‍​ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌ ​ ‌ ​ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌ ‌ ​ ‌ ‌ ​ ​ ​ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ‌ ​ ‌ ​ ‌ ​ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌‍ 33

— Доброе утро.

Я изумленно замерла, услышав голос Виктора. Он стоял у домика, который я сняла для отпуска, и приветливо, хотя несколько смущенно, улыбался. Словно и сам не был уверен в правильности своего нахождения здесь.

В руках у доктора были два стаканчика с кофе. Я уловила ореховый аромат и едва не облизнулась от предвкушения.

— Доброе утро, — ответила, не спеша приближаться к неожиданному гостю.

Он провел рукой по волосам, застенчиво поджал губы, потом все же сказал:

— Вы говорили, что любите гулять по утрам. И я подумал, что, возможно, будете не против моей компании. Тем более, что я пришел со взяткой!

Рассмеявшись, он протянул мне стаканчик с кофе. И я поняла, что просто не в состоянии устоять.

И все же кое-что стоило обозначить сразу.

— Виктор, я… Мне очень нравится ваше общество. Но я сейчас на грани развода и последнее, чего ищу — это каких бы то ни было приключений…

Он приподнял брови:

— Так вы хотите кофе или нет?

Он сделал вид, что отводит руку, но я тут же подалась вперед, выхватывая у него стаканчик.

— Божественно, — выдохнула, сделав первый глоток. — Где вы его взяли?

Он заговорщически усмехнулся:

— В одной неприметной кофейне. Этот кофе делают по какому-то старинному рецепту. Мне так и не удалось его узнать.

Я сделала еще глоток, ощущая, как блаженство буквально растекается по венам.

— И что вы хотите взамен угощения? — спросила, кидая на мужчину взгляд поверх стаканчика.

Виктор удивленно взметнул брови.

— Абсолютно ничего. Если позволите мне составить вам компанию на прогулке — буду рад стать вашим гидом. Если нет — то я не в обиде.

Он немного помедлил, потом признался:

— Знаете, я нечасто общаюсь с людьми. Вне работы, имею в виду. Наверно, и это место я люблю именно за его уединенность. Но с вами… почему-то хочется делиться тем, что считал только своим.

— Например? — искренне изумилась я.

— Например, хочу показать вам одно местечко, если позволите.

Последнее, что было мне сейчас нужно — это бродить по каким-то местечкам с едва знакомым мужчиной. Но вместе с тем… я не могла не отдать Виктору должное — в его компании тяжелые мысли неизменно отступали, а мне так нужна была сейчас эта передышка!

— Но я с ребенком, — кивнула я на висящий у меня на груди рюкзак-кенгуру.

— Я вижу, — хмыкнул доктор. — И что же?

Я неожиданно рассмеялась.

— Ну, не всем нравится такая компания.

— Я врач-педиатр, вы забыли?

— Тем более. Будете чувствовать себя, как на работе…

— Мия, может, просто скажете «да» или «нет»? — прервал он меня.

— Ну что ж… Жалобы потом не принимаются, — деланно вздохнула я.

— Учту.

В молчаливом согласии мы направились неторопливым шагом к берегу. Виктор вел уверенно и умело, а я покорно шла за ним. Мы оба едва сказали друг другу пару слов, но вот что поразительно — с этим человеком было очень комфортно даже молчать.

— Пришли, — сообщил мой спутник через некоторое время, внезапно останавливаясь.

Я завертела головой по сторонам, пытаясь понять, что именно он хотел мне показать. И увидела.

На скале, нависающей над нами молчаливой громадой, виднелся старый маяк. Вероятно, он почти не был виден со стороны города, окруженный морем и затерянный среди обступивших его со всех сторон деревьев.

— Надо же, — только и смогла я сказать.

— Можем подняться к нему, — предложил Виктор и я охотно кивнула.

