Глава 12

— Альберт Денисович, а это вам на погоны, — сказал я и передал ему две шестерки в свой последний ход.

Колдун мрачно посмотрел на пару карт в моих руках, затем молча взял их и начал собирать колоду. Судя по его молчанию, он был весьма удивлен произошедшим. Еще бы…

Я-то сказал ему, что лишь знаком с правилами, а оказалось, что я каким-то странным образом умудряюсь помнить все вышедшие карты. Просто этот хитрый жук пару раз пытался превратить несколько карт в своей руке в уже давно сыгранные…

При этом каждый раз, когда я ему об этом говорил, карта чудесным образом вновь менялась и тип с лошадиной мордой говорил, что мне привиделось в темноте. На самом деле он сыграл совсем другую карту.

В общем, колода у него была непростая. Я думаю, при помощи нее он из многих спорных вопросов вышел победителем. Вот только сегодня что-то не зашло… Не его ночь выдалась… В конце концов он бросил свое бессмысленное занятие, а теперь вот, прятал колоду с растерянным выражением лица.

— Как вам партия? — спросил я у него, чтобы вернуть колдуна поближе к реальности. Холодно же, стоять просто так. — Надеюсь, наши договоренности в силе?

Тип посмотрел на Жрецов Смерти, которые все это время с равнодушным видом следили за нашей игрой и кивнул.

— Да, все в силе. Благодарю за партию, Максим. Теперь я буду знать, что в Белозерске есть отличные игроки в дурака, — мы обменялись рукопожатиями. — Приятно было с вами познакомиться.

— Взаимно.

— Мы немедленно покинем Лешью Гору. Думаю, до завтра вы справитесь со своими делами.

После этих слов тип с лошадиной мордой сделался еще мрачнее, кивнул мне и пошагал к своим. Ну а я бегом направился к машине княжича. Единственное, чего мне сейчас хотелось — это согреться.

Захлопнув за собой дверь, я попросил Лешку завести двигатель и дать мне минут десять, чтобы перевести дух и перестать трястись от холода. Нарышкин не стал заводить двигатель, а вместо этого дотронулся до моей руки и вскоре по всему моему телу разлилось тепло.

Хватило пары минут, чтобы я напрочь забыл о том, что совсем недавно у меня зуб на зуб не попадал от холода. Мне стало тепло, уютно, а мысли полностью пришли в порядок. Что сказать… Не зря Веригин считает княжича классным целителем, он свое дело отлично знает. Я вот такими заклинаниями не владел.

Мне вообще целительство не давалось. В моем случае, если приложить к ране обычный подорожник и то, толку было бы больше, наверное… Так что приходилось только эликсирами спасаться.

Пока я рассказывал ребятам, что к чему и как вышло так, что дело закончилось партией в дурака, колдун сдержал свое обещание, и вскоре мимо нас потянулся стройный ряд машин. Последним в колонне двигался фургон, глядя на который я вновь задался вопросом, на который мне так интересно было получить ответ — и все-таки, для чего им понадобился пони?

— Может быть, это как-то связано с лошадиной мордой этого Альберта Денисовича? — предположил Дориан. — Ну как вариант… Что-то типа его тотемного животного?

Лишь после того, как мимо нас проехала последняя машина, я решил развеять Жрецов Смерти, которые до этого времени стояли неподалеку. Лешка был со мной в Искажениях и знал, что я умею призывать всяких необычных существ, а вот Полина явно хотела что-то спросить, но не стала.

Наверное, еще немного дулась на меня за драку после осеннего бала… У нее такое бывает. Иногда Лазарева не сразу отходит и, как правило, это происходит довольно неожиданно.

Как только свет фар исчез в темноте, Лешка завел машину и подъехал поближе к Лешьей Горе. Мы выбрались наружу и начали собираться, посмеиваясь над случившимся.

— Я вот только понять не могу, как ты у этого типа выиграть умудрился? — недоумевал Нарышкин. — Из тебя такой игрок в карты, как из меня художник.

— Просто повезло, — ответил я, посмотрел на княжича и охнул от удивления. — Вот это да! Ты мне ничего не говорил!

На нем была новая броня из змеекожи! По сравнению с моей старой, она была просто классной! Совсем другая модель, да и вообще… Отличная штука, что и говорить.

— Ага, отец подарил на начало нового учебного года, — объяснил Лешка таким тоном, как будто речь шла о новой сумке для учебников. — Сказал, что им с матерью будет крепче спаться, если они будут знать, что у меня есть такая вещь. Здесь почти семьдесят процентов змеекожи…

— Ну мы идем, или вам зеркало дать? — спросила Лазарева и протянула Нарышкину моток веревки. — Держи.

