Глава 15. Исповедь

Я рывками отдалялась от башни. Через боль попыталась извернуться и посмотреть, что тянет меня в небо. Но не получалось из-за ветра, который трепал плащ и юбку, не могла рассмотреть, что стальными тисками сдавливает моё туловище. Башня удалялась, на ней беспомощно опустив оружие, стояла моя охрана. Теперь я видела и другие стены замка, где бегали бойцы, словно муравьи, они метались, не зная что предпринять, что-то выкрикивали, но ветер уносил их слова.

На пару секунд моё движение вверх прекратилось, и я зависла в воздухе, рассмотрев, как из замка выбегает народ и поднимает руки в небо. Резко втянула воздух, наполняя легкие, и осознала, что мои ребра ничего не сдавливает и меня ничто больше не держит, и полетела вниз на камни замковой площади.

Вот и свершилось, подумала. Но не желая видеть, как приближаюсь к земле, развернулась в воздухе — надо мной парила темная туша дракона.

Упорная, чешуйчатая зараза!

Зажмурилась, желая, чтобы всё мгновенно, не больно, и, обязательно, фатально закончилось.

Удар основательно встряхнул мне мозги, отозвавшись тупой болью в спине и выбивая дыхание. Потом меня тряхнуло, что-то грохнуло, еще раз грохнуло, и мир замер. Я находилась в коконе кожистых крыльев на темном шершавом брюхе дракона. Моего дракона с красными отблесками промеж чешуи.

Скатилась с мужа на землю, ноги не держали, и сил хватило только на пару шагов, после чего я опустилась на брусчатку замковой площади, точнее, на то, что от нее осталось. Посередине площади проходила колея, обрамлённая вздыбленной брусчаткой, землей и снегом, а небольшой фонтанчик был разбит, обломки белого мрамора валялись тут и там. Этот след от упавшего дракона тянулся до хозяйственной постройки, в которую впечатался мой муж. Половина стены обрушилась, осыпав Тэйорга кирпичами и строительной пылью.

Дракон встал, аккуратно встряхнулся, повернул ко мне свою треугольную голову, убеждаясь, что я цела.

— Лети, — кивнула в небо, и мой дракон взмыл, расчищая своими крыльями площадь от остатков снега.

Ко мне бежали со всех сторон: стража, придворные, слуги. Меня подняли, пытались уложить на какие-то носилки, укутать в плед, нацепить шапку, но я отмахнулась от первого, приняла второе и третье, всех поблагодарила, а после обратилась к кимму Фрулу и Рорку:

— Киммы, надо очистить площадь от придворных в целях безопасности и конфиденциальности.

Рорк, на минуту задумавшись, кивнул:

— Её величество права, нам ни к чему лишние свидетели. Неизвестно, чем всё закончится.

— Ваше Величество, просить Вас покинуть место битвы бесполезно? — спросил начальник внутренней службы безопасности, сдвинув свои черные брови.

— Так точно, кимм. На мне пару ссадин, нет причин для беспокойства, — храбрилась, так как спина жутко ныла, а голова гудела. — И рядом Мастер Рорк.

— Я отправлю за киммом Гойем. И оставлю четверку охраны, — дракон щелкнул сапогами и удалился.

Площадь начала пустеть. Я, Мастер Рорк, его подошедшие ученики и четверо гвардейцев уставились в небо, где шел бой двух гигантов.

Пока я принимала помощь и давала распоряжения кимму Фрулу, Тэйорг нагнал напавшего на меня дракона, и теперь в небе кружили два тёмных крылатых силуэта, словно два гоняющихся друг за другом мотылька.

Тэйорг, вставший на крыло впервые, был менее маневренным и искусным в полёте. Выпады его были прямолинейны и грубы. Противник короля был меньше, но чувствовался его опыт — в воздухе он держался уверено, смело подсекая соперника или уходя в красивое пике от лобовых атак.

