Глава 26. Бран

За ужином Кара вела себя подозрительно тихо. Она старательно избегала смотреть мне в глаза. А когда наши взгляды все же пересекались, ее щеки тотчас окрашивались румянцем.

Все демоны мира, я не думал, что страстные поцелуи смутят ее так сильно. Она ведь уже целовалась прежде, с этим Лейном, дьявол бы его прибрал в свои руки! Как жаль, что мне нельзя покидать проклятый лес, не то бы я уже выпустил трусливому ублюдку его сраные кишки, а потом приволок в лес и скормил останки келпи.

Я мысленно закатил глаза. Нет, Кара вряд ли бы осталась этим довольна. Ладно, я бы просто избил его до крови. За то, что посмел прикасаться к ней. Целовать ее сладкие алые губы своим поганым ртом слабака и предателя. За то, что причинил ей боль.

При этих мыслях ревность в недрах моего существа издала раскатистый рык. Тьма, это чувство было мне в новинку. Прежде я никогда не ревновал никого. Даже когда застукал очередную любовницу из числа фейри в постели с другим, просто велел им не останавливаться и захлопнул дверь.

Я гордился тем, каким был бесчувственным, хладнокровным, не то что мой наивный влюбчивый брат. Теперь я понимаю, что тогда я просто еще не встретил ее. Ту самую. Мою Кару. Иначе тот фейри бы точно не ушел живым. Хотя что-то мне подсказывало, что Кара бы так со мной не поступила.

Я вновь поглядел на ведьму. И все же, отчего она так смущается? Могут ли причиной этому быть ее чувства ко мне? Те же, что я испытываю к ней? Не просто похоть и желание, а нечто большее?

Кара прочистила горло, привлекая мое внимание, и кровь в моем теле тотчас взбесилась, заливая вены жидким огнем. Тьма, ведьма даже это делала дьявольски сексуально.

– Как быть с вампирами? – спросила она. – Как я понимаю, пока они находятся в лесу, выступать против Керидвен небезопасно?

Я пожал плечами.

– Они в нем надолго не задержатся. Мои слуги и вороны подскажут, когда те подойдут к замку слишком близко.

Ведьма недоуменно сдвинула брови.

– Вороны?

Точно, я же еще не рассказывал ей о них. А слишком много ей знать и не нужно.

Я кивнул.

– Вороны тоже служат мне. Порой они приносят вести. Чтобы понять их, мне не нужны слова. Порой я вижу их глазами то, что происходит в лесу.

– Это потому что ты сам… – Она запнулась, видимо, затрудняясь дать название моему облику. – Мне известно, что вы, фейри, близки с духами природы, зверями и птицами. Значит ли это, что ты отчасти… ворон?

Я снова кивнул.

– Это – моя вторая ипостась. Среди неблагих фейри подобных мне немало. Но некоторые принимают и другие формы: совы, лисы, росомахи, змеи. Фейри наследуют ипостась по линии матери.

Кара обвела меня пристальным взглядом.

– Не знала, что вы всегда сохраняете в облике звериные черты.

Я скрежетнул зубами.

– Потому что это не так. Обычно мы можем принимать любой облик – близкий вам, человеческий, или же полностью звериный. Порой мы можем проявлять лишь некоторые особенности зверя, принимая так называемую полуформу. Именно ее ты видишь сейчас, и именно в ней я застрял, когда Керидвен наложила проклятие. Она заставила меня принять ее насильно, чтобы год за годом колдовство отрывало от моего тела все, что делало меня фейри.

Глаза ведьмы потемнели, точно в недрах ее существа собрались тучи.

– А что случится, когда ты лишишься последней черты?

Я пожал плечами.

– Я умру. И проклятие не будет разрушено.

Кара судорожно сглотнула, окинула меня лихорадочным взглядом, точно отчаянно пыталась сосчитать перья в моих волосах.

– И много еще… осталось?

Я неохотно качнул головой.

– Не очень.

Прекрасное лицо моей ведьмы пошло гневными красными пятнами.

– Я остановлю Керидвен, – свирепо прошипела она. – Если получится, освобожу и упокою ее дух. А если нет… просто уничтожу. Она не оставила нам другого выхода.

Я тяжело вздохнул. Не буду кривить душой, я был польщен. Тем, что она готова была убить за меня. Жаль только, что гибель Керидвен, того, что от нее еще осталось, мне ничем не поможет… Но сказать Каре правду я не мог. Лишь представив на мгновение, что случится, если она узнает, что я от нее утаил, я испытал приступ леденящей паники. Она тотчас возненавидит меня, и я потеряю ее навеки. Нет, ни за что. Я не мог этого допустить.

Я делано бодро улыбнулся.

– Как ты и сказала, чтобы справиться с Керидвен, сперва нам нужно одолеть вампиров. Но лезть за ними в лес слишком рискованно. Вампиров много, вдобавок на шум и запах крови неминуемо стекутся клархи. Поэтому мы подождем, когда вампиры придут сюда.

