Глава 14. Сюрприз удался

Олег вернулся из Америки, но не в Москву, а в Новосибирск. Там у него тоже были какие-то дела. Он задержался на несколько дней. Я работала, училась, старалась игнорировать заживающий прокол, Алену, ее постоянные гулянки и звонки отцу.

Иногда мне казалось, что боль от пробитого капюшона клитора менее навязчивая, чем нытье моей соседки. Однажды после очередного сеанса вымогательства денег Олег написал мне сообщение. Он попросил выйти на лестницу. Именно там мы общались без свидетелей.

– Слушай, я понимаю, что это немного некрасиво. Я ставлю тебя в неудобное положение, – начал Олег. Я сразу поняла, что речь пойдет о его дочери. – Но уже сил нет. Может я делаю ошибку? Лезу в бутылку? Аленка там случайно не беременна?

Я не сдержалась и прыснула, но быстро сообразила, что Олегу не до шуток и смеха. Он волновался за Алену и к тому же имел собственный опыт раннего родительства.

– Извини. – Сразу сбавила я обороты. – Вряд ли Алена беременна. Она вчера где-то до ночи гуляла с Антоном. Утром запах перегара был просто убийственным.

Я снова осеклась, потому что мое нытье совершенно не успокаивало Олега по факту.

– Это не тест на беременность, конечно, – добавила я. – Но вроде недавно совсем у нее были месячные. Я не могу сказать точно, Олег. Мы не очень близки.

Он выдохнул.

– Спасибо, Маш. Думаю, все в порядке. Алена плохо справляется с подобными ситуациями и совсем не умеет ничего скрывать. Думаю, если бы она залетела, то уже рыдала бы тебе в жилетку.

Я была согласна с прогнозом Олега. Алена именно так и поступила бы.

– Почему ты вообще решил, что она беременна? – просила я.

– Слишком много звонков по спонсорской помощи. Она никогда так не наглела. Я устал быть шкатулкой с деньгами. Подумал, может ей нужно на аборт. Она мне про такое точно не скажет, да и матери, наверно. В общем, я тот еще фантазер.

В его словах было столько искренности и уязвимости. Я очень сочувствовала Олегу. Захотелось быть рядом и обнять его. Уверена, он не заслуживал такого к себе отношения от дочери. Но я не могла подобрать подходящих слов поддержки. Только попыталась успокоить.

– Москва – дорогой город. Алена не любит экономить. Ты точно не обязан спонсировать ее похождения.

Стучать про ее последние прогулы я не стала, хотя очень тянуло. К черту. Каждый человек имеет право быть придурком. Даже дочь мужчины, от которого я без ума.

Поморщившись, я решила поддержать Олега в немного извращенной манере и сказала:

– Начинаю понимать, почему мне с тобой так интересно. Кажется, мне не досталось молодежного безумия. Ворчу, как древняя бабка. Хотя может это от зависти. У меня никогда не было средств, чтобы беззаботно накидаться коктейлями в московском пафосном баре. Пришлось искать удовольствие в других местах.

– В учебе, татуировках, в постели с горячим старым пердуном, – подхватил Олег мой придурошный юмор.

– Да-да, именно там.

– К слову о моей постели, – быстренько перевел он тему. – Я возвращаюсь послезавтра.

Я вздохнула и пожаловалась:

– Работаю вечером.

– Можно я заберу тебя после смены?

– Нет. Ты устанешь, и мы не будем спать половину ночи, а утром ты снова повезешь меня в универ ни свет, ни заря. В пятницу тоже работаю. И в субботу.

– Боже, ты реально нудная и правильная, да еще и пророк, – заворчал Олег. – Аленке с тобой тяжело, уверен.

– А вот и нет. Нам нормально. Мы уважаем личное пространство друг друга.

– Я рад это слышать. Но вот совсем не рад, что ты столько работаешь. Нам еще тату доделывать. На выходных получится?

– В субботу хочу вырваться.

