кстати, если отец узнает, что я открыл тайну водников, он меня убьёт. А брат ему поможет.

– Ерунда. Вы завалили Кергар снегом с целью продемонстрировать своё могущество, значит, рано или поздно планировали рассказать о способностях Сайо. Иначе в чём смысл? Ты просто спас несколько тысяч жизней молодых парней, которые за эту неделю могли бы погибнуть.

– Ты это серьёзно? – Шен подался ко мне.

– Серьёзнее некуда. Но я всё равно тебя не выдам.

– Я и не беспокоюсь. Мы теперь сообщники, – он хохотнул и одним глотком опустошил чашку. – Видел бы меня братец!

– Откуда ты знаешь – может, он тоже тайком от слуг таскает вино с кухни, – предположила я. – И напивается вдвоём с женой.

– Не-е-е, – протянул Шен. – Май серьёзный, правильный. Он же будущий князь. Никогда не проказничал, даже в детстве! Женился по выбору отца, сына родил… то есть, Ильва родила… Я тебе говорил, что у меня трое племянников?

– Трое племянников, две тёти, мама, папа, сестра, брат и бабушка с дедушкой, – без запинки оттарабанила я. – Надеюсь, ты не собираешься меня с ними знакомить?

– Не надейся, – он икнул. – Обязательно познакомлю. Они уже спрашивали, кого я приволок… ик… и не пора бы мне повзрослеть и последовать примеру брата… А я ответил, что тогда опять сбегу… ик…

Я протянула ему свою чашку с остатками вина.

– Спасибо… Лучше на войну, лучше в плен, лучше стать инго… нет, инго не лучше. Но только не жениться на Лаи́се!

– Это твоя возлюбленная невеста? – поддела его. – Чудесная девушка из знатного рода и ослепительная красавица?

– Запомнила, – Шен расплылся в улыбке. – Ревнуешь?

– Сочувствую. Муж-пьяница – врагу не пожелаешь.

– Это ненадолго, – он поставил пустую чашку на стол и с сожалением посмотрел на опустошённые бутылки. – Мало взяли. Через полчаса я буду трезвым, как стёклышко. Отец предпочитает ром, так даже тот через пару часов рассасывается.

– Хорошо, не буду переживать за твою Лаису, – покорно согласилась я.

– Она не моя! Она племянница князя Койу. На кой чёрт мне на ней жениться, если мама тоже Койу? – Шен тяжело вздохнул и пристроил голову на моём плече. – Я бы понял, если бы мы с Айлу породниться решили, или с Пайю, или с Войо́…

– Или с Кергаром, – негромко подсказала я. – Женись на троюродной сестре императора. Принеси себя в жертву ради блага острова.

– Почему ты такая? – Шен тихонько вздохнул. – Я для тебя по-прежнему никто?..

Его острый локоть упирался в мой бок. Плечо вылезло из халата и поражало матовой белизной мрамора, тонкие косточки ключиц словно прорывали кожу, перламутровое сияние волос заставило вспомнить о ярящемся шторме и нереальном свечении. Хрупкий, невероятный, живая загадка, сын князя, Повелитель волн… Я очень долго подбирала слова, но когда почти решилась, обнаружила, что Шен закрыл глаза и мирно спит.

И хорошо, потому что эти слова не стоило произносить вслух.

***

Пробуждение было ужасным. Не от похмелья – много ли я выпила? Но я прекрасно помнила, как, полусонные, мы с Шеном легли лицом друг к другу, а чтобы не упасть с узкой кровати, ещё и обнялись. Провести ночь в обнимку с Шеном! Я застонала и уткнулась в подушку. К счастью, проснулась я одна. Комнату заливали лучи яркого солнца, бликовали на пустой посуде и бутылках из-под вина. Часов в комнате не было, я потерялась во времени. Неуклюже поднялась, поправила халат, побрела в ванную. В зеркале критически оглядела себя – помятую, взлохмаченную и с мрачным выражением лица. Хорошо, что Шен отдал мою сумку до нашей вылазки, теперь я могла привести себя в порядок. Стук в дверь совпал с последними штрихами лёгкого макияжа.

