Глава 18

Она чуть отшагнула – как-то неловко стоять в такой близи от мужчины, который не слишком дружелюбно таращится сверху вниз. – Милина, – робко проговорила она. – Какая еще Милина? Этот вопрос вообще застиг ее врасплох. Ну что на это можно ответить? – Э… – протянула она растеряно. Не говорить же ему, что на новая наложница драконов. Незнакомец заглянул ей через плечо в комнату, брови недовольно сдвинулись, он произнес, заложив руки за спину: – Как я понимаю, вы здесь ночевали? Милина окончательно потеряла логическую цепочку. Пришел какой-то мужик, красивый, хоть и очень взрослый, стоит перед дверью, что-то требует, чем-то не доволен. Но дерзить она не станет – слишком опасно, все же абсолютно не знакома с обычаями Рибейских гор, и уж тем более драконьего быта. Мало ли, кого ей подослали. И все-таки спросила осторожно (ситуацию-то надо прояснить): – А вы сами, гм, кто? И что делаете возле моих дверей? На этот раз брови мужчины вскинулись, на лице проступило неприкрытое изумление. – Ваших? Интересно, когда они стали вашими, – сказал он. – Всю жизнь останавливаюсь именно в них, и считал их, по меньшей мере, закрепленными за собой. Мое имя, девочка, Итар де Тенебрис. Это, надеюсь тебе о чем-то говорит? Мил пошатнуло, она едва удержалась на ногах. Ну конечно! Этот голос, эти черные, как смола, глаза. Это же отец Эйтана! Только что он делает тут? Его покои? То есть, ее поселили в апартах, где обычно живет отец Черного дракона? Ну прекрасно. И что ей теперь делать? Выселяться? – Эм… – протянула она, судорожно соображая, чтобы сказать такого, чтобы этот внушительный мужчина не подумал, что она дура. А ведь он тоже дракон! Боги небесные, как много драконов на квадратный километр… – Извините, конечно, я знаю, кто такой Итар де Тенебрис. – Ну хоть что-то радует, – бросил дракон-отец. – С этим разобрались. Остался вопрос с размещением. – Тут вот в чем дело, – поспешно проговорила Мил, пугаясь собственной расторопности, – это все Демар и Эйтан. – Не удивлен. И что они? Милина пожала плечами. – Ну, они поселили меня в эти покои, как поняла, они называются алмазными? Да? Особо больше ничего не говорили. Итар де Тенебрис замолчал и вдруг как-то иначе взглянул на нее. Мил ощутила уже знакомое чувство, словно кто-то пытается заглянуть ей в самую душу. Именно так смотрит на нее Эйтан – глубоко, пронзительно, жарко. Но его папаня разглядывает ее скорее с каким-то докторским интересом, как мог бы смотреть на экзотическую зверушку или тыкву неизвестного сорта. Спустя несколько мгновений проговорил: – Так ты новая наложница? Это прозвучало как-то двусмысленно. Милина вдруг ощутила себя какой-то недостойной, не достаточно хорошей, недостаточно умной, и вообще – недостаточно! И, хотя в действительности – наложница драконов – положение очень и весьма почетное, хоть в Лаоровых равнинах, хоть где, (во всяком случае, у них в стране именно так считали), тон Итара ей не понравился. И все же ответить надо. Она кивнула. – Я подписала контракт, – уклончиво сказала она. Видимо, дракон оценил ее увиливание – уголок губ едва заметно приподнялся. Он вновь скользнул по ней взглядом, заставляя позвоночник вспотеть. – И поселить они тебя решили здесь, – наконец заключил он. – Странный выбор, учитывая, что я останавливаюсь именно в алмазных апартаментах, когда прилетаю в этот замок. В голове Мил мелькнули тревожные мысли – с какой целью они так сделали? Неужели они нарочно? Ведь она же подписала договор, теперь они могут делать что угодно. Но потом вспомнила – они раз за разом твердят, что никогда и ни к чему не принуждают девушек. И их поведение тому подтверждение. И немного успокоилась. – Уверена, этому есть объяснение, – сказала она. Итар де Тенебрис усмехнулся и Мил в который раз отметила, как они с Эйтаном похожи. – Очень хочется послушать. – Это вам лучше у них спросить, – нашлась она. – Ну и надо куда-то вас поселить. Извините, что заняла вашу комнату. Вы же понимаете, я не нарочно. – Верю, – все больше усмехаясь произнес дракон. – Поселить, значит? И кто этим займется? Ты? Милина ощутила, как к щекам прилил жар – она же здесь никто, с какой стати начала вести себя, как хозяйка, пытаться разместить гостя? Она не у себя в поместье, где занималась не только этим, но и кучей других задач. – Простите, не хотела брать на себя лишнее, отозвалась она, сглатывая. – Просто я так воспитана. – Как? – Привыкла многое делать сама. – Редкое качество для девушки, – заметил дракон. Мил только руками развела. Что тут ответить? Может и редкое, но не всегда полезное. Вон, двоюродные и троюродные кузины только пальцем у виска крутили, когда говорила, что предпочитает сперва подучиться, прежде, чем искать жениха (правда искать не пришлось – граф Грасс сам нарисовался). Они хором твердили, что для этого нужно не учиться, а следить за собой. Дома ее стремление тоже не поддерживали, хотя бумажных и домашних дел подкидывали прилично. Вот такие двойные стандарты. Так и научилась. Дракон продолжал изучать ее, Мил старалась не ежиться под его всепроникающим взглядом, хотя это непросто, особенно, когда ты и так на полторы головы ниже. Некоторое время висело молчание, потом дракон произнес: – В тебе что-то есть. Это заявление ее даже как-то ошарашило – это что, одобрение? Но следующая фраза окончательно вогнала в ступор. – Не пойму… Но… что-то есть. Боюсь, как бы это «что-то» не привело моего сына к неприятностям. – произнес Итар де Тенебрис. Она хотела спросить, почему? С чего он вдруг сделал такие выводы, но не успела – дракон-отец резко развернулся и быстро двинулся по коридору.