Глава 24. Они прошли сквозь бурю и огонь
Как в песенке насмешливой поётся:
У справедливости немытая пробирка.
Вот потому-то в жизни воздаётся
Кому-то — бублик, а кому-то — дырка…
Картина, представшая глазам очнувшегося рыцаря, была вполне достойна кисти Сальвадора Дали. Над площадкой неведомо каким чудом застыли в падении камни самых разных размеров: от крошечных до серьёзных глыб в человеческий рост.
Пока Ник ошалело пялился на камнепад, замерший в паре метров от площадки, под ним что-то заворочалось и злобно потребовало:
— Слезьте с меня! Немедле…
На последнее слово лорду, похоже, не хватило дыхания, и он закашлялся. Ник с некоторым трудом выполнил требование, встал и ощупал себя. Вроде цел… Даже переломов нет. Только голова гудит как колокол…
Вокруг камней валялось тоже изрядно. Спотыкаясь и слегка прихрамывая, рыцарь добрёл почти до края и осторожно заглянул вниз. Земли видно не было, и площадка ни на что не опиралась. Под ней и вокруг висела мешанина из камней и воздуха. А из-за далёких облаков выглядывало солнце…
Полнейший сюр! Для полноты картины, насколько помнил Ник, не хватало оплывших карманных часов, слона на длинных ногах и, кажется, голой бабы…
Пирамида явно взорвалась. И, возможно, маги, там, внизу, увидев её взрыв, остановили время. Ну или просто обломки остановили. И сделали это очень вовремя — иначе Тёмный лорд со Светлым рыцарем попросту оказались бы похоронены под горой камней, в замечательной такой совместной могиле.
С другой стороны, мир мог всё-таки рухнуть, а высшие его силы вот выжили — и остались на единственном сохранившемся кусочке…
Лорд продолжал кашлять — пыли, что ли, наглотался — и Ник вернулся к нему. Мальчишка уже сидел, как-то неловко прижимая к себе левую руку, и рыцарь без лишних слов стащил с него пуховик, не обращая внимания на попытки сопротивления и тихие сдавленные ругательства. Согнув и разогнув руку его темнейшества, Ник убедился, что с ней всё в порядке, и только тут заметил порванную на голени лорда и пропитавшуюся кровью штанину.
— Ай! Больно же! — возмутился мальчишка, пытаясь отползти на заду от непрошеного лекаря. — Да отстаньте же вы!
Ник накинул ему на плечи пуховик, подхватил под мышки, подтащил к ближайшему крупному камню и прислонил спиной. Бесцеремонно обыскав рюкзак лорда, достал нож, которым резали мясо.
Десять минут спустя штанина была вспорота по колено, а неглубокая, но длинная рана замотана куском Никовой футболки. Чисто чтобы кровь остановить. Следовало залить рану хотя бы водкой, но где взять? Впрочем, вряд ли воплощению мирового зла грозит заражение крови. Как говорится, зараза к заразе не пристанет. Хотя кровь у него красная и на вид самая обыкновенная… Даже серой не воняет.
Пока Ник суетился, лорд терпел и молчал. Только когда рыцарь закончил манипуляции и принялся натягивать сильно укороченную футболку, насмешливо протянул:
— Спаси-ибо, свет мой! Что бы я без вас делал, даже подумать страшно! Рану залечивать не стал бы, и так сил нету, но пришлось бы создавать бинт и перекись водорода…
Ну да… Магия же! Ник ощутил себя идиотом и огрызнулся:
— Так и создавал бы!
— Ну что вы! Такой шанс полюбоваться вашими отточенными движениями и прекрасными мышцами! На большее уж я и не рассчитываю… Хотя… Если вы, конечно, не против?..
И лорд облизнул губы острым язычком — медленно и показательно. Интересно, это он шутит или как? Хотя нет, неинтересно. И ведь нашёл же время, поганец! Раненый, измотанный… Морду-то набить нельзя! Ник мысленно сплюнул и осведомился:
— Гормоны пляшут, ваше темнейшество? Так это не ко мне.
— Жа-аль… — Мальчишка театрально вздохнул. — Здесь и сейчас могло бы выйти весьма романтично! Согласны? По законам жанра мы должны бы сейчас кинуться друг другу в объятия… Мир спасли! А это вам не мандаринами исподтишка в моём саду любоваться!