Вблизи строение оказалось весьма обветшалым. Когда-то покрывавшая стены известь почти полностью обвалилась, обнажив старую кирпичную кладку. По древним, но крепким стенам расползлась растительность, интимно прижимаясь к камню, беззастенчиво проникая в единственное узкое окошко.

— Это очень красиво, — произнесла я, почему-то не в состоянии оторвать взгляда от маяка.

— А еще с этим местом связана старая легенда, — сказал Виктор негромким голосом, будто собирался поведать страшную тайну.

Я обернулась к нему с улыбкой:

— Наверняка про призрака какой-нибудь девицы, которая сбросилась отсюда, страдая из-за любви.

Он насмешливо взметнул брови, потом, не выдержав, рассмеялся.

— Боюсь, все куда как более прозаично. Этот маяк пережил несколько серьезных землетрясений, не говоря уже о наводнениях. Местные верят, что пока он стоит — здесь продолжается жизнь.

Я замерла, задумавшись. Пришла на ум странная мысль — а я ведь точно как этот маяк. Меня порядком потрепало за последнее время. С моей жизни, как с его стен, слетела вся внешняя мишура, обнаружив растрескавшуюся суть. Но, несмотря на все, что свалилось и все, что ранило, я все еще стою.

И если этот маяк выдержал столько бурь, то и я смогу. Выживу. Выстою. Сумею.

Я протянула руку, касаясь старого влажного кирпича, словно он мог передать мне часть своей силы. И, странное дело, но я действительно ощутила прилив энергии. А может, просто убедила себя в этом.

Раздражающий звон нарушил очарование момента. Доставая телефон из кармана, я уже знала, что именно увижу на экране.

На сей раз я сбросила звонок недрогнувшей рукой. Гораздо проще действовать, когда в глубине души уже приняла твердое решение.

Следом за звонком на телефон повалились одна за другой смс.

«Мия, почему ты не отвечаешь? Я знаю, что вы уехали, но нам надо поговорить!»

Я криво усмехнулась. Наговорились мы уже, Ванечка, хватит.

«Позвони мне. Мне нужно многое тебе сказать».

Закусив губу, я быстро напечатала в ответ:

«Поговорим, когда вернусь».

А дальше просто кинула контакт в черный список.

Просто не хотела пускать в это состояние умиротворения предателя-мужа и все, что он с собой нес. Проблемы, которые не желал решать. Свою любовницу, которую не мог бросить.

Всему этому грузу было не место здесь. Было не место в моей и сына жизни.

— Проблемы? — участливо поинтересовался Виктор.

— Нет, снова спам, — усмехнулась я в ответ.

Следующий вопрос спутника меня удивил.

— Мия, вам удалось искупаться хотя бы раз?

Я передернула плечами:

— Это проблемно, когда не с кем оставить ребенка.

— Я могу с ним посидеть, — просто предложил Виктор. — Какой же отдых на море без купания?

Мы, не сговариваясь, снова спустились к пляжу. Близость воды манила, соблазняла погрузиться в прохладные глубины…

И впрямь, когда я последний раз позволяла себе хоть немного поплескаться? Кажется, еще до беременности. А после рождения Никиты стало совсем не до подобных развлечений…

Но доверять сына чужому человеку, пусть даже и педиатру, было страшно. Я боялась выпустить Никитку из объятий даже на мгновение. Казалось, он был тем единственным источником энергии, что подпитывал меня в эти сложные времена.

Словно поняв мои сомнения, Виктор сказал:

— Я могу постоять с Никитой рядом, прямо в воде, пока вы хоть немного освежитесь.

— Но у меня и купальника нет, — развела я в ответ руками.

— Купайтесь прямо так, в шортах, — хмыкнул Виктор в ответ. — Ну или я могу отвернуться, а вы…

— В шортах меня устроит, — быстро перебила я его, поняв, что не в силах противиться притяжению воды.

Рюкзак с Никитой перекочевал в руки доктора, а я, не отходя от них далеко, с блаженством опустилась в воду.

И это было самое прекрасное, что случилось со мной за последнее время.