Глава 20

Охотиться на вепря – развлечение для тех, кому адреналина в жизни не хватает. Но одна дикая свинья – это двести килограмм мяса и месяц еды для троицы с хорошим аппетитом. И еще кабаны – ночные животные, во второй половине дня они спят, а разбуженные не вовремя – такие же злые, как Алика. Эйвен несколько раз облетел лес, прежде чем нашел поляну с отчетливыми признаками недавно проходивших животных. Опустившись пониже, оборотень изучил оставленные на снегу следы, убедился, что они свежие, как и…кхм… результаты жизнедеятельности. Так что цель была где-то недалеко. Кабаны обнаружились спящими в ельнике, плотно прижавшимися друг к другу, голова к заднице. Тепло и удобно – часть стаи поглядывает за тем, что происходит в одной стороне леса, часть наблюдает за противоположной. Ворона звери как угрозу не воспринимали, мирно посапывая. Но как только запахнет человеком, сразу начнется шум, гам, беготня на коротких лапках. Это лишь на первый взгляд кабаны неповоротливые. Зазеваешься, и второй взгляд может стать последним в твоей жизни. – Нашел. Спят. Пятеро, – вернувшись к поджидающему его магу, отчитался Эйвен. – Веди, – так же кратко отреагировал белобрысый. Остановившись метров за двадцать до кабаньего лежбища, он прищурился, явно задействовав магическое зрение. Мимо сидящего на ветке оборотня пронеслась волна обжигающего холода. Лежащий ближе всех кабан вздрогнул и покрылся ледяной корочкой. Белобрысый ловко притянул его к себе, как совсем недавно уток. Остальные звери даже не проснулись. Только тот, кто теперь стал крайним, заерзал, ощутив, что с одного боку исчезла теплая грелка. Вместе со скользящей за ним по снегу, как на санях, тушей, маг отошел еще метров на тридцать-сорок. Выбрав подходящую поляну, он приморозил кабана к ближайшему дереву, головой вниз, и рубанул мечом по шее. В воздухе одуряюще запахло кровью, но она превращалась в лед, еще не успев стечь на землю. Однако кабаны все равно проснулись, обнаружили пропажу товарища, запаниковали. И рванули совсем в другую от мага сторону, тараня снег мордами. Главное – успеть свалить из леса до того, как стаю диких свиней сменят дикие собаки – волки. Конечно, замороженная кровь пахнет не так сильно и маняще, как теплая. Но все равно – зима же. Голод, холод. Кушать хочется. И волков в этом лесу Эйвен видел. Но им повезло. За полчаса, пока туша обескровливалась, ни один крупный зверь не заглянул на полянку, проверить, что тут происходит. Ну а потом белобрысый с помощью своих видоизмененных мечей буквально минут за десять снял с кабанчика шкуру, отрубил голову и копыта, выпотрошил внутренности. Сердце, почки и печень он заморозил, остальное отбросил подальше. Разделив тушу на части, маг честно поделил ее на две взятых с собой внушительных сумки, одну из которых вручил Эйвену. – А чего не магией до дома? – уточнил оборотень, пыхтя под ста килограммами мяса. – Зачем, когда есть ты? – нагло ухмыльнулся белобрысый. – Себе-то я вес уменьшил… – Ну ты и… – Эйвен замолчал, не успев подобрать нужного слова, потому что мешок стал ощутимо легче. – Ладно уж. А то еле тащишься. Ждать потом тебя, переживать… за мясо. Оборотень, само собой, в долгу не остался, так что весь путь до дома мужчины бодро язвили. Зато идти было не скучно. Гордые и довольные, они вручили добычу Алике и развалились в столовой, на креслах, отдыхая после охоты. – У тебя есть идеи, кто за нами охотится и зачем им кольцо? – Минут через десять отогревшегося в тепле Эйвена потянуло поболтать. – Некроманты, – насмешливо фыркнул белобрысый. – Из тех, кто знает, что из себя представляет кольцо Силивианы. – В Фусхаолии есть жрецы Ноденса? – продолжил тормошить мага Эйвен, игнорируя его ехидный настрой. – Да они везде… – начал было Зарен, но потом нахмурился и затих, перестав реагировать даже на подколки оборотня. А когда в столовую пришла уставшая, но тоже довольная собой Алика, поинтересовался: – Ты что-то слышала о культе Ноденса в Фусхаолии? – Вроде бы есть такой. – Пожав плечами, женщина вопросительно посмотрела на напарника. – Думаешь, это кто-то из безднопоклонников? Наши жрицы наверняка знают, как им противостоять. Но обращаться к ним за помощью опасно. – Заберут кольцо и опять потеряют, – согласился с ней Зарен. – Прямо хоть разорвись. Чтобы защищаться, надо понимать, кто за нами охотится. Но как только высунемся, снова окажемся в окружении мертвецов. – И тьмы. – Алику брезгливо передернуло, едва она вспомнила, как пыталась спастись от старого некроманта, возможно, самого сильного и опытного в этой компании. Только он был один, а приплыло их семеро. И, судя по количеству марширующих на город зомби, все не слабенькие. Плюс еще менталист. – Да по-любому окажемся, – влез в разговор магов Эйвен. – Они же нас в Ивласитхе меньше чем за сутки вычислили! – Там все просто, я ведь не скрывала, куда поехала. – Алика старательно поддерживала в себе здравый боевой настрой, не сдаваясь обреченной безысходности. – А потом-то мы через портал скрылись. – В дом его родителей, – с сарказмом добавил оборотень. – Да понятно, что у нас времени в обрез! – через маску ледяного спокойствия у Зарена явственно пробилось раздражение. – Ну и что ты предлагаешь? Скакать через порталы, как зайцы? Надо выяснить, кто они, как от них защищаться, и с ними менталист или сам по себе. – Кстати, я тут подумала, может, ты и прав, – вспомнила об их вчерашнем разговоре Алика. – В Ивласитхе на нас напали только некроманты. Менталист или не успел к ним на помощь, или не собирался помогать. Но на Ройку он точно влиял, в этом я уверена. Последние сутки она вряд ли понимала, что творит. – Узнать бы, в чем его цель, – снова более-менее равнодушно буркнул Зарен. – Цель менталиста. Ведь он мог просто приказать отдать ему кольцо. А вместо этого запугивал, заставив вызвать меня, сбежать к тебе, убить потенциального покупателя кольца, потом – Карлоса… Потом напасть на тебя… – И все это, кстати, до появления некроманта, – отметила важный по ее мнению момент Алика. – Интересно, кольцо Ройка сама догадалась мне подбросить или ее надоумили? – Возможно, и сама. Испугалась, что не выдержит и отдаст. – Скрестив ноги, Зарен начал медленно покачивать ступней. – Вы же твердите, что оно жжется. Женщина едва заметно улыбнулась, наблюдая за бывшим сокурсником. От него буквально веяло равнодушным холодом, но при этом он волновался, и очень сильно. Можно научиться контролировать мимику, голос, даже выражение глаз, но что-то тебя все равно выдаст. Алика тоже переживала. И Эйвен опять напоминал взъерошенного воробья, а не гордого ворона. Третьей встречи с некромантами никому не хотелось. Первая закончилась победой, вторая оборвалась вничью. Только нет никаких гарантий, что и в следующий раз им повезет.