– Нет уж, – категорически отмел Олег неопределённость в моих словах. – Давай точно в субботу. Кстати, почем бы не взять в субботу выходной.

– Ради тебя?

– Ради татушки. Ну и для меня можно. Я не против, – торговался Олег, как демон.

– Согласна, – выдохнула я.

– Предупреждаю, что я взял с тебя за работу полную стоимость.

– Это все равно было ниже рыночной цены.

– А я и не рыночный мастер, – резонно заявил Олег.

– Ты лучше, – шепнула я.

Он издал тот самый звук удовольствия, от которого я сама начинала млеть, как кошка.

– Ты всегда можешь закинуть мне чаевые. Правда только натурой, – продолжал Олег соблазнять меня.

Я захныкала, чувствуя, как клитор начинает пульсировать от его пошлых разговорчиков. Еще больше удовольствия я получала, понимая, что почти не чувствую боли. На мне все заживало прекрасно. К сеансу у Олега все неприятные ощущения скорее всего уйдут. Я бы очень хотела, чтобы они ушли.

– Я очень приветствую чаевые натурой, – повторил Олег.

– Посмотрю, что смогу сделать, – пообещала я туманно, поддразнивая его.

«И ты тоже посмотришь», – подумала я про себя. Ужасно нравилось чувствовать себя роковой соблазнительницей с сюрпризом.

Дни до субботы тянулись медленно. Я уговаривала себя не подгонять часы и минуты. Особенно нелегко было отработать в пятницу, а утором меня ждал неприятный сюрприз.

Алена встала ни свет ни заря. Она вернулась домой позже меня, зато проснулась с петухами и собралась бегать. Я следила за ней в пол глаза.

Аленка перебрала свои беговые лосины, трижды выглядывала в окно, как будто пыталась найти подходящий к погоде цвет. Ее не устроило ничего. Вместо пробежки она заварила себе кофе, при этом не пыталась быть тихой. Я поняла, что не усну больше. Слишком ждала встречи с Олегом сегодня.

Я села на кровати и попросила:

– Мне тоже сделаешь кофейку?

– Ой, ты проснулась, Маш? – как всегда невинно и немного виновато спросила Алена. – Это я виновата, а? Шумела?

– Все нормально, – стандартно отмахнулась я.

Алена налила мне кофе, вручила чашку. Алена глотнула кофе, присела на стол и долго смотрела в окно. Я грела о чашку руки, предвкушая, как встречусь с ее отцом сегодня. Возможно, я думала слишком громко.

Соседка ничего не знала о моих планах, однако виртуозно их порушила одной фразой:

– Тоска зеленая. Сгоняю что ли к папаше. Он вроде вернулся из столетней командировки.

Сердце рухнуло в желудок и оттуда подпрыгнуло к горлу. Глаза тут же наполнились слезами, а в голове родилась, конечно, самая нелепая мысль на свете: «Зачем же я брала выходной? Лучше уж работать, раз не увижусь с Олегом».

Мне пришлось убежать из комнаты, чтобы Алена не увидела моих слез. В душе я передумала реветь, а занялась полезным – обработала прокол. Он не болел совсем, но я продолжала ухаживать за ним, как велела Юля. Быстрое заживления тоже теперь не радовало.

Вернувшись в комнату, я нашла Алену полностью одетой и готовой.

– Кофе остался. Еще горячий, – сообщила она. – Пойду зубы почищу и рвану.

– Как скажешь, – буркнула я, с трудом скрывая досаду. – Олегу привет передавай.

Последнее вырвалось как-то неосознанно. Я едва удержалась, чтобы не хлопнуть себя по губам рукой. Алена, правда, не заметила ничего криминального в моей панибратской реплике.

– Передам, – с легким раздражением пообещала она. – Тебя он тоже очаровал, да?

– Мне кажется, он хороший, – проговорила я тихо, отворачиваясь к шкафу, чтобы не светить красными щеками.

