Глава 7

– Скажи-ка мне, подруга: как скоро ты планировала мне позвонить и в подробностях рассказать о том, милом красавчике, с которым ты успела замутить?

– Фу, Кристина. Ты, как скажешь. Что означает слово «замутить»?

– В твоем случае, все происходящее между тобой и Державиным.

Молча наливаю нам чай.

– Я жду-у-у.

– Не нервируй. Можем поговорить пока о другом. Например, о тебе и Артеме.

– Хоть я и жажду рассказать, что этот говнюк устроил в этот раз, я не стану уступать тебе Елисеева. Ты расскажешь, в мельчайших подробностях, – тычет пальцем в меня и грозно хмурит брови.

Сразу вспомнила другие нахмуренные черты лица. Как у него это получается?

И почему я думаю о нем?

Вижу мелькающие передо мной руки.

Отвлекаюсь и на меня уставилась несносная подруга.

– Ну, чего тебе?

– Знаешь, что? Ты стала странной, а прошла всего неделя. Ну или полторы. Неужели, он так плохо с тобой обращается?

– Чего? Боже, да откуда такие мысли? Мы виделись всего два раза. Когда пошла в первый вечер сама, и в воскресенье.

– Это, когда тебя мама потеряла? – сощуривает свои хитрые зеленые глаза.

– Да, – рычу на нее.

– Блин, ну почему я вытягиваю из тебя клещами? Соф, что не так?

– Кристина, а что так? Что так, черт возьми?

Все, меня понесло.

– Я жила и не знала бед. Почему сейчас, беды настигают, словно в отместку за те счастливые годы, которые у меня были. Будто, это была всего лишь отсрочка. Я устала. Я просто, охренеть, как устала. Еще у мамы здоровье ухудшается. Снова нашла ее на полу, в ванной только. Опять головой ударилась.

– Мне так жаль, Софи, – садится рядом и обнимает. – Может быть сейчас станет лучше?

– Каким образом? Вот каким? Марк пообещал решить проблему с кредитами, с судом, а в ответ провести с ним не месяц. Срок неизвестен.

– Серьезно? Я вот даже не знаю, чему я больше удивлена, его щедрости и благородности, или тому, что он решил поднять сроки.

– Кристина, ты не понимаешь? Он ведет себя, как мудак, а потом ласкает, а потом, снова мудак. Я с ума сойду или влюблюсь.

– Я, кстати, думала об этом. Как раз, хотела сказать, чтобы ты этого не делала.

– Ага, это же раз плюнуть, кнопочку нажми мне на затылке. Но, наверное, с ума я сойду гораздо раньше.

– Так плохо да?

– В нем, словно несколько личностей живут. То он смеется, то орет на меня за то, что смешу. То ласковый, то указывает на место, словно я дерьмо.

– Блин, помнишь я рассказывала про жену и ребенка, – киваю. – Все из-за этой потаскухи. Нормальный был раньше. В смысле, грубый и серьезный – это не отнять, он бизнесмен. А в плане женщин, мягче. Потом уже сволочью стал.

– Я вот понять не могу, ты то откуда все это знаешь?

– По форумам и беседам разным лажу. Вот и знаю.

– Кристина, – начинаю смеяться, – ну что за бред? Станет ли девушка после встречи с парнем или мужчиной лезть в интернет и писать об этом?

Подруга отодвигается и странно смотрит.

– Ты ведь пошутила? Ты вообще в нашем мире живешь, София? Да эти кошки драные, только там и зависают, обсуждая не толстые кхм… а толстые кошельки. Проверяют сами, потом подружкам вещают.

– Какой ужас. А ты там, что забыла?

–– Интересно и смешно. Мы с Темой, там вместе ржем над ними.

– Я будто из другой вселенной.

– Да не парься. Лучше скажи, какой план у тебя или у него?

– Приедет опять в воскресенье, и меня заберет с ночевкой, а с утра поедем к юристам и адвокату его. Решила маме, немного правды сказать. Может прокатит.

– Оу, вот это, да, может стать проблемой. Она у тебя словно сканер.

– Но может обещание справедливости для папы склонит ее в пользу дела. У нас скоро апелляция, а адвокат уже в штаны навалил. Даже не знаю, откуда мама его вытащила. Хотя, по такой цене, которую мы смогли наскрести, не удивительно.

– Надеюсь, что Державин поможет вам все-таки.