Какое-то время синий дракон только оборонялся, но когда силы стали заканчиваться, а драконы опустились ближе к земле, пошёл в атаку, выпустив струю огня. Теперь небо полыхало красным, отсвечивая красно-оранжевыми всполохами на стёклах замковых окон, с обратной стороны которых, разинув рты, пытались что-то рассмотреть обитатели замка. Тут уже были бессильны гвардейцы. Они и сами наблюдали за схваткой, кто с крепостных стен, кто от входов. Весь замок замер, наблюдая первых за сотни лет драконов и их первый воздушный бой.

Синий дракон перевернулся, да так ловко, что смог дезориентировать Тэя. Он на пару мгновений раскрылся, и противник мощным тараном корпуса впечатал его в стену одной из башен. Башня вздрогнула, но устояла. С её вершины упало несколько камней из кладки, пробив черепичную крышу нижних помещений.

Тэйорг обмяк и начал по спирали падать вниз. Я дернулась, готовая бежать, ловить…

Да, смешно звучит, но в тот момент не было здравых мыслей. Только одна — спасти. И неважно, что я, элементарно, не успела бы добежать к месту падения.

Мир успел перехватить меня поперек талии и вернуть обратно.

— Драконы крепче, чем ты думаешь, — мягко произнес Рорк, опустив руку мне на плечо.

В этот момент раздалось «Ба-бах!» — это Тэйорг рухнул вниз, пробивая крышу и поднимая столб пыли.

— Давай, родной, взлетай, — прошептала, переплетя пальцы рук и сжав их так, что костяшки побелели.

— Воздух! — раздалось сбоку.

К нам неслись гвардейцы, находу вскидывая арбалеты и выпуская снаряды. Я даже успела испугаться, что их цель — мы, но когда снаряды просвистели выше наших голов, развернулась и увидела синюю тушу дракона, которая стремительно приближалась.

Атака гвардейцев не принесла весомого результата, дракон даже не замедлил скорость. Гвардейцы, обогнув нас, встали спереди и обнажили мечи. Меня же начали тянуть к замку, в укрытие. Я то и дело оборачивалась и спотыкалась, наблюдая, как мечутся по площади солдаты, сбегаясь на помощь товарищам. Это больше походило на панику — никто не знал, как сражаться с драконом, эти знания давно стали архивными.

Грозный рёв привёл всех в чувство. Мы повернулись — на руинах бывшей казармы сидел Тэй, расправив крылья. Оттолкнувшись от стены, которая окончательно рухнула, король взлетел. Гвардейцы радостно заулюлюкали, поддерживая своего правителя и то, как дал дёру синий дракон, быстро поднимаясь в небо.

Тэй устремился за противником, налегая на крыло. Понимая, что синий быстрее, король взревел, и этот рык как будто придал ему сил. Ускорившись, он нагнал врага. Драконы сцепились, словно два кота, забывая о крыльях, теряя высоту… Теперь уже никто не щадил врага, в ход шли когти и клыки. Никто не успел понять, как и в какой момент Тэйорг оказался на спине у первого дракона, вырывая ему одно крыло и отбрасывая то в сторону. Король снова издал грозный рык, знаменуя свою победу и провожая взглядом падающее тело, уже не драконье.

Тело глухо ударилось о брусчатку площади. Первым к нему спустился король, замер, а потом его хвост начал зло бить по брусчатке. Один раз, второй, третий… И тело Тэйорга на пару секунд заволокло золотистой дымкой. Туман опал, явив обнаженного короля, стоявшего посреди площади на двух ногах и не отрывавшего взгляда от своего поверженного противника.

Кимм Фрулл подбежал к королю, укрывая его плащом, а затем, взглянув на синего дракона, резко выдохнул и шокированно сделал шаг назад.

Больше стоять на месте я не могла, кинулась к мужу, но застыла, как и кимм Фрулл, за спиной у Тэйорга. Там на желтом камне расползались красные пятна и белело изломанное тело с идеальным лицом и пустыми синими глазами, которые смотрели в небо. Медея была мертва.

