Глава 9

Вероника

— Я так волнуюсь, если б ты только знала…- Дашка заваривает себе пакетик дешевого чая и бросает туда два кубика сахара.

Сегодня у моей подруги самый счастливый и волнительный день. Ее рука об руку поведет на первую операцию сам Бог хирургии - Демин.

Я своей обиде посвятила целых два вечера. Грустила, сама себя жалела… Делала все, чтобы выкачать из себя эту грусть, чтобы только подруга не заметила, как сильно меня этот факт задевает. Об этом ведь мечтал каждый из практикантов, пришедших сюда. Но Демин выбрал лишь Дашку. И я прекрасно понимаю, что это не мне назло. Нет. Моя подруга очень ответственная студентка. И ей можно доверять. Я знаю, что волнуется она напрасно. Все у нее получится.

У меня сегодня ужасно болит голова. Слезы выходят из нее оставляя после себя ноющую боль. Блин… Никогда больше не буду плакать…

Запиваю белую, гладкую таблетку водой и бездумно смотрю в стену.

Мы ждем начала планерки.

В ординаторской галдеж.

В кабинет заходит Вера и тянет мне трубку.

— Тебя Демин. – садится и внимательно смотрит на меня. Ревнует?

Нахмурив лоб принимаю из ее рук телефон, пытаясь сообразить причину этого звонка.

И что ему от меня надо?

Прочистив горло подношу трубку к уху.

Понятия не имею, о чем будет разговор, но уже чувствую дикое волнение.

— Да - произношу сдавленно.

— Вероника, скажи мне пожалуйста… - я морщусь потому что трубка на громкой связи. Я отстранив телефон нажимаю на кнопки, пытаясь убавить громкость, но у меня ничего не выходит.

Мои однокурсники, услышав голос Дёмина замирают.

— Где запасные ключи от моей машины? -продолжает Дёмин раздраженным голосом

Я растерянно пожимаю плечами.

— Я не знаю…- выдаю тихим голосом.

— Ника! Они лежали на комоде. Ты последняя, кто у меня убирался в квартире.

Закрываю глаза силясь вспомнить попадались ли мне они вообще.

То, что наш разговор слышен всем дико смущает.

— Блин… Может на верхнюю полку убрала. Не люблю, когда на комоде все валяется.- Нервно тереблю пуговицу халата исподлобья окидывая взглядом присутствующих.

Слышен шорох…

Я пользуясь паузой прикрываю рукой трубку, стыдливо выпаливаю

— Деньги нужны были… - глаза закатываю. -Один раз прибралась у него в квартире…

— Нашел! Пол утра блядь искал!

Я шумно выдыхаю, почувствовав облегчение, но тут меня припечатывает новым заявлением.

— Мажорка! Пол ванны твоих длинных волос! В следующий раз приедешь и сама все вычищать будешь…

Я открываю рот, что бы возмутиться, но меня таким смущением накрывает, что я просто глаза закрываю и кулаки сжимаю.

— Это волосы твоей жены – ворчу в трубку сама не заметив, как со злости перешла на «ты»

— Не надо… Последней в моей ванной мылась ты!

Занавес!

По лицу Веры можно понять, что спектакль удался.

А не это ли ты хотела услышать?

От злости прикидываю, как могу задеть Веру.

То, что она без ума влюблена в заведующего нашего отделения уже давно сомнений нет.

— Ладно, давай. Приеду после обеда. Нормально у вас там все?

— Пока ты не позвонил – было отлично. – ворчу и слышу его громкий, красивый смех.

Мне даже хочется улыбнуться, но я злюсь.

— Все давай. Мне некогда. Клади трубку сама.

Я со злости нажимаю на кнопку отбоя и осторожно поднимаю глаза на присутствующих.

Кто-то из ребят улыбается, кто-то прибывает шоке. Самое забавное выражение у Веры и Артюхина. По последнему вижу, что этот парень от меня теперь отстанет раз и навсегда. А Вера… Она поняла все не так, как было на самом деле, но так как я бы хотела.

Она думает, что мы с Деминым спим.

Я вроде как невольно территорию пометила.

