Глава 17. Воздушная баталия

«[Ведущий: ] Мэг Фридом, вы являетесь первой девушкой, которая вошла в команду по эйрболу, в связи с чем у многих возникли вопросы – вы уникальны, или это звоночек к тому, что женщины всех Парящих островов готовы выступать за сборные?

[М.Ф.:] Я вас умоляю не нести чушь. Тем более такую откровенную. Женщина может терпеть до двенадцати часов схваток, чтобы ее вагина смогла вытолкнуть из себя маленький орущий комок счастья. Занимаются ежедневным, физически тяжелым (мужики, вы можете не верить, но это так), дико изматывающим трудом во благо чистоты и полных желудков всей семьи. Готовы ли мы для спорта? Однозначно да. Вопрос в другом: готов ли спорт для встречи с нами?»

[одно из первых интервью Мэг Фридом, легенды спорта]

Пожалуй, так быстро в последний я собиралась… еще никогда!

Натянув комбинезон, замотала влажные волосы в высокий хвост, обулась и стрелой выскочила из раздевалки. По коридору бежала, что называется, сломя голову, а выскочив на поле, стремглав понеслась к пятачку, где обычно стартовали команды.

– Чертовка, так тебя разэтак! Куда?! – заорал тренер, срываясь с места.

А? Что? Где?

Я притормозила, ошарашенно оглядываясь, а лучше бы сразу рухнула на землю, потому что мимо пронеслось серое брюхо орла. И ладно бы просто брюхо, но к брюху прилагались смертоносные когти, а также инстинкт. И вот последний скомандовал птичке хватать.

Правое плечо пронзила резкая боль, ноги потеряли опору и беспомощно заколошматили воздух. Подбежавший тренер подпрыгнул, пытаясь ухватить меня за ногу, но я так энергично трепыхалась, что промазал, приземлился на стремительно удаляющуюся от меня землю и уже оттуда, снизу, начал покрывать не самыми лестными эпитетами.

Я вскинула свободную руку и для надежности обхватила лапу птички. Кто знает, что за дурная тварь меня подхватила!

– Какого хрена! – озвучил нашу общую мысль наездник, в котором я с трудом, но опознала Рори Пауэра.

Перецепив страховочный трос, он бросил поводья, лихо свесился с седла и протянул руку. Но молча спасать попавшую в беду красавицу парень оказался неспособен, поэтому счел необходимым поорать:

– Чертовка, у тебя вообще мозги есть?! Или ты их перед водными процедурами в комнате оставляешь, чтобы не промокли? Ты же не бешеный сайгак, чтобы провоцировать хищников!

Увы, но Ублюдок считал иначе.

С оглушительно-мерзким клекотом чистокровный орел на всей скорости попытался протаранить бок противника. Птица шарахнулась, уходя от удара, и решила, что не претендует на сомнительного качества и вида добычу.

– Кли-и! – сердито выдала орлица, что на человеческий переводилось как «да подавись ты», и разжала когти.

Рори матюгнулся, я заорала. Несколько секунд я еще болталась в воздухе, словно дверь сельского туалета на ветру, а потом рука выскользнула из грубой ладони парня, отправляя меня в свободный полет.

Падала эффектно, но бестолково – лицом вверх.

Ублюдок лишь мельком глянул на свою наездницу и продолжил драку с орлицей Рори. Пауэр же вскочил в седло и попытался ухватить поводья, но я понимала – не успеет.

Никто не успеет долететь. И останется от Мэг Фридом некрасивая клякса да присказка: «будешь много выделываться – закончишь как Чертовка».

– А-а-а! – орала я, энергично размахивая руками в отчаянной попытке не то воспарить на крыльях собственного упрямства, не то перевернуться и встретить смерть лицом.

А потом врезалась во что-то твердое, теплое и упругое. От резкого, неожиданного удара клацнули челюсти и перехватило дыхание. Не менее жесткие объятия рук выдавили остатки воздуха.

– Поймал, – самодовольно улыбнулся Коул, продолжая стискивать, словно обруч бочку.

Уж и не знаю, чего мне хотелось больше – расплакаться от облегчения или расцеловать этого обаятельного гада. Поэтому поступила как истинная девушка – выбрала третий вариант и заехала локтем Коулу в бок.

– Пусти!

Сент-Клер охнул, ослабил хватку. Чем я, естественно, тотчас воспользовалась, дернув поводья вверх. Орлан Коула послушно начал набирать высоту, а я подтянула ноги на седло. Дождалась момента, когда мы поравнялись с дерущимися птицами, и приготовилась прыгать.

– Кх-х! – захлебнулся возмущением Ублюдок, когда понял, что на его спину кто-то приземлился.

– Эй! – одновременно с ним закричала я, когда на прощанье ладонь Сент-Клера громко шлепнула меня по заднице.

Ублюдок прожег меня взглядом, я не осталась в долгу и попыталась воспламенить взглядом серого кардинала.

«Ты за это заплатишь», – синхронно подумали мы с орлом.

– Все в седлах? – как ни в чем не бывало уточнил тренер и скомандовал: – Делимся на две команды. Сегодня играем новички против основного состава.