– Он сам предложил, точнее звучало это, как приказ.

– Ого, серьезно он взялся за тебя Соф.

– Блин, вот кто, о чем, а ты о том же. Мне не нужно такое внимание, понимаешь? Договор и не более. А ты мне все про любовь.

– Ой, ладно. С тобой бесполезно говорить. Поехали к тете Лиде.

Убираю грязные кружки в мойку, и мы выдвигаемся в кафе. Хорошо Кристина на машине.

В режиме ожидания, только не пойми чего, проходит вся неделя. Работаю с мамой в кафе, перевожу тексты, гуляю с подругой и перелистываю календарь.

«Совсем с ума сошла!»

Хотя, я понимаю в чем дело, я переживаю за понедельник. Смогут ли они все помочь? Ведь если нет, то дальше реально нет никакого смысла бороться. Мне кажется, что над нами уже смеются судьи и все остальные чиновники.

Мерзкие гады. Ничего. Я подожду. Потом буду смеяться, отмечая нашу победу с мамой!

Телефон зазвонил в семь. Вздрогнула, чуть не выронив книгу из рук и подняла трубку.

– Привет, София. Я заеду через полчаса. Будь готова и не забудь все, что необходимо, – мне показалось, что я прослушала сообщение от оператора сети.

Опять видимо, вторая личность, «Гадкий Марк» выползла.

– Привет, человекоподобный робот «Марк-2000» нового поколения.

– Мне не до шуток, – прорычал, как обычно и сбросил звонок.

Ну вот зачем я снова? Он же сказал, чтобы прекращала.

Пробежалась по комнате, собрала все необходимое и пошла на выход.

– Мам, я сегодня буду ночевать не дома, – говорю, заметив ее на кухне.

– Да? А где?

– Ну мам, ты знаешь где.

– Нет, милая. Я знаю, что это какой-то юноша и не более. И я имею право переживать.

На слове «юноша» хотела рассмеяться.

– Давай, я завтра вернусь и все тебе расскажу, хорошо?

– Просто, будь осторожна, – подходит и целует меня, обнимая.

– А вы, Лидия Станиславовна, должны себя беречь не меньше. Позвони, если почувствуешь себя нехорошо. Ладно?

– Обещаю, моя девочка.

Поцеловала ее и ушла.

Маленькая, черная красотка стояла во дворе, словно чья-то игрушка. Да, как там поместиться можно? Неужели, он внутри? Интересно, а ноги он в три раза согнул или в багажник положил?

Фары призывно подмигнули, говоря о том, что он ждет, и я, растеряв хорошее настроение двинулась к нему.

– Ты, только приехал? – спросила, как только села в авто, и мы выехали на трассу.

– Да.

Хмурый, злой, помятый и, видимо уставший. Ничего не меняется.

– Ничего не забыла?

– Нет, взяла все, что ты сказал.

Снова молчим. Пока стояли в пробке, придумала тысячи вопросов, чтобы начать разговор, но стоило взглянуть на его грозное лицо и сведенные брови, тут же отпадало желание.

– Спрашивай уже. А то, сидишь ерзаешь на месте и пыхтишь. Надоело.

– Лучше промолчу. Мне жизнь дорога.

– Ты иногда можешь быть нормальной?

Посмотрела на него с расширенными глазами, от шока.

– А чего это, я не нормальная? Ты в зеркало себя видел? Вечно хмурый, а если что-то говоришь, то в ответ страшно пикнуть.

– Все сказала, – повернул голову, когда мы остановились на красном светофоре. Покачала головой, улыбаясь. – Теперь молчи. И лучше делай это чаще.

– Фу… Ну нельзя быть таким, Марк Игнатович… – договорить мне не дали, сделав вид, что меня нет.

Ну, и ладно.

– Можешь, приготовить что-нибудь по-быстрому? Марии не было эти дни, но холодильник она наполнила, – спросил, как только вошли в квартиру.

– Ладно, я тоже голодна. Как на счет картошки с мясом?

Согласился, качнув головой и поднялся на второй этаж.

Готовкой занималась час, а мужчина все это время не показывался.

Разложила по тарелкам наш поздний ужин и пошла искать пропавшего мамонта.

Прошлась по знакомым комнатам, нигде его не обнаружив, пошла в спальню.

Осторожно приоткрыла дверь и увидела, что он лежал поперек кровати в одном полотенце, на животе, раскинув руки в стороны.

