Глава 29. Жертва правосудия

Я вообще не собиралась сегодня засыпать. Твёрдо решила, что обязательно дождусь Ника. Ведь если он сказал, что придёт, значит, совершенно точно так и сделает.

До двух часов ночи мы с леди Ириссией сидели в гостиной. Дядя ушёл почти сразу после исчезновения Никкейла, потому никак поддержать нас не мог. Когда глаза начали слипаться, я отправилась к себе. Приняла ванну, переоделась ко сну и решила просто немного полежать. Даже лампу выключать не стала. Но… кажется, всё равно уснула.

А проснулась от лёгкого шороха. Открыла глаза и уставилась на Никкейла, сидевшего на краю моей кровати.

— Ты пришёл, — проговорила сонно.

— Я же обещал, — ответил он и нежно коснулся моих волос. — Увы, мне уже нужно идти.

Но я поймала его ладонь и крепко обхватила пальцами.

— Останься, — попросила, глядя ему в глаза.

— Не могу, — он грустно вздохнул. — Хоть и очень хочу.

— Тогда точно оставайся. Кровать большая, мы прекрасно поместимся вместе.

Мне категорически не хотелось его отпускать. В душе возникла уверенность, что если он сейчас уйдёт, то мы ещё очень долго не увидимся.

— Пожалуйста, — проговорила тихо.

А потом села, обняла его обеими руками и сама потянулась к губам. На поцелуй Ник ответил охотно, будто сам мечтал об этом, но почему-то не решался. Инициатива почти сразу перешла к нему, хотя поначалу он ещё старался осторожничать. Я чувствовала, что он сдерживается, и это меня откровенно коробило.

Но чем больше мы целовались, тем острее и жарче становились поцелуи. И в какой-то момент я оказалась лежащей на подушке, а Ник всё-таки улёгся рядом.

— Коварная Мелисса-незабудка, — проговорил он, касаясь губами моей шеи. — А не боишься, что я зайду куда дальше, чем раньше?

— Не боюсь, — ответила, расстёгивая пуговицы на его рубашке.

— Правильно, — сказал Никкейл и вдруг отстранился. — Ведь я не сделаю этого.

— И почему же? — даже стало немного обидно.

— Потому что утром меня арестуют. И неизвестно, когда выпустят.

— Тогда я снова организую твой побег, — заявила решительно.

Он глянул строго.

— Нет. Даже не пытайся, — сказал, нависнув надо мной. — В этот раз всё куда проще. Не волнуйся. Если тебя будут допрашивать, говори, что мы всего лишь приятели. И ты ничего о моих делах не знаешь. Можешь рассказать про мои отношения с отчимом, но только если спросят. Запомнила?

Я покивала.

— Умница моя, — он коснулся губами моих губ в мимолётном поцелуе и снова посмотрел в глаза. — Ты на самом деле мой лучик света. Я до встречи с тобой будто бы вообще всё время жил во мраке.

— Ник… — я смотрела на него растерянно.

— Я вернусь к тебе, обещаю, — проговорил, не отводя взгляда. — Выкручусь. Придумаю что-нибудь.

И я знала, что так оно и будет. Но вдруг поняла, что просто не могу отпустить его. И готова на всё, чтобы задержать рядом.

— Я хочу, чтобы ты остался со мной этой ночью, — проговорила с самым серьёзным видом.

Он вздохнул.

— Ладно, полежу с тобой немного.

Он привлёк меня к себе, а я уложила голову на его плечо. И потом вдруг вспомнила, что где-то там у него была рана, приподнялась. Но Ник вернул меня обратно.

— Всё зажило, — сказал с улыбкой. — Знаешь, приятно, что ты обо мне беспокоишься.

— А как же иначе? — спросила удивлённо. — Ты важен для меня. Я же…

И замолчала, поймав себя на том, что с губ едва не сорвалось признание.

Но вдруг задумалась, а что я на самом деле чувствую к этому парню? Ник вызывает у меня такой спектр сильных эмоций, что сразу и не разберёшь. Он меня раздражал, потом удивлял, но всегда вызывал интерес, с самой первой встречи. Сначала бесил своей холодностью, а потом снился мне в образе Когтя. Он целовал меня… точнее, воровал поцелуи, а я млела в его объятиях, забывая обо всём на свете. И вот теперь, когда знаю его тайну, когда между нами больше нет преград, могу сказать точно, что он нужен мне. Когда он рядом моё сердце поёт, а душа расцветает. И я совершенно точно хочу быть с ним, принадлежать ему И хочу, чтобы он принадлежал мне.