Я выразительно хрустнула шеей, подобрала поводья и полетела к своим воротам.

Ну что? Порезвимся?

В отсутствие других лидеров титул капитана заграбастал Рори Пауэр. Он же командовал расстановкой на поле:

– Вратарь, – ткнул он в сторону парня напротив и повернулся налево, – вы двое в нападении, ты и Чертовка – в защиту.

Ага, мечтай и верь в свой авторитет, Пауэр.

Притворившись паиньками, мы с Ублюдком полетели на точку, определенную временным капитаном запасного состава. Основной выстроился без всяких общих сборов.

Ну да, ребята-то уже сыгранные. Чего им обсуждать? Скидки в магазине летной экипировки или акцию «две по цене одной»? Хорошей темой для обсуждения могли бы стать мои голые прелести, плещущиеся в ванне, но и тут имелась парочка затыков. Один из которых заключался в том, что из-за пены там мало что удалось разглядеть (надеюсь!). К тому же что-то подсказывало, что Коул не дал бы другим игрокам и рта открыть на эту тему.

– Начали! – крикнул тренер.

И вот он явно недоговорил, что конкретно начали. Игру? Раунд? Избиение младенцев? Судя по тому, что происходило на поле, основной состав просто глумился над запасным. Моя команда ушла в отчаянную и дырявую оборону, но количество забитых в наши кольца мячей все прибывало. Я безучастно наблюдала за этим позором, дав зарок вообще никак не вмешиваться в игру, пока счет на табло не покажет 13–0.

Ублюдок отчаянно сопротивлялся. Он дергал своей дурной башкой из стороны в сторону, в надежде вырвать поводья из рук наездницы. Разочарованно щелкал желтым клювом, нагоняя на пролетающих противников страху. Крутился, как взбешенный бык на родео. Короче, был в своем репертуаре.

Кстати, а вы в курсе, что гигантские орлы запоминают до сотни команд и магических пассов, понимают более тысячи слов? Круто, не правда ли?

Так вот, Ублюдок оказался уникумом. Эта коварная тварь игнорировала более сотни команд и магических пассов, а также чихать хотела на тысячи уговоров. К счастью, у меня был свой подход – подзатыльники и мат.

Я воевала с его диким нравом до тех пор, пока на табло не появились заветные числа, после чего облегченно отпустила поводья, поправила респиратор и оповестила свою команду:

– Все, мальчики-зайчики, в сторонку.

В ответ полетели лишь сдавленные ругательства.

Никто не понимает гениев.

Почуяв свободу, Ублюдок радостно завопил, хотя звук больше походил на работу сварочного аппарата, ну да не суть. Мы изящной свечкой вознеслись вверх, сделали резкий рывок в сторону стенки купола и начали набирать скорость. Не знаю, где были глаза (ну или чувство магического препятствия, раз уж инстинкт самосохранения атрофировался) моей птички, но мы вновь едва не впечатались в незримый купол защиты, выставленный над полем.

К счастью, игра стоила свеч – в моей руке оказался зажат один из мечей, так необходимых для атаки.

– Рори, лови! – крикнула временному лидеру запасных.

Тот встретил мяч, как истинный мужчина, лицом. Или, как истинный баран, лбом?

– Да какого ж хрена?! – возмутился игрок.

Мяч он держал под мышкой, однако это не мешало Рори яростно тереть рукой ушибленное место и сверкать на меня обиженными глазами.

– Ирония судьбы? – отшутилась я и помчалась к следующему мячу.

Все, что я творила следующие пару минут, входило в перечень возмутительного, неправильного и дико рискованного. Но именно в такие моменты я чувствую себя удивительно живой и напуганной. Что ни говори, а чувство страха здорово окрашивает наши жизни.

Большая часть запасных знала, что играет против опытных, сильных и быстрых игроков, поэтому ушла в оборону и уныло трепетала перед стремительными атаками Дена Вентери или мощными прорывами Дерека Ху. А вот у меня не оказалось должного пиетета перед местными звездами спорта, зато наглости – хоть цистернами отгружай и вывози на перепродажу.

Мне удалось собрать четыре мяча и передать их остальным участникам команды, на пятом чувство меры дало знать, что пора бы заканчивать эти игры в собирательство, и в бой вступила жажда скорости.

– Нападем. Все пятеро!

– Но наша часть останется без защиты… – проблеял кто-то из игроков.

– Это шлепок орлиного помета, а не защита! – перебила я. Ублюдок одобрительно крикнул, присоединяясь к моему мнению. – Мы не можем держать защиту, потому что не знаем комбинаций, не знаем, что делать. Мы сливаем игру, парни! А между тем тот, кто нападет, тот владеет инициативой! Посмотрите на меня. Победа достигается не силой, опытом или удачей. Победа достигается волей, жаждой, отсутствием сомнений. И я не собираюсь уползти отсюда, как подбитый птенец. Я улечу с победой. Пусть это будет одно гребаное очко на табло, но это будет победа!

Я развернула Ублюдка лицом в сторону соперников и скомандовала:

– Вперед! Заставим этих заносчивых козлов вернуть нам наше небо.