— Ты говорила лишь об одной могиле, а там наверху много мертвецов, — сказал я Полине, глядя наверх Лешьей Горы, где возвышалась часовня. — По моим ощущениям, никак не меньше пяти. Откуда они здесь взялись?

— Семь штук, — поправил меня Градовский. — Двое в одном склепе лежат.

— Был один момент, когда стало модным здесь своих предков хоронить, — ответила Полина. — Недолго продолжался, правда, но насколько я знаю, даже один князь здесь лежит. Честно говоря, меня это не особо интересовало.

Она поправила пояс, вытащила из багажника свою последнюю сумку с инструментами и протянула ее мне:

— Нам наверх не нужно, Макс. Есть тут еще одна тропинка. Надеюсь, она ведет туда, куда нужно.

— Не переживай, — успокоил я ее. — По моим данным, ты отыскала правильное место.

— Неужели? — удивленно воскликнула девушка и захлопнула багажник. — Ты меня сегодня просто удивляешь, Темников. Как сильно ты изменился с тех пор, когда я в последний раз ходила с тобой вместе в подобные приключения. Может быть, ты и место покажешь, куда нам нужно идти?

Вообще-то, я мог бы, конечно, показать и место… Вон, Градовский мечется от нетерпения провести меня куда нужно, чтобы в очередной раз доказать, как правильно я сделал, когда принял решение выбрать его в качестве своего помощника. Вот только в данный момент лучше было этого не делать…

— Конечно нет, — ответил я Полине. — Тут я бессилен…

Она лишь фыркнула и пошла вперед. Перед ней летел Петр Карлович, рядом с ним Светящийся Огонек, а следом за девушкой уже мы с Лешкой. На деле оказалось, что гора не такая уж и маленькая, как казалось издалека.

Да, нам не нужно было идти по ней на самый верх к часовне, однако наш путь все равно уходил ввысь и продираться сквозь заросли кустов было непросто. Они все время цеплялись за одежду, а вскоре я почувстовал, что там, в глубине горы, есть еще мертвецы. Почему-то мне кажется, что Золотарев лежит там не один.

Вскоре мы обошли гору практически вокруг и вышли с обратной стороны часовни.

— Вот здесь, — сказала Полина, когда путь нам преградила ровная каменная плита, которая была присыпана землей. — Уверена, что раньше здесь был вход.

— За этой плитой еще одна плита, Максим. В два раза толще первой, — доложил Градовский. — Потом уже ступени вниз, а там уже зал с могилой, про которую я тебе говорил.

С могилой? Нет, по моим ощущениям здесь не одна могила… Неужели я ошибался? Ладно, скоро узнаем. Для начала нужно выяснить, о чем говорит призрак.

— Если нет никаких возражений, то насчет плиты я думаю вот что… — Лазарева сбросила со спины свой огромный рюкзак, который был лишь немногим меньше, чем Лешкин внедорожник и начала в нем копаться. — Я взяла Гром-Бурю, так что думаю, это должно сработать.

Она вытащила стихийный эликсир и показала его нам. Не знаю получится им расколоть скальную плиту или нет, но насколько я знаю, штука довольно мощная. Интересно, что бы она сказала, если бы узнала, что там есть еще одна плита, мощнее этой?

— Нам главное, чтобы она хотя бы треснула, — рассуждала тем временем Полина. — Потом можно будет обычными огненными заклинаниями закончить или энергетическими мечами. Ну что, пробуем?

— По-моему, мысль неплохая, — сказал Лешка. — Давно хотел посмотреть на Гром-Бурю в действии! Вряд ли мне такой случай еще скоро представится!

Вообще-то, да… Этот стихийный эликсир считался особо опасным и в школьную программу работа с ним не входила. Их изготовлением занимались студенты в магических университетах, на соответствующих специализациях. Так что, если Нарышкин его действие где-то и увидит, разве что специально купит, чтобы посмотреть. Не думаю, что он на алхимика поступать будет.

— Погодите вы со своей Гром-Бурей, — сказал я. — Может быть, он нам еще пригодится.

— Макс, у меня в рюкзаке с инструментами есть небольшая кирка, хочешь попробовать? — спросила Полина. — Или у тебя есть еще какие-то варианты?

— Чего у тебя там только нет, — сказал я, затем с видом фокусника вскинул руки вверх и активировал Форму Камня.

Делая вид, что мне это дается с большим трудом, и я вот-вот взорвусь от внутреннего напряжения, я вытащил из плиты кусок камня, размером с полтора на полтора метра и поставил его рядом с нами.

