Глава 13

Когда мы оказались на другой стороне Портала, то эффект Невидимости уже закончил свое действие, а Тосик вновь превратился в доброго и милого зверька. Если не обращать внимание на его окровавленные когти, то глядя на плюшевого, даже не подумаешь, что совсем недавно он отправил на небеса не меньше десятка орков. Ну или куда они там попадают после смерти?

Мы немного отдышались и пришли в себя. Учитывая все, что с нами приключилось, можно сказать что лишь каким-то чудом мы вышли сухими из воды. На этот раз дело могло закончиться для нас весьма печально.

— Все живы-здоровы? — спросила у нас Екатерина, когда мы отдохнули и готовы были выбираться отсюда.

— Нужно вам, наверное, что-то думать в Департаменте — похоже некроманты понимают, что мы затеяли с ними игру, — сказал я Салтыковой.

— Ага, а еще мне почему-то кажется, что и правила этой игры они тоже разгадали, — добавил Минин.

— Будем думать, — пообещала ему Салтыкова. — Дома будем обсуждать, а сейчас давайте выбираться отсюда. Меня от этого орочьего запаха уже мутит.

Дорога домой всегда кажется более быстрой и легкой, так что мы и сами не заметили, как добрались до выхода из этого орочьего Домена.

Как показывали часы на моем Модуле, с того момента, как мы покинули унылую Шотландию и отправились развлекаться в иной мир, прошло чуть больше суток. Хотя на самом деле нас не было гораздо меньше. Во всяком случае, мне так показалось. Если так, то время в ином мире течет иначе, а смена дня и ночи происходит медленнее.

Шотландцы нас дожидались, как и обещали. Правда экипаж сменился и теперь нас забирали совсем другие люди, но какая нам разница? Самое главное, что они были на месте. Не могу сказать, что они особо обрадовались нашему появлению — скорее им было все равно. Хотя ради приличия они поинтересовались у нас как все прошло, но, по-моему, даже не дослушали ответа Салтыковой.

На базе нас дожидался обед, который вновь больше расстроил, чем обрадовал — все-таки местная кухня это не мое. Ну и все на этом — никакого интереса к нашей вылазке. Рассказывать им все мы конечно не стали бы — для этого у нас есть свое руководство, перед которым нам отчитываться полагается, но могли бы ради приличия что-то и спросить. Так что, единственной хорошей новостью стало известие о том, что мы вылетаем сегодня ближе к полуночи и уже ранним утром будем дома.

До самого вылета мы практически не разговаривали. Сразу после обеда завалились спать до самого вечера, ну а потом ужин, сборы и пришло время отваливать в аэропорт.

Когда я оказался в самолете, это стало для меня большим облегчением — не понравилось мне в Шотландском королевстве. Вообще не мое. Все вокруг унылое донельзя, кухня тоже какая-то скучная, да и люди мрачные — такое ощущение, что им правительство сообщило, будто завтра всем помирать невзирая на возраст и родословную. По сравнению с ними, даже Салтыкова, которая всю поездку была не в духе, казалась неунывающей позитивной барышней.

В Шереметьево меня уже ожидала машина, так что на прощания я времени особо не терял — если честно, за несколько дней мы успели порядком устать друг от друга. Лишь Екатерина, глядя на сопровождающую мой лимузин машину с охраной, подколола меня тем, что у меня стремительно развивается мания величия и убивать меня точно никто не собирается.

Разумеется, я не стал ее в этом разубеждать и рассказывать, что очень даже собираются. Думаю, еще больше она бы удивилась узнав, что среди желающих это сделать, в самом первом ряду стоит ее папенька.

Оказавшись в салоне своего автомобиля, я немного расслабился — это, конечно, не то же самое, что дом, но все же чувствуешь себя немного спокойнее. Судя по реакции Тосика, который радостно скакал на сидении рядом со мной, плюшевый испытывал весьма схожие чувства. Теперь можно и домашними делами заняться.

Первым делом нужно сделать пару звонков. Спросить у Верховцева как у нас вообще дела и что изменилось за эти дни, ну и кроме того, нужно позвонить Владыкину, от которого я увидел пропущенный еще в Эдинбурге. Звонить из Шотландского королевства я ему не хотел — какой смысл? Просто сказать, что я перезвоню через несколько дней? Ну а было бы что-то срочное, он бы и сообщение прислал.

— Доброе утро, Владимир Михайлович, — голос у моего недремлющего начальника службы безопасности как всегда был бодр и свеж.

— Вас трудно разбудить, Леонид Александрович. Начало седьмого утра, а вы уже бодрствуете. И такое ощущение, что не спите давно. Меня начинают одолевать смутные сомнения — вы, случайно, не вампир? По моей информации они тоже без сна обходятся.

— Не угадали, — ровным тоном ответил Верховцев. — К нечистой силе я отношения не имею. Лучше расскажите, как съездили?

