Глава 15. Сокровище, сокрытое в поле
– Золотые браслеты, – повторил маг, судя по лицу, весьма и весьма довольный царящим ажиотажем. – Кто хочет поделиться слухами про этот уникальный в своем роде артефакт?
Конкретно сейчас я хотела поделиться паникой, что настойчиво советовала вскочить и помчаться с вещами на выход, но меня, по счастью, не спрашивали.
– Дерек Ху, – обратился маг к моему соседу.
Тот выпрямился и на удивление бойко заговорил:
– Золотой браслет – это не артефакт, а выдумка, господин Ринг. Сказочка для детей, которую сочинил Алистер Белоликий, первомаг острова, для собственного душевного спокойствия.
Преподаватель кивнул и обвел аудиторию взглядом в поисках новой жертвы.
– Так, и что же мешало досточтимому магу спать спокойно, Сент-Клер?
– После Исхода магов и волшебниц с Тверди долгое время существовала группа каториков, уверенных, что тем самым мы нарушили природный баланс. Каторики утверждали, что основное предназначение магии – служить людям, а мы лишь скромные проводники этой силы. Приверженцы этого течения призывали спускаться на Твердь, но эти идеи не прижились в новом обществе и постепенно забылись.
Вспомнились папины сектанты с их звучными призывами «Свобода. Равенство. Твердыня». Вот уж действительно все новое – это хорошо подзабытое старое, но с поправкой на современную моду.
– Как уже было сказано, Алистер Белоликий, один из первомагов Сатурналии, написал сборник поучительных притч, кто может припомнить историю о сокровище, скрытом в поле?
Я поднапрягла извилины, но пробелы в образовании эти потуги не исправили. К счастью, господин Ринг и не собирался спрашивать меня. Он поднял еще одного члена нашей команды по эйрболу – Яна Чахоте.
– В одну семью, что жила на околице, пришел путник. Он был ни стар, ни молод, в походной одежде и накинутом на плечи синем плаще с золотыми звездами…
Ян относился к той категории людей, что громче чихают, чем говорят. Приходилось вслушиваться, чтобы не пропустить ни одного звука.
– В знак благодарности за оказанное ему в доме радушие позвал путник старшего из детей и открыл тайну: в кукурузном поле за холмами скрыто от глаз людских великое сокровище. Незнакомец дал три ночи на поиски, а сам ушел спать. Старший из детей обошел все поле, вытоптал большую часть кукурузы, но так и вернулся с пустым мешком. Следующей ночью решил попытать счастье средний из детей гостеприимного семейства. Наученный опытом брата, взял он с собой запряженных волов и всю ночь пахал землю, но обещанного путником клада не сыскал. В третью ночь вышел из дома младший из детей. Ничего не взял он с собой, а к утру вернулся в дом и разбудил путника в синем плаще с золотыми звездами. Младший из детей рассказал про то, как любовался ночными звездами и увидел город, парящий в небе. Тогда путник оторвал от плаща золотую звезду, которая обратилась в браслет, и передал его ребенку.
– Много званных, да мало избранных, – в задумчивости произнес преподаватель, встрепенулся и пошел к доске.
Таша толкнула меня в бок и взглядом указала на мой подпрыгивающий стол. Черт! Я даже и не заметила, что все это время нервно дергала под партой ногой, задевая крышку, отчего та ходила ходуном.
Без паники, Яра! Пока рано.
– Но это ведь просто притча старого мага, – выкрикнула какая-то девушка со второго ряда.
Божечки, как же премного благодарна этой выскочке, а то беседа явно свернула куда-то не туда.
– Я хочу сказать, что никто из магов и волшебниц никогда не встречал на Сатурналии человека с Тверди. Многие сотни лет наш защитный барьер блокирует небесных птиц и отводит глаза, так с чего мы взяли, что золотые браслеты существуют? – развила свою мысль сомневающаяся.
И вообще, вот чего я переживаю?
В случае катастрофы выпрыгну в окно. Нет, лучше провалюсь на месте. Или начну импровизировать.
