ЭПИЛОГ
— Скоро-о-о-о! — кричал паровоз из темноты, рассекая лучом полярную ночь и распугивая снежинки, роем несущиеся прочь от железного чудища.
— Наконец-то! — улыбнулась Анни.
Ей не было холодно — зимний арлап, сшитый по её росту, закрывал девушку с ног до головы — лишь любопытный нос торчал из-под капюшона, да подрагивали ресницы. Но дело не только в тёплой одежде. Север, куда они с мужем приехали раньше всех, стал родным — Боги держат сердца призванных в ладонях…
Как же ей хотелось увидеть всех! Прошло без малого несколько месяцев. Она соскучилась…
Дан привлёк жену к себе и прошептал:
— Через два дня — наша свадьба.
Анни опустила голову, чтобы Дан не заметил, как скривилось её лицо. Она очень любила мужа, Север, его родителей, да хранит Айварсов Храон, но…
Свадьба…
Милорд Айварс, почтенный отец семейства, что стоял поодаль, держа под руку укутанную в меха супругу и улыбался в заснеженные усы, накануне передал полномочия наместника Севера среднему сыну. После свадьбы детей, родители Дана планировали отправиться в путешествие — как-никак, двоих сыновей пристроили — Дан женится, Харви сделал предложение Илзе — заслужили отдых!
Нежный шёпот мужа тонул в нервных звуках настраиваемых инструментов — оркестр готовился к встрече короля. Вой ветра, лязг останавливающегося паровоза…
Анни заглянула в янтарные глаза чиррхарвы — магический зверь разлёгся на снегу, с интересом наблюдая за происходящим. Вот кому морозы нипочём! Тьма сама заморозит язык, кому следует…
А поэтому некую госпожу, что упорно распространяла гадкие слухи о любимой хозяйке, она расколдовывать не будет, пусть Анни и не просит. Вот с онемевшим, замерзшим языком вздорной даме гораздо лучше. И остальным дамам Бренома будет о чем подумать.
А то взяли моду осуждать Дана и Анни за то, что те живут в одном доме до свадьбы. Глупые люди! Этих двоих повенчали Боги, так что пусть кое-кто помолчит. А то, что у лекарей Бренома в последнее время много работы… её это не касается.
Вагон, в котором прибыли король Эрик Второй и принцесса Мария Луиза Ирриана дель Лара Кордон, торжественно остановился напротив синей с серебром ковровой дорожки. Важный проводник склонился в поклоне, величественно распахнув дверь.
Грянул оркестр! Тьма, фыркнув, прижала уши, прячась от громких звуков, Анни и Дан поклонились, приветствуя короля и принцессу, которые прибыли к ним на свадьбу. Бедные придворные, что так радовались осенью опале Айварсов, теперь печалились. И опала оказалась мнимой. И его величество показал своё отношение, отправившись на Север.
Наконец стали появляться те, кого Анни ждала больше всего — Харви Айварс и Илзе, Дьярви, госпожа Нокль, мэтр Бригер, ведущий под руку…
— Мама! — взвизгнула Анни. — Мамочка!
— Госпожа Лаапи, — поклонился Дан. — Мы очень рады…
— Мама…
— Девочка моя, — женщина еле сдерживала слёзы, испуганно озираясь вокруг.
Она покосилась на Эрика с Ирри, которые отошли подальше вместе со всеми прибывшими, чтобы не мешать Анни с мамой.
— Какая ты у меня… красавица!
— Не плачь, мам… Ну, пожалуйста!
— Детка… Не надо было меня звать. Ты теперь барышня. А я… — она робко покосилась на Эрика с Ирри.
— Мама! — строго сказала девушка, мысленно ругая себя за то, что не поехала в родную деревню и не привезла маму сама. — Мама…
Анни стряхнула перчатку и погладила маму по щеке:
— Я так скучала…
— Мр-р-р-р, — у ног женщины уже ластилась Тьма.
— Какая! — восхищённо протянула мама и склонилась, чтобы погладить кошку. — Непростая. Твоя?