— Точно спасли? — поинтересовался Ник, усаживаясь напротив лорда. На приличном расстоянии.
— Да бес его знает… — Лорд пожал плечами. — Полагаю — да. Астероид мы точно развалили… Но вы от темы-то не уходите. Как насчёт победных объятий? Или у вас девушка есть? Наверняка… Так она простит! Слово Тёмного лорда! Это ведь даже не измена будет, я-то не девушка. Подумайте, Ник…
Он улыбнулся, да так, что у рыцаря что-то ёкнуло в груди. Даже в таком виде щенок был невероятно хорош собой. Конфетка, а не парень. Ему б девицей родиться… Хотя мужики определённого сорта и так, небось, в очередь становятся. И их можно понять!..
Ужаснувшись собственным мыслям, Ник тяжко вздохнул и сообщил лорду:
— Вас, Кай, видно, пороли в детстве мало. Большой воспитательный просчёт мамы с папой!
— Папа ни разу не порол, — сказал мальчишка, стерев с лица улыбку. — А маму я вовсе не помню. Она как узнала, с кем любовью-то занималась, так и бросила и папу, и меня. Мне года ещё тогда не было… Так что в этом плане Тёмный лорд никому не нужен! Проверено! Вот и вы мне отказываете…
— Н-да… — ошеломлённо пробормотал Ник и вдруг засмеялся.
— Что смешного-то, ваша светлость? — обиделся лорд.
— Извините, Кай! Просто… — Рыцарь расхохотался ещё громче, уткнулся головой в колени и ржал до тех пор, пока лорд не кинул в него камешком, метко попав в ноющий затылок.
— У вас истерика, что ли, Ник?
— Нет-нет! — сказал рыцарь, ощупывая голову и обнаруживая, наконец, здоровенную шишку. — Просто очень уж схожая ситуация… Видите ли, ваше темнейшество, меня тоже недавно девушка бросила. И как раз потому, что я Светлый рыцарь. Так что очень сочувствую вашему отцу! И вам… У нас, по счастью, хоть ребёночка нету. Уж об этом я позаботился!
— Ну и дурак! — буркнул лорд. — Я вот нисколько не жалею, что я есть!
— Пожалуй, — легко согласился Ник. — Иначе бы мир рухнул… Кстати, о мире. Мы как отсюда выбираться-то будем? Я так понял, что пирамиды под нами больше нет, и мы тут как бы тупо зависли. А Дикая Охота сюда, видимо, не пробьётся сквозь камни, да? Есть идеи?
— Ни единой… Вот восстановлюсь немножко, тогда подумаю. Лестницу, наверное, надо… Но пока мне и тут вполне приемлемо. Даже хорошо.
— Это чем же? — с сомнением спросил Ник. — Я бы вот поел…
— Где вас-то воспитывали, дитя Света? — ухмыльнулся Тёмный лорд. — Терпите! Но жрать охота, да… Там у меня в рюкзаке точно ничего не осталось? Сюда бы кровать и еды, и можно жить с комфортом! — произнёс он мечтательно. — Что там делать внизу? Одни проблемы! А тут, в тишине, покое, и досидели бы до самого боя…
Ник представил себе грядущие пять дней в обществе неуравновешенного, сексуально озабоченного Тёмного лорда и передёрнулся. И ладно бы ещё только озабоченный — но ведь и раненый! Вдобавок без еды и, простите за натурализм, без оборудованного туалета… Хотя, если уж совсем приспичит, можно подойти к краю площадки. И лорда придётся подтащить — сам он сейчас вряд ли дойдёт. Но если там, внизу, всё ещё торчит толпа магов, рьяно обсуждая, как спасать зависшее среди обломков пирамиды мировое равновесие… Может нехорошо получиться!
Но тут его натуралистические размышления прервал шум крыльев, и, увидев лавирующего между камней чёрного ворона, рыцарь радостно заорал:
— Ганс, тётка твоя цедра!
Ворон выпустил из клюва увесистый мешок и приземлился на плечо Нику, едва удержавшемуся на ногах от неожиданной тяжести.
