Глава 25. Кара

Бран был странно отстранен и молчалив, пока мы шли к Боевому залу. Я же бесконечно прокручивала в памяти один и тот же момент, когда он шагнул ко мне, как будто мы были чем-то бо́льшим, чем случайными знакомыми, которых объединяла общая цель, и обнял так, словно важнее меня не было никого на свете. Я и подумать не могла, что этот мрачный фейри, с глазами, походившими на бездонные колодцы тьмы, умел так бережно обнимать.

Когда мы зашли в зал, я увидела просторную комнату со сводчатыми потолками и арочными окнами в пол. Синие розы темнели за окном, шипастые ветки, встревоженные порывами ветра, царапали стекла, точно пытались пробраться внутрь.

Может, они и правда пытались… Кто знает, какой колдовской силой их наделило проклятие Керидвен? Я невольно поежилась.

Возле одной стены стоял приземистый старый шкаф с открытыми полками, заставленный всевозможными склянками и пузырьками из темного стекла.

– Здесь хранятся эликсиры: от усталости, воздействия ядов, кровопотери, – пояснил Бран, проследив за моим взглядом.

Приметив еще один шкаф, с грубыми резными дверцами, я прищурилась.

– А там что?

– Оружие, – ответил Бран. – Серебряные мечи, луки из костей драконов, стрелы с перьями фениксов, много всего.

Верно, заметив, как зажглись жадным любопытством мои глаза, принц тут же предостерегающе вскинул руку.

– Все это нам сегодня не понадобится. Наша цель – научить тебя управлять твоей силой.

Я тяжело вздохнула.

– Может, лучше научишь меня стрелять из лука?

Принц вперил в меня проницательный взгляд, с пугающей точностью считав мои уязвимости и страхи.

– У тебя все получится, мэй лэран. Ты не из тех жалких слабаков, что отступают перед трудностями. Ты из тех, кто идет напролом, сносит преграды, что судьба возводит на пути. Ведь так?

Я скрестила на груди руки.

– Ну, допустим.

– Так докажи это!

Смежив веки, я глубоко вздохнула. Когда я вновь посмотрела на Брана, то больше не испытывала потребности спрятаться или убежать.

– Что нужно делать?

Бран ухмыльнулся уголком рта, явно довольный, что смог меня убедить.

– Попробуй напасть, используя силу, – велел он. – Только постарайся в этот раз не обрушивать на меня всю ее мощь, бей прицельно, как я орудую тенями.

– Легче сказать, чем сделать, – проворчала я.

Принц отступил на несколько шагов и уставился выжидающе, его темные глаза лихорадочно сверкали.

– Представь, что сила зажата в твоей руке, словно хлыст. Почувствуй ее, не раздумывай долго и бей.

Я стиснула зубы, стараясь сделать все в точности как он сказал. Повторила мысленно как заклинание: «Моя сила – два смертоносных хлыста. Они зажаты в моих ладонях. Я умею ими управлять. Замахиваюсь и бью».

Сердце предательски сжалось в последний момент. Я вскинула руки, но вместо серо-сизых лент, которые я отчаянно старалась вообразить, я потонула во мгле. Она вырвалась из меня бурным потоком и обрушилась на фейри.

Его собственная магия тут же поднялась черным облаком тьмы, столкнулась с моей, смешалась и стала ее теснить. Вскоре о моей неуправляемой силе напоминали лишь редкие сизые завитки в воздухе.

Бран решительно кивнул.

– Еще раз.

Я ударила снова. И снова. И снова. И каждый раз моя сила взрывалась бушующим ураганом, сметая все на своем пути.

Каменный пол под нами, и без того истертый и выцветший от времени, покрылся глубокими темными трещинами. Одежду Брана испещрили дыры. Заметив на его коже зловещие черные раны, я вскрикнула и отдернула руки.

– Не смей! – рявкнул он.

– Почему ты не надел защиту, нагрудник, хоть что-нибудь?! – рявкнула я в ответ.

Он беззаботно пожал плечами.

– Несколько ран меня не убьют. Мы, фейри, исцеляемся быстро. Тебе нужно как следует постараться, чтобы одолеть меня своей бесконтрольной магией. То же самое касается и вампиров. Сейчас ты для них – легкая добыча. А времени у нас нет. – Он сверкнул грозовыми глазами. – Бей. Еще. Раз!

И я ударила, тотчас окутав Боевой зал облаком мглы. Пошатнулась, в глазах потемнело. Я запоздало осознала, что каждый раз тратила слишком много сил, стремительно истощая себя. Наверное, я жалобно всхлипнула, не знаю. Руки и губы дрожали, я находилась на грани отчаяния.

Подметив случившуюся во мне перемену, Бран опасно прищурился, рыкнул низко.

– Сделай это!

– Не могу! – истошно заорала я в ответ.

Фейри подался вперед и грубо сжал мои плечи. Его темные глаза, казалось, норовили прожечь меня насквозь.

– Чего ты боишься, Кара?

– Ничего! – Я попыталась вырваться, но у Брана была железная хватка.

– Нет, ты боишься! Дьявольски боишься облажаться, ведь так? – Он оскалился, показывая клыки. – Боишься, что снова напортачишь, как тогда в детстве, когда ты притащила брата в лес, подставив его под удар?

В сердце снопом обжигающих искр взметнулась ярость.

– Замолчи! – совсем по-змеиному прошипела я.