Никкейл потёрся носом о мои волосы и обнял крепче.

— Не знаю, о чём ты сейчас думаешь, но мне очень тепло от твоих эмоций, — проговорил тихо.

— О тебе, — не стала скрывать. — Жаль, что я твоих эмоций чувствовать не могу. Остаётся только гадать.

— Сможешь, — он по-доброму усмехнулся. — Мэл, я выяснил, что мы с тобой натворили, когда проводили тот ритуал. За некоторыми нюансами таким вот образом у эльфов свершается помолвка. Смешивается кровь, закрепляется плетением связи и запечатывается светлой силой. В их культуре она может длиться десятилетиями, бывает, что такой ритуал проводят для маленьких детей, а женятся они только лет через двадцать. И всё это время невеста считается и частью своего рода, и частью рода жениха. Именно поэтому тебя так легко пропускает моя защита. И твои прыжки ко мне и от меня ‒ это тоже следствие помолвки. Моя магия сама тебя притягивает. Как свою.

— Ого, — выдала я ошарашенно. — Так ты, получается, мой жених?

— Именно так, — он поцеловал меня в висок. — Но не переживай, помолвка легко расторжима. Пока мы с тобой не были физически близки, пока ты полностью не стала моей, её просто разорвать.

— А если переспим? — спросила задумчиво.

— Будет сложнее. Для разрыва такой помолвки придётся ехать в Эсварт. Только там в их храмах её смогут расторгнуть.

— Понятно, — почему-то стало немного грустно.

А я неожиданно для себя осознала, что совсем не хочу расторжения. Наоборот. Возникла отчётливая мысль закрепить ритуал.

— Мэл, — Никкейл приподнялся на локте, — вот теперь я тебя не понимаю.

— Что именно?

— Твои эмоции?

— А ты спроси прямо, — сказала с вызовом. — Хотя, это честно. Я ведь тоже тебя не понимаю. Что ты думаешь об этой ситуации? О помолвке? Ведь в тот момент её точно не хотели ни ты, ни я. А сейчас?

Он улыбнулся и, нависнув надо мной, ответил:

— Сейчас я очень рад, что ты моя невеста, пусть и лишь по эльфийским традициям, — признался вдруг.

— Тогда давай закрепим ритуал, — вырвалось у меня.

Никкейл довольно улыбнулся, а в его глазах я увидела искреннюю радость. Сама потянулась за поцелуем, но он меня остановил.

— Если ты этого хочешь, то я тем более, — признался Ник. — Но не сейчас, а когда мои проблемы с законом останутся в прошлом. И это не обсуждается.

— Но почему?! — я его не понимала. — Ник, я…

Он поцеловал меня. Хотя, выглядело это так, будто заткнул поцелуем. А когда я расслабилась и разомлела, снова отстранился и поймал мой взгляд.

— Дай мне этот стимул, — проговорил шёпотом. — Тогда я буду стараться сделать всё возможное, чтобы скорее к тебе вернуться. А у тебя будет время подумать о будущем. Потому что, Мелисса, после закрепления такой помолвки нас будет ждать только свадьба. Может, через год, может, после окончания тобой академии. Но этот вопрос будет почти решённым.

Я ничего не ответила, одолеваемая целым ворохом эмоций, но разобраться в них пока не выходило.

Получается, меня вроде бы позвали замуж, но каким-то уж очень странным образом. Да и свою помолвку я представляла иначе. Хотя… так тоже вполне приемлемо.

— Мне пора, — сказал Ник, нехотя сев. — До утра нужно очень многое успеть. Пока я только Киара переправил туда, где его не найдут. И обеспечил ему алиби. Теперь нужно позаботиться и о себе.

— Может, я могу помочь? — спросила, тоже садясь.

— Ты мне очень поможешь, если продолжишь спокойно учиться в академии и не станешь нарываться на неприятности. Пожалуйста, будь осторожна.

Я кивнула. Он коснулся моей щеки, склонился ниже и поцеловал в губы.