— Пр-риветствую спасителя Книги Мир-ра! — поздоровался Ганцонгер. — И безмер-рно рад, что Светлый р-рыцарь подтвер-рдил пр-равомер-рность выбор-ра Белого Клинка! Астер-роид уничтожен! Ваш подвиг сохр-ранится в веках! И я р-рад, что благор-родное дело Добр-ра находится в столь могучих р-руках! Вы, Николай, воистину величайший маг!
— О да, да! Конечно! — язвительно поддержал его лорд. — Светлый рыцарь блестяще исполнил роль хорошо заряженного энергией артефакта! Он был воистину великолепен, отдавая мне свою безмерную силу! «Они прошли сквозь бурю и огонь — уставший воин и уставший конь!» — продекламировал он. — К сожалению, на что-то большее ваше благородное добро пока не годится! Даже утешить того, кто занимался делом, и то не способно…
Кто из двоих спасителей мира подразумевался под конём, гадать не приходилось, но Ник только поморщился. Как ни странно, и Ганс не стал возражать лорду. Напротив — спрыгнул на площадку, вразвалочку подошёл к поганцу и мягко, без всякого акцента спросил:
— С вами всё в порядке, лорд Кайтэл?
— Угу, — кивнул мальчишка. — Ваш величайший маг меня даже перебинтовал. Рану, правда, не обработал, но думаю, что переживу… А вот моральный ущерб восполнить…
Он вдруг замолчал и округлил свои синие глазищи. По площадке, аккуратно огибая камни, прямиком к лорду шествовал белый котик.
— Рад видеть вас, ваше темнейшество, в относительном здравии, — сказал Йош, вежливо склонив голову. И в два прыжка достиг Ника. — А вас особенно, ваша светлость! Привет вам принёс… Мешочек мы вдвоём собирали. По вкусу моей хозяйки. Она очень за вас переживает.
Рыцарь невольно огляделся.
— Йош?! — спросил он, не веря собственным глазам. — Ты что тут делаешь?! А где… А…
— Она сама явиться не может, но передала вам еду и наилучшие пожелания.
— Ну ничего себе, как о вас заботятся, Ник! — усмехнулся лорд. — И еда, и пожелания!.. И целых два фамилиара… Не хочу сказать, рыцарь, что ваша девица глупа… Хозяйственна, это точно… Но я бы за вас без раздумий замуж выскочил! Эй, киска! Ты чей такой пушистый будешь? Это твоя хозяйка, что ли, по глупости моего любимого врага бросила?
Ник, наконец, опомнился.
— Ганс! Йош! Мне срочно нужны бинт, перекись водорода и водка! Водка для раны… С его темнейшеством не всё в порядке. И молока ему надо!
— Я весьма тронут, Ник, — очень серьёзно сказал мальчишка. — Честно! Правда, несколько удивлён происходящим… К вам почему-то сразу два фамилиара прибыли, а мой и не почесался! Хотя чему удивляться! Вот она, тяжкая и несправедливая доля Тёмного лорда!
Йош презрительно фыркнул, уселся и почесал задней лапой ухо.
— Возможно, ваш фамилиар занят крайне важными делами во славу Тьмы. Или ещё не дополз сюда… — предположил он. — Если позволите, милорд, я займусь вашей ногой.
— Позволяю! — царственно кивнул мальчишка. — Но лучше без водки. Говорят, она жжётся очень…
И кот с вороном захлопотали вокруг его темнейшества. А рыцарь пожал плечами, ощупал шишку на затылке и в очередной раз задумался о справедливости по отношению к Свету. Но вдруг прямо под пальцами здоровенный желвак стал уменьшаться, а боль ушла.
Ник в растерянности повернулся к живописной группе у камня, и Тёмный лорд с улыбкой послал ему воздушный поцелуй.
***
Я не хотела, не хотела, не хотела! Не хотела его видеть! Да, ходила по утрам на полянку — но то были жалкие минуты. Можно сказать, сложившаяся традиция. Он оставлял розу, уходил, и я её забирала. Точнее, подменяла… Всё!
Но вселенскую несправедливость по отношению к Тёмному лорду никто не отменял…
Известие об астероиде поначалу я восприняла даже с энтузиазмом. Вот она — глобальная катастрофа и точка приложения ума и сил! Долой возню с бумажками и мелкие вассальные склоки! Вы у меня все будете работать на благо мира!
