Глава 24 · Джек-защитник

В ту ночь Уолтер не смог заснуть до самого утра. Он то метался по комнате, чувствуя себя загнанным в ловушку зверем, то стоял у окна, пытаясь очистить голову от тяжелых мыслей, то думал о Сильвии, которая сейчас сладко спала в комнате по соседству и ни о чем не подозревала – к счастью. Ей и без Уолтера хватало волнений. Бедная девушка балансировала на грани нервного срыва – де Редверс хорошо это видел. В последнее время он чувствовал перемены ее настроения так же ясно, как свои собственные.

Забрать бы ее из этого проклятого дома, увезти в тихое семейное поместье рядом с Оуклендом, оставив в безопасности под присмотром Эдварда. Пусть гуляет в старом парке, читает книги, музицирует…

Стоило об этом подумать, как перед мысленным взором начинали мелькать картины, наполняющие Уолтера одновременно и беспросветной тоской, и трепетом: тонкие пальцы Сильвии, грустные зеленые глаза, легкая улыбка, выбившаяся из прически темно-каштановая прядь… Эта прядка вечно стремилась на свободу, а мисс Мюррей постоянно пыталась ее убрать. Дотронуться бы до этих хрупких рук, согреть бы их в своих ладонях. И не отпускать. Никогда.

Наверное, Уолтер чем-то очень сильно прогневил небеса, если они так жестоко его наказывали – лишили всего, а потом, перед отправкой в ад, позволили прикоснуться к раю, несбыточному, прекрасному, желанному и недостижимому. И с каждым часом, с каждой минутой пытка становилась все более невыносимой.

Весь вечер накануне Уолтер ждал мисс Мюррей, вслушиваясь в шорох верескового поля, тихий шепот ветра и гулкий шум моря. Ждал так же, как много дней до этого. Видел Фишера, никчемного повесу, который слишком долго беседовал с Сильвией на крыльце и, уже прощаясь, подошел к ней слишком близко, чтобы шепнуть несколько слов.

Ревность жгла Уолтера хуже каленого железа. Он хорошо понимал, что не имеет на нее ни малейшего права, и тем страшнее были его муки. Одному Богу известно, каких усилий стоило де Редверсу выдержать должную дистанцию, не выдав своих чувств. Его спасало лишь одно – подчеркнутое дружелюбие мисс Мюррей, не позволяющее даже предположить возможность взаимности. Наверное, к лучшему. Иначе сдерживаться было бы еще сложнее.

Поговорив с Сильвией о том, что ей удалось узнать на званом вечере, Уолтер вновь предложил ей уехать, но услышал твердое: «Я остаюсь. Вы сможете меня защитить. Я знаю».

Сможет… Ему бы такую веру в собственные силы, особенно учитывая, что мисс Мюррей большую часть времени проводит в Пилхолде, либо одна, либо, в лучшем случае, вместе с Раджем. Как ее защитить, оставаясь в доме? Впрочем, мистер Стрикленд дал распоряжение приобрести одежду, подходящую для рыбака. Утром нужно отправить майсурца в лавку старьевщика. Пусть подберет что-нибудь.

Сильвия ушла спать, а Уолтер, посидев немного на кровати в своей спальне, вдруг понял, что хочет писать стихи. Как с ним случалось в далекой юности. Не удержавшись, он зажег лампу и отправился в библиотеку, понимая, что сегодня все равно не заснет.

Увы, вдохновение закончилось, едва перо коснулось бумаги, но Уолтер упорно пытался вспомнить строчки, которые всего несколько минут назад нашептывали ему отчаяние и неразделенная любовь. Скомканные листы то и дело отправлялись в корзину рядом со столом, и, признаться, вскоре это занятие начало развлекать де Редверса намного больше, чем стихосложение.

С поэзией дело обстояло из рук вон плохо. Как и со словами. Уолтер даже попытался выразить свои чувства в обычном письме, но понял, как смехотворно и фальшиво это выглядит, а потому очередная скомканная бумага отправилась в самый центр корзины.