— Да что со мной станется? — думаю Леонид Александрович обойдется без моего рассказа про орков и некромантов — ему и имеющихся головных болей достаточно, так что обойдемся без дополнительных. — Нормально съездили. Можно даже сказать, что было очень скучно. Ну, если, конечно, не считать некоторых моментов, которые хоть как-то нас всех повеселили. Лучше расскажите что у нас новенького?

— Вот у нас много чего интересного. В двух словах все и не расскажешь.

— Так мне в двух словах и не нужно. Я хочу послушать обстоятельный рассказ со всеми подробностями, — сказал я и показал скачущему Тосику кулак, чтобы он наконец угомонился. — Так что вы приезжайте ко мне сегодня на обед. Покушаем, посплетничаем. Вы мне пока главное скажите — наши все целы? А то вдруг вы уже половину похоронили пока меня не было.

— Да нет, — хмыкнул Верховцев. — Все целы.

— Ну вот и хорошо, значит договорились — жду вас к обеду.

— Во сколько вы обедаете, Владимир Михайлович?

— Давайте к двум.

— До встречи, ваше сиятельство, — коротко попрощался Верховцев и отключился.

Так, значит говорит, что у нас много новостей? Интересно будет послушать. Надеюсь, что хотя бы некоторые из них будут приятными, а то от плохих я что-то устал в последнее время. Это я довольно скоро узнаю, а пока выясним, что там хотел его сиятельство Владыкин.

В отличие от моего начальника службы безопасности, граф явно спал, а потому голос его был сонным и крайне недовольным.

— Твою мать, Володя, ты на часы вообще смотришь, когда тебе телефон на глаза попадается?

— Да ладно, не бурчи, Михаил Семенович, увидел от тебя пропущенный, решил, что ты очень сильно хочешь меня услышать.

— Хочу, конечно, но не в шесть утра!

— Вот ты скучный, Миша, давай еще на дуэль меня вызови, за то, что не дал тебе сон про голых девок досмотреть.

— Да при чем здесь девки, — ответил Владыкин и зевнул. — Ну тебя к черту с твоими привычками! То трубку не берешь целыми днями, то звонишь ни свет, ни заря. Я, между прочим, тебя в Москве уже второй день дожидаюсь!

— Во как! Чего это вдруг? Случилось что?

— Повидать захотелось, — хмуро сообщил граф. — Ты же вот не находишь времени меня собственным визитом почтить, приходится самому по столицам разъезжать.

— Это хорошо, повидать друга — святое дело, — хохотнул я. — Точно все нормально? Или все-таки что-то случилось?

— Ничего такого, чтобы будить человека в шесть, — ответил Михаил и в этот момент я услышал в трубке игривый женский смех. Похоже, мой друг не скучает и придумал вчера чем себя занять.

— Я слышу, ты там времени не терял вчера? — спросил я.

— Есть такое, — не сдержал я улыбку. — Зашел в один ночной клуб по случаю. Ладно, ты давай по делу отвечай — когда встретимся? Разговор есть.

Похоже у меня на сегодня вырисовывается довольно плотный график из встреч и приемов. Обед у меня уже занят, так что остается ужин. Правда в Москву ехать у меня никакого желания нет.

— Слушай, ваше сиятельство, давай у меня в Барвихе сегодня поужинаем? Ты же ко мне так и не попал в прошлый раз, так что отличный повод посмотреть, как я устроился.

— Годится, часов в шесть приеду.

— Только Тосику подарок купи, а то он на тебя еще за прошлый раз дуется — я ему сказал, что ты не захотел его видеть.

— Вот ты гад, Соколов, расстроил бедное животное. Хорошо, куплю ему чего-то…

Толком граф не договорил, видимо переключив свое внимание с Тосика на что-то более интересное и, судя по сдавленном женскому стону, я даже догадывался, что именно его так сильно заинтересовало.

— Ладно, давай до вечера, распутник, — я отключил телефон и бросил его рядом с плюшевым, который усиленно делал вид, что обиделся на меня за то, что я запретил ему прыгать.

— Ну, а как ты хотел? Это же машина, а не цирковой батут! — сообщил я ему. — Сейчас приедем и валите с Никодимом на горку. Там хоть удуритесь вдвоем.

— Горка карамба! — обрадованно встрепенулся плюшевый. — Никодим карамба!

— Ну вот, другое дело, а то корчишь из себя обиженного.

* * *

Оказавшись дома, я первым делом принял душ, позавтракал, отправил Тосика на улицу, чтобы не мешал и взялся за телефон.

Давыдов, судя по голосу, вновь был настроен на боевой лад и, несмотря на недавнее ранение, был готов все сокрушить на своем пути. По его словам, дела наши двигались как нужно и, может быть, даже к лучшему, что все вышло именно так.

За те дни, пока он лежал в больнице и невольно снизил активность по вопросу Тверской мебельной фабрики и Астраханского судоремонтного завода, кое-кто подумал, что «Ермолов и компания» вовсе потеряла интерес к этим активам. Это сыграло нам на руку и позволило Матвею Всеволодовичу внезапно ворваться на финансовый рынок и провернуть несколько блестящих операций, благодаря которым мы стали немного ближе к нашим целям. Все это, разумеется, меня радовало.

