Глава 21

Находиться в постоянном напряжении вредно, поэтому троица плавно расслабилась, чтобы не испортить пищеварение. Но едва еда закончилась, к ним вернулось беспокойство. Эйвен сдался первым. – И все же я не понимаю… – начал он, отодвигая от себя тарелку. – Тут все ничего не понимают, – перебила его Алика, откинувшись на спинку кресла и прикрыв глаза, пока Зарен магически убирал со стола и чистил посуду. – Или у тебя есть что высказать, кроме вопросов? Женщина уже успела оценить не только внешние, но и умственные данные своего птенчика. Соображал вороненок неплохо. Своего опыта у него было с гулькин… половой орган, но чужой он впитывал быстро. И идеи иногда высказывал внезапные, но логичные. – Можно же сказать, что моя мать неожиданно повела себя так же странно, как потом Ройна? – исподволь принялся подкрадываться Эйвен. – Можно, – чуть подумав, согласилась Алика и даже глаза приоткрыла, чтобы полюбоваться на парня. Сегодня он зачем-то собрал свои темно-русые волосы в тугой хвост, точно такой же, как у Зарена. Ради удобства или неосознанное подражание? – Вдруг на нее тоже кто-то влиял? – продолжил Эйвен постепенно подводить всех к нужному ему выводу. – Тот же менталист? – с ленцой сдался маг. – Ну вряд ли их в этом деле толпа замешана… – Оборотень попытался натянуть на лицо улыбку. Но на шутку его слова все равно не походили – слишком сильно ощущалось волнение. Алика едва заметно кивнула, поджав губы. Да, профессионалов, умеющих настолько ловко управлять разумом, очень мало. Своей гильдии у менталистов нет, поэтому подростками они ищут учителя, повзрослев – влиятельного покровителя. Таких, как они, ненавидят и опасаются. До старости доживают лишь единицы. В основном те, кто слабее, незаметнее. И Эйвен рассуждал правильно. Вероятность, что во всей этой странной истории замешано сразу два управляющих разумом мага, даже не нулевая, а отрицательная. – Сперва сбежала под влиянием менталиста, потом вернулась под влиянием некроманта? Сама ни в чем не виновата? – как Алика ни старалась смягчить, получилась изысканная смесь сарказма и сочувствия. Чтобы не было так обидно, она нежно погладила оборотня по щеке. Но тот все равно нахмурился и нахохлился. – Мне хочется оправдать мать, это смешно?! – Нет. – Зарен, до этого изучающий вид за окном, медленно перевел взгляд на Эйвена. – Я своих родителей тоже долго оправдывал. Это нормальное желание – обвинить в дурном поведении близких посторонние силы. Главное – не увлекаться. – Но если он мог влиять на Ройну, значит, мог влиять и на мою мать?! – в карих глазах ярко светилась надежда. – Мы домой ехали! У нас все хорошо было! И вдруг… – С порталом очень внезапно вышло, согласна, – наконец признала Алика, и Эйвен облегченно выдохнул. Конечно, ему была приятна поддержка мага, но сильнее хотелось понимания и одобрения от магички. – Но тогда получается, что все это начиналось еще десять лет назад… – Сорок девять, – меланхолично-занудно напомнил Зарен. – Когда кольцо украли. – Тоже верно. – Алика снова расслабленно растеклась по креслу. – Но это все дела минувшие, сейчас как предохраняться станем? – Внутрь дома они не проникнут – защитный барьер. Двор я тоже защитил, учел твои ошибки. – С самодовольной ухмылкой Зарен покосился на напарницу. – А вот дальше – приходи кто хочешь… – …с деревенского кладбища, – тяжко вздохнула Алика. – Хотя у них и так численный перевес в два раза. Маг бросил скептический взгляд на Эйвена, но промолчал. Оборотень, по крайней мере, не превратится в обузу, однако помощи от него будет минимум. Меч держать хотя бы научился, и то плюс. Главное, чтобы не убился по-быстрому, став потом куклой некромантов. – Пойду собрание магических практик Мосхеосии полистаю. Может, найду что-то интересное. – Встав из-за стола, Алика потянулась, вызывающе-соблазнительно подразнив Эйвена. Оборотень жадно облизнул губы, не отводя глаз от пышных женских форм. В паху потяжелело, зато в голове резко полегчало. Все переживания испарились. Осталась лишь надежда, что у них впереди спокойная ночь, которую не испортит ни один зомби. Но тут ему на плечо опустилась ладонь мага. – А мы пойдем еще потренируемся. Эйвен с трудом вспомнил, что Алика идет не в спальню, а в библиотеку, и обреченно побрел вслед за белобрысым во двор. По пути он пытался придумать уважительную причину, чтобы увильнуть, так как просто отказаться было как-то… не спортивно. Но на вялые намеки о том, что после еды бегать по улице и размахивать мечом вредно, Зарен лишь загадочно улыбнулся. И вручил оборотню неизвестно откуда появившиеся лук и стрелу. «Отцовские», – пояснил он, наткнувшись на вопросительный взгляд. Не то чтобы Эйвен впервые увидел этот вид оружия, был у него уже опыт стрельбы и весьма успешный. Но маг настроился добиться магически высоких результатов, а не просто: «Вау, попал почти в центр круга!» – Нежнее! Не сжимай рукоять, словно ты ее задушить хочешь. Обхватывай ласково, словно это самое дорогое… – Мы сейчас уже не про шею? – Рассмеявшись, Эйвен действительно ослабил захват. – Руку под скулу. Хвостовик стрелы видишь? Наконечник смотрит в цель? Отлично, давай! Зарен доставал оборотня минут десять, и тот успел выстрелить от силы раза четыре, но при этом все ближе к центру круга. Стрелять получалось все быстрее, а лук держать – увереннее. Но тут из дома вышла Алика, и Эйвен, отвлекшись, едва попал в цель. – Мужчины с оружием, это так возбуждающе. – Улыбнувшись, женщина встала сзади оборотня и обняла за талию. – Порази меня, птенчик, – выдохнула она ему в шею, специально привстав на цыпочки, чтобы дотянуться. Приняв вызов, Эйвен несколько раз глубоко вдохнул и, стараясь не замечать разливающегося по телу возбуждения и насмешливого взгляда белобрысого, выстрелил. – Умница, – выдохнула в этот раз прямо в ухо Алика, и легонечко укусила, от чего в паху мучительно-приятно потяжелело. Пришлось снова сделать несколько глубоких вдохов, прежде чем взять у мага новую стрелу. – Купи ему хороший лук, – одобрительно хмыкнул Зарен, полюбовавшись на пробитую прямо в середине цель. – Меч я сделаю, если понадобится, а вот отцовский лук не отдам. Эйвен лишь смущенно улыбнулся, наслаждаясь исходящим от Алики теплом. Очень хотелось развернуться, перецеловать ее лицо, шею, грудь, избавиться от мешающей одежды… Только, если она даже наедине не всегда позволяет подобное, сейчас тем более осадит, причем при белобрысом. И пусть тот вроде как весь из себя понимающий, от его сочувствия никакого удовольствия. Но Алика не собиралась испытывать терпение оборотня. Ей и самой хотелось уединиться вместе с парнем и развлечься, позабыв на время о некромантах, менталистах и жрицах. – Ну что, птенчик, наигрался? Тогда пошли… у меня на тебя планы.