Глава 31. Кара

Я застыла перед большим кованым зеркалом в коридоре, недоверчиво разглядывая отражение. Моя кожа была красной от крови, белки глаз сверкали безумством на перепачканном лице. Я не узнавала себя. Куда подевалась та Кара, что лечила деревенских жителей снадобьями и собирала травы на лугу, подоткнув юбку выше колен?

Сейчас я походила на кровожадного зверя, которого долго держали взаперти и, наконец, выпустили. Дикого, сильного и бесконечно опасного. Мое прежнее «я» потрескалось, как лед, и рассыпалось вместе с прежней жизнью. Но отчего-то я не испытывала сожаления. Сейчас я как никогда чувствовала себя сбывшейся, настоящей.

Той Карой, которую не тревожило, что о ней подумают другие. Которой было наплевать, если ее осудят, станут сторониться. Я больше не хотела притворяться или пытаться стать кем-то другим, я была дьявольски счастлива быть самой собой.

За спиной мрачной тенью навис Бран. Он выглядел ничуть не лучше. Черные волосы растрепаны, беспросветные глаза лихорадочно сверкали. Кожа выглядела так, будто его окунули в чан, полный крови. Красные капли стекали по пальцам, падали, впитываясь в серый шерстяной ковер.

– Морвран тебя убьет, – прошептала я, проследив за падением капель. – Нам надо принять ванну, смыть кровь, пока мы не перепачкали здесь все.

Бран крепко ухватил меня за руку. Его взгляд впился в наши переплетенные пальцы, и с губ сорвался хриплый стон.

– У меня есть идея получше, – с привычным самодовольством заявил он. – Если ты не будешь все время останавливаться, мы доберемся туда куда быстрей. – С этими словами он уверенно потащил меня по коридору к винтовой каменной лестнице. Однако направились мы не наверх, где находились наши спальни, а вниз.

Я недоуменно сдвинула брови.

– Куда мы идем?

– Увидишь, – бросил принц, не оборачиваясь.

Бран сбегал по ступеням торопливо, как будто время поджимало и он боялся не успеть. Со спины он казался ожившим сгустком темноты, дьявольски прекрасным и опасным падшим ангелом, увлекающим жертву в обжигающие недра Ада.

Живот скрутило неведомое волнение, ноги предательски задрожали. Окна остались далеко позади, как и светильники. Тьма вокруг нас сгущалась. Я впилась взглядом в лестницу, боясь промахнуться.

И все-таки оступилась, не заметив кривую ступеньку, грязно выругалась, неловко взмахнув руками. Бран тотчас впился пальцами в мою талию, не давая упасть.

– Слишком темно, – выдохнула я.

Второй раз повторять не пришлось. Фейри щелкнул пальцами, и волшебные серебристые огоньки взметнулись в воздух стайкой перепуганных рыбок.

– Прости, – прошептал он мне в губы. – Вечно забываю, что зрение смертных уступает фейри.

Вскоре послышалось журчание воды. Когда лестница кончилась и мы нырнули вслед за огоньками в просторную пещеру, я оторопело застыла, приоткрыв рот.

В пещере было очень тепло. По дальней стене, выбиваясь из каменной толщи, сбегал горячий источник. Мощные струи, разбиваясь о гладь небольшого водоема внизу, рассеивали в воздухе мириады искрящихся брызг. Над прозрачной водой поднимался легкий пар.

С потолка, подобно пролитым замерзшим слезам земли, спускались сталактиты, к ним навстречу тянулись сталагмиты, точно отчаянно пытаясь коснуться собратьев. Одну из стен покрывали длинные игольчатые кристаллы. В свете волшебных огней они вспыхнули тысячами серебристых бликов, словно в пещеру заглянула сама луна. Я признала в них селениты. Мы, ведьмы, ценили эти камни очень высоко.

В носу предательски защипало. Мне никогда прежде не доводилось видеть такой красоты, а после недавней кровавой стычки с вампирами прекрасный вид, открывшийся нашим глазам, вообще казался чудесным видением.

