Глава 5

Сквозь тяжелые занавески пробивались последние лучи солнца. Под светом настольной лампы я перебирала ценные бумаги, пересчитывала банковские вложения и вела перепись драгоценностей. Даже если продать все до последнего гвоздика, наберется только треть необходимой суммы.

Блюдо на столе дрогнуло и стало наполниться водой, из которого появилась костяная помощница.

– Добрый вечер, миледи де Вьер. Я с вестями.

– Насколько добрый этот вечер, зависит информации, которую ты разузнала.

– Себастьян Бриер очень быстро поднялся по служебной лестнице. Еще несколько лет назад о нем никто не знал, пока он не начал стремительно богатеть. Ходят слухи, что его поцеловала сама удача – он никогда не проигрывает. Благодаря этому и нажил приличное состояние и даже сумел выиграть магические силы у опытных магов. Поговаривают, что до этого у него вообще не было способности к магии.

– Почему-то мне кажется, что здесь не обошлось без исполнительниц желаний.

– Я проверила. В гильдию бесов он не обращался.

– Но мы не одни исполняем желания. Не зря же он так крепко дружит с Крестной Феей.

После рассказа Даниэля об услышанном в библиотеке я расстроилась. С принцем действительно что-то не так, и если верить слухам, то его помешательство как раз укладывается в сроки, о которых говорил Бриер Крёстной Фее. Ведь именно в этот период наследный монарх резко отошел от дел, и мягкого и слабохарактерного короля Ричарда подмяла под себя пресловутая парочка.

– Еще что-то?

– Мистер Бриер любит посещать салон леди Жакко и проводит там два-три вечера в неделю. Не женат. Избалован женским вниманием, замечен в нескольких любовных скандалах. Вхож в лучшие дома королевства.

– Враги у него есть или странные пристрастия?

– Миледи де Вьер, все королевство ходит у него в должниках, поговаривают, что даже казна хранится в его доме.

– Но почему-то ему срочно потребовалось именно деньги Даниэля… или мои, – размышляла я вслух.

– Это все, что мне удалось узнать.

– Спасибо, можешь быть свободена.

Костяная зверушка прыгнула в блюдо с жидкостью, которое тут же опустело. Информации было достаточно, чтобы придумать как расквитаться с мерзавцем за долг Даниэля. Нужно только уточнить у самого Бриера, почему ему так везет. И это «уточнение» выкрасть и обменять на расписку Даниэля.

В голове тут же созрел план. Я поднялась из-за стола и подошла к полкам с книгами. Потянула за одну и открыла тайник. К сожалению, после того как Даниэль увидел в ванной предыдущий, пришлось экстренно перепрятать все ценности. Пусть его и сдерживает договор от воровства, но даже если надеть на дикого волка намордник, он все равно не станет сторожевой собакой. Я взяла кольцо с красным рубином и нажала на небольшую защелку – под камнем открылась полость с белым порошком правды. К сожалению, его мало, но если постараться и заставить Себастьяна принять всю порцию, должно хватить на несколько минут искренних признаний. Закрыла тайничок и надела кольцо на палец.

– Значит, салон леди Жакко… – произнесла вслух.

На часах было девять, когда камеристка закончила делать мне прическу и помогла надеть алое платье, от которого даже пресыщенная моими нарядами Лоретта не удержалась от восхищенного комментария. Дворецкий Франциск подогнал к дому карету, и через четверть часа я уже была возле особняка леди Жакко. Салон славился среди состоятельных аристократов королевства и даже за его границами. Здесь проводили разгульные вечера за алкоголем и картами сливки общества – место, которое не мог обойти стороной Бриер.

Я подошла к двери, которую тут же открыл лакей. Он хотел спросить мое имя, но за его спиной появилась женщина в пестром платье и ядовито-оранжевом парике и, отодвинув его от двери, приобняла меня.

– Миледи де Вьер, как я рада, что вы нашли минутку посетить мой маленький салон.

– Леди Жакко, я не могла пройти стороной ваше прекрасное заведение, хотя, признаюсь, была сильно занята и смогла принять приглашение только сейчас.

Кроме своего салона, леди Жакко прославилась тем, что была жуткой сплетницей. Поэтому когда она прислала мне приглашение год назад, я даже не могла и подумать, что им воспользуюсь. Не сказать, что я затворница, но предпочитаю более узкий круг друзей.