В мыслях больно бью себя по голове, ведь Демин женат, и то, что тут только что произошло это очень неправильно.

Вера высокомерно задрав голову начинает раздавать задания. Меня конечно же оставляет на десерт.

— А любовница Вадима Андреевича отправится на помощь своей подруге. Но, в качестве санитарки. – смакует сказанное, брезгливо обшаривая меня взглядом.

Самое низкое, что могла сделать Вера- она сейчас делает.

Отправляет меня делать грязную работу на глазах у Демина.

Лучше не придумаешь!

Я держу лицо, но больше всего мне хочется сейчас вцепиться в перигидрольные лохмы и оставить грудастую лысой.

Ну хорошо, коза! Я принимаю бой!

Конечно она меня задела. Мне даже представлять не хочется себя в роли санитарки, когда операцию проводит Дёмин. Я привыкла к другому.

Папа мне всегда организовывает все самое лучшее. Не важно-отдых это или работа.

А сейчас я сама за себя.

Все оставшееся время я хожу сама не своя. Слезы унижения стекают по щекам.

Эта стерва хорошо продумала свою месть!

Операцию переносят на вечер. Из практикантов мы с Дашкой остаемся вдвоем.

— Ника! Ну не замыкайся, пожалуйста...- Даша обнимает меня за плечи. Мы сидим в пустой ординаторской. Я так устала за день, что у меня сейчас одно желание: скорее бы прошла эта гребанная операция.

Как же все усложняет влюбленность...

Домой хочу!

— Даш, все нормально... Ничего сейчас не сделаешь! Надо просто идти и работать!- поднимаюсь с дивана и молча в коридор выхожу.

Не хочу, что бы меня жалели. Даже если мне оказывает сочувствие моя лучшая подруга. Я собраться должна.

Вытираю мокрую щеку наблюдая, как по стеклу стекают капли дождя.

Погода еще дурацкая. Итак настроения нет, а серость за окном вовсе добивает.

К шести в больнице появляется Демин. Дашка сочувственно смотрит на меня и мне от этого только хуже.

Вера отправляет меня с Надеждой Васильевной. Она мне все объясняет. А мне дурно. Мне стыдно, что меня спустили на самую нижнюю ступень.

Хочется топнуть ножкой и палец средний показать. Но я понимаю, что из-за Вадима я не стану этого делать. Я не хочу, что бы он думал, что я слабачка. Но и не хочу, что бы он видел, как я выполняю грязную работу. А если меня вновь стошнит? Он опять будет смеяться?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Перед началом операции мы с Надеждой Васильевной готовим пациента.

В операционную заходит Демин с Дашей. Они начинают переговариваться и я стараюсь на них не смотреть.

Мне очень неприятно здесь находится в качестве санитарки. Жгучий стыд окутывает мое лицо и я чувствую, как краснею.

Краем уха улавливаю раздраженные ноты в голосе Демина. Он Дашу отчитывает? Поднимаю глаза и вижу, как бледнеет подруга, через пару минут в операционную входит Вера с новым набором инструментов.

Ничего не понимаю, что могло пойти не так?

Я чувствую на себе тяжелый взгляд Вадима Андреевича. Сердце мгновенно реагирует на него и начинает часто биться.

Я смотрю на Дашу. Она обиженно щурит глаза и отворачивается от меня.

Я так глубоко засела в свои мысли, что не уловила, что тут произошло.

— Женихова – свободна! – грубо. Очень грубо бросает Демин.

Я растерянная выхожу из операционной.

Целый час я нервно меряю шагами ординаторскую.

В голове столько мыслей, но ни к одной я не могу подобрать логического объяснения.

Кажется, что время тянется бесконечно.

В сто пятый раз смотрю, как по стеклу скатываются капли дождя. На улице уже темно.

Дверь кабинета со скрипом открывается и на пороге появляется зареванная Даша.

Я от неожиданности вздрагиваю и бросаюсь к ней.

— Не трогай меня! – Дашка бросает в меня халат.

— Да что там произошло-то? Ты можешь нормально сказать, а не орать? – мои нервы тоже не выдерживают.