— Люблю тебя, — сказал, прервав поцелуй.

Потом поднялся на ноги, улыбнулся мне на прощанье и исчез.

Я же после его неожиданного признания так обалдела, что просто потеряла дар речи. Любит? Серьёзно? Да разве можно признаваться в любви вот так?

И только теперь сообразила, что ничего ему не ответила. Да и он сам, кажется, просто сбежал. Неужели боялся, что не услышит ответного признания?

— Ох, Ник, — проговорила в тишине комнаты.

Рухнула на подушку, раскинула руки в стороны и счастливо улыбнулась.

— Я тоже тебя люблю, — проговорила шёпотом. — И теперь уж точно не отдам никакому правосудию.

***

Весь следующий день я провела в доме дяди в компании леди Ириссии. Ник не появлялся, как и сам дядя Денр. А когда, не выдержав, я всё же вызвала родственника по магфону, он сказал, что занят и сбросил вызов. Не появился он и к ужину, так что ели мы тоже вдвоём с его будущей супругой. В итоге я ушла спать, так и не дождавшись новостей.

А утром хмурая леди Ирис сообщила, что дядя появился уже под утро, проспал буквально пару часов и снова ушёл. Она пыталась выяснить хоть что-то, но он не ответил. Сказал лишь, чтобы она не волновалась.

Воскресенье прошло в таком же пустом ожидании. Отчаявшись узнать хоть что-то от дяди, мы отправили дворецкого за свежими газетами. В то же время я просматривала новости в Сети. И только под вечер там появилась заметка о снятии с должности министра торговли. И сразу следом за ней было опубликовано сообщение о его аресте.

После этой новости мы с мамой Ника вздохнули чуть спокойнее. Если уж король позволил арестовать Югаса Тренсера, значит, поверил лорду Стайру. Значит, Ник всё же смог достать нечто, ставшее неоспоримым доказательством вины отчима. И значит, всё обязательно будет хорошо.

Вот только явившийся поздним вечером дядя совсем не выглядел довольным.

Он вошёл в гостиную, где мы с леди Ирис коротали вечер, и устало опустился в кресло.

Я очень хотела сразу закидать его вопросами, но молчала. Хотя, наверное, просто боялась узнать ответ. Ведь Ник с ним так и не пришёл.

Видимо, леди Ириссия тоже боялась спрашивать о сыне. Потому сначала просто предложила уставшему мужчине сытный ужин. Ему накрыли прямо здесь за чайным столиком. А ел дядя так, будто уже неделю был на голодном пайке. И только когда закончил с трапезой, откинулся на спинку кресла и заговорил:

— В общем, — начал он, — Никкейл добыл настоящий компромат на Тренсера. Твой бывший муж, милая Ирис, оказался торгашом до мозга костей. Он всё всегда записывал. Даже то, кому и когда дал взятку, в каком размере и для каких целей. Про алпирит в этом чудном блокноте тоже была информация. Вплоть до имён посредников. Его арестовали, и король подписал разрешение на ментальный допрос.

Дядя потянулся к стоящему на столике стакану с красным вином, сделал несколько глотков и снова вернулся к рассказу:

— Я вёл допрос лично, конечно, при помощи менталиста и в присутствии двух независимых наблюдателей. Тренсер рассказал много интересного, но вам я имею права сообщить только о том, что касается непосредственно вас.

— О чём же? — явно нервничая, спросила леди Ирис.

— Он признал, что вынудил тебя подписать брачный контракт, чтобы присвоить имущество, которое должно было достаться Никкейлу. Впереди суды. Ты должна подать заявление о шантаже со стороны Тренсера. Тогда, возможно, у нас получится вернуть то, что этот гад отнял у твоего сына.

Она кивнула, перевела на меня растерянный взгляд… и тогда я решилась.

— Дядя, где сам Ник? — спросила, а голос дрогнул.

По тому, как всегда невозмутимый лорд Стайр отвёл взгляд, стало ясно: ничего хорошего мы не услышим.