– Не стоит извиняться. У вас такая ответственная работа, я все понимаю. Пойдемте я вам все покажу.

Она повела меня через залы, знакомя почти с каждым гостем. В одной комнате читали стихи, во второй – играл симфонический оркестр, звуки которого слышны по всему салону. На диванах ютились немного охмелевшие парочки, они бесстыже целовались. Звенел женский смех, и по комнатам разливалась атмосфера томительного желания.

Ступая по лестнице, леди Жакко проводила меня в зал, где играли в карты. Думаю, она сюда меня и вела, ведь за одним из столов сидел Бриер, а ей очень хотелось узнать подробности нашего романа. К счастью, ведьмак сидел спиной к входу и был настолько поглощён игрой, что не заметил моего появления.

По восклицаниям обступивших игровой столик ведьмака я поняла, что он выиграл. Толпа расступилась, пропуская проигравшего.

– Есть еще желающие расстаться со своими деньгами? – раздался самодовольный голос Бриера.

Однако никто не пожелал к нему присоединиться, и наблюдатели, утратив интерес, расходились. Я сжала кошелек и уверенным шагом пошла за его столик.

– А может, это вы сегодня расстанетесь с деньгами? – грациозно села напротив него.

– Миледи де Вьер. Какая приятная встреча, – произнес он, растягивая мое имя, и смотрел на меня как хищник, готовый в любую секунду сожрать свою жертву.

К столику подошел официант, предлагая вино.

– Спасибо, сейчас не буду, – отказалась я. – Отпраздную после того, как раздену вас догола.

– Или я вас.

К нашему столику подошел крупье, и карты заиграли в руках.

– Делайте ставки, – сказал он.

На покрытом зеленой тканью столе появились золотые монеты. В моих руках оказалось две карты, посмотрел на которые, я поняла, что эта партия будет за мной.

– Как поживает ваш брат, Мизриэль? – изображая вежливость, спросил ведьмак.

Я сцепила пальцы и прислонилась к ним подбородок.

– Наверное, у него все хорошо. Я же не знаю, где он.

Себастьян ухмыльнулся – не верил моим словам.

– Если вдруг увидите, передайте, что я очень жду нашей встречи.

– Непременно передам ваши слова. Я не могу не выполнить общение, или оболгать честного человека, или хвалиться нашим с вами воображаемым романом перед всем светским обществом.

Я бросила на стол горстку монет, повышая ставки. Вокруг нас стала собираться любопытная толпа, следившая не столько за игрой, скользко за пикантным разговором.

– Не стоит доверять слухам, миледи де Вьер. Люди любят приукрашать правду.

– И какая она – ваша правда, мистер Бриер?

Он еще раз посмотрел на свои карты и поднял ставку. Сумма выигрыша выходила немалая.

– Моя правда, – он улыбнулся и бегло пробежался по лицамнаблюдателей, – Я действительно высказывался в ваш адрес, но смысл высказывания был немного другой. Я сказал, что вы самая обворожительная чертовка из всех, кого я видел, и что я был бы не прочь, чтобы вы стали моей любовницей.

От такой прямолинейности я покраснела. Остроты добавляло, что Бриер это произнес при всех, в очередной раз поставив меня в неловкое положение.

– Я рада, что мы прояснили ситуацию и ваши фантазии остались лишь фантазиями.

– Как сказать, миледи да Вьер. Мои фантазии имеют тенденцию сбываться.

– Вскрывайте карты, – приказал крупье.

– Каре, – я раскрыла карты, чувствуя себя победительницей.

– Поздравляю, вам удалось меня обыграть, – сказал ведьмак, но свои не открыл. – Еще сыграем?

– Обязательно, – довольная выигрышем, я сложила горку монет возле себя.

Крупье раздал карты. Когда я положила ставку в центр стола, рука Бриера легла на мою.

– Предлагаю сыграть на все.

– С удовольствием, – я выдернула ладонь, и сдвинула в центр стола все свои монеты.

Бриер поставил равноценную сумму, но еще столько же у него осталось. Карты снова сулили мне победу, но самоуверенность ведьмака настораживала. И все же моей целью было не отыграть долг в пять миллионов, а подобраться к нему самому как можно ближе. А с этой суммой я уже заранее простилась. Бриер взглянул, что ему раздал крупье.

– Я поднимаю в десять раз.

