Глава 39. Аделла

День прошел как на иголках. Слова Коры вертелись в голове, опускаясь странной тяжестью на грудь. Аделла не могла понять, откуда взялась эта ноющая тоска, ведь как бы Йорг к ней ни относился, ближе или дальше от этого не станет. Трудно хоть как-то задеть безразличное сердце. По крайней мере, таковым до недавнего времени оставалось сердце Аделлы. Так почему же возможное стремление принца избавиться от нее так сильно ударило?

Иккард сказал, что Йорг улетел в город-крепость, лично сопровождая осужденных, и вряд ли успеет возвратиться назад затемно.

Сложно сказать, зашло солнце за горизонт или нет, в пещерах ход времени сильно отличался. Свет фонарей приглушался, когда снаружи уже вовсю царила ночь.

За окном стояли серые сумерки. Аделла приняла ванну и собиралась ложиться спать, когда раздался стук.

Она замерла, прилепив взгляд к двери. «Йорг» — первое, что пролетело в мыслях, хотя вечерний посетитель ничем себя не выдал. Постучали вновь, более настойчиво. Очнувшись, накинула поверх сорочки халат, плотнее запахнула его и пошла открывать.

На пороге действительно стоял принц.

— Здравствуй, Аделла. Впустишь меня?

Она молча отступила на шаг, пропуская его в комнату и прикрывая дверь. Легкое движение воздуха принесло слабый запах вина. Неужели успел напиться? Ведь, скорее всего, прилетел совсем недавно.

— Иккард говорил, что допоздна не успеешь вернуться. Я не надеялась поговорить сегодня.

— О чем? — Он обернулся, скользнув затуманенным взглядом по ее фигуре.

Сжав края халата, Аделла крепче свела скрещенные на груди руки. Этот взгляд ей совершенно не понравился. И, судя по выражению лица, принц не имел понятия о том, что она ждала его. Видно, с Иккардом еще не встречался. Значит, пришел сюда не по ее зову, а совсем по иной причине. Ночью. Приняв предварительно пару бокалов вина.

— Кора сказала кое-что меня тревожащее, — начала неуверенно, уже сомневаясь, что стоит об этом говорить. — И я хотела удостовериться в ее словах.

— Разговор, так понимаю, шел обо мне? — Он дернул уголком губ в подобии улыбки и медленно приблизился, замирая в шаге от Аделлы.

— О нас, — прошептала, — и брачной ночи… О том, что ты имеешь право отказаться от меня, если я не смогу подарить тебе наследника.

Йорг не спускал с нее взгляда. Все такого же холодно-серого, словно зимнее море, замораживающего каждую клеточку ее существа. Но в нем присутствовало что-то еще, чего раньше не было. Смирение? Если до этого принц игнорировал, не замечал, отталкивал, выстраивал стену, сейчас показалось, что все это в одночасье рухнуло.

— Не нужно слушать Кору. Она предвзята. Я занял ее место, и ты села рядом со мной.

— Значит, такого закона не существует?

— Существует. Только это не закон, а пункт из свода правил. Каждый решает для себя, следовать ему или нет.

— И ты не откажешься от меня?

Аделла внимательно смотрела на мужа и не понимала, почему не чувствует разочарования? Ведь еще днем размышляла, как было бы здорово устроить возвращение домой. Неважно, что отец после такого, скорее всего, откажется от нее, лишив имени, наследства, средств к существованию. Она надеялась, что все еще можно вернуть, все может стать как прежде.

Увы, но время не поворачивается вспять, люди не воскресают с того света. Хвостатка от Лори так и не вернулась, а значит, надеяться на ее ответное письмо не стоит. Пора принять ту реальность, в которой приходится жить. Ту, где Лорелия погибла. Где Фахат пропал без вести, и она стала женой наследника северного королевства. Назад пути нет.

— Ты моя жена. И останешься ею, несмотря ни на что, — слова Йорга подвели черту под ее мыслями. — А что касается брачной ночи… Я говорил: не трону, пока сама не захочешь.

Образовалась тишина. Она опутывала их, сковывала сердцебиение, мешала ровно дышать. Аделла вдруг поняла, что они медлят не оттого, что не любят друг друга, а оттого, что оба надеются повернуть время вспять. Нет ничего глупее такой надежды.

— Я хочу, — слова вырвались сами, Аделла даже не успела их осознать.

На лице Йорга не дрогнул ни один мускул. Словно он и не услышал такую важную и сложную для нее фразу. Продолжал стоять, глядя в упор ей в глаза, завораживая расплавленным серебром и не давая возможности разгадать его мысли.

