Глава 19. Свидание на крыше

Утро следующего дня стартовало со скандала из-за очередности в туалет, где застряла гостеприимная хозяйка, недовольно пронеслось до Академии и злоключилось в кабинете Пола Янга.

– Нет! – отстаивала я собственные принципы.

– Да, – уверенно напирал менеджер.

– Нет. Я не хочу.

– А я не спрашиваю. Господа журналисты, заходите. Мэг, чего застыла? Бери стульчик и присаживайся.

Судя по взгляду, стульчик подразумевался электрический.

Через час пыток вопросами я вывалилась из кабинета Пола Янга, довольного, аки демон, умыкнувший свежую душонку у подвыпившего простофили, и поползла на занятие, где меня с превеликим нетерпением уже караулила Таша.

И, естественно, она уже была в курсе всех событий.

– Как прошло интервью газетам?

– Меня все время тошнило.

Я плюхнулась за парту и толкнула темного от недосыпа приятеля.

– Джек, как дела? Откровенно говоря, выглядишь не особо.

Комментатор выглядел так, словно его пожевал и выплюнул Ублюдок, но в последнюю секунду я накинула на ехидство вожжи.

Молодой маг поднял потухшие глаза человека, потерявшего любимое детище. Далее последовал горестный выдох, и Джек вновь уткнулся лицом в скрещенные ладони.

– Я тут подумала и решила, что нам нужно устроить поминки, – внесла неожиданное предложение Таша.

Комментатор поднял голову и нахмурился.

– Может, рановато? – засомневалась я, вставая на его защиту. – Не так плохо Джек и выглядит, чтобы его закапывать, молчу про скорбящие тосты в память о покойнике.

– Да я не про Джека!

Таша сидела рядом как огромное, источающее неукротимую энергию солнце. Настолько большое и горячее, что нас неизменно притягивало к ней.

Ага, такое всевидящее солнце, на досуге рисующее забавные картинки.

– Устроим поминки бюллетеню, раз уж его никак не воскресить и не вернуть в студенческую жизнь, – внесла предложение волшебница. – Ну не кривитесь! Соберемся вечером в каморке, будем пить из пластиковых стаканчиков соленый лимонад, материть Неда Хантера за чрезмерную инициативность…

– Материть Неда Хантера? – переспросила я и подняла руки. – О, тогда я «за» всеми конечностями! Джек? Что скажешь?

Приятель проворчал нечто неподдающееся осмыслению и расшифровке, но я не сомневалась в умениях Таши. Эта была способна вдохновить даже труп на танец с маракасами!

Пара пролетела стремительно, как и любая интересная вещь. Зато следующая, словно в отместку, тянулась, и тянулась, и тянулась… Казалось, даже само время спасовало перед этой скукой и впало в летаргический сон. Иначе как еще объяснить тот факт, что стрелки часов, мигавшие на деке, практически не двигались?

Стоит ли говорить, что на перемену я выскочила в числе первых, да с таким энтузиазмом, что споткнулась и под одобрительные смешки студентов растянулась на полу. По закону подлости, ударила самое ценное – голову.

Череп недовольно загудел, словно колокол, с которым развлекался ребенок. Оставалось только понадеяться, что этот удар вколотил мне хоть немного ума, а не вышиб его окончательно. Но было достаточно больно, чтобы я в этом усомнилась.

Доковыляв до лестницы, я кое-как спустилась в холл. Следующая пара проходила в оранжерее, расположенной во внутреннем дворике, и если я только не планировала взять громоотвод у лекарей в виде справки, то следовало поспешить.

Но в такие правильные планы, полные ученического рвения, вмешался внезапно заслонивший дорогу Коул.

– Пол только что опубликовал в сети постеры команды, – тихо сообщил серый кардинал, протягивая собственный дек. – Пять минут назад Вентери с криком: «Убью» помчался в сторону оранжерей.

Я мельком глянула на постер и испытала похожее желание. Вот только убивать хотелось нашего предприимчивого менеджера.

Уж не знаю, чем там руководствовался Пол Янг (явно не мозгами), но из всех кадров, которые были в избытке сделаны на фотосессии, этот гад с челочкой выбрал ту, где я, скрестив на груди руки, стояла по центру. За моей спиной возвышались Коул с Деном, а дальше в качестве размытой массовки замерли остальные члены команды «Черные крылья Сатурналии».

– Кошмар!

А если вспомнить, что я наговорила в недавнем интервью, то впору писать Таше и просить организовать поминки для меня, бесславно сгинувшей во цвете лет от зависти других игроков команды.

– Мэг, – позвал Коул, беря меня за подбородок и заставляя поднять голову.

Его пальцы прижались к пострадавшему виску, даря восхитительное чувство прохлады. Мысленно застонав от облегчения, я прижалась к широкой ладони и закрыла глаза в немом блаженстве.

– Как ты смотришь на то, чтобы погулять всю следующую пару со мной?

«Ой, да хрен с ним, с практикумом!» – подумала я. Или все-таки сказала?