Наблюдатели хором вздохнули. По моим скромным подсчетам на столе лежало около миллиона. При всем желании у меня не было таких денег.

– У меня нет такой суммы, вы не можете поднять ставку.

– Здесь около миллиона. Разве вы не хотели бы отыграть эти деньги?

– Мне нечего вам предложить. Разве что вы возьмете драгоценности.

Бриер почесал висок, рассматривая меня.

– Я бы взял, но не здесь, не в такой большой компании. Могу выкупить у вас на эту сумму что-нибудь… например, поцелуй.

– Вы издеваетесь? – не поверила я своим ушам.

– Вполне серьезно. За взрослый чувственный поцелуй не жалко заплатить такую сумму.

Я мешкала.

– Хорошо. Я согласна.

– Тогда вскрываем карты.

Я показала свои – флеш. На лице ведьмака надменная улыбка быстро угасла.

– Как жаль… что вы проиграли, Мизриэль, – он вскрыл роял флеш, – с играми на сегодня закончено.

Мы сидели друг напротив друга, ничего не говоря. Я сдерживала негодование – Себастьян специально это подстроил, а я попала в его ловушку. Люди вокруг нас перешли к другому игральному столу, изредка поглядывая в нашу сторону.

– Карточный долг священен, Мизриэль. Я требую расплаты.

– А если откажусь?

– Потребую проценты – за каждый день просрочки буду брать еще по одному поцелую, – отшучивался Себастьян.

– А вы умеете уговаривать, – решила я перейти к основному плану, – только давайте выпьем. Все же это единенный раз, когда вам удастся меня поцеловать. Думаю, этот момент заслуживает бокала игристого.

Я встала из-за столика и с подноса официанта взяла два бокала. Он с любопытством наблюдал за мной, но принял один.

Ничего не говоря, я вышла из игрового зала в коридор. Себастьян шел за мной следом, как хищник, идущий на аромат крови. Проходя мимо дверей, он обхватил меня за талию и подтолкнул:

– Сюда, моя козочка.

Мы оказались в темной комнате, и я тут же убрала от себя его руки. Лунный свет падал в открытые двери балкона и дорогую мебель. С улицы веяло вечерней прохладой. Я вышла на лоджию. Передо мной развернулась картина спящего города с блестевшей в канале водой, с одинокими прохожими на освещенной фонарями улице. Я облокотилась на перила, не желая встречаться взглядом с Себастьяном.

– Здесь очень красиво, – произнесла, ощущая его близость.

– Ты – лучшее украшение этого вечера.

От его проникновенного тона по спине побежали мурашки. Я обернулась – он все еще держал в руке бокал. Нужно его отвлечь, чтобы исполнить задуманное.

– Я не хочу, чтобы нас кто-то увидел.

– Глупо скрывать то, что уже все знают.

Я еле сдержалась, чтобы не ответить ему колкостью, но тихим голосом повторила:

– Закрой дверь… пожалуйста.

То ли Себастьяна смутило мое вежливое обращение, то ли действительно решил, что так будет лучше, но он отдал мне бокал и пошел к комнатной двери. Я быстро открыла кольцо и высыпала порошок в бокал.

– Предлагаю выпить за мой последний проигрыш и вашу последнюю победу, – сказала, возвращая мужчине бокал.

Себастьян внимательно посмотрел на меня, потом на напиток и выпил содержимое до дна. От предвкушения я не сделала ни одного глотка. Он выбросил бокал на улицу, и тот со звоном разбился. Я подошла ближе и положила руки на его грудь, мощь которой ощущалась даже через одежду.

– Себастьян, расскажи, как тебе удается всегда выигрывать? У тебя есть какой-то секрет?

Я так ждала его ответа, что сразу и не заметила, как он осторожно огладил пальцами тыльную сторону моей ладони. Я не отдернула руку – ждала, что он скажет.

– У меня есть один секрет, и связан он с тобой.

– Со мной? – переспросила я от удивления.

– С тобой, Мизриэль. Ты распалила во мне жгучие чувства, я никогда никого не желал больше. Мне хочется сжать тебя в объятьях, чтобы почувствовала, как сильно ты желанна, но я этого не делаю – боюсь, что переломаю тебе кости.

Я почувствовала, как к моим щекам приливает кровь, настолько пугающим было его признание. Но это не тот секрет, который я хотела узнать. Время действия зелья истекало, нужно его поторопить.