— Накройте, пожалуйста, — стянула плащ и протянула кимму Фрулу, — ни к чему, чтобы глазели.

Тихо сделала шаг к Тэйоргу, беря его за руку. Он моргнул, как будто очнулся, и сфокусировал на мне взгляд.

— Тэй…?

— Рая, — показался драконий зрачок, Тэйорг проморгался, и зрачок снова стал круглым, — как ты?

— В порядке.

— Пожалуйста, вернись в свои комнаты, и пусть кимм Гой тебя осмотрит. Мне тут надо… — он рассеяно указал на тело Медеи.

Я кивнула, спорить не видела смысла. Еще раз сжала его пальцы в своих: «Мне очень жаль…». Муж кивнул, сжимая мои пальцы в ответ.

В покои меня сопровождало еще больше охраны, чем обычно. Фрейлин не допустили, в гостиной дежурил Мир.

Когда привела себя в порядок, ополоснувшись и умывшись, пришел кимм Гой. Он был рассеян, молчалив и задумчив. Не грузил своими цифрами и параметрами здоровья. Ощупал меня, поводил руками, считал пульс, тут помазал, там посыпал.

— Вы перевозбуждены, — заявил он после осмотра, всучив мне микстуру. — Пейте, — послушно проглотила, и тут же глаза стали закрываться, — вам нужно поспать.

Вот же..!

Я проснулась через сутки. О чём мне сообщил кимм Гой, который, кажется, не покидал мою спальню. Костюм на нем был тот же, что и вчера, с характерными складками, свидетельствующими о бессонной ночи в кресле.

— Ваши показатели улучшились, но я запрещаю вставать вам с кровати еще сутки. Будете своевольничать, усыплю, — заявил этот тиран.

— Не смейте меня больше усыплять без моего ведома, — буркнула в ответ, пытаясь сесть, но голова тут же закружилась.

— Вот еще, — фыркнул Гой. — Я тут врач, и мне решать, как лучше для вашего здоровья. Сами вы транжирите его направо и налево.

— Мне надо встретиться с мужем, — попыталась встать, несмотря на головокружение.

— Усыплю, — прошипел доктор. — Немедленно вернитесь в кровать! Его Величество ещё вчера покинул столицу вместе с Мастером Рорком.

— А..?

— Не уполномочен, — отрезал вредный доктор. Единый, дай стойкости кимме Муране, чтобы она как можно дольше держала оборону от этой буки, мучая его. — Кто-то из учеников Мастера введет вас в курс дела.

Гой поклонился и вышел.

Завтрак мне принёс Мир. Оказалось, что весь замок трясёт. Всех, не принесших клятву верности лично королю, проверяют на принадлежность к мятежникам.

— Мятежники, Мир, как такое возможно? В Четвёртом Королевстве есть проблемы, но не такие глобальные, чтобы свергать власть. Тэйорг хороший правитель, киммы его любят.

— Я не знаю всех подробностей, Ваше Величество, но в замке есть люди киммы Медеи, это факт. Группа фанатиков, которая действовала не в интересах короля. Поэтому вам придётся некоторое время побыть в покоях под присмотром доверенных лиц, пока мы всех не выявим, или до возвращения его величества.

— Где он?

— В приюте. Именно туда ведёт след, — ученик встал, поднимая поднос с едой, к которой я почти не притронулась. Мир шантажом заставил проглотить булочку и выпить чая, на большее меня не хватило. — Если вам что-то нужно, скажите, я принесу. Книги? — я покачала головой. — Может, свежие отчеты кимма Эгара?

Оживилась и закивала головой, благодарно улыбаясь.

Три дня короля и мага не было в замке. За это время всё погрузилось в печальное уныние, теряя краски. За окном царила серая муть: темные тучи грузно нависали над столицей, от реки поднялся мрачный туман и не покидал пределы столицы даже днем, окрашивая город и замок в серые цвета. Посерели люди, двигаясь между построек боязливым шагом, словно призраки. На всё Четвёртое Королевство опустилась печальная серая тень.

