Глава 20. Аделла

— Лори!.. — она распахнула глаза и села.

Сердце билось о ребра, по щекам ручьями текли слезы. Спрятав лицо в ладонях, Аделла попыталась успокоиться и окончательно избавиться от наваждения.

Страшный сон показывал Лорелию, горящую в огне. Она лежала на какой-то каменной плите и смотрела в небо. Неподвижная и бледная, словно мраморная статуя. А вокруг полыхал пожар, языки пламени бросали кровавый отсвет по ее коже, от чего она еще больше походила на мертвеца.

Аделла натянула простынь повыше и вытерла ею лицо. Что это с ней? Неужели исчезновение сестры только сейчас так сильно ударило? А может, сказывается то, что теперь она в чужой стране, за тысячи лик от родной земли, где любая вещь напоминала о Лорелии. Сейчас ее отсутствие ощущалось еще острее.

Встав с постели, накинула халат из голубой легкой ткани и подошла к окну. Оно было узким и вытянутым вверх, словно ушко иглы. Вместо решетчатых ставней, как в родном замке, мутноватое прозрачное стекло, без возможности его открыть, дабы впустить свежий воздух. Аделла попыталась рассмотреть, что было снаружи, но серая мгла пещеры не позволяла этого сделать. Какое сейчас время суток? Как вообще здесь живут люди, не видя солнечного света долгими месяцами зимы?

Отвернувшись, глубоко вздохнула. В комнате душно от все еще тлеющих свечей и пышущего жаром камина. Несмотря на то, что спальню ей выделили просторную, дышать было абсолютно нечем. При такой духоте просто обязаны сниться кошмары.

Замок в дверях щелкнул, и та приоткрылась. Аделла интуитивно отпрянула, упершись поясницей в подоконник, но это оказалась всего лишь Мира — одна из девочек-служанок.

— Миледи, вы наконец-то проснулись! Не хотела вас будить. — Она вошла, взволнованно разглаживая передник. — Уже несколько раз заглядывала, даже камин разожгла. Вы не замерзли?

— Уже утро? Признаться, я совершенно не понимаю, как здесь ориентироваться во времени… И нет, я не замерзла. Совсем напротив. Думала, задохнусь во сне.

Мира раздосадованно заохала, бросилась к камину и, схватив кувшин с водой со столика, выплеснула содержимое на раскрасневшиеся угли. Они мгновенно зашипели, словно раненый змей, выпустили огромное облако пара и потухли.

— Простите, ваша светлость! Я не знала… Мне казалось, раз вы с Юга… Простите! — зачастила она, вызывая в Аделле чувство неловкости. — Только не говорите господину Йоргу! Пожалуйста, я вас прошу!

Дальше произошло вовсе что-то запредельное для понимания — девушка сложила руки в мольбе и разрыдалась.

Аделла несколько раз быстро моргнула, напрочь забывая о духоте и жутком кошмаре. Что вообще происходит? У нее на лбу написано: «Казню за любую провинность»? Нет, скорее подобное высечено у ее будущего мужа. Но каким боком его касаются ее служанки? Выйдя из оцепенения, она торопливо подошла к плачущей девушке и успокаивающе погладила ту по плечу.

— Ты чего так разрыдалась? Ничего же страшного не произошло. Успокойся. Я не стану никому рассказывать.

Возымели действие лишь последние слова. Мира еще раз всхлипнула и, опустив глаза, прошептала:

— Простите… Господин меня накажет, если узнает, что чем-то вам не угодила.

Чем дальше, тем страннее… Аделла нахмурилась.

— А это он выбирал вас для меня?

— Да, конечно. Всю прислугу и эти покои утверждал лично он.

— Понятно. — Стало ясно, что все это он подготавливал для Лорелии.

Сердце больно кольнуло странное чувство… Обиды? Нет, скорее горечи. За сестру, себя, сложившиеся обстоятельства. Если бы Лори не поехала прощаться с мамой и братиком, все сложилось бы совсем иначе. А теперь… Ничего не изменишь.

— Так который час? — перевела тему в иное русло, отворачиваясь, чтобы Мира не заметила выражения ее лица. — Мне понадобится время, чтобы привыкнуть к здешним устоям.

— Уже за полдень, миледи. Госпожа наместница послала меня проверить, все ли у вас в порядке.

— Ого! Как я могла так долго проспать?

Аделла засуетилась, сбросила халат и осмотрелась в поисках одежды. Надо ж так! И ведь не чувствуется, что выспалась. Вчера успела лишь поесть и выкупаться, прежде чем провалилась в сон. Даже не узнала, как зовут служанок, только Миру запомнила.