К чему де Редверс менее всего был готов, так это к появлению самой мисс Мюррей в дверях библиотеки. Девушка выглядела испуганной, а глупый Горди еще и толкнул ее в спину. Хорошо, Уолтер в этот момент уже поднимался со стула, а потому успел подхватить Сильвию, не дав ей упасть. Нетрудно предположить, какой пожар мог бы случиться, урони мисс Мюррей на пол дурацкий масляный светильник. Часть масла выплеснулась де Редверсу на плечо, но он почти не замечал боль от ожога. Он видел только Сильвию в легком пеньюаре поверх ночной рубашки. Видел ее распущенные волосы, тяжелыми волнами укрывающие плечи, испуганные глаза, в которых плескался ужас.

Как же сильно она боялась. Страх рисовал призраков в ее воображении. Страх заставлял верить в суеверия Раджа. Страх заставлял совершать странные поступки и бояться обычного молока. И все же…

«У других девушек такой защиты не будет» – так она сказала. Не всякий мужчина мог до такой степени стойко держаться в подобной ситуации. А она, хрупкая и беззащитная, продолжала думать в первую очередь о других. Невинный ангел, спустившийся на эту землю. Ангел, любви которого и даже дружбы Уолтер ничем не мог заслужить, как бы ни пытался.

Ах, Эдвард, какую же плохую услугу ты оказал своему непутевому младшему брату, всего лишь предположив, что мисс Мюррей могла бы… просто могла бы… Уолтер зажмурился, пытаясь избавиться от несбыточных надежд. Не время. Сначала надо добраться до убийцы и устранить угрозу.

Де Редверс уже все для себя решил – человек, представляющий опасность для Сильвии, должен умереть. Если людской закон не восторжествует, Уолтер возьмет дело в свои руки. Дважды повесить его не смогут, а к одному повешению он уже приговорен. Зато мисс Мюррей сможет жить без страха…

Де Редверс встретил утро в состоянии крайней усталости, с головной болью и желанием взять револьвер, приложить к виску и нажать на спусковой крючок. Буря, разразившаяся в его душе ночью, улеглась, оставив после себя опустошение и смешанное со стыдом недоумение по поводу нелепых ночных попыток писать стихи. Вот бы Эд посмеялся, если бы узнал…

И все-таки, когда Сильвия спустилась к завтраку, Уолтер уже вполне держал себя в руках, был вежлив и даже слегка отстранен. Словом, все как обычно.

Увидев на столе принесенное хозяином молоко, Радж даже в лице изменился, но де Редверс так на него рявкнул, что слуге ничего не оставалось, кроме как держаться в стороне.

– Хорошо ли вы спали, мисс Мюррей? – спросил Уолтер, не в силах себя заставить вновь называть девушку по имени. Ему казалось жизненно важным держать с ней максимальную дистанцию.

– Благодарю вас, – ответила Сильвия, почему-то краснея и не отводя взгляда от стоящей перед ней тарелки.

Дежурные фразы о погоде сейчас звучали особенно вымученно и не к месту, как и любые другие попытки вести беседу. Мисс Мюррей на все вопросы отвечала коротко и часто невпопад, а на ее щеках появлялся румянец из-за, казалось бы, самых невинных замечаний. Уолтер решительно ее не узнавал и не понимал, что могло произойти за эту ночь, а потому тревожился все больше и больше. Когда, закончив завтракать, он собирался поговорить с ней о происходящем, во входную дверь громко постучали.

До предела взвинченный де Редверс, которому хотелось лишь одного – выставить очередного визитера пинком, вынужден был вместо этого срочно уйти в свою комнату. Через приоткрытую дверь он услышал незнакомый мужской голос, который уж точно не мог принадлежать Фишеру. Звучал он довольно мерзко и пронзительно.

– Мисс Мюррей, меня отправили за вами, чтобы пригласить на небольшую прогулку к скалам, – сказал обладатель голоса.

– Вас? – удивилась Сильвия. – Почему именно вас?

– Мистер Фишер не смог поехать – его супруге стало хуже, так что я вызвался сопроводить вас. Планируется чудесный пикник в живописном месте. А какие там виды… Лучшие на нашем острове!

– Странно, я не слышала ни о каких планах на сегодня. Кто, вы говорите, устраивает выезд? – Девушке явно не хотелось ни на какой пикник.

– Мистер Гриффин с супругой и дочерьми. Чтобы вам было комфортней, он позволил мне поехать за вами в его ландо и вместе с одной из служанок.

В холле послышались шаги. Похоже, Сильвия подошла к окну, желая проверить слова говорившего.