Первые сутки, еще чувствуя слабость, постоянно уходила в сон. Вторые и третьи стали настоящим испытанием. Еду мне приносили ученики, по очереди навещая меня и делясь скудными новостями. Для контроля заглядывал кимм Гой. Он, кажется, начал приходить в себя, потому что то и дело вываливал на меня приличный список данных по моему состоянию. Отчеты кимма Эгара за это время изучила вдоль и поперёк. Поэтому оставалось только, словно приведение, бродить по нашим с Тэйоргом комнатам. Сначала кружила только на своей территории, к вечеру второго дня осмелела и прогулялась до спальни мужа. Меня никто не останавливал, лишь взгляды гвардейцев, карауливших у каждой двери, провожали меня, следя за каждым шагом. В тот вечер я уснула в спальне Тэя, где был его запах.

Вечером третьего дня в моей спальне появился Мастер Рорк, отпустив Тара. Он слабо улыбнулся. Его обычно озорной взгляд потух.

— Вы устали, присядьте. Я налью вам чая, — указала на соседнее кресло, сама поднялась и подошла к столику, где Тар оставил поднос с душистым ягодным чаем и выпечкой.

— Не больше тебя, девочка, — тяжко, совсем по-старчески вздохнул маг и опустился в кресло, принимая от меня чашку с чаем.

Я уже хотела спросить у Рорка о муже, но тут дверь распахнулась, и вошёл Тэйорг. При взгляде на него сердце больно сжалось: седина поселилась на висках, под глазами темнели круги, а черты лица стали резче.

Он подошел ко мне и погладил по щеке, на долю секунды прикрыла глаза, наслаждаясь прикосновением.

— Нальёшь и мне чаю?

— Может, попросить принести ужин?

Тэй только отрицательно качнул головой, прошёл к камину, снял пиджак, небрежно бросив его на пол, и сел рядом, оперевшись спиной на боковую панель камина и вытягивая ноги.

Минут десять мы сидели молча, слушая треск дров. Когда Тэй допил свой чай, он поставил чашку на цоколь камина и извлек из пиджака пухлый блокнот.

— Я думаю, может, сжечь это? — Тэй ни к кому не обращался. — И никто никогда не узнает правды. Сколько всего уже утаивали, перекраивая события во имя страны и долга.

— Тэй, мальчик мой, может, именно это и стало причиной всего? Может, надо всегда оглашать правду? Какой бы горькой она не была.

— Такое пятно на род Киммора. И его должен поставить я…

— Можно подумать, на вашем роду нет пятен? Да и потом, посмотри на род Веллора: они благоденствуют, несмотря на то, что один из них убил свою истинную пару, доведя Ильком до нынешнего состояния.

— Кто-нибудь объяснит мне, что произошло? — не выдержала я.

— Читай, — Тэй встал, протягивая мне книгу.

Кожаная обложка с золотыми уголками была без названия. Я открыла блокнот, титульный лист гласил: «Медея Лис Киммора — королева Четвёртого Королевства».

— Это что личный дневник Медеи?

— Да, — кивнул Тэйорг, сев на прежнее место и прикрыв глаза.

— Исповедь?

— Если бы там была хоть капля раскаяния… — горестно вздохнул маг.

— Читай, Рая.

Это был последний из дневников Медеи. Как потом пояснил Тэй, их было больше десятка. И, прочитав их все, можно было собрать материал на докторскую диссертацию по психиатрии.

Я начала читать, и у меня появились вопросы, касающиеся более ранних лет, Тэй отвечал, и постепенно чтение перешло в его рассказ.

Всё началось с матери Медеи — Миллы. Она мечтала быть королевой и стала ею, как оказалось, не самым честным путем. Никто не подозревал, что Милла поспособствовала смерти первой жены короля Лиса. Дальше в планах Миллы было родить сына и устранить пасынка Грома. Не вышло. И тогда Милла скорректировала свой план с поправкой на дочь.