«Неужели уснул?» – подумала и мои дурацкие ноги двинулись вперед.

«Назад! Назад разворачиваемся!» – не знаю кто это так рьяно кричал в моей голове, но, когда я увидела мирное, спящее лицо Марка, я уже не могла повернуть свое тело к выходу.

Неведомая сила тащила меня вперед… К нему… Ближе…

Он привлекал меня, я не стану этого отрицать. Но этот характер, его грубость, они отталкивают. И, наверное, это к лучшему. Привязываться к такому мужчине, это наибольшая глупость, которую я не могу себе позволить.

Последняя мысль, утонула в моих действиях. Я села рядом с ним и рассматривала его. Он словно бронзовая фигура, вылитая для любования.

Такой холодный, неприступный, властный.

Даже не поняла, в какой момент подняла руку и коснулась сильной спины…

Нет, не холодный, он горячий… даже слишком.

Пальцы скользили невесомо, очерчивая мышцы, позвонки. Почувствовала себя художником, рисующим нечто прекрасное…

Склонилась над ним и поцеловала куда-то в район лопаток, продолжая вести дорожку поцелуев к шее.

Он пах морским бризом и собой.

Мне хотелось прикоснуться к его губам, но я не нашла в себе столько смелости, даже приблизиться к лицу…

Когда я достигла шеи, почувствовала короткое шевеление и тут же отпрянула от мужчины.

– Продолжай. Или испугалась, зайчонок? – проговорил нахал, хриплым голосом.

На слабо меня берет?

Даже отвечать не стала, просто решила осмелеть все-таки.

Легла набок к нему лицом и коснулась его колючей щеки губами. Невесомо, словно бы ему привиделось это.

Я слышала его дыхание, оно становилось глубже, горячее, прерывистей.

Победно улыбнулась, опустилась к расслабленным, манящим взор губам и лизнула их языком.

Марк не выдержал, схватил меня за затылок, и перекатываясь на спину утянул за собой, оставляя сверху.

Перекинула ногу через него и оседлала, не поднимая тело и не прерывая страстный поцелуй.

Он затягивал меня в пучину порока и разврата, а я шла ведомая им и согласная, на все.

Большие, крупные ладони скользнули на ягодицы и сжали их так крепко и сильно, что я чуть ли не вскрикнула. Мне показалось, что он хочет порвать мои джинсы, настолько они ему мешали.

А дальше, горячее тепло рук обожгло талию, когда Марк стал задирать футболку.

Приподнялась, отрываясь от его губ, усаживаясь удобней, подняла руки вверх, и он стянул с меня ненужную нам обоим тонкую ткань.

Дальше был лифчик, который я не позволила порвать.

– Уймись монстр, тут есть специальные крючки.

Завела руки назад и расстегнула кружево, спуская его по плечам. Хотя Марк, был так нетерпелив, что содрал его уже в конце.

Он сел, обнимая меня за спину и положил на кровать между своих ног, заставляя выгнуться. Ведет носом по ложбинке между грудей до шеи, словно собирает аромат моего тела… вдыхает его.

Я не могу сдержать свои шумные выдохи и такие же нарушающие тишину вдохи… меня будоражит и дезориентирует происходящее… я словно в карусели и не хочу с нее сходить…

"Что же ты со мной творишь, несносный мужчина?"

Находит мои губы и целует, так сладко, жадно, будто меня пытаются вырвать из его рук.

Обнимаю его, цепляюсь, как за спасательный круг. Я не буду тонуть одна в этой ласке, утяну его за собой.

Перемещает руки на застежку неудобных джинсов и с облегчением выдыхает, когда молния быстро открывает доступ к моему телу.

Стягивает их, захватив с собой и мои трусики.

Долго всматривается в мое тело, лишь быстро поднимающаяся грудь от частого дыхания, говорит о том, что он давно потерял свой контроль.

Разводит мои ноги в стороны, открывая доступ и буквально падает на меня.

Опускает к моему, сочащемуся соками, лону руку и не останавливаясь ни на секунду принимается раскрывать и растягивать меня для себя.

Каждое движение пальцев, встречаю стонами и ответным движением бедер.

Я в нетерпении, мое желание говорит через тело, захватывает мой разум, поэтому я уже не контролирую ничего.