– А не то что? – издевательски заявил он. – Что ты сделаешь мне? С твоей хаотичной силой я справлюсь без труда. А ударить меня по-настоящему ты не можешь. Боишься навредить и одновременно боишься не справиться. Ты боишься всего! Ни на что не годная трусишка Кара, подвела брата, маму, себя, всю свою семью. Неудачница. Жалкая смертная соплячка!

– Заткнись! – вконец озверела я.

– Заставь меня! – рявкнул он. – Я не хочу иметь дело с ничтожеством!

И тогда я взорвалась. Сизые ленты взметнулись в воздух, обвили руки фейри, обращая одежду в труху, и резким движением оторвали его от меня. Я шагнула назад, увеличив расстояние между нами. Еще одна колдовская лента сорвалась с моих пальцев и хлестнула Брана по ногам, оплавив кожу на сапогах и заставив фейри попятиться к стене.

– Я. – Мой голос эхом прокатился по пустому залу. Еще один удар по ногам, и фейри рухнул на спину. – Не, – взревела, наступая на него. – Ничтожество! – Лента хлестнула по принцу наотмашь, метя по голому телу, но в последний миг он успел увернуться. Лицо у меня, наверное, в этот момент от гнева сделалось красно-бордовым. – Ясно тебе?! – Я не узнавала свой голос, он походил на рычание дикого зверя.

Я часто дышала, чувствуя, как сила, взыгравшая во мне, постепенно угасает, скручивается в клубок, как змея перед зимней спячкой. Я ожидала увидеть на лице Брана гнев или хотя бы раздражение. Но этот невозможный фейри в очередной раз сделал то, чего я никак не ожидала. Схватившись за живот рукой, он от души расхохотался.

– Получилось! – воскликнул Бран с идиотской ухмылкой. – У тебя получилось!

Наверное, я выглядела теперь так, как будто меня вот-вот хватит удар. Потому что фейри, точно почуяв что-то, вдруг в два счета оказался на ногах и подступил ко мне. В его взгляде сквозило неприкрытое восхищение.

– Я знал, что у тебя получится! Тебе просто нужен был хороший толчок. Порой без него не преодолеть укоренившийся страх.

Я чуть не подавилась. Выходит, этот мерзавец решил подергать меня за ниточки, ткнуть поганым когтем в незажившую рану, сыграть на самом больном? Да, это сработало, но я все равно была адски зла.

– Придурок! – зарычала я, припечатав его в грудь кулаком. – Ненавижу тебя! Да как ты посмел!

Боль от пробудившихся воспоминаний остервенело впилась в мое сердце, выбив воздух из легких. Взревев, как бешеное животное, я обрушилась на фейри неистовым ураганом ударов и тычков. Звонкая пощечина оставила красный след на его щеке. Из груди Брана вырвался сдавленный рык. Впившись пальцами в мои запястья, он угрожающе навис надо мной. Темные глаза его сверкали как осколки обсидиана.

– Правда? – хрипло прошептал он мне в губы. – Это чувство ты испытываешь ко мне – ненависть?!

Лихорадочный взгляд фейри скользнул к моим губам, а потом снова нашел мои глаза. Я затихла, не в силах выдавить ни слова, сердце бешено колотилось в груди, точно желало пробить ее насквозь и упасть на пол жалким окровавленным куском мяса.

Я не должна была желать поцелуев принца, испытывать к нему влечение, не после того, что творили другие мужчины в моей жизни, не после того, что он только что выкинул сам. Хоть разум и шептал, что его методы не так уж отличались от тех, которые я сама применила в лесу. И в результате он действительно мне помог. А я… я не могла оторвать от него глаз. Я нуждалась в нем, его прикосновениях, чувствах, что напрочь лишали рассудка.

В сумрачных глазах Брана проступило понимание. Калейдоскоп чувств вспыхнул в них обжигающими искрами: жажда, страсть, нестерпимая потребность прикасаться и что-то еще, что я пока боялась осмыслить и облечь в слова.

Я приоткрыла рот, силясь хоть что-нибудь сказать. А в следующий миг его губы обрушились на мои. Он впечатал меня в стену, стиснув пальцами бедра и прижав свое тело ко мне. Его жар опалил меня до костей.

Губы на губах, воспламеняющее столкновение языков. Бран целовал меня так, точно желал проглотить целиком. В этих поцелуях не было ничего робкого или скромного. Мы сгорали, кожа плавилась под его нетерпеливыми пальцами. Фейри захватывал меня, как новую землю, как вражеский замок, который он жаждал сделать своим.

Его руки бесстыдно исследовали мое тело. Я очертила языком его нижнюю губу и прикусила. Бран задрожал, издав не то стон, не то рык. Я проглотила этот звук, запустив пальцы в его непослушные темные волосы, одновременно прижалась к нему крепче, углубив и без того до безумия голодный поцелуй.

Мы выплескивали одиночество, без сожаления сжигали его, заменяя ощущением близости, лихорадочными прикосновениями и бешеным стуком сердец. Меня никто еще так не целовал, никогда, так, точно от этих поцелуев зависела его жизнь.

Насилу оторвавшись от моих губ, Бран заскользил языком по шее, от мочки уха вниз, влажно, хаотично, выписывая круги. Поцелуй, укус, горячее касание языка. Запрокинув мою ногу себе на бедро, он вжался в меня всем телом, так, что между нами совсем не осталось просвета. Я задрожала, с губ сорвался протяжный стон.

Этот звук точно вернул фейри обратно в реальность. Бран обхватил мое лицо руками, прижался лбом к моему лбу. Тяжело дыша, он сдавленно прошептал:

– Коварная маленькая ведьма. Дьявольское искушение во плоти. Ты сводишь меня с ума!