«Мама всегда повторяла: «Медея — четвёртая жена Единого, последняя и самая любимая. Она — королева и ты, её прямой потомок, будешь королевой», а моя мама всегда была права. Именно мама подала идею обручить меня и Тэйорга. Она, видя нас детьми, уже понимала, что мы созданы друг для друга. Идеальная пара».

Но сначала следовало избавиться от Грома. Оставшийся без матери, он очень тянулся к мачехе и обожал свою младшую сестру. Они-то и вложили наследнику в голову утопическую идею об истинной паре, что его и погубило. Но Милла не дождалась венчания на престол своей дочери, однажды она упала с лошади и свернула шею, а затем и Медея из-за лошадей лишилась права быть королевой Четвёртого Королевства. Не стоит говорить, что лошадей с тех пор Медея ненавидела.

В тот трагический для всего Четвёртого Королевства день начинается новый виток истории Илькома, и причина тому не несчастные лошади, а один очень влюбленный в Медею гвардеец, спасший её. Медея должна была умереть, но молодой и романтичный парень, наблюдая, как жизнь покидает его любимую, обратился к Единому словами известных на весь Ильком влюбленных — Кадмуса и Анны.

Дневник из моих рук выпал, Тэйорг открыл глаза и прервал рассказ.

— Прости, я не хотела мешать… Неуклюжая, — наклонилась за блокнотом, чтобы скрыть следы смятения на лице.

— Девочка, — обратился ко мне маг, — а как звучала твоя молитва?

— Какая молитва, Мастер Рорк? — неожиданно обнаружила очень интересный рисунок на полях в дневнике и внимательно разглядывала его, максимально невнимательно слушая Рорка.

— На Совете ты сказала, что молилась, когда после нападения Медеи Тэойорг потерял сознание.

— Не умею я молиться, — еле слышно проговорила, не поднимая глаз. — Вспомнила только клятву Кадмуса и Анны и решила, что она вполне сойдет за обращение к Единому.

Моментально вспыхнули щеки и уши, чувствовала, что Тэй очень пристально смотрит на меня, но посмотреть в ответ не хватало смелости.

— Идеально-идеально, — довольным тоном произнес маг, и в его глазах снова загорелся былой огонёк. — Первое: тайна твоего, Тэй, оборота раскрыта. Второе: у нас есть доказательства слов Медеи. И третье, самое важное: на Илькоме теперь будут истинные пары.

— Я бы не спешил с такими радужными выводами, — Тэйорг встал и отошел к окну, заложив руки за спину. — Если помните, в той аварии погибли все, кроме Медеи. Она убила мужчину, который её спас и, если верить легенде, подарил Медее половину своей жизни. Я же правильно трактую легенду: Анна произнеся клятву, фактически сократила себе жизнь вдвое, подарив половину Кадмусу?

Рорк кивнул, и Тэйорг продолжил свой рассказ.

В своем дневнике Медея записала: «…я разозлилась, он что-то говорил про то, что Единый услышал его, смел меня касаться. И чем больше я злилась, тем больше пел внутри огонь, призывая выпусить его. И я поддалась. Огонь расплескался по моему телу, и я обрела крылья! Крылья! Я была восхитительна! Прекрасна! Идеальна!

А он совсем ополоумел, заявил, что я, Медея Лис Киммора, будущая королева, его истинная пара. Его! Какого-то неизвестного гвардейца?!

От такого заявления мои крылья исчезли, и я осталась стоять перед этим типом совершенно обнаженная. Он надел на меня своё грязное пальто, пришлось смириться и выслушать.»

Молодой дракон восторженно поведал Медее о клятве. Она не верила — где вязь? И тогда гвардеец напомнил, что в легенде Кадмус тоже произносит ответную клятву любимой.