— Что произошло? Ты на фига копалась в инструментах? Ты чуть операцию не сорвала и меня подставила? Это из-за того, что он меня выбрал? Совсем уже поехала со своим Деминым?

Меня больно царапают обвинения подруги.

Я ожидала чего угодно, но не этого!

— Я, конечно, сука… Но не до такой степени, что бы срывать операцию из-за каких-то амбиций… - нервно выкрикиваю и обратно швыряю халатом в подругу.

— А ты бы башку включала, кто мог это сделать, что бы не ТЕБЯ подставить, а МЕНЯ!– вылетаю из ординаторской громко хлопнув дверью.

Лечу на пост.

Во мне словно черти поселились. Никогда я не ощущала такой слепой злости!

Значит у нашего Цербера каша вместо мозгов? Раз она решила таким образом мне отомстить!

В моем поле зрения наконец-то появляется Вера.

Она разговаривает с Деминым, ласково ему улыбается. Возле Веры суетятся две молоденькие медсестры, Суханов изучает историю болезни.

Я подлетаю и делаю то, о чем мечтала с самого первого дня, когда увидела эту швабру – вцепляюсь в ее крашенные волосы.

— Ах ты сука! Я значит инструменты поменяла? – из меня вылетает отборная брань. Я слышу истеричный визг Верки-Цербера и испытываю гребанное наслаждение.

Я не помню, кто нас растащил.

Злость колотит меня изнутри и требует продолжения.

Прихожу в себя когда грубая рука хватает меня за рукав халата и тащит в конец коридора.

— Ты нормальная? – рычит Демин заталкивая меня в пустую палату. Вцепившись в меня яростным взглядом он хлопает дверью.

Я всхлипываю. Меня колотит, словно в комнате не плюс, а минус двадцать.

— Я. Ничего. Не сделала. – выдавливаю из себя.

Но глаза Демина прожигают в моем лбу дыру.

— ТЫ ничего не сделала?

Вадим кулаки сжимает и к окну идет. Видно, что он борется с собой. Он взбешен не меньше моего. Только он злится на меня.

Садится на пустую кровать. Локти на колени ставит и лицо руками закрывает. Пытается дыхание выровнять. Через пару секунд руки убирает и вновь гневный взгляд на меня.

— Ты избалованная, наглая…ты… - Демин протяжно выдыхает и откидывается на обшарпанную больничную стену. Панцирная ржавая койка скрипит кольцами. Вадим вновь кулаки сжимает, а мне так хочется спрятаться от его осуждающего взгляда. Опять, как засранку отчитывает. А я между прочим отличница. Каждый суставчик наизусть знаю. Он не имеет права так со мной разговаривать!

— Вера Вам неправду сказала. Я не делала этого!

Мои восклицания отражаются от стен и звенят в ушах. Этот дебил затащил меня в пустую палату, чтобы по носу щелкнуть, как малолетнюю глупышку.

А я не глупышка! Я будущий врач!

Ненавижу несправедливость, а здесь, в стенах этой больницы ее точно нет и никогда не бывало.

Вадим Андреевич по мне взглядом блуждает.

— Ты операцию чуть не сорвала, дура! – Кулаком по тумбе.

Я голову в сторону отворачиваю, а на глазах слезы.

— Я этого не делала…- уже шепотом. – Честное врачебное!

Обида с головой накрывает. Часто дышу, что бы не расплакаться. Я не доставлю такой радости этому придурку.

Он всегда встает на сторону других, но не на мою.

Между нами столько вражды…

С первого взгляда…

— Честное врачебное, блядь. – горько усмехается и головой качает.

Встает с койки и к окну подходит.

— Вероника! Почему с тобой всегда так сложно? Не могла в гинекологию на практику идти? – Вадим сигарету достает и окно открывает.

Нельзя так. Больница все же, но ему плевать. Он тут Бог.

— Но я же хирург…- начинаю возмущенно.

— Ты избалованная истеричка, а не хирург! – Гневно бросает и в глаза мне смотрит. – Со своим эмоциональным фоном поработай. С людьми ладить научись, а потом к такой ответственной работе приступай.