— Вон она! — раздался вдруг пронзительный мальчишеский голос. — Папа, это она! Ведьма!
Анни вздрогнула и недовольно посмотрела на тех, кто помешал их встрече. Слишком много в её жизни последнее время случалось неотложных дел. Дел, из-за которых она не могла встретиться с мамой! Успокоить, обнять, навестить, позаботиться о самом дорогом, самом родном человеке в её судьбе! И теперь, когда она, наконец, с мамой…
Словно в ответ на возмущённые мысли хозяйки, кошка зашипела. Шерсть встала дыбом, янтарные глаза вспыхнули — чиррхарва стремительно увеличивалась в размерах, под испуганные возгласы присутствующих.
— Вы! — к Анни подбежал мужчина в форме, с раскрасневшимся от злости лицом. — Вы околдовали моего сына! Я требую, чтобы эту женщину арестовали! У меня заявление! Пострадал мой сын!
— Генерал Грорди… — раздался за спиной крикуна спокойный, почти ласковый голос его величества.
Чьи-то руки легли Анни на плечи и чуть сжали, успокаивая. Девушка обернулась, и, взяв маму за руку, спиной прижалась к мужу. Свита короля обступила их со всех сторон.
— Что происходит? — Эрик Второй, сделав знак Дану не вмешиваться, внимательно посмотрел на мужчину и мальчика лет четырнадцати, замотанного в шарф. — Генерал, у вас какие-то претензии к миледи Айварс?
Ирри, поджав губы, выразительно посмотрела на короля, делая ему отчаянные знаки.
— То есть госпожи…
— Лаапи, — подсказали его величеству.
— Анни, что случилось? — прямо спросил король, решив, что с него хватит этой неразберихи с именами.
— Господин генерал утверждает, что я лишила его сына магии, — начала Анни. — Но это не так, потому что…
— Потому что это сделал я! — крикнул мэтр Бригер, расталкивая толпу и пытаясь прорваться к месту происшествия.
— Господин профессор?! — генерал был в бешенстве. — Безобразие! Как вы могли?!
— Мальчик, подойди ко мне, — мэтр заговорил так, что все тут же замолчали, а мальчишка, побледнев, опустил голову.
— Напомните, юноша, что случилось тем злополучным днём, когда мы встретились?
Мальчик молчал, упрямо сжав челюсти.
— Что ж… Тогда я расскажу сам. В тот день я лично наградил вас, молодой человек, одним очень любопытным заклятием. Не припоминаете? Я предупредил вас, что заклятие рассеется, как только вы наберётесь смелости и расскажете вашему отцу правду. Правду о том, как вы и ваши друзья спустили собаку на котёнка, а потом на девушку, — мэтр Бригер повысил голос и указал на Анни. — Но я делал заклятие на то, что он будет чесаться, — пробормотал маг, нахмурившись и уже ни к кому особо не обращаясь. — Странно. Что могло дать такую реакцию… Правду, я так понимаю, он вам не сказал? — мэтр Бригер посмотрел на генерала, который переводил взгляд то на мага, то на собственного отпрыска.
— Нет, — выдохнул тот.
— Значит, юному дарованию удалось снять моё заклятие самостоятельно и… И у него получилось! — воскликнул маг, заинтересованно разглядывая мальчугана.
— Но он остался без магии!
— Тьма? — Анни вопросительно посмотрела на чиррхарву, но кошка лишь отвернулась.
— Давайте отправляться, — приказал его величество. — Вреда не будет, если мы решим эту проблему в тепле.
Дан поклонился королю, и все стали рассаживаться по сургенгам.
— Артур… Почему ты не сказал мне правду? — донесся до Анни расстроенный мужской голос.
— Папа, она сама на меня бросилась!
Тьма и Анни переглянулись. Мальчишка опять врёт — жаль…
Вереница сургенгов торжественно направилась в Бреном — осторожно пробираясь сквозь мрак полярной ночи. Дан лично вёз короля и принцессу, никому не доверив дорогих гостей.