Медея произнесла клятву, но ничего не произошло. И тут уже разозлился молодой дракон: отсутствие вязи подтверждало, что Медея не испытывает ничего к гвардейцу, и клятва без любви не работает. Мужчина начал угрожать, заявив, что она всё равно принадлежит ему по законам Илькома, как и он ей. Это стало его промахом. Медея, рассудив, что нет пары — нет проблем, решила избавиться от гвардейца.

«… один раз обретя крылья, больше этого не забудешь никогда. Я обратилась вновь и столкнула этого выскочку с обрыва. Там внизу острые скалы, у него не было шансов. А у меня были крылья…».

Но Медея не все рассчитала — слишком была самоуверенна. Она упала вместе с мужчиной в пропасть, ей удалось лишь слегка скорректировать своё падение, что спасло ей жизнь. Медею нашли через сутки после аварии, одну на берегу реки, не в лучшем состоянии. Как итог, она стала бесплодной и потеряла корону и Тэйорга.

Это был страшный удар. Несколько лет драконица была сломлена и раздавлена, превратившись в затворницу, появляясь изредка на крупных мероприятиях или семейных торжествах. В дневниках того времени было мало записей. Порой это было всего одно слово: «Тэй».

На коронации Тэйорга кимма Соль, мать Тэойрга, попросила Медею сопроводить её в детский приют и организовать выездной пикник для ребятишек. И это стало ещё одной отправной точкой в истории.

Во время пикника произошла неприятность — потерялся мальчик. Его долго искали собственными силами, но до темноты так и не смогли найти. А ночью Медея, отправившись полетать, обнаружила мальчишку в каком-то овраге. Случайно.

«Восхитительное выражение его лица мне не забыть никогда. Он как будто увидел Единого во плоти. Он чуть не плакал от счастья. «Дракон. Настоящий дракон!» шептал он, в то время как я размышляла о его убийстве.»

Мальчика так и не нашли. А Медея стала чаще появляться в приюте, со временем забрав его полностью под своё руководство.

Родные радовались, что их прекрасная Медея наконец-то ожила, а приют приобрел такую покровительницу — чуткую, заботливую. Она знала каждого воспитанника — его историю, его страхи, его радости, его мечты и желания — как тут было не радоваться. Иногда дети пропадали: кто-то утонул, кто-то сгинул в лесу. Но случаи эти были настолько редкие, что относились к статистической закономерности, и никто не заподозрил ничего страшного.

«Как только эта мысль оформилась в моей голове, у меня как будто повторно выросли крылья. Идея окрылила мою искру, и снова захотелось жить. Теперь я точно знала, корона будет моей, Тэй, мой милый, любимый, предназначенный мне, будет моим. Просто нужно набраться терпения».

План, как казалось Медее, был прост и идеален. Ей всего лишь надо было дождаться, когда Лабия родит королю наследника, а потом устранить мать ребенка. Пока она будет максимально участвовать в жизни Четвёртого Королевства и Тэйорга, чтобы к финалу он понял, как она ему необходима. И попутно, как козырь, вырастит себе небольшую, но преданную армию. Для этой цели у неё и был приют.

Драконица не спешила, подошла к делу с научной практичностью и интересом. Все этапы и результаты скрупулезно записывались. Детей женщина отбирала тщательно, отсекая тех, у кого были корни рода, чью историю можно было бы отследить, и тех, кто был недостаточно внушаем. Те, с кем случались осечки, попадали в трагическую статистику.

Было это легко, учитывая юный возраст, особенности теологии и возможность оборота: достаточно было показать своего дракона и сказать, что на то воля Единого. А дальше Медея вкладывала детям в голову то, что ей было нужно и выгодно, как когда-то сделала её мать с ней.

Ей льстило то, как её боготворили дети, и очень хотелось знать, как далеко она может зайти.

Когда Медея была совсем близко к исполнению заветного желания, когда все её пешки были расставлены в нужных местах Четвёртого Королевства, её идеальный план начал давать трещину.