— Вы перенесли тяжелую поездку. — Девушка прошла к высокому резному шкафу и открыла дверцу. — Вот здесь подготовленный для вас гардероб. Несколько платьев мы заберем во вторую столицу, а когда вернемся, портные уже успеют завершить весь заказ госпожи.

Обойдя кровать, Аделла остановилась рядом с Мирой. На длинной перекладине висели с десяток нарядов. В основной своей массе темных цветов и похожих фасонов. Все, конечно же, были длиною в пол, с рукавами и воротниками. Чтобы привыкнуть такое носить, понадобится не один месяц.

— А те модели, что еще не сшиты, точно такие же?

— В каком смысле?

Аделла взяла за рукав одно из платьев и вытянула его на свет. Темно-зеленое, тяжелое, из ткани, похожей на парчу.

— Унылые, мрачные, смахивающие на упаковку, нежели на женское платье.

Мира чуть склонила голову набок и сняла вытянутую вещь с вешалки. Приложила к себе, провела кончиками пальцев по объемно вышитым узорам.

— Оно очень красивое… И с вашим цветом волос будет невероятно выгодно сочетаться. Примерьте!

— Ты разбираешься в моде? — Аделла приняла из ее рук наряд, еще раз придирчиво его разглядев.

— Да, потому я и здесь. Господин выбрал меня, Руту и Селию не случайно. Я буду помогать вам со всем, что касается внешнего вида и здоровья, Рута — расскажет о наших традициях, особенностях природы, поможет освоиться на территории. А Селия — ваша личная фрейлина. Когда вы немного свыкнетесь, только она будет постоянно рядом с вами и выполнять любые поручения.

— Но я хочу, чтобы со мной осталась ты.

Аделла присела на кровать, внимательнее рассматривая служанку. Невысокая, совсем молоденькая. Русые вьющиеся волосы собраны в высокий пучок, голубые глаза: большие и наивные, брови и ресницы слишком светлые, чтобы придавать лицу выразительности. Опустив взгляд, Мира чуть улыбнулась, явно засмущавшись столь пристальному вниманию.

— Что вы, я не имею на это права.

— Почему?

— Моя мама — простая швея, а папа — кузнец. Селия же из семьи лордов, ее воспитывали специально для двора, она готовилась стать фрейлиной принцессы Эвы, но та выбрала кого-то другого. И госпожа наместница забрала Селию для вас.

— Но какая разница, разве это не та же самая служанка? — Аделла пока мало понимала. Дома не было всего этого разграничения в прислуге.

— Нет, что вы, — Мира смешно расширила глаза, — фрейлина сопровождает леди на приемы и балы, выполняет самые разные поручения, делит постель с ее супругом, когда это необходимо…

— Что? — перебила тараторившую девушку, едва не подскочив от удивления. — Она будет спать с моим мужем? У вас так принято?

— Ну, — служанка покраснела до корней волос, — сама я не знаю, но, как рассказывала мама, мужчинам слишком часто требуется… внимание. А у леди бывают неприятности со здоровьем или настроением… Фрейлина и принимает на себя… Эм-м-м… удар.

Аделла потеряла дар речи. Значит, Йорг сам выбрал для себя любовницу и подсунул будущей жене. Вот ведь негодяй!

Восприняв молчание по-своему, Мира затарахтела еще быстрее:

— Селия немного на вас похожа чертами лица и телосложением, такая же высокая и стройная. Волосы, конечно, придется подкрасить, у нас ведь нет рыжих…

— Что ты несешь! — Она резко встала, понимая, что еще чуть-чуть, и негодование выльется в нечто большее, нежели легкое возмущение. — Ни с кем я Йорга делить не намерена. Что за дикие традиции?

— Как вам будет угодно, — тут же присмирела служанка, опустив голову и сцепив руки в замок.

Аделла глубоко вздохнула, успокаиваясь. Эта девушка ни в чем не виновата. А насчет должности фрейлины нужно будет поговорить с наместницей. Раз уж они приняли принцессу с Юга, примут и парочку ее условий. Про гардероб, кстати, тоже нужно не забыть. Если все дамы тут так одеваются, неудивительно, что их мужьям иногда требуется внимание всяких потаскушек.

— Сколько тебе лет?

— Семнадцать, ваше высочество.

— Такая юная! — Аделла почувствовала себя неловко за недавний разговор. — Ладно… Посмотрим, что можно сделать с должностью фрейлины. Пока я уверена в одном: ты вызываешь доверие, и никого больше рядом мне видеть не хочется. Ну, разве что эту твою Руту. Подтянуть знания о Севере мне однозначно нужно.