Коул тихо рассмеялся, практически невесомо коснулся губами пострадавшего виска и потянул в сторону выхода.

Поверить не могу! Мне грозило самое настоящее свидание. Свидание с умопомрачительным парнем!

И массовое избиение грязными носками от команды. А еще нытье и вопли Дена Вентери. И, возможно, осложнения с преподавательницей из-за прогула. А-а-а!!!

– Все в порядке?

Моя кривая улыбка и дрожащие руки не обманули бы и годовалого малыша. К счастью, в этот крайне подходящий для моей репутации момент включился Ташин радар на сплетни и свежие новости. Дек конвульсивно дернулся, передавая грозное: «Я в удобрениях по самый подбородок! Вентери встал со мной в пару, Джек сломал мизинец на ноге, но не факт. Где ТЫ ходишь?!»

Это был первый случай, когда буквы на меня орали.

«Магия?» – должно быть, подумали вы.

Однозначно магия. Исключительная суперсила Таши Шоу.

– Куда пойдем? – в данный момент я делала три вещи разом: набирала ответное сообщение для Таши, пыталась игнорировать магнетическое действие решительно вышагивающего рядом Коула, ругала себя за то, что не оделась во что-то более нарядное, чем штаны, рубашка и джемпер.

– Тут неподалеку есть отличное местечко. Давно хотел сходить туда, но не было подходящей компании, – с намеком сообщил серый кардинал команды.

– Что ж, – рассеяно откликнулась я, читая ответное сообщение Таши, точнее ответную угрозу, – в таком случае сегодня мы туда точно не попадем. Мне надо в продуктовый магазин.

– Проголодалась?

– Хуже. Меня назначили ответственной за подготовку стола на поминки.

– Поминки?

– Хороним надежду на свободу слова.

Коул понимающе кивнул. Коул свернул в сторону торговой лавки. Коул покладисто взял в руки тележку. Золотце, а не парень!

В итоге я триста раз пожалела, что согласилась помянуть почивший бюллетень. Вместо этого приходилось поминать Ташу, причем исключительно недобрым словом.

Уж не знаю, что на нее так подействовало – удобрения или общество Дена Вентери, – но подруга обновляла список с непростительным постоянством. Она требовала то стаканчики с готическим шрифтом, то набор черных свечей разного диаметра, то холодец в форме пятиконечной звезды.

– Таша собралась принести кого-то в жертву? – пошутил Коул.

– Ага. Мое терпение!

Дек вновь настойчиво пиликнул. Веко дернулось. Нога самопроизвольно пнула тележку. Та охотно покатилась. Покатилась, покатилась и прикатилась к стенду с грецкими орехами. Стенд опрокинулся, орехи с радостным постукиванием рванулись во все стороны на поиски приключений.

– Мудак хар! – ругнулся продавец, который, судя по всему, мудохался с этой горкой орешков все последние полчаса.

– Простите! Я все уберу, – заверила я мужчину, делая шаг, чтобы ликвидировать последствия катастрофы.

Нога наступила на орешек, подвернулась. Тело внезапно вспомнило народные танцы Тверди и попыталось изобразить присядку. Слово «попыталось» в этой фразе ключевое. Мой отчаянный выпад ногой, не менее отчаянный визг и грациозный взмах рукой завершился бесславным вмешательством смеющейся стихии по имени Коул.

– А давай-ка сядем и передохнем.

Что ж, предложение оказалось на диво конструктивным.

Коул усадил меня в тележку, заботливо подложив под спинку свой свитер. Двумя быстрыми взмахами рукой поднял с пола разбросанные орешки, сложил в воздухе идеальную пирамидку и вернул на стенд. Вы бы видели лицо продавца в этот момент. Мужчина силился заговорить, его губы кривились в причудливых волнах, но разум отказывался рождать слова.

– Держи.

Коул сунул мне в руки два пончика в розовой глазури и, не дав полюбоваться красотой, откусил от одного добрую половину.

– Эй! – возмутилась я.

– Что еще не куплено по списку? – ловко перевел тему извозчик, толкая груженую тележку перед собой.

Я смирилась, видать, сработал младенческий рефлекс от прогулок в коляске, и принялась зачитывать. Коул еще трижды наклонился – дважды, чтобы доесть свой пончик, один раз – чтобы чмокнуть меня в макушку. Последнее было необязательно, но приятно.

После забега между стеллажами мы с пакетами в руках – Коул тащил загруженные с горкой сумки, я несла пакет с выпечкой – поднялись на крышу, где располагалась площадка для орлов, и сели на лавочку. Коул пил минералку, я наслаждалась горячим какао с крохотными зефирками. Идеальный момент для правды, не находите?

– Коул, твой браслет… Он такой же, как мой?

Словно испытывая мое терпение, собеседник нарочито медленно допил воду, подумал и только тогда повернулся ко мне.

– Технически браслет на твоей руке принадлежит мне.

Я чуть со скамейки не навернулась.