– Я возьму с собой Раджину, – раздался через некоторое время голос мисс Мюррей.

– Мне говорили, будто вы намерены отказаться от ее услуг.

– Да, но…

– Не переживайте, мисс Мюррей, вашей репутации ничего не угрожает, – продолжал увещевать ее гость. – Зачем брать с собой компаньонку, которая не умеет себя вести?

– В чем-то вы правы, – неохотно признала Сильвия. – Раджина очень меня раздражает. Думаю, завтра я ее действительно отправлю прочь… А сейчас мне нужно переодеться.

– Хорошо, мисс, я подожду вас снаружи.

Дверь хлопнула. По лестнице прозвучали торопливые шаги. Вскоре выглянувший из комнаты Уолтер увидел мисс Мюррей.

– Вы слышали? – спросила девушка.

– Да. И мне это не нравится.

– Но ландо и впрямь принадлежит бейлифу.

– А кто этот человек, который за вами приехал?

– Мистер Палмер.

– Тот самый, который пытается за вами ухаживать? – уточнил Уолтер, пытаясь подавить вспыхнувшее раздражение.

– Да. Он просто отвратителен. Не иначе как сам предложил бейлифу свои услуги. Тем не менее мне нужно вести себя естественно…

– Но вы, в конце концов, можете просто устать! – предложил Уолтер. – Скажите, что вам нездоровится…

– Зачем?

Вопрос поставил де Редверса в тупик. Зачем? Может, затем, что все это мероприятие выглядит до предела подозрительно? Или затем, что не следует отправляться на прогулку в таком сопровождении. Или затем, что можно просто провести день дома.

– Мне не нравится этот тип, Палмер, – произнес Уолтер через силу.

– Мистер Стрикленд считает, что днем мне ничего не грозит, – пожала плечами Сильвия.

– Наверняка это мероприятие продлится до ночи, как обычно. А Раджа вы решили с собой не брать…

– Я должна демонстрировать неприязнь к своей компаньонке. Раджину следует под благовидным предлогом услать в Далиш. Желательно завтра.

– Мне не нравится этот план, – упрямо возразил Уолтер. – Вы остаетесь совсем без защиты. Узнайте, на какие именно скалы бейлиф хочет ехать. Я подойду к окну и услышу.

– Надеюсь, вы не собираетесь выходить из дома? – с подозрением спросила Сильвия.

– Просто сделайте, как я сказал, – потребовал Уолтер, не желая вдаваться в подробности.

– Даже не вздумайте выходить отсюда! – напустилась на него Сильвия. – Если вы так волнуетесь, пусть Радж переоденется крестьянином…

– Мисс Мюррей, сделайте так, как я вам говорю! Остальное – не ваши проблемы, – потерял терпение де Редверс.

– Вы просто потрясающе беспечны! – заявила ему мисс Мюррей, но продолжать спор не решилась и ушла к себе переодеваться.

Тем же занялся и де Редверс. Радж так и не успел купить ему старую одежду, подходящую для рыбака, но жилет с дыркой от пули, который майсурец успел зашить и отстирать от крови, сейчас вполне годился для какого-нибудь крестьянина или пастуха. Зайдя в спальню бывшего хозяина дома, Уолтер подобрал рубаху попроще, там же нашел потрепанное и побитое молью шерстяное кепи и старый шейный платок. Ботинки пришлось оставить свои, но в целом вид получился вполне достоверный.

Закончив одеваться, он вышел в коридор. Вскоре на пороге показалась и Сильвия. Увидев Уолтера, она быстро к нему подошла и гневно прошептала:

– Даже не вздумайте следить за нами! Это… это глупо – так рисковать!

– Тогда оставайтесь дома и вы! Я тоже считаю, что глупо рисковать, отправляясь на скалы с таким человеком, как Палмер. Вы уже забыли об участи бывшей хозяйки дома?

– Мы с мистером Палмером будем там не одни. Пикники бейлифа всегда идут с размахом. Там будет не меньше двух дюжин человек. Никто не станет убивать меня при стольких свидетелях!

– Вам нужно напомнить, что бейлиф в списке подозреваемых? – разозлился Уолтер. – Сейчас Палмер сказал, будто планируется большой пикник, а потом завезет вас в какую-нибудь глушь…

– С ним служанка. Я видела.