Но к рассвету семнадцатого мая стало ясно, что сил для предотвращения гибели Книги Мира не хватает ни у повелителей стихий, ни у меня — высшей силы Тьмы. Я выложилась почти полностью — и практически безрезультатно. Правда, удалось замедлить скорость астероида, но это было всего лишь маленькой отсрочкой. Как и предупреждал Шэрр, активировать пирамиду без белых не вышло.
Проспав пару часов в гнезде из наспех созданных подушек и вылакав почти два литра молока, к появлению Светлого рыцаря я более-менее восстановилась. Но из рабочего состояния души он меня, конечно, выбил. Одним своим присутствием. И запоздавшим осознанием того, что на пирамиду нам предстоит лезть вместе. Вдвоём…
А когда на лестнице пришлось пожать ему руку, меня просто затрясло. Ужасно хотелось никогда не отпускать… Или исчезнуть к бесам, чтобы никогда больше не видеть! Но ни то, ни другое, разумеется, сделать нельзя.
Всю дорогу до вершины я обдумывала линию поведения и решила выжать из ситуации всё возможное. Имею я право хотя бы до него дотронуться?!
Телесный контакт при совместной работе был не особенно нужен, но Ник об этом, понятно, не знал. А потому не стал сопротивляться. Только напрягся, когда я к нему прижалась. Да — и голову на плечо уложила, немедленно испытав невероятно острое чувство правильности происходящего. Длинно сглотнула и скомандовала:
— Обнимите меня. Не стесняйтесь, Ник! Прижмите к себе.
Ничего личного, ну конечно… Ах, как же хорошо, что он не понимает!
Рыцарь послушно выполнял мои указания: и обнял, и ноги расставил шире, а я поспешно придвинулась к нему ещё ближе и замерла в полном упоении. Ещё бы куртку снять… Но это уж точно будет странно выглядеть. Тьма моя в светлом коконе, как же хорошо! Какой он тёплый, надёжный… Как хочется развернуться, дотянуться до его губ, обхватить за шею… Нельзя, ничего нельзя…
И надо работать!
Впервые я коснулась его силы. Его сути. И обомлела. Да — равный мне… Невероятная мощь, и до чего же яркая! Мелли права, он действительно сияет, как солнце!
Я раскрылась, позволяя почувствовать себя, и Ник ощутимо вздрогнул. Расслабился, принимая. Да, враг мой, свет мой, пусть и тебе будет хорошо!
Но, в отличие от меня, высшая сила Света не забывала, где и для чего находится.
— Хватит, Кай, — хрипло проговорил он за моей спиной. — Вам же работать ещё…
Интересно, он о Тёмном лорде заботится сейчас или о мире? Впрочем, глупый вопрос. Конечно, о мире. Даже если и чуть-чуть о лорде — то всё равно ведь о мире…
И вдруг его пальцы зашевелились. Ник сдвинул правую руку, слегка надавил, простучал короткий ритм… Но едва успев удивиться, я поняла, что он делает. Нет, это не ласка, да и с чего бы ему ласкать гадкого мальчишку? Это…
— …написать программу! — радостно сказал рыцарь.
Стоп! Нашёл время!
— Никаких программ! — Я сильно пихнула его локтями. — Это риск!
Мне следовало вспомнить о его способе колдовать вчера вечером! Может, и с пирамидой не понадобилось бы возиться, а ведь сколько на неё ушло сил! И не только моих, но всё равно… Но теперь что рассуждать? И времени действительно больше нет.
Призрак пирамиды дрогнул, покорно отделился и рванулся вверх. А когда он достиг махины астероида, мне показалось, что я сама влетела туда, но не в металл, не в камень, а словно в мягкое пирожное. Я была ножом, но ножом, надёжно укрытым в упругих, ослепительно ярких ножнах. В объятиях Ника…
Силы кончились мгновенно, и о пирамиде я даже не успела подумать. А ведь Шэрр говорил: камень без души — песок… Зато очнулась я тоже в объятиях. Точнее — придавленная всем весом Ника. Второй раз в жизни… Только ощущения совсем другие. Тяжело, дышать нечем, и нога болит …
— Слезьте с меня! — потребовала я. — Немедле…
И не сумела договорить, закашлялась, а Ник на мне тяжело заворочался. Буквально сполз, с заметным трудом встал и тут же, покачиваясь, отправился к краю площадки. Присвистнул, заглянув вниз. Спросить, что там, я не могла — кашляла, а потом стало не до того.