Наши губы распухли от этой борьбы, которую сложно назвать поцелуем…

Марк останавливается, и я чувствую крупную головку, упирающуюся в мою плоть. Я не боюсь, мне ни к чему этот страх, я в нетерпении…

Смотрим в глаза друг друга. Не знаю, что мы хотели там найти, но я улыбаюсь ему и провожу руками по его широкой спине, останавливаясь на крепких мужских ягодицах и впиваюсь в них своими ногтями.

Это мой сигнал, чтобы он действовал.

Как только, он чувствует эту боль, я вскрикиваю от той, которую мне подарил Марк, ворвавшись своим членом с первого рывка, в мое девственное лоно.

Прострелило до корней волос и даже сперло дыхание.

Мужчина не двигался, тоже замер, потом быстро перекатился на спину, а меня уложил сверху, при этом мы были прижаты телами друг к другу, будто срослись.

Маленькая слезинка скатилась на кончик носа и упала на губы Марку.

Он поднял мое лицо и посмотрел на меня. Это был очень нежный и в тоже время, властный взгляд.

Приблизился и мягко поцеловал.

Мне пришлось опереться на локти, а он взялся крепко за мои ягодицы и начал неспешные движения.

Сама нашла его губы и стала целовать, чтобы отвлечь себя от не самых приятных ощущений. И, это возымело эффект.

Вскоре, Марк стал двигать моими бедрами по своим, и я переняла контроль, начав свой танец.

Приподнялась, прогнулась в спине и понеслось.

Грудь была в плену его горячего рта, а я нашла тот самый знаменитый угол и как сумасшедшая двигала задницей, задевая клитором лобок мужчины.

– Ох… черт возьми…, – не выдержала я, когда почувствовала, что ноги стало сводить, а мой набухший комочек, будто вобрал в себя напряжение всего тела.

Ощущения были иными, чем преддверие того оргазма, подаренного его пальцами, потому что изнутри все тоже стало напряженным, окаменело, взяв в тиски крупный ствол мужчины так, что Марк зашипел.

Он чувствовался так ярко, что каждое движение члена внутри меня проносилось молнией по всему телу.

Мужчина вновь схватил меня за бедра, заставив замереть и стал вбиваться в меня так мощно и остервенело, что звуки соприкосновения наших тел, могли бы услышать соседи, если бы они у нас были.

Я практически пищала, или скулила, не знаю, но то самое чувство разрыва вселенной внутри себя самой было неописуемым.

Меня будто трясло, когда я повалилась без сил на него.

Марк в два движения после, дошел до оргазма и скинул меня с себя, кончая чуть ли не в потолок.

“Контрацепция, наше все”, – подумала я, а он озвучил.

– Нужно тебе начать пить противозачаточные, я презерватив надевать не стану. Мне нужен нормальный секс, а не его подобие.

– Главное, чтобы прямую функцию выполняло. Я схожу к гинекологу завтра, после встречи с юристами.

Еще минут десять мы пролежали на кровати, пытаясь отдышаться. А я, все не могла поверить, в то, что сейчас произошло…

Теперь, я понимаю каждое слово подруги, о том, что значит “классный секс”.

Прикрыла глаза и почувствовала, как в мои волосы зарылась рука мужчины. Это было так приятно, что захотелось мурлыкать.

Дыхание на коже плеча, легкий поцелуй на соленом теле…

Такая короткая ласка, но такая нужная в этот момент.

“Блин, мне так понравилось. Скорей бы еще”, – подумала с улыбкой на лице, но стоило мне попытаться встать, как я тут же посчитала иначе.

“Он что, все там порвал?”

Мужчина поднялся с кровати и посмотрел на мое сморщенное лицо. Приблизился ко мне и взял на руки.

Хотела бы, я видеть свою моську в тот момент.

Но он, комментировать не стал.

– Прости, – произнес и поставил на пол душевой. – Нужно было быть аккуратней.

– Все в порядке, мне понравилось, – улыбнулась и опустила глаза.

Это я что, смущаюсь? После того, как изображала наездницу, когда скакала на нем?

Взяла себя в руки и включила воду. Душ оказался двойным, поэтому мы, вместе не мешая друг другу приняли его, а после пошли вновь разогревать ужин и есть.

Марк ел, не отрываясь от тарелки, смотря что-то в телефоне.

Я наблюдала за ним, и пыталась понять, будет ли так всегда? В смысле, я не ждала признаний в любви, но он был холоден. А, мне как девушке, наверное, хотелось немного внимания.