– Так всем кажется. Это нормально.

Алена отправилась чистить зубы, а когда вернулась, села на кровать и замерла. Она как будто забыла, что собиралась ехать. Или передумала?

Я не дышала, стараясь не спугнуть ее.

«Пусть передумает», – мечтала я малодушно.

– Ты общаешься с Антоном? – неожиданно спросила Алена.

– Нет, – ответила я моментально, не скрывая удивления. – Зачем мне это?

– Не знаю, мне показалось, он не против с тобой дружить.

Я пожала плечами.

– Он, может быть, и не против. Но я точно его дружбы не хочу. Можешь не переживать.

Алена встрепенулась и выпрямилась. Словно выставила щит вперед, сказала:

– Я не переживаю. Просто вы оба мне дороги. Не очень приятно, когда близкие не ладят. Мне хватило матери с отцом.

Я сглотнула и тотчас запретила себе расспрашивать Алену подробнее о родителях. Это было бы сосем нечестно.

– Может скажешь, почему вы повздорили? Уверена, он готов извиниться, – продолжала Алена мирные переговоры.

– Он уже извинился, Ален. В своей неподражаемой манере. Я не держу зла, но предпочитаю держаться подальше.

Алена надулась и поджала губы. Ей не нравилось, что я стою на своем. Она вообще сложно принимала мнение отличное от собственного. Но что поделать? Я точно не готова ради нее любить Антона платонически, принимать в гостях и подставлять щечку для дружеского поцелуя.

– Ты можешь сама у него просить о нас, Ален. Если у вас доверительные отношения, он расскажет, – предложила я для компромисса.

Но оказалось, что больше Алену волновал именно Антон, а не я.

– Я просто думала, может он с тобой тоже вел себя странно. Мы все время гуляем вместе, и он сам приглашает выпить или поесть, но потом то карту забыл, то пин не подходит. Вроде москвич, а как будто все время на мели, – поделилась Алена.

Вот и понятно, зачем ей нужно от отца столько денег. Я прикусила на языке все вертевшиеся морали. Алена не станет слушать. Своими нравоучениями я сделаю только хуже. Вместо этого я сказала:

– Он не совсем москвич вроде. Из Зеленограда.

– Да ты что?

Алена прижала ладонь к сердцу.

– Могу путать, – сразу предупредила я. Хотя я точно знала, что Антон из Зелена. У него это было в анкете рабочей. Алене он, похоже, говорил иное.

Соседка сникла и снова ушла в спящий режим. Она долго переваривала наш разговор. Я снова надеялась, что поездка к отцу отменится. Но нет.

– Ладно. Поеду к папе. Денег совсем нет, – встрепенулась она.

Алена вскочила, взяла сумку, сунула ноги в лоферы, дернула дверь. Только я ее и видела.

Оставшись рано утром с разрушенными планами, я чувствовала себя, мягко говоря, не очень. Чтобы не киснуть, я оделась и пошла потихоньку в свою кофейню. Конечно, очень глупо было отдавать сегодняшнюю утреннюю смену, чтобы прийти туда в качестве гостя. Но я все равно пришла.

– Маша, – удивилась администратор, увидев меня на пороге. – Разве ты не просила выходной?

– Просила, но планы поменялись.

То же самое я рассказывала каждому, кто подходил к моему столу. Особый вид мазохизма был частью плана. Я по полной погрузилась в досаду и очень скоро осознала, что все случившееся очень даже справедливо. Мы с Олегом врали Алене. Именного врали, умышленно скрывая нашу связь. Она еще не превратилась в начало отношений, но уже причиняет боль.

Мы врали, а Алена неумышленно рушила наши планы. Нельзя злиться на нее. Все закономерно. Она просто поехала к отцу. Я не имею права страдать, как в истории с лифчиком на ручке двери.