– Она может быть сообщницей.

– Не говорите глупостей. Вас послушать, так весь город только и думает о том, как меня убить!

– Мисс Мюррей, вы ведете себя опрометчиво!

– Мистер де Редверс, вы здесь не затем, чтобы читать мне нотации! Я выполняю распоряжения мистера Стрикленда. А он велел быть на людях. – Девушка, стиснув зонтик, быстрым шагом направилась к лестнице и скрылась из виду.

Уолтер выругался и бросился к окну, надеясь, что Сильвия хотя бы не забудет выполнить его просьбу. Однако она просто села в ландо, и экипаж уехал.

– Радж! – крикнул де Редверс слуге, который гремел посудой на кухне. – Радж!

– Да, сэр? – Майсурец выбежал в холл, отряхивая мокрые руки.

– Ты знаешь, где здесь могут быть скалы, с которых открывается красивый вид?

– Скалы? – Радж задумался. – Я слышал про скалистый мыс, это в сторону Ниарбила. Пять миль отсюда на юго-запад по дороге, но если напрямки через пустоши и вдоль берега, то, пожалуй, мили четыре. Дорога петляет.

– Спасибо!

– Сэр! Куда вы собрались? – всполошился Радж, видя, как хозяин решительно направляется к выходу.

– Оставайся дома! – приказал ему Уолтер, не ответив на вопрос.

Жизнь в Майсуре научила его передвигаться быстро. Далеко не всегда имелась возможность взять лошадь, и порой пешие марш-броски оказывались куда более быстрым способом попасть из одной точки в другую. Увы, долгая болезнь внесла свои коррективы. Половину дороги до Ниарбила Уолтер проделал бегом, но потом ему пришлось перейти на быстрый шаг.

И все-таки он успел добраться до места почти одновременно с вереницей экипажей. Удивительно, но Палмер не солгал. Пикник оказался организован с размахом. Многочисленные слуги расставляли шатры, вытаскивали корзины с провизией, разводили костры. Нарядно одетые дамы уже прогуливались под руку с джентльменами. Оставив позади суету подготовки к пиршеству, гости бейлифа неспешно направились вверх по извилистой тропинке, ведущей на скалистый мыс, глубоко выдающийся в море.

Уолтер замешкался, не понимая, как быть дальше. Идти следом за всеми – большой риск быть замеченным. Но и оставаться на месте тоже глупо. Попавшаяся на глаза грязная лужа подсказала де Редверсу решение проблемы. Измазав ладонь в глине, Уолтер основательно заляпал себе лицо и одежду. Как следует ссутулившись по совету Стрикленда, он, пошатываясь, словно пьяный, прошел вдоль берега, подальше от шатров и слуг, а после так же неторопливо направился наверх. Никто не обратил на него внимания и не пытался остановить, что сыграло де Редверсу на руку.

Когда он выбрался на вершину скалы, гости уже вовсю наслаждались окрестными видами.

Найдя взглядом Сильвию, Уолтер тотчас успокоился. Пока с ней все было в порядке. Девушка стояла в первых рядах слушателей и благосклонно внимала рассказу бейлифа о местности. Палмер со скучающим видом слонялся рядом, силясь обратить на себя внимание мисс Мюррей.

Выслушав лекцию мистера Гриффина, леди и джентльмены разошлись в разные стороны. Кто-то подходил к обрыву и смотрел вниз, любуясь на волны, с грохотом разбивающиеся о подножие скал. Кто-то, показывая пальцем на облака, придумывал, на каких зверей они похожи. Кто-то затеял декламировать стихи.

Мисс Мюррей предпочла любоваться морем. Уолтер следил за ней, скрываясь за коряжистым деревом.

Девушка стояла в нескольких шагах от обрыва и задумчиво смотрела на волны. Стройная фигурка в строгом темно-синем платье, простом и незатейливом. Слишком скромном на фоне светлых, воздушных нарядов остальных девушек. И все же Уолтер видел только ее.

«Женщинам всегда дороже платья и украшения…» – так написала Эмили в своем последнем письме. Она ошибалась. Теперь Уолтер точно знал, что не всегда и не все женщины делают подобный выбор.

