Глава пятьдесят вторая. Матвей

– Ты на что вообще рассчитывала?

Лорка сразу поняла, с чем именно я к ней пришел. Конверт с результатами теста можно было даже не распечатывать.

– И что? Ты теперь бросишь Никиту? После того как он к тебе прикипел? У тебя сердце вообще есть? – она решила сразу пойти в атаку. Это было видно еще когда я переступил порог её квартиры.

Боевой раскрас, халатик из тех, которые мужиков укладывают к женским соблазнительным длинным ногам по задумке, вырез поглубже. Только все это было бесполезно, потому что меня её вид абсолютно не вставлял. Нигде не шевельнулось даже с точки зрения мужской физиологии, когда видишь перед собой вполне трахательное тело.

– А ты людей по себе судишь, да? Я задал конкретный вопрос, а мои дальнейшие действия не твоего стервозного ума дело.

– Зря ты так. Нам могло быть хорошо вместе. Тебе пора браться за ум, создавать семью, принимать наследие отца. Я отлично лажу с твоими родителями. Но ты зациклился на своей этой! – всё, маска роковой соблазнительницы пала. На свет появилась обычная обиженная баба, которую щелкнули правдой по носу. – Как же я была рада, когда вы расстались. Думала, наладится всё, ты, наконец, возьмешься за ум…

– Ну, хватит, неудавшаяся женушка. Соболезную тебе и моей матери, раз вы продолжаете верить в эту чушь. Ника я не брошу, но еще хотя бы один фокус, хотя бы малейшая попытка выкинуть очередную херню – разговор будет другой. И можешь передать мои слова всем заинтересованным, – надоело мне все это слушать. Я просто хотел посмотреть в её глаза и лично предупредить о том, что игры официально кончились.

– Ты еще пожалеешь, понятно?! – Лорка тут же взорвалась, бросилась ко мне и хотела залепить по морде, но я вовремя перехватил её руку.

Не в моих правилах делать больно женщинам, но легкая встряска ей не особенно и повредит.

– Прибежишь ко мне, умолять будешь, а я еще подумаю прощать тебя или нет, – покатились какие-то пустые угрозы мне в спину, когда я вышел из её квартиры и с абсолютным спокойствием на лице ждал лифт на лестничной клетке.

Вредина с самого утра кружит в будущей редакции. Ускакала, не удосужившись даже позавтракать. Об этом красноречиво сообщает её желудок в голосовом сообщении, которое малышка записывает в коморке на своем законном пятиминутном перерыве.

Заезжаю в ближайшее кафе, прошу завернуть заказ с собой и приезжаю к бизнес-центру, чтобы накормить мою голодную пчёлку во избежание обмороков на почве недоедания.

Она не сразу понимает, чего именно я хочу от неё. Попытки с третьей улавливает мой посыл, но спускаться все равно не спешит. Приходится поуговаривать, а потом и пригрозить жестокой расправой, которую я обещаю устроить прямо на её новом рабочем месте. Уверен, Вредина краснеет до самых пяток, когда я пишу обо всех своих намерениях, в которые входит задранная юбка и моя рука на её прекрасной заднице.

– Это совсем не честно, знаешь? – забирается на переднее сидение и тут же накидывается на ещё теплый контейнер. А ещё спорила и выходить не хотела. – Я покажу охраннику твою фотографию и попрошу не пускать к нам на этаж, – жует в перерывах и жмурит глаза от удовольствия.

– Потому что тебя саму заводят мысли сделать это моему плану? – роняет пластиковую вилку, когда я накрываю ладонью её бедро, а после показательно втыкает мне в руку эти самые четыре зубчика и надавливает, замечая, что убирать пальцы с резинки чулка я не спешу.

– Грязные домогательства к обеду не прилагались. Уберите руку, мужчина, а не то этот ароматный кофе, что стоит на приборной панели, окажется где-то в районе Вашего ремня. И чуть пониже, – стреляет глазами в бумажный стаканчик, а потом переводит взгляд на мой пах.

И вот это её облизывание губ совершенно не помогает держать ширинку застегнутой.

Я двигаю рукой выше по её ножке, Вредина предупреждающе рычит и показательно вгрызается зубами в кусок мяса, явно намекая, что не против подвергнуть такой же участи какую-нибудь часть меня, а потом происходит какой-то резкий щелчок.

Её довольно игривое настроение испаряется, на смену ему приходят нахмуренные брови и тихий подавленный голос.

– Матвей, убери руку, пожалуйста. У меня действительно мало времени, я выскочила просто потому, что грозилась закапать слюнями весь офис от твоих фотографий с едой.

Ладонь я, конечно, убираю, но вот спускать такой перепад настроения просто так не собираюсь.

– Малышка, что не так? И давай ты не будешь мне лапшу про твою занятость вешать, это уже не первый раз, когда ты внезапно закрываешься и уходишь в себя, – опять от меня прячется. Лицо отворачивает, губы поджимает.

Усиленно пытается придумать что-то внятное, но за эти пару дней она, по-моему, уже исчерпала все отмазки.

Я сначала думал, что это из-за ситуации с Никитой. Поднял еще раз эту тему, но Вредина чуть ли не с кулаками на меня накинулась, когда я заикнулся о её желании поставить меня перед выбором «или она, или этот ребёнок». Шипела змеёй, молнии в меня метала, руками жестикулировала так, что я серьёзно подумал об их нечаянном отделении от тела под воздействием слишком резких движений.

Было что-то ещё, в общем.

Что-то тщательно от меня скрываемое, и это, честно говоря, страшно выбешивало.

– Спасибо за обед, мне пора, – малышка поставила контейнер рядом с кофе и уже успела дернуть ручку, когда я перегнулся вперед и хлопнул дверь обратно.

А заодно и руки её перехватил, чтобы Вредине уж точно не удалось просто так выскочить из салона, пока у меня зубы скрепят от этих непоняток.

– Меня ждут…

– Подождут, – рявкаю слишком грубо, и малышка втягивает голову в плечи. – Я тебя не выпущу, пока ты мне не расскажешь всё.

Закрою в машине, даже если нам тут придется несколько дней сидеть.