Забавно, что именно Алёнкино белье и привело меня к Олегу. Все запуталось в самом начале. Нам не стоило начинать и лучше закончить прямо сейчас, пока… Нет, уже поздно. Я не смогу отказаться от Олега. Остается надеяться, как махровый эмо, что папа соседки сам меня бросит.

Такие странные мысли крутились у меня в голове, пока я ела фирменную вафлю с беконом и пила матчу на кокосе. Мне посчитали завтрак со скидкой и принесли сок в виде комплимента. Работаю в лучшем месте на свете, честное слово.

Но даже лучшее место на свете не могло заменить Олега. Диапазон моих эмоций скакал от смирения к гневу и обратно в принятие. Я не хотела расставаться с Олегом, но и вместе нам будет непросто.

Разумеется, я до сих пор сомневалась, что у нас будет «вместе». Именно в минорном состоянии меня застал звонок Олега. Я сняла трубку и почему-то стала говорить очень тихо:

– Привет. Я все знаю.

– Что? – не понял Олег. Он звучал на нормальной громкости и немного пугал меня своей стандартной бодростью.

– Алена у тебя. Наверно, не очень удобно говорить. Мог бы написать. Я ждала сообщения. Все отменяется, да? Это нормально.

– Сто-стоп-стоп, ничего не отменяется, – немного раздраженно возразил Олег. – Откуда ты знаешь про Алену? Ты должна быть на работе.

– Ты просил, чтобы я взяла выходной, и я взяла, – напомнила я, начиная нервничать из-за его странного вопроса.

– Серьезно? – немного виновато уточнил Олег. – Мы это обсуждали?

– Я тебе вчера писала.

Молчание длилось почти минуту, а потом что-то хлопнуло. Кажется, Олег саданул себе ладонью по лбу.

– Точно. Вспомнил. Прости. Все перемешалось в голове. Я бы уверен, что у тебя смена до обеда.

– Ничего, – успокоила я его. – Все равно Алена внезапно поехала к тебе. Все отменяется.

Олег вздохнул.

– Малыш, ты слишком много фантазируешь и делаешь неправильные выводы.

– В каком смысле? Алена не у тебя сейчас?

– Она была, но уже отчалила к матери на денек. Я сам отвез ее на вокзал. Ты где?

– Ты в Москве? – охнула я.

– Да-да, в столице нашей родины. А ты где, душа моя?

– Я в кофейне.

– Ты же сказала, что не работаешь, – кажется, я совсем запутала Олега.

– Я тут просто ела и пила.

– Ммм, это хорошо. Никуда не уходи. Я приеду сейчас.

– Слушаюсь.

Олег прищелкнул языком и сказал:

– Обожаю, когда моя девочка такая послушная и милая. Соскучился ужасно, Маш.

От его слов я моментально вспыхнула и заерзала. Пирсинг сдвинулся немного, и мое нетерпения отозвалось ярче обычного. Юля не врала про чувствительность и новые ощущения.

– Я тоже скучала по тебе, – проговорила я, с придыханием как у астматика.

– Двадцать минут, малыш, – пообещал Олег и положил трубку.

Через десять я заказала для него кофе с собой. Олег приехал через пятнадцать. Сто процентов, гнал, но я не стала ворчать, просто села в машину и протянула ему стаканчик. Он сделал глоток вместо того чтобы поцеловать меня. Я сразу пожалела, что взяла чёртов кофе.

– Ммм, в Америке сто лет не найдешь такой вкусный кофе.

Он поставил стаканчик в нишу и привлек меня к себе. Поцелуй после разлуки был отчаянным, жадным, требовательным. Олег обнял мое лицо ладонями и долго целовал. То глубоко и страстно, то быстро и часто. Его язык проникал между губ и возвращался, пробуя нижнюю на вкус. Олег проложил дорожку поцелуев к моему уху, куснул за мочку, зашептал мне в шею:

– Таких девушек в Штатах тоже нет. Да и у нас. Откуда ты у меня такая?

– Из Самары, – хихикнула я, чувствуя, как все волнения уходят, уступая место безграничному мощному счастью.