– Вы правы, Фелисия, – благосклонно кивнул преподаватель, подтягивая пояс халата, – никто и никогда не встречал на Сатурналии человека с золотым браслетом, но существует один малоизвестный факт, который не дает мне возможности просто выкинуть глупую притчу из головы.
О нет!
– Каждый первомаг Парящего острова носил магический плащ, отражающий его суть. На всех изображениях Алистер Белоликий предстает в синем плаще с золотыми звездами, но если прийти на могилу первомага и присмотреться к каменному надгробью, то…
Прозвеневший звонок оборвал мысль преподавателя. Впрочем, я прекрасно знала, на что он хотел обратить наше внимание – к концу жизни Алистера Белоликого звезд на плаще первомага не осталось.
Студенты зашевелились в стремлении поскорее выскочить из класса и размять пышущие энергией тела, потому выжидательно уставились на преподавателя. Господин Ринг лишь снисходительно махнул рукой и щелкнул пальцами, возвращаясь к прерванному обеду.
Уже проходя мимо преподавательского стола, я непроизвольно притормозила, пытаясь осознать, что так сильно меня отвлекло, но толпа студентов, желающих свободы, решила иначе. Меня практически вытолкнуло из кабинета общим потоком. Таша унеслась на занятие по высшей магической обороне, а я поспешила в противоположную сторону, к выходу, в настойчивом желании послать расписание куда подальше и банально прогулять.
И, словно по закону подлости, налетела на Дена Вентери.
– У нас сегодня полное собрание команды, – хватая за локоть, напомнил он.
– Ничем не хочу помочь! – отчеканила я, вырывая руку и продолжая путь.
– Чертовка, ты… ты…
– Лапочка, красавица и редкий талант?
– Нет, ты прободная язва! – донеслось в спину, ибо я уже гордо уходила в закат, в смысле удалялась по коридору.
Следовало поторопиться, пока я не наткнулась еще на кого-то, на наглого и настойчивого Пола Янга, например (тьфу-тьфу-тьфу, чтоб не накликать эту беду). И опасалась не зря, потому что на выходе из Академии я нос к носу столкнулась с понурым Джеком.
Комментатор выглядел непривычно приличным в черном деловом костюме и необычайно подавленным. Настолько подавленным, что я не смогла прости мимо, хотя и хотела. Сильно хотела.
– Эй, что случилось?
– Что случилось? – переспросил Джек Лист и ненавистью выплюнул:
– Нед Хантер. Вот что случилось.
Лучше бы и не спрашивала.
На лице комментатора возникли эмоции первобытного человека, дубиной добивающего еще трепыхающегося мамонта. Приятель щелкнул по деку и отправил мне полученный файл. Я быстро вчиталась, и, боюсь, моему оскалу в тот момент обзавидовался бы сам тираннозавр.
Ну, папка. Ну, блин, удружил!
Обычно в академию я мчалась, аки молодая антилопа, проспавшая сигнал будильника, а вот обратно – брела с неспешностью философствующей черепахи. Но то обычно. Сегодня я летела в родные пенаты на крыльях правосудия, мысленно репетируя скандал.
Но дома ждал сюрприз. Очередной неприятный сюрприз.
Люси…
Волшебница сервировала столик в гостиной к ужину. Судя по тому, какие запахи – вкусные и без привычной гари, сопровождающей каждое поварское творение Неда Хантера, – доносились с кухни, еду заранее заказали из ближайшего ресторана.
При моем появлении Люси отпустила контроль над заклинанием, которое складывало накрахмаленную салфетку в изящного лебедя, отчего та шлепнулась на тарелку с грацией подвернувшего лапку кузнечика.
– Здравствуй, Ярочка! Хорошая моя!
Папина любовница распахнула руки и двинулась на меня, как оружие массового поражения на цель. И совершенно зря. Сейчас я пребывала в таком взвинченном состоянии, что готова была тульским пряником избить до полусмерти любого демона.
– Люси, запомни: если я улыбаюсь, это не значит, что я рада тебя видеть. Возможно, именно сейчас мое воображение рисует упоительную картину твоих кишок, свисающих с люстры! – светским тоном произнесла я.