Конечно, я не покажу этого, моя плата произведена, точнее это лишь начало.

Смогу ли я дальше оставаться такой же бесстрастной, если сейчас меня уже обижает его отношение.

Противоречу! Нужно прекращать.

– Долго будешь пялиться?

Отмираю и вижу, что он в ответ так же смотрит, пристально и серьезно.

– Задумалась просто. А ты, сидишь, напротив. Не отворачиваться же мне, чтобы подумать о своем.

Вот же хамло.

– Ну-ну.

– Слушай не льсти себе. Опустись на землю. Тут, таких Джонни Деппов пруд пруди.

Положил ложку на тарелку и сложил руки, облокотившись на них.

– Откуда тебе знать, о чем я подумал? – спросил с насмешкой.

– Да у тебя на лице табло с баллами о себе, которые ниже сотни не опускаются. Думаешь, что я стану сопли на кулак наматывать и скулить по вечерам о тебе? Окстись парень, мы просто переспали, а ты там лозунги придумываешь, как от назойливой малолетки избавиться.

Марк, еще пару секунд смотрел, не отрываясь от меня, а потом схватился за живот и начал ржать.

– Вот и смех твой, подтверждение завышенной самооценки. Так что, мой тебе совет, перестань думать о себе, как о божестве.

– Черт возьми. Если смех продлевает жизнь, то с тобой за пару месяцев я наберу себе запас на бессмертие.

– Сомневаюсь.

Он стал вытирать глаза от проступивших слез.

– Почему?

– Еще спрашиваешь? Ты злой, грубый, скучный, зачем тебе бессмертие с такой жизнью? – он вмиг переменился и стал смотреть иначе, ну, а я сразу пожалела о своих словах.

Быстро встала и начала убирать со стола.

Взялась за его тарелку, и мужчина перехватил мою руку, так внезапно, что я чуть не уронила ее на пол.

Потянул меня на себя, не осталось выбора, и я сделала шаг к нему.

Марк встал ко мне вплотную, когда я облокотилась о стол ягодицами.

Схватил меня за подбородок, сильно впиваясь пальцами в кожу, и проговорил со злостью:

– Тебе пора понять, что лучше придерживать свой поганый язык за зубами. Ты рядом со мной лишь потому, что я посчитал тебя отличным вариантом трахать безотказную девку, которая пришла ко мне сама, предложив свое тело за конкретную сумму. Не забывайся, София.

Марк

Никогда не принимал решения впопыхах или не обдумав, как следует от и до. Надо было так и продолжать жить, потому что то, что сейчас творится в моей жизни – ад.

Нахрен я вообще связался с этой девчонкой?

Нужно было помочь и все. Но нет, я улетел на неделю и, твою мать, практически забыл перерезать ленту при открытии ресторана. Не хотел ехать в клуб на проверку, думая о пигалице.

Как сладко она кончала на моих руках? Как красиво снимала с себя это чертово платье и то, как выглядела без него.

Прижиматься к ней ночью, чувствовать ее тепло рядом, это полный кайф.

И потому я, блядь, злюсь. Какого хрена творится?

Что за розовые пони появились в моем неадекватном мозгу? В кого я превращаюсь?

Но рядом с ней я просто, отказываюсь быть собой. Она слишком светлая, не испорченная этой жизнью, даже ею же и побитая.

Не обижается на несправедливость, она, черт возьми, борется с ней.

А я для нее, словно темное пятно, но это и к лучшему. Ей необходимо чувствовать этот контраст. Потому что, оба не нуждаемся в последствиях, этих глупостей.

Неумелая в обольщении и вообще неумелая во всем что касается взрослых отношений, она прекрасна.

Когда предстала голой передо мной с утра, вильнув упругой попкой, я знал, что она дрожит от таких поступков, но София слишком смелая и решительная, чтобы взять и просто уступить мне, старому волку.

Интересно, а волнует ли ее мой возраст? И почему это волнует меня?

Пока был в отъезде позвонила Ира. Сказала, что Настя заболела. Хотел откупиться лекарствами и деньгами, но она плакала и попросила приехать. Пришлось возвращаться в субботу ночью. Провести весь день в больнице с ними. У мелкой, оказался сильный кашель, и я реально охренел от него. Она хрипела и при новом приступе практически синела.