Из груди вырвался судорожный вздох.

– Как красиво…

Бран оглянулся. Его жадный взгляд скользнул по моему лицу.

– Не красивее тебя, – прошептал он, коснулся пальцем подбородка, вынуждая глядеть ему прямо в глаза. – Ты прекрасна, Кара. Особенно сейчас, такая дикая, свободная. Такая… моя.

Я закусила губу, и фейри проследил за этим с выражением нестерпимого голода в непроглядных глазах.

– Ты хочешь искупаться здесь? – выдохнула я, ощутив предательскую слабость в ногах.

– Я солгу, если скажу, что хочу лишь смыть с себя кровь, мэй лэран. – Бран подступил ко мне, и мое глупое сердце тут же пустилось в оглушительный галоп. Теплые пальцы фейри властно легли мне на шею. – Это далеко не единственное, что мне до ужаса хочется сделать с тобой, Кара. – Его кадык дернулся, глаза потемнели. – Если… и ты этого хочешь.

Пальцы на моей шее сжались, словно он насилу сдерживал себя. Я задышала чаще, сладкий жар затопил низ живота, заставив меня судорожно сжать бедра. Решив не отвечать на вопрос, я встала на носочки, одновременно привлекла его к себе, и жадно захватила его губы.

Фейри издал нечленораздельный звук. Его большие сильные руки тотчас сплелись за моей спиной и подняли меня в воздух. Я стиснула его бедра. Несколько стремительных шагов, и вот он уже прижимает меня к теплой стене.

Язык Брана жадно заскользил по моей шее.

– Я же вся в крови! – задохнулась я, тщетно пытаясь отстраниться.

– Плевать, – прорычал Бран. – Ты нужна мне любой, я буду любить тебя любой и брать тебя любой, Кара.

Коготь фейри подцепил низ рубашки и одним неуловимым движением стянул ее с меня. Теплый воздух обласкал мою обнаженную грудь. Бран застыл, пожирая меня глазами. Я задрожала под его неистовым плавящим взглядом.

– Какая же ты… – хрипло вырвалось у него. – Это тело, грудь… – с его губ сорвался не то рык, не то стон. – Я готов провести вечность, лаская ее, всю тебя, наблюдая, как ты снова и снова дрожишь и рассыпаешься в моих руках. Такая дьявольски влажная и горячая…

Я почувствовала, как щеки заливает румянец. Я не считала себя скромницей, но вещи, которые говорил этот фейри… Хотя я бы соврала, если бы сказала, что мне это не понравилось.

Бран подался вперед. И я поняла, что время, которое он отвел, чтобы полюбоваться мной, закончилось. Фейри овладели желание и похоть. Его жаркий рот обрушился на мою грудь, дразня и лаская затвердевшие соски. Острые клыки скользнули по ним, и я простонала, так крепко стиснув пальцами волосы принца, что он дернулся от боли.

– Дикая маленькая штучка. – С его губ сорвался мрачный смешок. – Так и хочется сорвать с тебя оставшуюся одежду, разложить здесь на камнях, как изысканное подношение, и смаковать твое тело часами. – Он резко приподнял меня выше, горячий язык обвел пупок, скользнул внутрь, и я выгнула спину, как кошка, подаваясь ему навстречу. – Но в этот раз в воде мы нуждаемся больше.

С этими словами Бран поставил меня на землю и дернул завязки на моих штанах. Ткань сползла по бедрам, осев на ботинках. Острый коготь рванул белье, и я ахнула, неожиданно смущенная столь откровенной наготой, когда фейри был еще полностью одет! Хитрый мерзавец.

Пальцы сами вцепились в ворот его черной рубашки. Бран все понял без слов. Сжал полы рубашки, дернул, и пуговицы разлетелись по земле. Я стянула ткань с его мощных плеч. Словно заколдованный, взгляд сам заскользил по его обнаженной коже, по жестким мышцам, перевитым крупными венами.