Мира молча кивнула, словно послушный болванчик.

— Слушай, тебе нужно кое-что уяснить, — подойдя ближе, с трудом расцепила сомкнутые в замок пальцы и взяла тонкую холодную ладошку в свои. — Я бываю резкой и вспыльчивой. А еще грубой, прямолинейной и весьма неприятной. Но это лишь особенности моей натуры, и в глубине души я ничуть не хочу обидеть.

— Что вы, принцесса! Я не… — Она вскинула испуганные глаза. Будто вновь собралась молить о том, чтобы ничего не говорила Йоргу.

— Просто пропускай это мимо себя. И не называй меня «ваше высочество». Можешь звать Аделлой. Или «миледи» — такое обращение мне в новинку, но нравится. Договорились?

— Да, — Мира энергично закивала.

— Вот и отлично. А теперь, пожалуй, нужно одеться и выйти к вашей наместнице. Еще немного — и обо мне сложится не шибко хорошее мнение…

— Я помогу!

Служанка заторопилась к платью, принимаясь расстегивать множество мелких пуговичек, гусеницей вшитых со стороны спины.

Аделла без энтузиазма глядела на то, во что ее собирались одеть, и в который раз убеждалась, как сложно ей здесь придется.

Но Мира оказалась права, наряд не так плохо сидел, как ожидалось. Просто был слишком уж закрытым и неудобным для тела, привыкшего к свободным легким тканям. Талию и грудь стягивал корсаж, воротник мешал повороту головы, узкие рукава и вовсе раздражали. Но зато юбка свободным полотном спускалась до самого пола. Она была цельной, а не состоящей из множества полос, как во вчерашнем платье наместницы.

Словно прочитав ее мысли, Мира расправила темно-зеленый подол, отвечая на неозвученный вопрос:

— Обычно крой юбок другой, и под низ надеваются штаны. Но если не собираетесь подниматься наружу, можно себе позволить и такой.

— Даже если я решу выйти, почему бы не надеть цельный низ? Он же намного теплее, защищает от ветра и холода…

— А как же вы сядете на левиона или лошадь? Пешком по снегу ходить опасно и тяжело.

Она не стала спорить, осматривая себя в большом настенном зеркале. На фоне зеленого медовый оттенок лица выгодно выделялся, а волосы приобретали еще более насыщенный красный цвет. Отлепив взгляд от отражения, взялась за гребень, но служанка быстро отобрала его, принимаясь расчесывать прядь за прядью. Похоже, здешние дамы вообще ничего самостоятельно не делают. Затем Мира собралась плести косы, но Аделла мягко отвела ее руки.

— Не надо. Пусть свободно ниспадают. Просто заколи боковые пряди, чтоб не лезли на лицо.

— Но… госпоже наместнице это не понравится. Никто, кроме мужа, не должен видеть ваши волосы распущенными.

— Все всадники Йорга рассмотрели их, как хотели, когда прибыли на Юг. Что за глупость? Делай, что я прошу, пожалуйста. Мне и так перетянуло везде, где только можно, осталось еще на голову шлем надеть.

Девушка опустила глаза и торопливо принялась выполнять приказ.

Спустя пару минут они вышли в коридор. Он вел к лестнице. Плотная подошва туфель тихо постукивала по каменному полу, подол шуршал при каждом шаге. На стенах висели канделябры, даря тусклое мерцание свечей. В родном замке такой полумрак стоял лишь ночью.

— Госпожа наместница ждет вас в тронном зале. Она хотела поговорить перед обедом.

Мира двинулась поперед, показывая путь.

Узкая винтовая лестница, снова коридор, затем еще один. Аделла наверняка заблудилась бы здесь одна. Наконец, они оказались в огромном зале с высоким куполообразным потолком и двумя ярусами навесных балконов по кругу. Широкие колонны в виде статуй суровых воинов поддерживали расписной свод. Каждая фигура отличалась от остальных, не было двух похожих.

Пройдя в центр, затаив дыхание, рассматривала рисунки на полу. Она стояла в солнечном круге, золотые лучи устремлялись в разные стороны, словно пущенные стрелы. Проследив за одним из них, наткнулась взглядом на высокие ступени. Их было семь, на каждой что-то высечено с боковой стороны. Сложно различить слова, кажется, они написаны на незнакомом языке. Они вели к трону с высокой резной спинкой. Выкованный из какого-то странного бело-прозрачного металла, он казался вытесанным из глыбы льда, а затем украшенный искрящимися драгоценными камнями и серебром.