Ну! Это уже слишком! Кем бы он тут не был ноги вытирать об себя я не позволю!

Подхожу к Демину, вырываю из его рта сигарету, которую он так и не успел поджечь и выкидываю ее в окно.

Его гневный взгляд пробирает меня насквозь. Дрожащим голосом выдаю.

— Вы тоже так себе профессионал, раз трахаетесь по пустым палатам с медсестрами и курите в окнах больницы! – руки на груди скрещиваю, что бы замаскировать волнение, но губы предательски дрожат. Он мне ничего не сделает. Ну не будет же бить меня… Или будет?

На губах Вадима Андреевича грозный оскал. Он в глаза мне смотрит. Демонстративно достает новую сигарету зажимает ее зубами и чиркает зажигалкой. Сигарета издает глухое трещание. Не прерывая зрительного контакта Демин делает долгую затяжку. Слегка голову к окну поворачивает и выдыхает дым. Аккуратно. Что бы он меня не задел. Выглядит очень сексуально. Я невольно замираю.

Странно. Я думала, что он мне в лицо им полоснет. Что бы унизить.

Вновь глубокая затяжка.

— А ну-ка, просвети… Кого это я тут трахаю? – взгляд не становится теплее. Еще секунда и сама попрошу его меня ударить и отпустить. Потому что все что тут происходит просто скальпелем по нервам. Психологическое насилие. Вадим на меня смотрит, как удав на кролика…

— Медсестер. Веру, например… - шепотом. Трусливо. Могла бы молчать, но сдаваться не хочу. А надо бы уже, наверное…

Демин вновь затягивается.

— М-м-м…- тянет понимающе. – А надо врачей, да? – вновь дым в сторону. – Тебя, например.

Я удивленно моргаю и ищу блеск в глазах, намекающий на шутку.

Но блеска нет.

Все та же суровость.

Демин в последний раз затягивается, щелкает сигаретой, та улетает в темноту. Вновь выдыхает дым в сторону и ко мне приближается.

Я не успеваю среагировать, потому что этот придурок нагло вгрызается в мой рот поцелуем. Я пару секунд пытаюсь вырваться, но слишком быстро обмякаю в его объятиях. Вкус его поцелуя опьяняет. Я прижимаюсь к Вадиму и жадно хватаю его губы.

Потому что мне нравится.

Потому что я ждала этого.

Долго ждала.

Не замечаю, как мои руки зарываются в его волосах.

Демин приподнимает меня за ягодицы и усаживает на окно. Прижимаюсь к нему и ощущаю, как он возбужден. Мне приятно, что я ему нравлюсь. Вадим шею мою целует. Я таять начинаю.

В голове такой сумбур. Не хочу, что бы это прекращалось, но в то же время понимаю, что в любую минуту сюда могут войти. Демин так отчаянно прижимает меня к себе, что я издаю протяжный стон. У меня голова кружится.

Губы его ловлю и вновь жадно целую.

Вдруг Вадим от меня отстраняется и растерянным взглядом смотрит мне в глаза.

Я от неожиданности смущаюсь. Губу закусываю.

Демин следит голодным взглядом за моим движением и хриплым голосом говорит.

— Ты красивая…

Затем разворачивается и уходит.

Я напрасно стараюсь привести в норму дыхание.

Столько разных эмоций за какие-то десять минут…

Внизу живота шторм.

Сердце гулко стучит под ребрами. Его стук отдаётся где-то в горле.

Глаза закрываю и глубоко дышу, прислушиваясь к ощущениям.

Я чуть не отдалась на обшарпанном подоконнике в пустой палате.

Да…

Именно для такого случая я и берегла свою невинность.

Нервно хихикаю и, собравшись с духом выхожу из палаты.

Мысли завязываются в узел.

Понимаю, что это точка невозврата...

Уж не знаю, какое впечатление этот поцелуй произвел на Вадима, а я чувствую, что мне теперь без деминских губ жить нельзя.

В мое тело видимо попала капсула с любовью к этому придурку. Сейчас она лопнула и разливается в кровь, заражая ее.

Я точно влюбилась...

Как дурочка...

И что мне теперь делать?