Принц последовал моему примеру. Его взгляд впился в местечко меж моих ног, и фейри судорожно сглотнул. Грубые пальцы пробежались по тонкой полоске волос, заскользили ниже, закружили у входа. Я ахнула, глаза Брана потемнели.

– Уже такая мокрая. – Он закусил кулак. – Готовая для меня. – Он подался вперед, впечатав меня в стену. – Отныне только я могу видеть тебя такой. Касаться тебя, пробовать на вкус. Скажи это. Скажи это, Кара!

Наверное, мне не должно было понравиться столь властное требование. Но я всю жизнь не принадлежала никому. Никто не желал меня, дерзкую, меченную шрамами, проклятую. А мне хотелось принадлежать. И до смерти, до боли в сердце, до хрипа в горле надоело быть той, до которой никому нет дела.

– Только ты, – выдохнула я. – Только ты, Бран.

Фейри содрогнулся всем телом, как будто этими словами я сотрясла саму его душу.

– М-м-м, – довольно протянул он. – Хорошая девочка.

А дальше все происходило словно во сне. Ботинки полетели на землю вслед за одеждой. И вот я уже стояла перед фейри, не прикрытая ничем. Хлесткий звук, и его ремень оказался на земле вместе с остальными вещами и сапогами. Часто дыша, мы уставились друг на друга жадными глазами.

Бран был сложен, как бог. Его тело походило на статую древних воителей, изображения которых я видела в книгах. Ни грамма жира, ни одного мягкого места, сплошь сила, уверенность, мощь.

Мой взгляд невольно опустился ниже, и во рту пересохло. Я, несомненно, сильно влияла на фейри, потому что он был уже очень тверд для меня. Дьявольски готовый. Дьявольски большой. Больше, чем Лейн. Не то чтобы кто-то сравнивал, конечно.

Неуловимым движением Бран подхватил меня и понес к источнику. Мягкое тепло обволокло мое тело, и я довольно застонала. Шероховатые пальцы фейри заскользили по коже, смывая кровь и пот. С неменьшей страстью я отвечала ему тем же.

– Нам нужно окунуться с головой, – прошептал Бран.

Я кивнула.

– На счет три, – прошептал фейри. – Раз, два…

И, крепко прижав меня к груди, он потянул меня вниз за собой. Теплая вода накрыла нас с головой. Горячие губы Брана прижались к моим, пальцы зарылись в волосах, перебирая спутанные пряди. Твердость фейри уперлась мне в живот, разжигая в теле новую волну жара.

Мы вынырнули одновременно, задыхаясь и отплевываясь от воды. Застыли, поедая друг друга глазами. Без грязи и крови, в свете волшебных огней лицо Брана казалось воистину неземным. Передо мной стоял неблагой фейри, иное существо, таинственное, древнее, и он смотрел на меня так, словно мир заканчивался и начинался мной, словно кроме меня ему ничего было не нужно. Я задохнулась от избытка чувств.

Бран подался вперед. Я проследила взглядом за каплей, прокладывавшей путь между мышцами на его животе, и мне захотелось слизнуть ее языком. Верно, почуяв это, фейри стиснул зубы, зрачки его из темных сделались непроглядно черными, и он обрушился на меня, как ураган.

Я ощущала Брана везде. Казалось, он просто захватил мое тело, и я затерялась в нем, как в темном замке. Влажные поцелуи на коже сменялись легкими укусами и прикосновениями языка.

Мое тело словно превратилось в факел, я дрожала, сгорала от желания, до боли впиваясь когтями в спину фейри. Его губы подчиняли мой рот, врываясь в него снова и снова с нарастающим голодом и силой. Властно и жадно он заявлял на меня свои права, и я отвечала ему тем же. Никогда бы не подумала, что во мне скрывалась такая жуткая собственница.