Меж тем, удостоверившись, что мисс Мюррей осталась в одиночестве, к ней подошел Палмер. Из своего укрытия де Редверс видел, что мужчина показывает на одинокий обломок скалы, нависающий над морем, и что-то увлеченно рассказывает. Сильвия слушала очень внимательно. Закончив повествование, Палмер легко забрался на камень и некоторое время там стоял, должно быть, демонстрируя свое бесстрашие, после чего слез и, судя по всему, предложил мисс Мюррей повторить его подвиг, великодушно протянув ей руку.

– Даже не думайте, – прошептал Уолтер тихо, видя, что девушка не спешит отказываться.

Гости, которым слегка прискучила живописная картина, принялись потихоньку спускаться вниз, но некоторые по-прежнему оставались на вершине. Никто не проявлял ни малейшего беспокойства по поводу происходящего с Сильвией. Когда очередная пара прошлась совсем рядом с де Редверсом, он услышал слова незнакомой девушки:

– Какой жуткий камень. Я бы ни за что на свете не рискнула на него встать.

– Вот поэтому-то на него и встают те, кому грозит опасность, – ответил ее спутник. – Считается, что, постояв на Джеке-защитнике, можно отвести от себя настоящую беду.

Уолтер лишь ненадолго отвлекся, слушая этот разговор, но, подняв голову, увидел Сильвию, смело ступившую на проклятый камень. К счастью, за руку ее при этом держал не Палмер, а совсем другой джентльмен.

Застыв от напряжения, де Редверс смотрел, как мисс Мюррей делает шаг, потом еще один. Камень был широкий и выглядел вполне надежным, но Уолтер почувствовал дуновение опасности. Ему захотелось выйти из своего убежища, заставить мисс Мюррей вернуться на твердую землю и отчитать неосторожную девушку так, чтобы ей больше никогда в голову не пришло рисковать столь неоправданно. Он решительно вышел из-за дерева, собираясь осуществить свое намерение, даже если его при этом узнают, но в тот же миг Джек-защитник вдруг осел и медленно пополз вниз. Джентльмен, поддерживавший Сильвию, попытался дернуть ее к себе, но пальцы девушки выскользнули из его руки.

Никогда в жизни Уолтер не бегал так быстро, но он все равно опоздал. Глыба рухнула в бездну, а следом – мисс Мюррей. Более легкую девушку отнесло от скалы. С грохотом обрушился в воду Джек-защитник, мгновением позже море приняло в свои объятия Сильвию. Не думая ни о высоте, ни о волнах, ни о возможных камнях на дне, де Редверс с разбегу прыгнул с утеса следом за мисс Мюррей.

Удар о воду на мгновение помутил его сознание. Над головой сомкнулись волны. Уолтера закружило, увлекло куда-то и сильно ударило о скалу. Воздух из легких облаком пузырьков устремился вверх. Не очень понимая, что делает, на одних инстинктах де Редверс сделал несколько гребков, выбрался на поверхность и смог вдохнуть немного воздуха.

«Сильвия!»

Эта мысль привела его в чувство, помогла зацепиться за небольшой выступ и разглядеть темно-синее пятно в воде в нескольких ярдах от него. Еще один вал швырнул его спиной о скалу и откатился. Уолтер устремился к девушке, пользуясь силой отходящей волны.

Похоже, как минимум одно из ребер не выдержало удара, но де Редверс почти не обращал внимания на боль. Он должен был добраться до Сильвии раньше, чем она уйдет на дно. Набегающая волна замедлила его движение, но он уже видел бледное лицо девушки, из последних сил пытающейся держаться на плаву. Тяжелое мокрое платье тянуло ее вниз, так что оставалось лишь удивляться тому, что она не утонула еще до появления Уолтера.

Перехватив мисс Мюррей поперек груди и поддерживая ее голову над водой, де Редверс отплыл подальше от утеса и лишь потом направился в сторону крошечной отмели, за которой разглядел небольшой грот. Последние ярды дались ему нелегко, но вот под ногами захрустели мелкие камни. С трудом встав на ноги, Уолтер перетащил Сильвию на сушу. В этом месте скала выдавалась далеко вперед, и можно было не опасаться, что их увидят.

Девушка закашлялась. Похоже, наглоталась воды, но это уже мелочи.