– Так что же с твоим везением, Себастьян?

На мгновение на лице ведьмака проскочила обиженная гримаса, на смену которой пришла циничная улыбка. Он явно ожидал от меня других слов в ответ на его признание.

– Удача? Мне сегодня повезло. Я требую свой выигрыш, а потом вопросы.

Я попыталась выдернуть свою ладонь, которую он все еще держал, но не вышло. Его забавляли мои попытки вырваться. Осознав, что просто так он не отпустит, я согласилась на его условия.

– Вот твой поцелуй, – поднялась на носочки и быстро коснулась губами его губ.

– И это поцелуй за миллион? Я его не заметил. Не разочаровывай меня, Мизриэль, неужели за несколько столетий ты ни разу нормально не целовалась с мужчиной?

От возмущения у меня перехватило дыхание.

– Ты что себе позволяешь, наглец?!

– Или мой честный выигрыш, или я придумаю, чем заменить твою неустойку.

Он его напора стало не по себе. А еще его признание…

– Хорошо-хорошо. Только отпусти мою руку.

Я приподнялась и снова коснулась его мягких губ, приоткрыла их языком, словно пробуя блюдо с ядом, и боялась сделать роковое движение. Одной рукой приобняла его за плечи, второй зарылась в его волосы, обхватывая затылок и прижимая к себе сильней. Целовала его чувственно и осторожно, боясь пробудить в нем желание…

Но все же пробудила.

Как сорвавшийся с цепи, он с жадности отвечал на мои поцелуи, до боли прижимал к себе и холодной стене. Себастьян перенял инициативу, целовал мое лицо и шею. Эти ласки кружили голову, и, казалось, что я готова на все, лишь бы он не останавливался. Дразня прикусил мочку уха, и я не смогла сдержать стон наслаждения.

– Пойдем в комнату… – голосом с хрипотцой произнес ведьмак.

И меня как колодезной водой окатило. Я оттолкнула от себя мерзавца, которому удалось затуманить мой разум, и бросилась к выходу, слыша за спиной его звонкий хохот. Не обращая внимания ни на что, понеслась вниз по лестнице и выскочила на улицу. Возле салона остановилась карета, подвозившая одного из гостей. Извозчик согласился меня подвезти. Я ступила на ступеньку кареты и услышала голос Себастьяна со второго этажа:

– Беги-беги. Но от меня далеко не убежишь, – ведьмах, облокотившись на перила, следил за моим бегством.

Хлопнув дверкой, я села на пассажирское сиденье. Сердце бешено колотилось, а разум отказывался понять, как я смогла такое допустить.

***

Хотелось, чтобы утро совсем не наступало. Вчерашнее помешательство с Себастьяном не давало заснуть еще полночи. Я ворочалась, и только с первыми лучами солнца сомкнула глаза. Поэтому настроение у меня было хуже обычного. С помощью камеристки я собралась и, избегая остальных обитателей дома, вышла во двор особняка. Уединение продлилось недолго.

– Мизриэль, ты не поверишь, что произошло! – ко мне приближалась Сардиния, а за ней не отставала «Элла».

– Удиви меня, – сказала я, не скрывая сарказма.

– Элла, ну покажи ей, – сказала русалка, посматривая на братца.

С довольным выражением лица он достал из-за спины письмо, на котором красовалась королевская печать.

– Я прочту, – откашлялся, пытаясь изобразить женский голос, торжественно прочитал: – «Уважаемые миледи дома де Вьер, Приказом короля Ричарда через три дня состоится бал для незамужних девушек, желающих принять участие в отборе невест принца Монти…»

– Это официальное письмо с приглашением! Нас позвали!

Я всеобщего счастья не разделяла.

– Чему вы радуетесь? Это всего лишь письмо, которые прислали всем.

– Это еще не все, – не угомонилась бездушная.

Дверь дома хлопнула, к нам шел Фердинанд с огромным букетом белых роз в вазе.

– Миледи Элла, – обратился дворецкий, – куда поставить ваш букет?

– Несите его сюда. Пусть моя кузина полюбуется и поднимет себе настроение.

Дворецкий поставил букет в центре стола, и я с любопытством взяла карточку, которая была привязанная к одному из бутонов.

«Мои искренние извинения. Король Ричард»

– Благодаря моему очарованию нам обеспечено особое отношение.