– Светлого утра, льена Юлика, – поприветствовал меня Нел.

Из-за его спины выглядывали две служанки в своих идеальных белоснежных фартучках с оборками. Они изобразили нечто вроде поклона, первая начала собирать грязную посуду, вторая перестелила постель. Чтобы не мешать девушкам, Нел отошёл к окну, заметил бутылки и улыбнулся краешком рта.

– Вы всё ещё намерены не спускать с меня глаз? – спросила я его, лишь бы увести в сторону от опасной темы.

– Лоу не отменял своего распоряжения, – Нел бросил быстрый взгляд на служанок. – Он, видите ли, с утра вообще не в духе. За завтраком князь объявил о прибытии делегации Койу, после чего у лоу сразу нашлись срочные дела за пределами дворца. Зато он позволил показать вам библиотеку, картинную галерею и музейные залы – разумеется, в моём сопровождении.

Я тоже покосилась на девушек: имперского они не знают, но имя точно разберут.

– Доброта лоу не имеет границ. Мы можем идти прямо сейчас?

– Ещё лоу велел пять раз в день подавать вам еду: завтрак, второй завтрак, обед, полдник и ужин, – Нел сохранял строгое лицо. – Поскольку оба завтрака вы проспали, а до обеда далеко, думаю…

Служанки закончили свою работу, поклонились ему и вышли.

– …нам никто не помешает улизнуть, – совсем иным тоном закончил Нел. – Но для этого вам нужно переодеться. Не стоит разгуливать по дворцу в имперском наряде.

Только сейчас я обратила внимание на свёрток на кровати. Развернула и обомлела: это оказалось изысканное платье из перламутрово-голубого шёлка с серебряной нитью по моде Сайо, с закрытой грудью и обнажёнными плечами.

– Нел, и как я в нём буду выглядеть – с такими руками? – я продемонстрировала подзажившую, но ещё заметную царапину.

– Там есть накидка, – он потянул за край чего-то тонкого и воздушного.

– Обо всём подумали? – восхитилась предусмотрительностью.

– Не я, – Нел улыбнулся уже открыто. – Жду вас за дверью, льена Юлика.

«Одежда делает женщину», утверждает народная мудрость. Мне пришлось убедиться в справедливости этой поговорки. О том, чем руководствовался Шен, выбирая именно этот цвет, я старалась не думать. И кстати, глазомер, как и вкус, у него были отличные. Платье превратило меня в знатную даму, визуально прибавило роста, даже мои серо-стальные глаза засияли по-особенному, а простая стрижка преобразилась в стильную. Накидка представляла собой газовую пелерину, расшитую крошечными жемчужинами, она полностью скрыла изъяны кожи. Когда я вышла в коридор, Нел стоял спиной к двери. Он повернулся и замер.

– Всё равно меня не спутаешь с островитянкой, – я дотронулась до пряди тёмных волос.

– Вас вообще ни с кем не спутаешь, – тихо ответил Нел. – Позвольте вашу руку, льена Юлика.

Коридоры выглядели необитаемыми. По сравнению с императорским дворцом в Грасоре, где жизнь бурлила в любое время дня и ночи, здесь словно все вымерли. Лишь однажды нам навстречу попалась служанка, нёсшая на вытянутых руках гигантскую вазу с цветами, и у лифта дежурили невозмутимые охранники в чёрной форме.

– Нел, почему в таком огромном здании так мало людей?

– Две трети штата князь отпустил, чтобы не подвергать их жизни опасности. Оставшиеся добровольцы сосредоточены или на нижнем ярусе, где расположена кухня, комнаты слуг и подсобные помещения, или в княжеских покоях на верхних ярусах. Со второго по четвёртый ярусы нежилые.

– А Шена каким ветром сюда занесло?

– Лоу со скандалом перебрался на третий ярус в семнадцать лет, – Нел вздохнул. – Захотел жить подальше от родителей. Княгиня причитала две недели, потом повелела перестроить часть музейных залов… Прошу, вас, льена Юлика.