— Как вы тут живёте? — поёжилась Ирри, закутанная в меха. — Темно. Холодно…
Анни улыбнулась, сверкнули в полутьме янтарные глаза Тьмы. Со временем Ирри почувствует Север. Оценит его красоту. Обязательно! Просто… Просто нужно ей его показать. Ну ничего, они с Тьмой этим займутся.
— Я — южный житель, — проворчала принцесса. — Мне и в столице холодно…
— Привыкай, любимая, — нежно отозвался король. — Весной мы поженимся, так что… Айварсы, мы ждём вас на торжестве.
— Мр-р-р? — Тьма вскочила его величеству на руки.
— И конечно, вас, драгоценная Тьма.
Кошка и король склонили головы друг к другу — пушистая мордочка, мурча, потёрлась об щеку Эрика Второго.
Неожиданно сургенг встал — они оказались в самом центре снежного урагана. Метель склонилась, накрыв белоснежным, пушистым одеялом. Исчезло всё: караван сургенгов, придворные…
Остались король и принцесса, Анни и Дан. Они стояли на берегу Ледяного моря — снег медленно, отвесно кружился над жемчужно-серой гладью. Волны набегали на берег, одна за одной, и вдруг на горизонте появились белые барашки пены — к берегу спешила стайка нарвалов…
Свита Храона, достигнув берега, обернулась белоснежными единорогами — прозрачные витые рога отливали радужным блеском, медленно и величественно эти удивительные, магические существа выстроились у ног Бога-исполина.
Король, принцесса, Анни и Дан — все они поклонились, и небо взорвалось северным сиянием!
— Это же… — прошептала Анни одними губами, глядя прямо в глаза мужу.
— Тс-с-с-с, — Дан обнял жену. — Храон не показывается никому. Но… может быть, это он?
— Он пришёл… благословить короля и Ирри?
— Может быть, — Дан Айварс поцеловал жену.
Король и принцесса исчезли — растаяли в радужном мареве — наверное, Храон приготовил влюблённым нечто особенное.
Вдруг свет померк — небо заволокло тучами, и вновь повалил снег на этот раз какой-то злой и безжалостный.
На берегу появился мальчик — он весь дрожал под мокрым, липким снегом.
Анни и Дан переглянулись. Мальчишка, конечно, врун, но…
Огромная, в полнеба фигура Храона, сотканная из бушующей метели стукнула посохом о землю — море взволновалось, исчезли единороги — на берегу остались Храон, Тьма и… маленький чёрный котенок вместо мальчика. Анни хотела было подхватить его, сунуть за пазуху арлапа, чтобы согреть. Но… котёнок исчез.
Девушка требовательно уставилась в небо — туда, где бесновался снежный вихрь, не обращая внимания на Тьму, что тянула хозяйку за полы арлапа назад, намекая, что спорить не стоит.
«Ты просишь за него? — голос в голове звучал удивлённо и насмешливо. — За злого мальчишку, который натравил на тебя и котенка собаку, а потом ложно обвинил?
— Да! — решительно ответила Анни.
«Нет. Ему суждено стать великим магом. Он должен многое понять…»
— И как ему поможет то, что он стал беспомощным котёнком?
«А ты подумай».
Метель медленно растворялась в небе — волшебство исчезало, таяло на глазах…
— Но с ним всё будет хорошо? — закричала Анни. — Пожалуйста… Обещай мне!
«Я услышал тебя, добрая девочка».
И Храон исчез.
— Великий маг, — прошептал Дан. — Есть легенда… «Он придёт, когда старшие Хранители Севера обретут своё счастье…». Всё сходится…
— А что… Что там дальше, в этой легенде? Мальчик будет счастлив?
— Всё будет хорошо, — Дан улыбнулся. — Я расскажу тебе. А сейчас — поехали. Гости, наверное, заждались…
* * *
Чиррхарва шла позади Храона, бесшумно ступая толстыми лапами след в след всемогущему Богу. Каждый из духов Севера приготовил судьбоносные дары. Дворец северной резиденции его величества мерцал радужными всполохами, с потолка падал снег, хрустальные копытца нарвалов в образе белоснежных единорогов постукивали по мраморным лестницам, сопровождая наместника и его прекрасную невесту. Платье Анни было белее снега, счастливые глаза девушки — ярче звёзд в ледяном небе, губы алее зари!