Светлый рыцарь занялся спасением Тёмного лорда. И мог заметить истинную реакцию на свои прикосновения, а потому пришлось отбиваться и ругаться. Получалось плохо, но это легко списывалось на слабость…
Его руки стягивали с меня куртку, тщательно ощупывали на предмет повреждений, и я млела… Даже боль отступила. Удовлетворившись осмотром, Ник снова меня укутал, волоком оттащил к большому камню и занялся моей ногой. Смотреть, как он стаскивает с себя футболку, оказалось невыносимо. А не смотреть я не могла. Только глаза прикрыла и любовалась из-под ресниц. До чего он всё-таки красивый! Безумно хотелось прикоснуться, потрогать, поцеловать, вцепиться в голые плечи и притянуть к себе… Содрать к свету свою личину!.. Нельзя, ничего нельзя! А когда Ник начал одеваться, я едва не разревелась от острой детской обиды, как будто конфету отобрали… И принялась язвить.
Пусть, пусть он считает меня испорченным мальчишкой, пусть думает что угодно, это уже не имеет никакого значения! К тому же реагирует как-то странно… И поглядывает на братца Кая так, что впору начать ревновать. Хотя девочки Тэль уже и нет! Соблазнить, что ли, его в мужском обличье? Но ведь наверняка не выйдет… Да и не умею я как мальчик… Я как девочка-то ничего не умею! И уже не научусь…
И даже если бы нам обоим не предстояло умереть через пять дней вместе со всем миром согласно законам мироздания — что бы я делала? Всю жизнь врала бы ему? Потому что узнай он правду — и всё кончится, мгновенно кончится! Сам по себе Тёмный лорд никому не нужен! Проверено и подтверждено на примере моей мамочки!
Не понимая, что так рассмешило рыцаря в печальной истории моего отца, я разозлилась так, что швырнула в него камнем, целясь в шишку на затылке. И попала, конечно.
— Видите ли, ваше темнейшество, меня тоже недавно девушка бросила. И как раз потому, что я Светлый рыцарь, — сообщил мне Ник, и я даже не сразу нашлась, что ответить.
Да уж… А ведь с его точки зрения это действительно именно так и выглядит. Именно так и никак иначе! Что ж… Мы и вправду равны во всём. И в силе, и в радости, и в печали… Наверное, никого другого я и не смогла бы полюбить…
Он не стал развивать тему о своей девушке. Говорил что-то про пирамиду, про Дикую Охоту… Я отвечала, не задумываясь, и продолжала жадно его рассматривать. Исцарапанный, уставший, грязный… Мой! Это мой, собственный мужчина! Единственный. Единственный во всех мирах. Другого такого нет. И не будет. Если бы можно было вечно сидеть здесь вдвоём! Ну хотя бы до боя… Я бы даже перестала над ним издеваться…
— Ганс, тётка твоя цедра! — завопил вдруг Ник.
Но меня явление светлого фамилиара совершенно не обрадовало. А его тирада так и вовсе взбесила. Конечно! Подвиг Светлого рыцаря! А Тёмный лорд — так, гадкое, но необходимое орудие его великих благородных деяний! И ведь действительно так и останется в веках! Если они будут, конечно, эти века… С другой стороны, сколько я из него энергии вытянула — это же страшно представить!
И всё равно было невыносимо тошно. Хотя ворон проявил ко мне неожиданное участие и явное уважение, моего настроения это не изменило. А уж как возмутило поведение явившегося следом Йоша! То есть я прекрасно понимала, что он действует в моих интересах, но это ничего не меняло. И ведь тысячу раз читала, что от любви глупеют… Но справиться с собой не получалось.
Когда Ник потребовал бинты, водку и даже молоко, я окончательно устыдилась. Тем более что оба фамилиара полностью переключились на меня.
Величайший светлый маг смотрел, как ворон с котом хлопочут вокруг раненого, замученного и капризного Тёмного лорда, и печально ощупывал свой затылок. Это его камнем приложило, а я добавила… И вообще должна его убить… А этот идиот ещё обо мне и заботится! И холодно ему, наверное, весь живот голый… И воплощение мирового зла себя в жёны предложило… Кошмар, одним словом.