Я посмотрела на брата и впервые улыбнулась.

– Элла, может, забросить всю эту затею с принцем Монти? Очаруешь короля Ричарда и решишь все свои проблемы.

– Нет! – возмутился Даниэль. – Я это сделала исключительно для тебя и Сардиночки. Нет-нет, никаких замужеств! Знаю я этих мужчин, им совсем другое надо.

И, не желая продолжать разговор, бес поторопился вернуться в дом.

– Мизриэль, я хотела у тебя спросить, – робела бывшая русалка, – у меня ведь нет родных и фамилии, и даже если я попаду во дворец, церемониймейстер не будет знать, как меня представить.

Выдохнув, я посмотрела в полные муки глаза Сардинии.

– Сардиния, можешь взять фамилию де Вьер.

Бездушная заверещала и кинулась ко мне с объятьями.

– Спасибо, спасибо, спасибо! – затараторила она. – Мне нужно подготовиться, я ведь даже не знаю, что скажу принцу. А он красивый, Мизриэль?

– Очень! И умный. Я думаю, вы найдете с ним общий язык.

Русалка хотела сказать что-то еще, но нас разделило яркое сияние, из которого появились волшебные вилы. Бездушная отстранилась, побаиваясь колдовского предмета.

– Это опять за мной? – испуганно спросила девушка.

– Нет. Это за мной. На работу вызывают.

Я взяла вилы. Оплетая меня мерцающими огоньками, они меняли мою одежду на красной-черный наряд волшебницы Подземного царства. Вспыхнувшие на острие зубьев огни разгорались ярче, и в их пламени я увидела клиента и место нашей встречи.

– Договорим потом, – сказала Сардинии.

А я направилась к пирсу возле особняка, где меня уже ожидала рабочая гондола.

Пока плыла, в голове прокручивала образ нового заказчика – я его где-то видела, только не могла вспомнить где. Лодка пришвартовалась к пирсу в центре города, совсем недалеко от моего дома. На кованой ограде, окружённой распустившимися пионами, висела табличка с именем владельца: «Грегор Гноменко». Я открыла скрипучую калитку и по утоптанной тропинке подошла к двери дома среднего достатка – таких клиентов я любила меньше всего: ничем не выделяющиеся люди своими фантазиями доводили меня до исступления. С бедняками и богачами всегда проще.

Дверь открыл сам заказчик, и я тут же вспомнила, где видела его раньше. Это тот самый гном, от которого Сардиния сбежала к нам. Грегор меня не узнал, да и вряд ли он связал пропажу подопечной с нашей встречей.

– Проходите побыстрей, – сказал он, выглядывая за дверь, словно кого-то боялся. – располагайтесь в гостиной. – Я прошла в комнату и заняла одно из кресел, обитое тканью с отвратительными коричневыми ромашками. – Я принесу вам чай, – гном тут же убежал в кухню, даже не услышав мой отказ.

Раздался звук бьющейся посуды, и хозяин громко выругался. Все происходящее казалась очень подозрительным. Гном вошел в комнату, неся на подносе дымящийся напиток. Я учтиво взяла чашку, но не сделать ни глотка.

– Милейший, на что душу менять будете?

В дверь постучали, и гном подпрыгнул как на иголках. Извинился и побежал встречать гостя. Скоро, хлопая полупрозрачными крылышками, в комнату влетела фея.

– Какая встреча!.. Грегор, вы меня удивляете! – не удержалась я от комментария.

Но фею мое присутствие смутило еще больше.

– И как это понимать? – спросила мухокрылая, указывая на меня.

– Не нужно понимать! Поступите как все леди – обидьтесь и уйдите, – предложила я девушке.

– Я требую объяснений! – прикрикнула незнакомка.

– Не надо скандалов. Категорически не переношу женских склок. Присаживайтесь леди, сейчас я все объясню, – сказал гном и предложил фее занять кресло напротив меня.

– Чаю? – издевательски вежливо спросила у феи, видя, как её скривило от низкосортного напитка.

– Я гном. И, как у всех гномов, у меня есть некоторые проблемы, которые я бы хотел решить с помощью одной из вас. Все будет зависеть от условий, которые вы предложите.

– Как мило, – усмехнулась я. Гномы – известные скупердяи.