— Фух… — сказал я и опустил руки. — Прошу… Вход открыт…

— Вот это да… — выдохнул Нарышкин. — Круто, Макс… Я и не знал, что ты так умеешь… Это получается, ты так везде можешь стены убирать?

— Не везде, но кое-где, как видишь, могу, — ответил я, глядя на ошарашенную Лазареву, которая, не веря своим глазам заглядывала в образовавшийся проем.

— Слушай, Темников, а ты не изменяешь себе. Каждый наш поход чем-нибудь меня удивляешь, — она улыбнулась и посмотрела на стихийный эликсир в своей руке. — Я просто понять не могу — откуда ты берешь такие заклинания? В школе нас таким вроде бы не учили?

— Вот и мне интересно… — услышал я Лешкин голос у себя за спиной.

— У каждого свои секреты, — ответил я и перевел разговор на другую тему. — Кстати, по-моему, там еще одна плита. Так что не сильно тебе помогла бы Гром-Буря.

Позабыв обо мне, Полина переключилась на вторую плиту, которая была хорошо видна в образовавшемся проеме. Она находилась примерно в метре от первой. Света от Огонька хватало, чтобы все хорошенько рассмотреть внутри, поэтому едва пыль рассеялась, как мы заметили какой-то текст на второй плите.

Мы дружно заглянули внутрь и в один голос прочитали:

«В этом месте покоится третий, да примут небеса его душу. Я сделал все что мог, чтобы сохранить его в тайне. Пусть будет проклят всякий, кто войдет сюда, если он не из нашего рода. Пусть дни его окончатся вечными муками. Пусть найдет он здесь свою смерть вместо утешения. Я, Дамир, говорю — пусть будет так».

— Нашла… — облегченно воздохнула Полина и крепко обняла меня. — Наконец-то…

— Ну такое себе, на самом деле… — сказал Нарышкин и активировал еще один Светящийся Огонек, отчего вокруг стало светло, почти как днем. — Что-то текст какой-то мрачный, нет? Вечные муки… Проклятия…

— Леха, а что ты хотел прочитать, прогноз погоды на завтра? — спросил я у него. — Ясное дело, что тут будет что-то мрачное написано… Гробница же…

Тем временем Лазарева внимательно осматривала стену. Насколько я понял из текста надписи, предполагалось, что стена — это дверь. Вот только ничего такого, что можно было бы принять за замочную скважину, на ней не было. Никаких трещин или чего-нибудь такого, вообще ничего. Единственное, что могло сойти за что-то похожее — крохотная ниша под текстом. Как раз ее-то Полина и осматривала в данный момент.

— Смотрите, ребята, видите это углубление? Я думаю, сюда должен вставляться родовой перстень Золотаревых или что-то типа того, — сказала она. — Какая-то вещь, которая должна открывать эту стену.

— Которой у тебя нет? — осторожно спросил Нарышкин.

— Нет, — призналась Полина и подмигнула ему. — Зато у меня есть Гром-Буря! Благодаря Темникову у нас есть лишний стихийный эликсир! Хотя, стоп… Максим, а ты случайно не можешь еще раз сделать точно так же? Я понимаю, что заклинание отняло у тебя много сил, но… Может быть, ты попробуешь?

— Ну не знаю… — с сомнением в голосе ответил я. — Могу попробовать. Если только одна рыжая девушка пообещает больше не фыркать из-за всякой ерунды и не портить нам с Нарышкиным настроение…

Лазарева открыло было рот, чтобы возмутиться, но вместо этого лишь прищурилась.

— Хорошо, проехали.

Я вновь вскинул руки, немного прикрыл глаза и занялся мощным колдунством в виде Формы Камня. Вот только на этот раз ничего не вышло. Заклинание почему-то не сработало, что меня весьма опечалило.

— Сейчас… Погодите-ка… — сказал я, встряхивая руками и вспоминая, что такого мне говорил Йорик об этом заклинании, и почему оно могло не сработать?

Я попробовал еще раз и снова неудача. Лишь через несколько попыток я, наконец, припомнил его слова о том, что заклинание имеет ограничение по толщине камня. Точно… Он же что-то говорил о паре шагов…

Эта новость меня несколько опечалила, однако вида я не подал. В запасе был еще один вариант. Оставался дар Форваля, который частенько выручал меня в аналогичных ситуациях. Пусть хоть и очень толстая, но все-таки чисто в техническом смысле, это была дверь, так почему бы ему не сработать?

Припомнив нужные слова, я активировал дар, и в то же мгновение стена подсветилась ярким красным сиянием. При этом Полина с Лешкой напряженно ждали, что же произойдет дальше, а я делал вид, будто оперирую мощными магическими силами, которые требовали от меня замысловатых пасов руками и жутких гримас. Наконец, где-то внутри стены раздался треск, и она с глухим грохотом начала откатываться в сторону.