Ведьма сдвинула брови.

– А если они прорвутся в замок?

Я покачал головой.

– Я уже говорил, замок и сад надежно защищены. – Приметив сомнение в глазах ведьмы, поспешно добавил: – Если они каким-то образом проникнут в замок, я лично оторву голову каждому из них.

Я был уверен, вампирам в мой замок путь заказан. Я сказал это, чтобы ее успокоить, и, кажется, мои слова возымели действие. Потому как дышать Кара стала ровнее и уверенней.

– Враг, проникший в дом, заслуживает наказания, – твердо произнесла она. – Мы разберемся с ними вместе.

Что-то такое было в ее словах. Не просто мысли, что-то сокровенное, личное. Теперь уже нахмурился я.

– Кто-то посмел проникнуть в твой дом, Кара?

Сумрачные глаза встретились с моими, вызвав в теле невольную дрожь. Ведьма пожала плечами.

– Однажды к нам залезли пьяницы. Хотели ограбить, но не учли, что все самое ценное – амулеты, редкие камни и зелья – мы храним в лавке. А больше у нас все равно красть нечего.

Я мысленно обозвал себя тупым идиотом. Вот почему ведьма переживала, что в замок могут пробраться посторонние. Такое с ней уже случалось.

– Кто их остановил? – мрачно проронил я. – Твой отец?

Она горько усмехнулась.

– Отец отрекся от меня в ту ночь, когда нашел подле леса, меченную страшным шрамом, изуродованную проклятием. Через год он ушел. Больше я его не видела. – Она тяжело вздохнула. – Я разобралась с ними сама. Схватила швабру, огрела по спине, припугнула ножом. Прежде чем дать деру, они успели разбить мне губу и оставить синяк под глазом, но в остальном все обошлось.

Я добела сжал кулаки, зверь в моем сердце жаждал крови. Список тех, кого я был готов убить за Кару, становился длиннее с каждым часом. Но я понимал, сейчас ей не нужен был свирепый Бран, нет. Кара нуждалась в понимании и поддержке. Я осторожно коснулся ее руки, ведьма вздрогнула от неожиданности.

– Человек, чье семя укоренилось в чреве твоей матери, недостоин зваться твоим отцом, Кара, – с расстановкой проговорил я. – Он не заслуживал тебя. Жалкий слабак, не достойный ни семьи, ни любви. Поверь, ты ничего не потеряла, когда он исчез из твоей жизни, а вот он потерял самое ценное, что ему послала судьба. – Я сжал ее тоненькие пальчики в своей ладони. – Что до грабителей, Кара, я горжусь тобой. Ты смелая и отчаянная, но я сделаю все, чтобы тебе не приходилось делать это впредь. В одиночку защищать свой дом и тех, кто тебе дорог. Я хочу быть рядом, Кара, если позволишь.

Это не было признанием в любви, но самым близким к нему. То, что я отважился заявить вслух. И по тому, как смягчилось лицо Кары, по слезам, блеснувшим в ее сумрачных глазах, я понял, что она правильно истолковала мои слова.

– Я… ценю это, Бран, – с чувством проговорила она. – Думаю, мне бы этого хотелось…

В горле вдруг пересохло, сердце пронзила сладкая тянущая боль. Мысли истаяли, словно дым, от одного ее признательного взгляда, от нескольких слов, в которых тоже звучало признание, и еще так много всего: доверие, надежда, тепло и… любовь. Пусть пока слишком юная, новорожденная, но мое сердце почуяло ее, а губы сами сложились в улыбку.

Кара улыбнулась в ответ. Надо же, когда ей не приходилось жить со вздыбленной шерстью, она, оказывается, умела делать это чувственно и нежно.

– Скажи… – она неуверенно закусила губу, – ты мог бы отправить ворона моим близким? Они, без сомнения, волнуются. Я думаю, записка с парой слов о том, что я в порядке, могла бы их успокоить.

Я кивнул.

– Считай, что это сделано. Возьми у Морврана все что нужно, и, как записка будет готова, пусть он передаст ее мне.

Кара благодарно кивнула в ответ, с ее губ сорвался облегченный вздох.

– Ну, а теперь пора спать, – прошептала она и выпрямилась, тонкие пальчики попытались выскользнуть из моей властной хватки.

– Останься сегодня со мной, – порывисто выпалил я.

В глазах Кары вспыхнуло изумление, тотчас сменившиеся недоумением.

– Я не принуждаю тебя к близости, мэй лэран, – поспешно добавил я, сообразив, в какую сторону предсказуемо свернули ее мысли. – Просто хочу, чтобы ты была рядом.

Щеки Кары обожгло румянцем, и она уверенно кивнула.

– Мне бы тоже этого хотелось, мой темный принц.

Зверь внутри меня довольно заурчал. «Мой…» – сколько правды было в этих словах.