Так, наверное, напишут в летописях. Так непременно будут рассказывать внукам. Так оно, конечно, и было, но только Боги не очень-то любят показываться на глаза.
То была, самая что ни на есть, обычная свадьба — пышная и торжественная. Кавалеры в парадных мундирах, дамы в роскошных нарядах, белоснежный бант расшитый жемчугом на Тьме, лакеи, шампанское… танцы! Ах, как играл оркестр, как кружились пары, как старались маги, поддерживая иллюзию северного сияния под потолком! А какой был пир! Двенадцать перемен блюд!
Анни любовалась своей мамой, одетой по последней придворной моде и думала о том, что прежде, чем вернуться в лабораторию и ещё раз проверить результаты успешных экспериментов созданного артефакта (мэтр Бригер и Дьярви чувствовали себя прекрасно — вон какой аппетит!)…
Так о чём это я? Ах, да. Анни Лаапи, будущая миледи Айварс, думала о том, что прежде, чем ей, наконец, дадут вернуться к любимой работе, придётся выдержать собственную свадьбу — танцы, поздравления, поклоны, улыбки…
И хотя Анни всего этого не любила, она была счастлива! Она нашла Север. Нашла Дана. Нашла… себя.
* * *
Дорогие читатели! Спасибо, что были с нами и нашими героями. Спасибо за то, что переживали. За то, что хвалили. И особенно за то, что ругали — спасибо огромное! Это бесценный опыт, который мы ценим, стимул двигаться вперёд, писать лучше и радовать вас ещё больше!
Многие из вас справедливо ворчали на авторов — затянули с эпилогом. Открываем секрет.
Только Тс-с-с!
Мы не могли понять, как поступить с мальчиком. Одна половина Терезы Тур в лице Татьяны требовала наказания — ведь нельзя давать силу в руки того, кто способен на жестокость и ложь. Марика же, добрая душа, каждый раз прощала мальчишку, упрямо выправляя текст и возвращая поганцу магию!
Мы пять раз переписывали эпилог…
Такого ещё не бывало! Просим прощения и предлагаем оценить результат творческий метаний:
В далёкой, лишённой магии Вселенной
— Р-р-р…
Огромный лохматый пёс выскочил на девочку, которая от неожиданности отшатнулась, показав свой страх. Это было большой ошибкой — собакам нельзя показывать, что боишься!
Пёс, рыча, опустил лохматую голову и медленно пошёл на неё.
— Фу! — попыталась скомандовать девочка, но в дрожащем голосе не было силы и уверенности — пса это не остановило.
Улица, как назло, словно вымерла — никого, кто мог бы помочь.
— Мря-я-як!
Перед мордой пса появился чёрный, разъярённый комок — он злобно шипел, готовый драться не на жизнь, а на смерть.
Зверь застыл. Ещё не хватало, чтобы это недоразумение вцепилось ему в глаза. Он, собственно, не хотел ничего такого… Кто вообще сказал, что он собирался пугать эту несчастную девчонку?
Собака с независимым видом отступила назад. Крошечное чёрное существо, на деле оказавшееся всего лишь маленьким котёнком, продолжало смотреть как… динозавр.
— Привет, — девочка склонилась над своим пушистым спасителем. — Спасибо тебе. А то я что-то перепугалась совсем.
— Мря-я-я-к, — котёнок, фыркнув, попытался вырваться.
— Пойдём домой, Мряк.
Зверёк замер на руках будущей хозяйки, огромная снежинка села ему на нос — и вдруг…
Его окутало теплом — вернулась способность чувствовать… магию. Всего лишь чувствовать. Но…
Вместе с ощущением счастья почему-то пришло чувство вины:
«Я не потому её спасал!», — мысленно крикнул он.
«Знаю, мальчик, — раздалось в его голове насмешливое. — Знаю…».