Сильные руки приподняли меня выше, и я сомкнула ноги на его талии. Жаркий язык прошелся по вершине моей груди, обхватил сосок, втянул его. Клыки сжались, прикусив нежную кожу, и ощущения тут же эхом отозвались у меня между ног. Запрокинув голову, я хрипло застонала. Видимо, это уничтожило остатки терпения фейри. Он напрягся всем телом.

– Ты принимаешь настойку? – выдохнул он мне в губы.

Я поспешно кивнула.

– Скажи, что хочешь меня, – хрипло прошептал он. – Хочешь, чтобы я вошел в тебя. Погрузился в твое жаркое тело.

– А ты любишь грязные разговоры во время близости, да? – полубезумно усмехнулась я.

– С тобой – да, – твердо заявил он. – Скажи, что я нужен тебе, Кара. Так же сильно, как ты нужна мне.

Я кивнула.

– Я хочу тебя, Бран. Ты нужен мне. Войди в меня сейчас же, дьявол тебя побери!

И в тот же миг он опустил меня и ворвался внутрь. Я вскрикнула, впившись зубами в его нижнюю губу. Зарычав, фейри обрушился на мой рот. Он брал меня одновременно и телом, и языком. Черные глаза скользили неистовым взглядом по лицу, как если бы он касался его пальцами.

Бран издал мучительный стон, движения его сделались быстрее и жестче. Напряженные мышцы четко проступили на его теле. Частое дыхание вырывалось из горла с легким хрипом. Фейри стонал и рычал, растворяясь во мне.

Я двигалась хаотично, вконец потеряв голову. Мы и были сейчас гребаным хаосом. Страстью, желанием, потребностью прикасаться друг к другу, владеть друг другом, стать одним целым, слившись воедино языками, телами, самой нашей сутью.

Сладкий жар нарастал внизу живота. Я задыхалась от восторга, дрожа от предвкушения. Фейри выходил из меня и врезался снова, каждый раз переполняя, вырывая из моего горла неистовый стон.

Острые клыки жадно царапнули шею, и, крепко зажмурившись, Бран вдруг яростно зарычал. Его движения замедлились. Что-то было не так. Сжав пальцами его подбородок, я заставила принца посмотреть на меня.

– Что случилось?!

В его глазах заметались тени. Казалось, он испытывал страх, замешательство и неловкость одновременно.

– Ты можешь сказать мне, Бран. – Я не собиралась сдаваться. Я не хотела, чтобы он что-то скрывал от меня и чтобы наш первый раз закончился вот так.

– Я не испытывал этого прежде… – с трудом выдавил он. – Потребности… – Запрокинув голову, он не то зарычал, не то застонал. – Гребаное проклятье! – Его глаза снова впились в мои. – Иногда фейри кусают друг друга. Чтобы заявить права. Обычно это происходит, если они… предназначены друг другу судьбой. Я никогда не испытывал желания сделать это… до тебя. – В его глазах читалась настоящая мука. – Мне кажется, если я не сделаю это, я просто… обращусь в пыль, перестану существовать. Но я не хочу принуждать тебя…

Я резко дернула его за подбородок.

– Сделай это.

Припухшие от поцелуев губы Брана приоткрылись от удивления.

– Ты… уверена? Сперва будет больно… Но потом наоборот…

Я замотала головой.

– Наплевать. Кусай меня, Бран. Делай что хочешь. Только прошу, продолжай двигаться. Иначе, клянусь Богиней, я сама тебя укушу!

В его глазах зажглись дьявольские огоньки.

– Я очень даже не против!

И он качнул бедрами, входя в меня под другим углом. Чуть отстранившись, ворвался снова. И снова. И снова. Я зарычала. Животная страсть вышибла из головы все мысли. Наша кожа сделалась влажной от пота. Фейри брал меня с одержимостью безумца, словно хотел оставить отпечаток на моей душе.