– Дорогой Грегор, я понимаю вас и ни капельки не осуждаю, – начала лебезить мухокрылка, – от себя хочу сказать, что феи-волшебницы всегда исполняют желания своих и консультируют на каждом этапе. Все наши сотрудницы – профессионалы. Поверьте, выбрав нас, вы не ошибетесь.

– Вас как зовут, милейшая? – спросила я у нее.

– Фея Лусинда. Мы встречались с вами на днях во дворце.

– А, вспомнила, вы одна из подружек Кресной Феи. Приближенная к верхам. Расскажите, Лусинда, какую плату должен внести клиент за исполненное желание?

Лусинда начала краснеть, выпучила глаза – феи не любят этот вопрос, но на каждый белый костюм найдется свой плевок.

– Клиенты сами… – начала глотать слова фея.

– Что клиенты сами? – настаивала я.

– Клиенты сами… исполняют свои желания.

– То есть мистер Грегор, нанимая вас, подписывает договор, по которому он собственноручно будет исполнять свое желание? Не правда ли – сущий вздор? Что же это за волшебницы, за которых делают всю работу?

– Мы помогаем на пути к своей мечте. Мы…

– Делаете из мышей кучеров, из тыкв – кареты, а из лохмотьев – красивые наряды. Но вот только волшебство ваше не вечно.

Грегор внимательно следил за нашим диалогом, впитывая информацию словно губка.

– Но это не так. Мы помогли многим хорошим людям обрести счастье.

– Чертовки тоже делают людей счастливыми и берут плату душами. Выполняем любое желание, любой каприз, а за это клиент после смерти на пятьсот лет остается скелетом в услужении у Подземного царства. Решайте, Грегор, ваша заветная мечта исполнится сиюминутно.

Гном внимал каждому моему слову, его взгляд прыгал то на меня, то на фею.

– Извините, я выбираю… чертовку. У меня нет времени для долго и тернистого пути к своему «жили долго и счастливо».

Фея возмущенно вскрикнула, резко поднялась с места, топнула ногой и пошла к выходу.

– Передавай привет Крестной Фее! – крикнула ей вдогонку. Дверь с грохотом захлопнулась. – Приступим, – я достала из сумки контракт и начала его заполнять.

– На что душу менять будете?

– Хочу, чтобы меня все любили.

Я оторвала взгляд от бумаги и посмотрела на гнома.

– Что, прям все-все?

– Не совсем все… Пусть только женщины.

– Женщины нашего королевства?

– Что вы, нет, конечно – всего мира!

Я снова вернулась к заполнению документа, внося данные клиента. В голове уже вертелись мысли, как можно выполнить желание.

– Все. Вот здесь распишитесь, – я указала место для подписи, и гном прилежно выполнил просьбу.

– Я готов, – он встал в центр комнаты, готовый стать объектом любви всех женщин мира.

– Может, все же уменьшим охват аудитории? Как бы все женщины мира… и любить одного вас.

– Нет, раз идти на рисковое дело, то ради великой цели. Я сказал – все женщины, значит должны быть все.

– Как пожелаете, – немного разозленная напором самодура, ответила я.

Вилы в моих руках – источник нескончаемой силы Подземного царства – засияли ярким светом. В комнате задрожала посуда, картины падали со стен – магия набрала полную мощь. Я навела на гнома вилы и направила на него поток энергии.

Когда сияние стихло, гнома и след простыл. На его месте сидело нечто, похожее на щенка карамельного цвета с глазками как пуговки. Он взирал на меня, виляя хвостиком. Захотелось прижать его к себе и никому не отдавать. Но я вспомнила, что это Грегор – гном, который мечтал о любви всех женщин.

– Поздравляю с удачной сделкой. Теперь каждая женщина захочет приласкать такую маленькую прелесть.

Пес зарычал, разочарованный исходом сделки.

– Не стоит выказывать свое недовольство. Я свою часть сделки выполнила, теперь ваша очередь, милейший.

Собачка зарычала, и с лаем из её груди вырвалась душа. Скованная хрустальными оковами, она оказалась на дне моей сумки. Песик лаял, но кусать боялся. Довольная, я вышла на улицу, выпуская на свободу любвеобильного клиента.

– Беги, Грегор, покоряй сердца женщин, – сказала, когда щенок скрылся за калиткой.

Почему-то вспомнился пес-дракон. К гному была применена похожая магия, но он лишился человеческого голоса. Странно все это, нужно разузнать про этого пса-дракона побольше.