Первой неожиданностью стала новость от отца — Лис решил жениться. Уровень магии у него был ниже Тэйорга, и кандидаток на роль супруги было достаточно, что давало неплохие шансы на рождение мальчика с огненной искрой. Оказывается, его об этом давно просили мужчины Киммора, Гай и Тэйорг. И вот Лис решился, но его ошибкой стало то, что первой об этом узнала дочь. Через пару дней дракона нашли мертвым в лесу, куда он отправился на охоту. Упал в овраг и свернул шею.

«… он предал маму, он предал меня… он заслужил!», написала в тот день Медея.

— Бедный кимм Лис, страшно представить, что он чувствовал в момент смерти, — жестокость Медеи поражала, и я не смогла промолчать.

— Думаю, Медея убила дядю в драконьем обличии, и он даже не понял, что убийцей стала его дочь. На тот момент Медея была очень близка к своей цели, ведь совсем скоро должна была состояться моя свадьба с Лабией.

Но всë снова пошло не по плану — Лабия сбежала с Прайсом.

«Моё недельное отсутствие слишком дорого обошлось! Эта змея Лабия посмела предать Тэя, чтоб не видать ей садов Единого! И Тэйоргу пр идётся жениться на этой провинциальной корове. Но это всего лишь замена инкубатора номер один на инкубатор номер два.

А Прайсу и Лаби и я жизнь испорчу».

Так началось противостояние Первого и Четвёртого Королевств. Медея вела диверсионные действия с помощью своих последователей на обоих территориях, доводя конфликт до нужной концентрации, чтобы в определенный момент списать убийство матери наследника на Первое Королевство.

«Сука!», — так ёмко охарактеризовала Медея следующий сбой в своём плане: она узнала, что Райана активно изменяет Тэйоргу.

«Ублюдок нам не нужен!

Это еще раз доказывает, что никто не достоин Т э я, кроме меня. Что ж, придется использовать запасной вариант и выпустить на сцену лапочку Нрегу, но сначала избавиться от этой потаскухи».

— Кимма Нрега — агент Медеи? — шокировано спросила я.

— Именно Медея подала идею восстановить институт фрейлин при королеве, о чем она гордо сообщила дневнику. Таким образом, у неё был постоянный соглядатай при королеве. Именно Нрега принесла розового дракончика с портальным кристаллом, а горничная была отвлекающим фактором. Она же сообщила Медеи о том, что ты пошла в Центральную башню после Совета и, предполагаю, еще много чего. Но у неё была ещё одна роль… — Тэйорг замялся, чем очень меня удивил.

— Когда появилась ты, девочка, — перехватил эстафету повествования Рорк, — у Медеи уже была кандидатура на роль новой королевы — это Нрега.

— Но уровень силы?

— Его можно спрятать и даже повлиять на цвет ауры, чтобы скрыть характеристики силы. Это тайные знания и их в основном используют в Тайной канцелярии. Медея о них знала и использовала, сначала для себя, так как после оборота её уровень стал выше, а потом на Нреге. Она пошла дальше и подделала справку о рождении, мы нашли записи в приюте: Нрега несовершеннолетняя.

Тэйорг скривился. Я закипала.

— Тэйорг Гай Киммора, чтобы я слова «фрейлина» больше не слышала в Четвёртом Королевстве, иначе Ильком узнает, что такое развод!

— Не кипятись, девочка, — вступился маг за короля, — фрейлин мы оставили после твоего появления с одной целью, — я скептически выгнула бровь, — и тебе она не понравится.

— Они служили тебе дополнительным щитом, — выдал Тэйорг. — Прости…

Меня душили злые слёзы.

— Пойми, Райана, королева на первом месте. И даже если бы мы распустили фрейлин, Ива бы не бросила тебя.

Проглатывая ком в горле и стараясь удержаться от слёз, прошептала:

— Я помню «защита её величества задача номер один»…

В комнате повисла скорбная тишина.

— И все эти нападения дело рук Медеи?

Тэй кивнул.

— Все нападавшие воспитанники приюта.