Самая лучшая клиника помогла с диагнозом и лечением. Эта идиотка сама виновата, а пострадал ребенок. Допрыгается и я приму меры. Чертова сука, даже няню нормальную выбрать не может. Решил, что сделаю это сам.

В итоге в воскресенье вечером, был вообще не в настроении, но увидеть зайчонка хотел охренеть как.

София, как обычно пыталась меня словесно заткнуть, и я начинал обожать этот ее юмор. Никому в жизни не позволил бы, так с собой разговаривать, а тем более спать девке в своей кровати, или находиться в моей квартире, вообще нонсенс.

Но это нихрена не значит.

Она выглядела по-домашнему, красивая, милая, аккуратная. Хотелось наброситься на нее с порога, но я устоял. Вообще, не планировал сегодня активные действия, потому и завалился на кровать вырубаясь.

Когда она вошла в комнату я не слышал, лишь касание тонких горячих пальцев к коже, и я тут же проснулся.

Она была так нежна, что мысль причинить ей боль сводила с ума. Но я желал ее больше, чем кого-либо в своей жизни.

Это не похоть, это что-то большее. Она станет только моей… пусть и на короткий срок, но именно я открою в ней страсть и похоть.

Сорвался практически сразу, как коснулся ее губ, она была слишком сладкой, чтобы выжидать.

Чертова одежда летела прочь, освобождая прекрасное тело моему взору.

Первый рывок и тихий вскрик, это лучший звук, что я слышал.

Капелька, упавшая на мои губы, была соленой, и я был ее причиной. Сказать, что я был счастлив, ничего не сказать.

София прекрасна. Объезжала меня, как чертового жеребца, и этот кайф не передаваем. Девушка впитывала в себя сексуальность посекундно. Училась преподносить себя и свое тело мужчине, но и самой получать удовольствие.

«Моя девочка…»

А вот ее чертов язык, я его откушу. Она болтает столько дерьма, что я готов затычки в уши вставлять.

А может быть дело вовсе не в том, что она вообще говорит, а в смысле ее слов?

Чувствую себя неудачником. Даже она это видит.

А может, видят все кругом?

Она удивительно быстро выводит меня из себя и так же просто заводит, превращая злость в желание. Хочется трахать ее, схватив за горло вбиваться в нее, только бы она кричала от удовольствия, и кончала так же сладко, как она умеет…

Несносная девчонка… Мой трусливый зайчонок…

София

Меня пронзило его словами, будто копьем.

Скотина. Я смотрела в его глаза и надеялась лишь на то, что мои, не застилают глупые слезы.

Подняла руку и ударила его по кисти, что так сильно сжимала мое лицо.

Он тут же отпустил, но не сдвинулся ни на миллиметр, уперевшись в стол руками по обе стороны от меня.

– В таком случае, выполняй свою часть сделки, мистер Секс. И не смей хватать меня. На это, у тебя нет никакого права, понял? Максимум, ты можешь взяться за мой зад, когда будешь трахать, доказывая самому себе, что я гожусь лишь на это. И, если на сегодня ты уже выбросил свой запас спермы, я поеду домой. Мне вот эти ночевки с тобой, нахрен не нужны.

Я смотрела с вызовом, потому что была злой и в тоже время, чувствовала себя использованной и в какой-то степени обманутой. Хоть и не знаю почему. Ведь все карты были раскрыты изначально, а я не мечтала ни о чем большем.

Он сканировал меня и, мне казалось, я вижу, как его извилины сражаются, голосуя: убить меня быстро или выкинуть в окно, предварительно помучив.

– Лучше бы тебе уяснить все то, что я тебе только что сказал.

– А тебе понять, что я тебя не боюсь и не стану стелиться перед тобой, даже понимая, что зависима от проклятых денег, – ткнула в его грудь указательным пальцем.

Опустил взгляд на мою руку, и я тут же убрала ее вниз.

– Может мне найти применение твоему рту? – провел большим пальцем по нижней губе оттягивая ее вниз.

Увернулась от касания, но он схватил меня за шею правой рукой, не больно, но властно.

– Ты, словно дикая лошадь. Хочется тебя усмирять, – приблизился и начал шептать. – Показывать тебе, кто хозяин, – почувствовала касание языка на раковине уха и медленное холодящее дуновение.

Чертов наглец. Чего он добивается?

Не успела задать мысленно вопрос, как почувствовала его вставший член у себя на животе.

Так вот в чем дело? «Извращенец», – усмехнулась про себя.