Именно ради этого я плюнула на принципы, чувства Алены и предубеждения. Я полюбила Олега. Это было мое счастье и мой приговор.

Олег простонал, нехотя отрываясь от изучения моей шеи.

Его ладонь при этом осталась у меня под свитером и гладила кожу очень близко к груди. Нужно было сказать ему, что эти ласки неуместны на парковке, в машине, среди бела дня. Но я не сказала. Слишком соскучилась, чтобы быть нудной и здравомыслящей.

– Приехать за тобой – паршивая идея, – поговорил он.

– Почему? – прошептала я.

– Нет сил прекратить целоваться. Не хочу никуда ехать. Хочу разложить сидение, усадить тебя верхом и избавится от одежды. Хотя бы ниже пояса.

Я захныкала, находя его безумные планы невероятно соблазнительными.

– Слава богу, сейчас светло, а то я бы согласилась.

– Сумасшедшая, – шепнул Олег довольно и снова укусил меня за ухо.

– Если у тебя проблемы с вождением, может дойти до салона и закончить тату, – дразнила я его. – Уверена, девчонки найду нам местечко.

– Очень смешно, – Олег скривил лицо. – Полагаешь, я смогу держать машинку в таком состоянии?

Он положил мою ладонь на свои джинсы в районе ширинки. Я смутилась, но не одёрнула руку, а сжала его твердость, довольно выдохнула. Его реакция на меня очень льстила.

Олег охнул и скорее убрал мою руку.

– Что ты творишь со мной, малышка? Я чуть не кончил в штаны, как малолетка. – Он пристегнул меня и завел машину. – Поехали скорее.

Я кивнула, и мы тронулись в путь.

По дороге Олег рассказывал про свою поездку, про Калифорнию и заказчика со старыми привычками. Вместо обсуждения всех нюансов договора по видеосвязи, он регулярно заставлял Олега прилетать к нему на ранчо, каждый раз проводил обширную экскурсию, а потом возил по полям для гольфа и окрестным виноградникам.

– Правда, меня уже тошнит от клюшек и рислинга. Жаль, я не могу отомстить ему и заставить покататься по полям у меня за домом на квадрике, а потом есть пельмени с водкой до тошноты.

Я изо всех сил пыталась не смеяться, но Олег уж очень забавно описывал свои страдания.

– Почему нельзя? – поддержала я его инициативу. – Пусть приедет.

– Он древний, как говно мамонта. Говорит, что в самолете его сразу хватит удар. Зато проклятый рислинг стаканами его не убивает ни разу.

В таких разговорах мы провели дорогу до дома Олега. Я все время смеялась над его рассказами. Он не отпускал мою руку и время от времени подносил пальцы к губам, чтобы поцеловать. От этих поцелуев я все время ерзала и находилась в легком возбуждении.

Когда мы добрались до его дома, то Олег даже не заехал в гараж. Он бросил машину посреди двора, сгреб меня в охапку, перекинул через плечо и понес в дом.

– Почему в спальню? – дразнила я его через хохот.

– Вопросики, – фыркнул Олег. – Кажется, я рассказывал про свои старперские привычки заниматься сексом только в постели. Обожаю свою кровать. Обожаю тебя. А ты на моей кровати – это просто сбывшаяся мечта.

– Разве мы не собирались доделать тату?

– Доделаем, – пообещал Олег, бросив меня на матрас. – Наверно.

Он стащил майку и поиграв бровями подался вперед, чтобы накрыть меня своим телом. Он двигался слишком быстро. Я не успела погладить и поцеловать карпа. Ладони Олега сразу нырнули под мой свитер, задрали его до шеи. Я подняла руки, помогая ему избавить меня от одежды.

Олег гладил мои груди через лифчик, пока целовал бабочек. Кажется, это стало ритуалом. Меня так сильно заводили именно эти ласки. Хотя когда Олег пососал сосок прямо через кружево лифчика, стало еще лучше.