— Не на вас смотрел убийца Ивы, — меня осенило, и я повернулась к Мастеру Рорку, — на Медею, она как раз стояла за вашей спиной. И тот молоденький парень в первое нападение, он узнал Медею, а… а она его убила без сожаления.

— Они для неё были расходным материалом, — печально заключил маг.

— Они так верили ей, в этот культ. А ничего не было, — степень жестокости Медеи поражала.

— Культ был. Молодые и пылкие драконы склоны создавать тайные общества, играя во взрослые игры, — Тэй наклонился к пиджаку и начал исследовать его карманы. — Медея не предусмотрела масштаб и то, что символикой этого общества они выберут твою бумажную поделку, — он извлек из внутреннего кармана изрядно потрепанное оригами журавлика. — Твой дракон распространился, как пожар в засуху. Эти поделки стали всплывать всё чаще и чаще, а мы даже не могли предположить, где копать. Пока ты не рассказала свою историю.

— И вы отправились в приют.

— Да. И тут Медея почувствовала, что если она не поторопится, то проиграет, поскольку все ее слова о том, что продажа недвижимости идет на инновации приюта, были ложью. Мне уже поступали отчёты об отсутствии дополнительных средств в бюджете приюта.

— На эти деньги она покупала портальные кристаллы, — догадалась я.

— Да. И наёмников для массовки. Проверка стала катализатором того, что она пошла в открытое наступление, теряя осторожность. А потом и вовсе пустилась во все тяжкие, когда появилась возможность выдать себя за мою истинную пару.

— И что теперь?

— Работа над ошибками, — заметил Рорк.

— История показывает, что работа над ошибками — это какая-нибудь страшная кара от Единого, — вспыхнула я. — Вы же понимаете, Мастер Рорк, что это не разумно. Если у драконов отобрать эту единственную ниточку, Ильком вымрет! — и чисто из вредности добавила. — Или можно разрешить драконицам иметь четыре мужа.

Тэйорг нахмурился, и на его скуле показались чешуйки, а маг громко рассмеялся.

— Девочка, пожалей мужа, — смахивая слезы, проговорил Рорк, — ему сейчас ещё предстоит битва с Советом.

— Сегодня?

— Сейчас, — Рорк поднялся из кресла, — к тебе заглянули на минутку, но вот, задержались. Я пойду, Тэйорг, успокою их пока.

Дверь за магом закрылась, и Тэй наконец-то притянул меня к себе. Так хотелось раствориться в этих объятиях. А лучше — опеленать собой Тэя и никуда не пускать, ведь я чувствовала как он устал.

— Когда ты спал в последний раз?

— Не важно, — я возмущенно завозилась, пытаясь поднять на него свой суровый взгляд, но меня только плотнее прижали к груди. — Не трепыхайся, дай согреться.

Еще немного постояв, Тэй поцеловал меня до того нежно, что хотелось верить: так не целуют женщину, которая просто нравится. Потом он долго всматривался в моё лицо, обхватив его своими ладонями, но признания так и не прозвучало. Тэйорг ушел, тихо прикрыв дверь.

У меня долго не получалось уснуть: ворочалась, пытаясь найти удобную позу, мне было то холодно, то жарко, и мысли сверлили затылок. Промучившись пару часов наконец-то провалилась в пограничное состояние, где уставшее сознание подкидывало немыслимые картинки: Медея с множеством поводков, на каждом из которых сидит скалящийся ребенок, готовый напасть; карта Илькома в огне и страстно целующиеся Медея и Тэйорг…

Меня погладили по голове один раз, другой, успокаивая. С трудом открыв глаза, увидела Тэя. Его силуэт постоянно расплывался, и я никак не могла сфокусироваться. Он что-то говорил, но вслушиваться сил тоже уже не было.

— Тэй, давай расскажешь всё завтра, — пробормотала, уходя в сон.

— Спи, Рая, — прошелестел дракон где-то на грани моего уплывающего сознания, — теперь нам некуда спешить. У нас будут тысячи «завтра»…