Паучиха остановилась так резко, словно налетела на невидимую стену. Маска фальшивой радости мгновенного слетела, дамочка нахмурилась и кинула быстрый взгляд на люстру.
Просчитывала вероятность моей фантазии?
– Яр-ра! – прорычал отец, высовываясь из кухни. За его спиной требовательно пищали разогревающие заклинания. – Немедленно извинись.
– Еще чего! – крикнула в ответ, обходя паучиху, коробки сектантских листовок и вставая напротив главного поборника свободы слова на Сатурналии. – Спасибо! Огромное тебе спасибо, дорогой папочка, за новый закон! Признавайся, ты специально подал прошение о закрытии всех газет, вестников и журналов, не одобренных твоим дурацким Советом?!
– Глупостей не говори, – скривился Нед, раздраженно взмахивая рукой, чтобы разом утихомирить все заклинания по разогреву заказанной из ресторана еды. Увы, меня утихомирить магическим пассом не вышло. – Прошение было подано еще три месяца назад, и я не знал, когда точно оно вступило в силу.
– Тогда знай! Твоя заморочка с этими сектантами вышла всем боком. Поздравляю, пап. Ты в очередной раз вмешался в мою жизнь и все испортил.
– Яра, я никогда бы не сделал ничего, что навредило бы тебе.
– Ты похитил меня! – мой обвиняющий перст взлетел вверх и указала на родителя.
– Это не так, и ты знаешь, – пытался оставаться спокойным отец. – Послушай, Яра, мы семья и должны…
– Семья?! Ты шутишь! – заорала я, окончательно озверев и свихнувшись на почве ненависти и непонимания. То, что копилось долгие годы, вскипело и полилось наружу. – Мы никакая не семья! Мы – два упрямца, живущих под одной крышей!
И развернулась, намереваясь удалиться в свою «пещеру», чтобы уже там в свое удовольствие стенать и горько плакать.
– Яра, – понесся следом раздраженный вопль Неда Хантера и, собственно, он сам, но оказался перехвачен цепкими лапками своей ненаглядной паучихи.
– Не надо. Ты же видишь, что сейчас ее лучше не трогать.
Взлетев по лестнице, я от души громыхнула дверью. Хотелось крушить, ломать и орать в голос. Вместо этого от души попинала брошенный на пол свитер. Очень некстати задергался на руке дек. Судя по выскакивающим уведомлениям, Коул уже четырежды пытался выйти со мной на связь, но я даже не почувствовала вибрации.
Открыла последнее сообщение:
«Ответь. Это срочно. К.»
Но я была не в том настроении, чтобы общаться с Сент-Клером, да и вообще с кем-либо. В голове крутился один и тот же навязчивый вопрос: что делать, когда ребенок перерос своих родителей?
– Ярочка, тебе принести ужин в комнату? – робко позвала из-за закрытой двери Люси.
Ужин? Как будто мне есть дело до еды!
Вместо ответа врубила музыку и заперлась в ванной. Выкрутила на максимум кран с горячей водой, от души плеснула геля, одуряюще благоухающего ванилью и кокосом. Ненавижу этот запах, но сейчас и он сойдет.
Рывком содрала с себя одежду и погрузилась в успокоительные объятья воды с пушистой шапкой пены. Вдох. Выдох. Все, успокаиваемся. А то еще чуть-чуть, и в организме останется только одна нервная клетка. Очень большая и жутко психованная.
Вода сотворила свой сказочный эффект. Кожу начало приятно покалывать, сознание заволокло туманом, навалилась усталость. Я непроизвольно прикрыла глаза и даже не почувствовала момента телепортации.
– А вот и Чертовка! – самодовольный голос Дена Вентери заставил встрепенуться, повернуть голову в ту сторону, где в ванной была несущая стена, и узреть (о ужас!) всю команду по эйрболу в полном составе и тренера, взирающего на меня с открытым ртом.
«Мудак хар, – мысленно простонала я, уходя под воду. – Полный мудак хар!»