– Чем больше ты сопротивляешься, тем сильней заводишь меня, – трется своим достоинством об меня.

– Ты бы хоть предупредил, – наиграно возмущаюсь.

– О чем? – хмурится не понимая.

– Что мы играем в сопротивление, а то мне иногда кажется, что это твой образ жизни, – улыбаюсь гаденько в его лицо.

Он скалится и играет желваками, крепко сжимая челюсти.

– У тебя слишком длинный язык.

– А ты, слишком злой и грубый.

– Я не собираюсь с тобой церемониться.

– Ну, так сдирай мои трусы, – поднимаю руки, показывая, что сдаюсь. – Как много тебе принесет такое удовольствие?

Устало вздыхает и трет лицо ладонью.

– Знаешь, с такими разговорами, на тебя, ни у какого насильника не встанет. Любого заболтаешь на пожизненное «полшестого».

Фыркаю смеясь, а Марк упирается лицом в мое плечо.

– Не вижу в этом ничего плохого.

– Ага, а как же с нормальными мужиками?

– Ну вот, как появится таковой, там уже решу делать ли его импотентом или нет.

– Сучка, – проговаривает и отходит, выпуская из плена своей подавляющей атмосферы.

– Мало правды ты привык слышать, видимо?

– Слушай я устал очень, мне не до этой ерунды. Завтра много дел, и у тебя тоже. Поэтому заканчивай и поднимайся наверх.

Сказал и быстро ретировался. Это он так ответил мне на вопрос? Сказала же, мне эти совместные ночевки не нужны. Это приводит к плохим последствиям, а мне еще нужен разум.

Простонала вслух и стала мыть посуду.

Поднялась по лестнице и сразу пошла в душ, прихватив свои вещи, не хочу больше ходить в его безразмерном халате, потому взяла свой.

Надела новое белье и пижамку.

Оставила некоторые вещи на его полках, и ушла в комнату.

Марк, лежал с ноутбуком на коленях и полусонно что-то просматривал.

– Ты ведь в курсе, что люди иногда спят?

– А откуда бы у меня было столько денег по-твоему? – тут же отзывается, отрываясь от экрана. – Мой халат смотрелся лучше.

– Не сомневаюсь.

Ставлю крем на тумбочку рядом с кроватью и начинаю размазывать его по ступням.

Не успела закончить, как почувствовала движение сзади и горячее тепло за спиной.

– Что? – спросила, повернув голову в его сторону, наблюдая, как он смотрит на мои манипуляции.

– Стало интересно, чем ты занимаешься.

– Знаешь ты странный, Марк.

Он приближается к моему уху и проговаривает в него:

– Почему? – становится слишком щекотно, и я смеюсь.

Лис, понял в чем дело и продолжил начатое.

Падаю на спину и хохочу, потому что, он стал кусать за шею, щекотать меня щетиной, еще и руками залез под майку, и пальцами пересчитывает мои худые ребра.

Пытаюсь отвечать ему, но все мои силы уходят на то, чтобы попытаться отбиться от этого маньяка.

– Все…, – кричу, как можно громче. – Все-е-е, не могу больше. Я сейчас описаюсь, Марк…

Мужчина останавливается, оставаясь в том же положении, лежа на мне и тяжело дышит мне в шею.

Мои руки обнимают его, как и ноги.

Отрывается и смотрит мне в глаза, скользя взглядом по лицу и замирает на секунду.

Я пропадаю в его голубых омутах. Не могу оторваться… пошевелиться или хотя бы сделать вдох…

«Я не должна так смотреть на него… И ты не должен, дурачок… Ну же… отвернись, не усложняй…»

Будто услышав, мой мысленный призыв, Марк отстраняется и перекатываясь встает с кровати, прохаживаясь в трусах, сверкая шикарной задницей, уходит в ванную.

Ложусь под одеяло и отворачиваюсь, выключая свет, со своей стороны.

«Ты мог быть таким всегда. Жаль, что я не встретила тебя до того, как ты потерял веру в женщин и любовь…»

С этими мыслями я засыпала в ту ночь, потому что все менялось…

Слишком стремительно, а я просто не успевала тормозить своих внутренних демонов, ведь иначе, мы не выживем в этой схватке. Такого мужчину не победить, не растеряв при этом часть себя… И уничтожишь ты, в этой войне, самую живую и настоящую частичку своей души.