– Сними сама, – попросил он, отстраняясь.

Я села на кровати, завела руки за спину, расстегнула крючки. Олег не сводил с меня глаз. Он точно мог сам легко и быстро справиться с замком. Но ему нравилось смотреть. Я специально не спешила. Скрестив руки спереди, тронула лямки на плечах, и они соскользнули до локтей, увлекая за собой и чашечки, освобождая груди.

Олег облизал губы и забрал у меня бюстгальтер, бросил куда-то в сторону, прильнул губами к соску. Его пальцы ловко расстегнули пуговку на джинсах, стянули их месте с трусиками.

Он отпустил один сосок и жестко пососал второй, сдавил губами. Я вскрикнула, потому что одновременно Олег коснулся меня между ног.

– Твою ж… – почти выругался он, выпуская мой сосок изо рта. – Это что такое?

Он заметил. Сюрприз удался.

Я закусила губу, не понимая его реакции. Олег за мгновение оказался внизу, устроился у меня между ног и раздвинул половые губы.

– Черт, – буркнул он. – Вертикальный? Серьёзно?

Я быстро кивнула, перехватывая его взгляд. Олег смотрел то мне в глаза, то на мое новое украшение. Как будто у него совсем не стыковалось одно с другим. Он заставил меня нервничать, когда убрал руку и вместо того, чтобы продолжить, спросил слишком вежливо:

– Я могу посмотреть?

Вопрос оказался неожиданным.

– Эээ, да, – ответила я тихонько, совершенно сбитая с толку.

Он не ругался и не выразил никаких возражений, что хорошо. Но его осторожность меня совершенно запутала. Усугубляя неразбериху, Олег вместо того, чтобы посмотреть встал с постели и пробормотал какие-то невнятные извинения. Он скрылся в ванной. Я услышала, как зашумела вода и начала нервничать еще сильнее. Накрутить себя не успела, потому что Олег вернулся достаточно быстро. Он не стал принимать ванну, пока я тут жду голая, с разведенными ногами. И на том спасибо.

Едва он вернулся, я поняла в чем была причина.

– Ты продезинфицировал руки? – догадалась я по характерному резкому спиртовому запаху.

– Угу, – подтвердил Олег. – А перед этим вымыл с мылом. Профдеформация.

– Мог предупредить. Я боялась, ты сбежишь через окошко в ванной.

– Извини, я слегка охренел. Нет, я до сих пор охреневаю. У меня крыша что ли поехала? У тебя его не было раньше.

Мне стало очень смешно. Хихиканье смешивалось со стонами, потому что Олег снова раздвинул половые губы пальцами и на этот раз не стал убегать, увидев прокол и банан.

– Не было, – подтвердила я, постанывая от скользящих касаний его пальца вдоль малых губ.

– Юлька? – догадался и вспомнил Олег. – Она тебе обещала в любом месте.

– Мгм…

Я откинулась на подушки и позволила Олегу изучать меня. Это немного медицинское и одновременно очень чувственное исследование заводило меня до безобразия.

– Вот уж не думал, что ты решишься на такие интересную историю, – мурлыкал Олег, весьма довольно.

– Юля уговорила. И ты сам, кстати тоже.

– Серьезно? Когда я успел?

Он поднял руки, прерывая ласки, потому что я сняла с него водолазку.

– Ты просил меня быть немного безумной, когда уезжал.

– Я думал, ты начнешь расстегивать рубашку на пару пуговиц, – посмеивался Олег, продолжая гладить. – Не болит?

Он обвел банан, и я застонала длинно и громко.

– Неееет.

– Так быстро зажил. Потрясающе.

Олег надавил чуть сильнее, и я вздрогнула. Он довольно улыбнулся и переместился выше, оставляя пальцы играть с моим клитором. Я уже вибрировала, теряя связь с реальностью. Его губы скользили по моим.