— Ник задержан, — наконец ответил дядя. — Он заявил на допросе, что действовал по личной инициативе. Но признался, что все добытые в кабинете Тренсера документы передал мне. Потому что желал, чтобы восторжествовало правосудие. Сейчас он обвиняется в совершении кражи и нанесении вреда имуществу. По сути, ничего серьёзного. Но адвокаты бывшего министра торговли выдвинули обвинение в том, что дело сфабриковано, а Никкейл подправил в блокноте часть записей перед тем, как отдать мне.

— То есть… — севшим до шёпота голосом произнесла леди Ириссия, — его не отпустят.

— До суда над Тренсером, вряд ли, — вздохнул дядя. — Или, по крайней мере, пока тот самый блокнот не проверит коллегия экспертов. Они же должны изучить и ваш брачный контракт. И завещание Марка. Я уже нанял для Никкейла адвоката. Увы, дело осложняется тем, что твой сын наотрез отказался называть имена подельников. То есть, сотрудничать со следствием не стал.

Стоило представить Ника в камере, и у меня всё тело будто сковало льдом, а сердце зашлось в бешеном ритме.

— Как долго его там продержат? — спросила дядю.

Он посмотрел на меня, и на его лице появилась мягкая улыбка.

— Не волнуйся, не долго. Максимум месяц.

— Это, по-твоему, недолго?! — воскликнула я, вскакивая на ноги. — Да он в прошлый раз сутки в камере провёл и едва выжил. А тут…

— Там каждый знает, что он мой будущий пасынок, — строгим тоном сообщил лорд Стайр. — То есть, навредив ему, наживут врага в моём лице. Так что за Ника можешь не переживать. У него и камера комфортная, и относятся там к нему с теплом и уважением. Он, кстати, просил передать вам обеим, чтобы не переживали за него. А тебе, Мэл, сказал, что ты должна учиться и тренироваться. А он, когда вернётся, обязательно проверит, насколько выросло твоё мастерство, как в боевой магии, так и в боевых искусствах.

От этих слов мне стало немного спокойнее. И всё же не до конца.

— Дядя, скажи, что с ним всё будет хорошо, — попросила я, глядя в глаза лорду Стайру.

— Обещаю тебе, Мелисса, — ответил он.

Леди Ирис сидела бледная и почти дрожала. Тогда дядя подсел к ней ближе и крепко обнял.

— Денр… — всхлипнула она и вцепилась в его руку. — Ты точно ничего от нас не скрываешь? Нику на самом деле не грозит серьёзное наказание?

— Не грозит, — он ободряюще улыбнулся. — Я рассказал о нём Гердеру. О том, как этот парень помог нам предотвратить попытку переворота. А наш король умеет быть благодарным.

— Ты… рассказал ему всё? — медленно спросила леди Ирис.

— Не всё. Упомянул, что парень имел близкое знакомство с пиратами, а потому, когда узнал, что Тренсеру нужно что-то добыть с корабля, начал искать. И нашёл алпирит.

Дядя погладил её по спине.

— Ирис, парень у тебя крайне находчивый. Он уже согласился официально работать у меня после окончания академии. И, мне кажется, мы с ним точно сработаемся.

На этом разговор закончился. Лорд Стайр увёл леди Ирис в спальню. Меня тоже отправил спать, ведь завтра понедельник, а занятия в академии никто не отменял.

Уже позже, лёжа в постели, я с теплом вспоминала позапрошлую ночь, когда Ник был рядом. Надо же, прошло всего два дня, а я уже безумно по нему соскучилась. Кажется, я правда очень его люблю. А ещё безумно за него переживаю. Как он там? Удобно ли ему? Кормили ли его? Думает ли он обо мне, или у него и без того много тем для размышлений?

И тут меня окутало волной нежности. Она пришла будто бы откуда-то извне, и я словно наяву ощутила объятия Никкейла. Сначала решила, что мне показалось, что просто принимаю желаемое за действительное. Но потом ощущение повторилось, но дополнилось лёгкой доброй насмешкой.

И тогда я тоже попробовала послать ему волну нежности и любви. И по вернувшейся эмоции счастья поняла, что наша связь стала двусторонней. А ведь Ник предупреждал, что так будет, а я тогда просто пропустила его слова мимо ушей. Судя по всему, зря.

Той ночью я засыпала с лёгким сердцем. Ведь чувствовала, что мой любимый хоть и находится сейчас не в самом приятном месте, но всё равно доволен и спокоен. А самое приятное, что причина его довольства… я.