Я чувствовала, как желание нарастает, скручивается внутри меня, словно дрожащая стрела, готовая вот-вот сорваться с тетивы. Ноги била частая дрожь. И, когда Бран в очередной раз вошел в меня до упора, с моих губ сорвался утробный крик. Обжигающая сладость взорвалась внутри. Я перестала понимать, где нахожусь. И в этот миг он склонил голову и погрузил острые клыки в мою шею.

Сперва кожу обожгла резкая боль, но она тут же сменилась… блаженством. Удовольствие, подобного которому я не испытывала прежде, захлестнуло все мое существо. Словно именно теперь мы с Браном стали единым целым.

Я затряслась в его руках, мгновенно достигнув пика во второй раз. Принц замер на мгновение, и я почувствовала, как он пульсирует внутри меня, изливаясь. Так сладко и жарко, так горячо. Он содрогался снова и снова, не выпуская клыков из моей шеи. Его крепкие бедра часто дрожали, а я впилась в его плечи когтями, оставляя собственные метки. И тут случилось невероятное.

Словно против воли, с недовольным рычанием принц отстранился, запрокинул голову, с его окровавленных губ сорвался низкий рык. Широкая спина дернулась, напрягаясь, словно ее стегнули плетью, и два огромных сильных крыла, покрытых черными перьями, разрезали воздух за его спиной.

Я вытаращила глаза.

– Ты… у тебя… крылья! – Это все, что смог выдать мой расплавленный разум.

Часто дыша, фейри кивнул, и дерзкая улыбка подняла уголки его губ.

– Я не знала, что у тебя есть крылья!

Рука сама потянулась вперед, пальцы коснулись иссиня-черного бархата. Местами, в свете волшебных огней перья отливали то зеленью, то синью. Плотные, но мягкие и шелковистые, густые, как сумерки, беспросветные, как сама ночь. Мне захотелось завернуться в них, почувствовать, как они скользят по разгоряченной коже, охлаждая ее, надежно скрывая меня от всего мира.

Теперь уже на губах Брана играла самодовольная широкая улыбка.

– Они тебе нравятся.

– Никогда не видела ничего более прекрасного, – честно ответила я. – Почему ты не показывал их раньше?

На лицо принца пала тень.

– Из-за проклятия я больше не могу выпускать их по желанию. Теперь они появляются лишь под влиянием сильных чувств, когда отключается разум и я теряю голову, контроль.

Я тоже растянулась в довольной улыбке.

– И ты потерял его со мной.

Он прикоснулся к моему лбу.

– Я потерялся в тебе, Кара. Я хочу затеряться в тебе навеки.

– А я – в тебе, – хрипло прошептала я. Нашла его губы, запечатлев на них нежный поцелуй-обещание. – Ты мне очень дорог, Бран, – неожиданно для себя прошептала я.

Он вдруг с каким-то напряженным вниманием вгляделся в мои глаза. В них промелькнуло нечто похожее на сожаление и страх, но Бран тотчас совладал с собой, и темные глаза его вновь наполнились теплом и нежной покалывающей страстью.

– Ты мне тоже дорога, Кара, – твердо произнес он. – Я хочу, чтоб ты знала, – он помолчал, то ли собираясь с мыслями, то ли подбирая слова, – что бы ни случилось с нами дальше, я хотел этого для себя. Я хочу тебя для себя всю, без остатка. И нет других причин. Ты нужна мне, Кара. – Он ухватил меня за руку и прижал мою ладонь к груди в области сердца. – И я говорю это искренне. – Его взгляд вдруг сделался напряженным, и мне отчего-то стало не по себе. – Пожалуйста, – почти взмолился он. – Помни об этом.

Мне хотелось спросить его, в чем дело. Но я понимала, он не ответит. И потому я выдавила несмелую улыбку.

– Хорошо.

Бран порывисто вздохнул. Это был вздох облегчения. Но что заставило фейри так нервничать? Обхватив влажной ладонью мой затылок, не отрывая от моего лица пристального глубокого взгляда, он хрипло прошептал:

– Ты – моя. А я твой. И я не позволю ничему встать между нами, Кара.