– Я испугалась, что ты будешь ругаться, – прошептала я, лизнув его нижнюю губу.

– Не представляя, почему я должен. Это твое тело. Хотя…

– Что?

– Немного досадно, что не я сделал прокол. Если захочешь еще, попроси меня. Ладно?

– Ладно, – пообещала я, хотя пока точно не собиралась повторять. – Тебя заводят все эти истории с набиванием тату, проколами? Или ты просто извращенец?

Олег засмеялся мне в губы.

– Я просто извращенец, – проговорил он.

– Все понятно.

– Настолько извращенец, что не стану вылизывать тебя сегодня до оргазма. Пусть окончательно заживет. Хотя мне ужасно хочется потрогать языком сережку.

Я захныкала, но не стала спорить. Пальцы Олега и так обещали мне ооочень скорый оргазм. Ощущения из-за движения банана усилились. Я обхватила его рукой за плечи и держалась, пока он осторожно, но уверенно вел меня к пику.

– Тебе нравится, да? – продолжал Олег шептать мне в губы. – Столько влаги, детка. У меня вся рука мокрая.

– Очень нравится, – задыхалась я, вдавливая ногти ему в плечо.

Олег не отпускал моих губ, все время целовал, шептал что-то горячее и грязное. Мне так нравилось, как он превращает секс в спектакль запретных удовольствий, которые я обязана себе разрешить. Мое тело поддавалось ему. Он знал, как заставить меня кончить за несколько секунд, но растянул мое удовольствие и отправил в полет, когда я почти рыдала.

Оргазм был таким мощным, но быстрым. Почти сразу мне стало почти больно, и Олег тотчас убрал руку. Он мгновенно избавился от остатков одежды, взял меня за бедра и заставил приподнять ноги, даже таз немного, а потом вошел.

Я еще не оправилась от первого оргазма и ловила последние вспышки, сжимаясь.

– Тесная, черт! – зарычал Олег, толкаясь в меня сильно и глубоко. – Какая ты тугая, малышка.

Я завела руки за голову и нашла витую спинку кровати, схватилась за нее. Олег склонился между толчками и прикусил мой сосок. Я вскрикнула. Он довольно усмехнулся, продолжая толкаться вперед бедрами, проникая так глубоко, что я вскрикивала от каждого его проникновения. Мне захотелось поднять ноги выше, чтобы предоставить ему еще больше доступа. Мои колени почти касались груди. Олег закинул мои ноги себе на плечи, поцеловал голень.

– Сдуреть можно. Как же я скучал, детка, – прохрипел он. – Обожаю тебя.

Эти слова были такими же потрясающими как ощущения, которые дарил его член. Я всхлипнула, зажмурилась и кончила снова.

Олег отпустил мои лодыжки, сделал несколько резких толчков и собрался выйти, но я скрестила ноги у него за спиной, не отпуская.

– Можно, – выдохнула, с трудом подбирая слова после криков и стонов.

Олег замер, но тут же стал вздрагивать, тоже кончая.

– Ммм, – протянул он сквозь сжатые губы, почти падая на меня, но вовремя опускаясь на локти. – Маааш…

– Ммм, – передразнила я мои любимые звуки.

– Можно? – переспросил он все еще неровно дыша. – Что это значит?

– Я была у врача, пока ты играл в гольф и пил рислинг.

Брови Олега взлетели на лоб.

– Серьезно?

– Конечно. Разве можно шутить такими вещами? Особенно с тобой.

Я убрала с его лба влажные волосы и приподнялась, чтобы поцеловать.

Олег снова замычал от удовольствия и после долго нежного поцелуя не менее ласково потерся своим носом о мой.

– Думал, меня уже сложно удивить, но ты делаешь это каждый день и не по разу, – проговорил он.

Я улыбнулась и скромно пожала плечами. Признаться, я и сама себе удивлялась. Я очень изменилась с тех пор, как мы познакомились. Это было прекрасно, хоть и немного волнительно.