— Это заповеди древних основателей, — знакомый женский голос заставил вздрогнуть и обернуться.

Неподалеку стояла наместница. Снова платье светло-серого, почти белого цвета, но немного другого фасона. Видно, это был ее любимый оттенок. Не удивительно, с черными, собранными в низкую прическу волосами и голубыми глазами она казалась настоящей Снежной королевой.

— Здравствуйте, — Аделла чуть склонила голову. — И что же говорят эти заповеди?

— Мира, ты пока не понадобишься, — вместо ответа женщина обратилась к служанке: — Найди Руту и убедись, что она готова к первому уроку с принцессой. И собери вещи для завтрашней поездки в Брифдейл.

Девушка, покорно опустив взгляд, поторопилась уйти. А наместница прошла мимо Аделлы, медленно двигаясь к трону.

— Тебе придется многому научиться и прочитать много книг. Запоминай все, что я говорю, это пригодится в будущем. Начнем с первых твоих ошибок: никогда не выходи из покоев с растрепанными волосами. Это неприлично для девушки твоего статуса.

В груди приподняла шипящую голову кобра негодования. Неужели и здесь ей будут указывать, что делать?

— Простите, но я привыкла к такой прическе.

— Это не прическа, а показатель небрежности. — Наместница обернулась, слабо улыбнувшись. — И обращайся ко мне на «ты» или по имени. Меня зовут Ко́ра.

Аделла захлопала ресницами от удивления.

— Ты станешь женой нашего будущего короля. Уже скоро он займет трон наместника, а в дальнейшем и престол Гарда. Учись чувствовать себя превыше всех. Королева должна быть безупречна.

— Я не хочу изменять себе. Этот наряд, тугие косы, куча служанок, которые к тому же могут спать с моим мужем — не мое. Не заставляйте принимать это.

Кора рассмеялась. Неожиданно тепло и приятно.

— Ну, начнем с того, что не все твои служанки могут делить постель с принцем, а лишь одна фрейлина. И то, если ты сама этого захочешь.

— Откуда вообще взялась подобная традиция?

— Не всем везет, как тебе, дорогая. Моему супругу, упокой боги его душу, было шестьдесят на момент нашей свадьбы. И, поверь, больше, чем необходимо для зачатия наследника, я не торопилась с ним оставаться.

Аделла почувствовала, что краснеет. В таком ракурсе она даже не думала о ситуации. Но все равно подобное казалось диким.

— Я поняла вас… А насчет нарядов? Можно мне их немного переделать? Мира сказала, что портные еще не все сшили. Я бы хотела внести изменения.

— Увы, не получится. Пойми, для тебя сейчас все ново, непривычно, по-другому и быть не могло. Но придется это принять. Забудь южные нравы, моду и законы. Здесь все иначе. Чем больше будешь отличаться, тем сильнее привлечешь внимание толпы. А если быть честной, северяне не слишком жалуют Тир-Линн. Наши государства сделали шаг навстречу друг другу, но в понимании людей мы все еще враги.

Аделла все понимала, но от этого легче не становилось. Она отказывалась верить, что навсегда потеряла родной дом. Казалось, если выкорчует его еще и из сердца, скроется за маской северянки, вживется в новую роль — уничтожит себя-настоящую.

Видно, внутренние терзания отразились на лице. Кора приблизилась, легонько коснулась щеки Аделлы тыльной стороной ладони.

— Для тебя же лучше во всем меня слушаться. Но наше первое правило всегда в приоритете: королеве никто не указ. Хочешь одеваться по-своему — я не вправе запретить. Нравится распускать волосы на всеобщее обозрение — вперед. Только последствия могут оказаться слишком серьезными.

— Какими? Меня захотят убить? Забросать камнями за иной взгляд на мир? — Аделла сложила руки на груди, вновь чувствуя, как трудно дышать из-за стянутого корсажа. — Я буду тебя слушать, Кора. Буду благодарна за советы и помощь. Постараюсь выучить и принять новые традиции, уставы, образ жизни. Но изменять себе не стану. Я — Аделла, принцесса Даарийская. Ею и останусь, даже став королевой Гарда.

— Что ж, — наместница вновь коротко улыбнулась, опуская руку и отступая на шаг, — будем надеяться, что у тебя все получится. А пока пройдем в столовую. Наверняка умираешь от голода после долгих часов сна. Как раз посмотришь наши традиционные блюда и подберешь себе по вкусу.

Она направилась в сторону трона. Дойдя до ступеней, обогнула их с правой стороны, продолжая движение. Аделла молча последовала за ней. Впереди показалась освещенная свечами арка. Должно быть, это вход в обеденный зал.