Фух… Можно вздохнуть спокойно… У меня от натуги уже пот на лбу выступил… Чувствовал я себя как полный идиот, что и говорить. С другой стороны, делать вид, что все тебе дается легко и просто, тоже как-то неправильно.

— Спасибо, Макс! Ты просто красавчик! — всплеснула руками Полина. — Тяжело в этот раз далось, да? Ты так долго сопел…

— Еще бы… — подтвердил я. — Ты же сама видела… Даже стена покраснела от напряжения…

— Эх, жалко не бабахнули! — расстроился княжич. — Когда теперь увижу Гром-Бурю в действии…

— В интернете посмотри, — посоветовала ему Лазарева. — Там этих видео пруд-пруди.

— Тоже мне, нашла, что сравнивать, — не унимался Лешка, поднимая с земли свой рюкзак.

Один за другим мы активировали несколько Светящихся Огоньков и запустили их вперед, в темноту гробницы. Прямо от входа, который мы только что открыли, вниз вела лестница, грубые ступеньки которой были выдолблены прямо в горе.

Я запустил вниз один из своих Огоньков, и он осветил небольшой зал, в центре которого стоял каменный саркофаг, а рядом с ним летал Градовский. Судя по всему, именно об этой могиле призрак мне и говорил.

— Смотрите! — радостно воскликнула Лазарева, которая шла за моей спиной. — Вон там внизу! Поверить не могу, что еще немного, и третий ключ будет в моих руках!

Полина торопилась, то и дело ударяясь мне в спину, подталкивая меня вниз.

— Да погоди ты… Здесь такие ступеньки… Ноги сломать можно… — ответил я, осторожно спускаясь по осыпающимся под ногами ступенькам. — Ты что, две минуты потерпеть не можешь?

С трудом, но ей все-таки удалось взять себя в руки и не сбивать меня с ног. Целыми и невредимыми мы добрались до низа, а затем осторожно подошли к саркофагу. Нужно отдать должное Лазаревой, несмотря на то, что до ее цели оставалось всего ничего, в последние метры она все же внимательно смотрела под ноги, чтобы не наступить на какую-нибудь ловушку.

Однако ловушек не было. Никаких нажимных пластин под ногами, ничего такого, от чего могла исходить опасность. Поэтому осмотрев сравнительно небольшой зал и не обнаружив никакой опасности, Полина взялась за осмотр саркофага, на каменной крышке которого было написано: «ЗОЛОТАРЕВ».

Мы с Лешкой помогли девушке сдвинуть крышку в сторону, а затем она занялась поиском ключа. Медленно, сантиметр за сантиметром она исследовала гробницу, которая была точной копией первых двух. Судя по прошлому опыту, именно в них были ключи. Как в прошлый и позапрошлый раз, но не в этот… В этот раз ничего отыскать не удавалось.

Прошел час… За ним еще один… Полина осматривала гробницу уже в третий раз, однако толку от этого не было никакого. Уставшая и обессиленная, она опустилась на каменный пол и оперлась спиной о гробницу.

— Твою мать… — выдохнула она. — Не может быть, чтобы не было третьего ключа. Я уверена, что это правильное место… Сейчас отдохну и попробую проверить стены. Вдруг в этот раз ключ лежит в другом месте?

— Вполне может быть, — сказал я, но на самом деле это было сказано ради поддержки Полины, чтобы она не унывала.

На самом деле, я так не думал. Что-то здесь было не так, а вот что — пока мне было не очень понятно.

Тем временем на улице уже рассвело. Вверху был виден солнечный свет, и я решил выйти подышать свежим воздухом. К тому же, мне не давало покоя ощущение, что рядом явно не один мертвец. Я же чувствую!

— Градовский… — обратился я к призраку, который вместе со мной вышел из подземелья и теперь завис рядом и любовался видом, открывающимся с Лешьей Горы. — Ответь мне на вопрос, почему я еще чувствую мертвецов, кроме тех, что лежат под часовней и вот этого парня… В каменном саркофаге… Ты когда шнырял здесь вокруг, больше никого не видел?

— Так прямо под этим залом есть еще несколько, — как ни в чем не бывало ответил он. — Только Золотарев ведь в этой лежит. Вам они зачем?

— Градовский… Я тебя прибью… А с чего ты вообще взял, что это он? — спросил я и поймал себя на мысли, что с удовольствием сейчас придушил бы Петра Карловича.

— Написано же… — пискнул призрак и яркое зеленое пламя над его головой в один момент стало тусклым. — Тут рядом совсем… Я сейчас покажу… Вход не отсюда…