Аделла уже собралась отступить, дабы скрыться от давящего со всех сторон напряжения, как принц шагнул ей навстречу, преодолевая то ничтожное расстояние, что еще оставалось между ними.

Мягко провел кончиками пальцев по щеке, приподнял лицо за подбородок, запустил другую ладонь в ее распущенные волосы, наблюдая за переливами красных локонов в свете тлеющих свечей. Взгляд потеплел, черты лица сгладились. Сравнивает ли он, или вспоминает другую, для Аделлы сейчас это казалось неважным. Невесомые прикосновения оставляли после себя ощутимые следы. Она вспыхнула, чувствуя, как по коже разливается румянец. Отступать глупо. Он ее муж, останется им до самой смерти — все, как говорилось в брачной клятве у алтаря. А любовь… Аделла успела испытать это чувство с другим. Может, ей удастся воскресить его?

Подытожив ее решение, губ мягко коснулся поцелуй. Легкий, пахнущий вином, он словно играл с ней, проверяя на прочность уверенность. Аделла закрыла глаза, полностью отдаваясь в руки мужчины.

Он обнял за талию, крепко прижимая к себе, поцеловал уже по-настоящему: глубоко, уверенно, выпивая ее дыхание и туманя рассудок.

Аделла не заметила, как с плеч скользнула ткань халата. Сильные руки поднялись выше, ловко справляясь с застежками сорочки, отправляя ее туда же, к их ногам.

На мгновение потеряла опору: Йорг отступил, но она боялась открыть глаза и упустить состояние невесомости, окутавшее ее тело. Секунда — и он снова прижимает к себе, позволяя скользить ладонями по его плечам, прикасаться к обнаженной коже — гладкой, горячей, с твердыми мышцами под ней.

Аделлу подхватили, укладывая на кровать.

Поцелуи. Нежные, скользящие по губам, рукам, груди. Уверенные движения, разжигающие уже знакомое пламя внизу живота. Страха нет, лишь тягучее ожидание чего-то ей еще неизвестного.

Пальцы поглаживают, мнут, сжимают бедра, разводят их в стороны, движутся вверх, ныряют внутрь, щекоча нежную кожу, не привыкшую к чужим касаниям. Аделла распахнула глаза, тут же попадая в плен расплавленного серебра. Он все это время смотрел на нее, следя за реакцией, считывая ее состояние по выражению лица.

— Не бойся, — шепот у самых губ и поцелуй. Страстный, уносящий куда-то далеко, за пределы этой комнаты, этого замка.

Палец погружается глубже, натягивая тонкую струнку, протянутую через все ее естество, заставляя дрожать, сбивая дыхание с прежнего ритма. Зародившееся внизу живота пламя уже полыхает по всему телу, опаляя саму душу.

Что происходило дальше, пролетело смазанным пятном. В одно мгновение снизу-вверх пронзила боль. Аделла вскрикнула, пытаясь отстраниться, сжать колени, но мужчина поймал ее крик губами и крепче прижал к себе, замирая и давая возможность свыкнуться с его присутствием внутри нее.

А следом — наполненность, движения, уверенные, глубокие толчки и пульсирующее наслаждение где-то глубоко внутри. Аделла не успевала принять накрывающее с головой, ни на что не похожее чувство, словно весь мир в одночасье растворился в ней самой и отбросил взрывной волной высоко-высоко, к звездам. Они одна за другой вспыхивали перед закрытыми глазами, пронзая световыми молниями. Хотелось кричать, но голоса не было, или она просто не слышала себя.

Постепенно мир вращался медленнее, она возвращалась в реальность, чувствуя легкость и непривычную опустошенность. Открыв глаза, не сразу поняла, где находится.

— Все хорошо?

Вздрогнула, повернувшись на голос. Йорг улыбался уголком губ, глядя на нее со странным выражением глаз.

— Д-да…

— Никогда еще женщина так не стонала подо мной. Это было… Гораздо приятнее, чем мое собственное удовольствие.

Аделла вспыхнула, остатки блаженной неги мгновенно улетучились. Нащупав простынь, поторопилась натянуть ее до подбородка. Он поймал ее руку, не давая сделать этого. Склонился, целуя в губы. Это не особо помогло, лицо продолжало гореть, словно она совершила нечто непоправимо постыдное. Однозначно было еще слишком рано для столь откровенных разговоров.

— Брось, Аделла, — он рассмеялся. — Все, что можно было, я уже увидел. И мне понравилось.

Она во все глаза смотрела на эту улыбку, словно на нечто диковинное. Такая малость, а невероятно изменила его лицо. Захотелось улыбнуться в ответ, что Аделла и сделала.

Быть может, еще не все потеряно в их отношениях?