Сосредоточившись, я мысленно коснулась шишки Ника и аккуратно послала импульс силы. Зря, конечно. Аж в глазах потемнело… Треклятый астероид, свет ему в обломки!
Поймав растерянный взгляд своего врага, братец Кай изобразил воздушный поцелуй, сопроводив его нежной улыбкой. Враг криво ухмыльнулся, отвёл глаза и наконец-то запахнул куртку…
***
В мешке, собранном фамилиарами, оказались пирожки всех мастей: с клубникой, капустой, мясом и даже ананасами. Было и молоко в огромном глиняном кувшине. Но практически всё слопал его темнейшество — Ника еда интересовала куда меньше, чем её источник.
Лорд, с аппетитом и без разбору поглощая пирожки, с интересом прислушивался к разговору рыцаря с белым котом. И периодически вставлял реплики, от которых кот только жмурился, а Ник тихо зверел. Учитывая, что Йош отделывался краткими уверениями в полном благополучии своей хозяйки и фразами типа «Не велено говорить», кипение рыцаря довольно быстро достигло критической точки.
— Да хоть вы-то помолчите уже, ваше темнейшество! — рявкнул он, обернувшись к лорду, и тот от неожиданности облился молоком, которое пил прямо из кувшина.
— Что значит «вы-то»? — оскорбился мальчишка, отплевавшись. — Тут кроме нас с вами никто толком и не разговаривает! Эту вашу киску в пыточной следует опрашивать, вам не кажется? Могу методы подсказать…
— Вам-то какое дело?!
— А мне ску-учно… — капризно сообщил лорд. — И холодно! И я хочу уже домой! Покоя и здесь нету! А вы, Ник, могли бы и со мной побеседовать, а не с этим… наглым белым ковриком!
«Наглый коврик» сверкнул на мальчишку глазами, но смолчал.
— И не о девице вашей неадекватной! — продолжал лорд. — Это же она с вами на балу была? Хорошенькая… Только слепенькая! Ни шкурок под ногами не замечает, ни вашего безмерного обаяния… Вот я бы на её месте…
У Ника даже в ушах зазвенело от ярости. Он вскочил, шагнул к поганцу вплотную и склонился на ним, уперев руки в колени.
— Слушайте, ваше темнейшество… Заткнулись бы вы уже, а? А то я ведь могу и воспользоваться вашим предложением!
— Это каким? — нахмурился лорд, слегка отодвигаясь.
— Ну… Вы ведь замуж за меня хотите выскочить? Я ж не ослышался? Значит, пробу снять надо! Я парень холостой, вы парень симпатичный! Я готов, ей-богу! Точно хотите? Прямо сейчас и начнём! Без раздумий! Я вас на правах мужа так развлеку — астероид игрушечным покажется!
— Пра-авда?! — радостно ахнул мальчишка. — Нет, вы правда согласны?!
Ник выпрямился и сплюнул.
— Да идите вы, в самом деле… к бесам в глотку!
— Вот я и говорю — Тёмный лорд никому не нужен! — с печальным вздохом резюмировал лорд.
И воцарилась тишина, нарушаемая только щёлканьем вороньего клюва — невозмутимый Ганцонгер тщательно чистил перья в отдалении от надувшихся высших сил.
Получасом позже площадка, наконец, опустилась на землю. Ника немедленно окружили, принялись хлопать по плечам, бурно выражать восторги, совать в руки чашки с кофе и снифтеры с коньяком. А он кивал, слабо улыбался и косился через плечо на Тёмного лорда.
Мальчишке поздравления принимать не дали. Отряд воинов в чёрных доспехах оттеснил от него восторженную толпу, создав коридор. Герцог Шэрр подхватил лорда на руки, как больного ребёнка, и понёс к карете Дикой Охоты.
Ник ожидал какого-нибудь знака — лорд должен, просто обязан был хотя бы рукой помахать «любимому врагу». Но ничего подобного его темнейшество не сделал. Уткнулся в плечо Кормчего, обняв его за шею, и на рыцаря даже не глянул. И Ник внезапно ощутил лёгкий укол ревности.
Вот паршивец! Всё же мир вместе спасали…