Без сил опустившись на землю, Уолтер прикрыл глаза. Левый бок болел так, будто ребра с этой стороны переломали кувалдой, но, осторожно ощупав их, де Редверс понял, что речь идет лишь о простом ушибе. Определенно, ему сегодня повезло.

Когда Уолтер смог заставить себя приподняться, девушка сидела в двух шагах от него, сжавшись в комочек, и тряслась мелкой дрожью, время от времени натужно кашляя. Несмотря на летнее время, у моря было вовсе не жарко.

– Как вы? – Через силу де Редверс встал на ноги и подошел к Сильвии.

– Я… я… – Не выдержав, мисс Мюррей залилась слезами.

– Все хорошо. Все уже хорошо. – Уолтер опустился рядом с ней и, поколебавшись немного, все же рискнул взять за руку.

– Откуда… откуда вы взялись?

– Я следил за вами. Считайте, что у меня было дурное предчувствие.

Зубы девушки отстукивали дробь. Мисс Мюррей следовало срочно согреть, но как? До пологого берега не так-то близко. Проще подождать, когда за ними пришлют лодку, но это случится еще не скоро. Решившись, Уолтер потянул Сильвию к себе и крепко обнял, стараясь не застонать от боли в ушибленном боку. Девушка сначала попыталась отстраниться, но потом вдруг сама прижалась к нему и замерла.

– Я виновата перед вами, – сказала она спустя некоторое время. – Вы просили узнать, куда мы едем, а я… так злилась…

– Забудьте об этом, – сказал Уолтер, подтягивая мисс Мюррей еще ближе к себе. – Вы беспокоились обо мне, а я – о вас.

Немного согревшись, Сильвия устроилась еще уютней, заставив де Редверса испытать противоречивые чувства. С одной стороны, ему хотелось, чтобы лодка со спасателями никогда не появлялась. С другой – он молился, чтобы она как можно быстрее пришла.

Несмотря на боль в ребрах, близость мисс Мюррей оказалась непростым испытанием для воли. Голова девушки сейчас лежала на плече Уолтера. Его рука покоилась на ее талии. Чуть повернуться, наклониться и…

Какое безумие! Де Редверс зажмурился, чтобы собраться с мыслями. Они с Сильвией сидят сейчас на узкой полоске земли у скал. Только что оба чуть не погибли и теперь ждут спасателей, а потом его могут узнать, отправить в тюрьму и затем на виселицу. И что же? Вместо того чтобы искать выход, он думает только о том, как справиться с желанием поцеловать мисс Мюррей.

– Уолтер, – девушка повернулась к нему, – кажется, я сделала огромную ошибку.

– Какую?

– Пыталась просить о помощи Джека-защитника.

– Вам страшно. Иногда, когда страшно, люди еще и не такие глупости делают, – успокоил ее де Редверс.

– Да… Глупость. Потому что моего защитника зовут не Джек, а Уолтер. И его, похоже, совсем не надо просить о помощи. Спасибо…

Зеленые ясные глаза мисс Мюррей смотрели прямо на него. Так близко. Так… опасно. Сердце ухнуло в пропасть, заколотилось… Уолтер забыл о том, что нужно дышать. Весь мир сузился до зеленых глаз его нежного ангела.

Не в силах противостоять соблазну, де Редверс наклонился. Губы Сильвии оказались так близко. И она даже не попыталась отодвинуться, лишь смотрела на него чуть испуганно и вместе с тем выжидающе. Когда девушка едва заметно подалась ему навстречу, выдержка изменила Уолтеру.

Первый поцелуй оказался неуверенным, скомканным, почти мимолетным. Но второй, подобно девятому валу, накрыл их обоих с головой, заставил потерять остатки самообладания.

Забыв о прежних сомнениях, Уолтер привлек Сильвию к себе, пробуя ее соленые от морской воды губы, запоминая их вкус, где-то в глубине души чувствуя себя почти преступником, но получая удовольствие от своего преступления и ни о чем не жалея. Если бы девушка попыталась отстраниться, возможно, он смог бы остановиться, но она лишь закрыла глаза, положила руки ему на спину и тоже отдалась сумасшествию.

Губы уже саднило от поцелуев, но останавливаться не хотелось. Кто знает, что случится потом? Скомканные извинения, взаимная неловкость… Но только потом. Не сейчас, когда говорили обостренные до предела чувства, а вовсе не разум.