Пожелав ему дальнейших успехов в делах, я приказал держать меня в курсе и набрал Ермолова, который был рад меня слышать. Это было неудивительно, зная, что я где-то рядом, ему было спокойнее, понятное дело. Хотя Петр Александрович и находил в себе достаточно сил, чтобы держаться молодцом, я учитывал, что несмотря ни на что, он все-таки еще слишком молод и подобного опыта у него попросту не было.

В «Кремль-плаза» тоже все было в полном порядке — никто на наших людей больше не нападал, офис не поджигал, что обнадеживало.

— Ну а как там дела у моей помощницы? — спросил я перед тем, как закончить разговор — все-таки интересно, как там девушка.

— Елизавета большая молодец, — ответил Ермолов и в какой-то момент мне почудилось, что девочка понравилась ему не только как сотрудник.

Разумеется, мне могло это показаться, но не думаю — она и в самом деле хороша собой и довольно мила. Да и Ермолов не слишком далеко от нее годами ушел, так что ребята вполне могли положить глаз друг на друга. В принципе я был не против — почему бы и нет?

По крайней мере, Лиза не будет постоянно смотреть на меня как изголодавшаяся нимфоманка, что уже большой плюс — мне пока и собственных амурных дел выше крыше. Со своими девушками еще нужно разобраться, так что даже ее небольшое внимание уже будет явно лишним.

— Молодец, говоришь? — иронично спросил я, но Петр Александрович никакой иронии в моем вопросе не уловил.

— Да, очень толковая девушка. Я думаю, вам будет с ней легко и комфортно работать, — сказал он. — Информацию схватывает быстро, лишних вопросов не задает, глупости не говорит, предпочитая не выдавать своих мыслей — в общем, вы подобрали для себе очень хорошего сотрудника.

Приятно слышать. Правда, здесь больше заслуга покойного Заплатина — все-таки он девицу в бизнес-школу определял. Значит выбрал то, что нужно, если Ермолов ею нарадоваться не может — раньше за ней всех перечисленных навыков не наблюдалось, скорее наоборот, одно расстройство.

Ну вот и хорошо, что так все складывается — с умным человеком всяко приятнее работать, чем с дурой. Нужно будет только узнать, где ее Верховцев поселил и сообщить ему о моих подозрениях насчет возможного развития отношений между двумя молодыми людьми.

— Рад, что она тебе нравится. Значит тебе будет приятно в нее нужные знания вкладывать. Работать с человеком, который тебе неприятен — это то еще испытание, по себе знаю.

Перебросившись еще парой фраз, я закончил с ним разговор, дав ему понять, что все в порядке, пусть работает и не переживает — начальник службы безопасности свою работу знает. Во всяком случае, я надеялся, что Верховцеву будет чем меня порадовать.

Кстати, сам Леонид Александрович приехал вовремя — не опоздав ни на минуту. На всякий случай отчитал за какую-то ерунду охранников, которые были сегодня на смене, ну а потом уже вошел в дом, где уже суетилась Варвара, накрывая на стол.

Если честно, мне не терпелось сходу перейти к делам и отложить обед на потом, но из уважения к Верховцеву я не стал этого делать. Некрасиво, я же сам пригласил его к обеду, а потом — кто его знает, когда он в последний раз ел? Работа у него вредная, плюс ко всему рабочий день ненормированный. Поэтому мы спокойно поели, тем более, что на обед Бьянка приготовила отличные говяжьи ребра, а уже потом не спеша перешли к делам.

Судя по всему, Леонид Александрович решил поднять мне настроение, поэтому начал с хороших новостей.

— Владимир Михайлович, для начала хочу вас порадовать — Крестова больше нет.

— Поздравляю вас, — с улыбкой сказал я. — Приятно слышать! Вы потрудились?

— Да, — несколько задумчиво ответил он. — Наши ребята постарались на славу.

— Хорошая новость, Леонид Александрович. В очередной раз хочу вас поблагодарить за хорошую работу и порадоваться, что у меня есть возможность поработать с вами.

— Спасибо за добрые слова, ваше сиятельство. Хотя в целом праздновать победу пока рано — можно считать, что за нами осталась лишь первая фаза сражения, — хмуро ответил он.

— Так, выходит все гораздо интереснее, чем кажется на первый взгляд? — я вопросительно посмотрел на Верховцева. — Я-то думал, что после вашей фразы вы мне расскажете что от нас было нужно этому типу и мы закончим этот разговор, а выходит, что с этого момента он только начнется?

— К сожалению, — развел он руками. — Все оказалось не так просто. Крестов был простым оружием в чужих руках. Обычный бандит, который исполнял заказы. У него не было к вам ничего личного и никаких претензий на активы компании «Ермолов и партнеры» у него тоже не было.

— Кхм, понятно. Где он сейчас? — вместо ответа Леонид Александрович многозначительно указал пальцем на потолок. — Жаль, я хотел с ним поговорить. Но, я надеюсь, перед тем, как он оказался там, где он сейчас находится, вам удалось выяснить чьи именно приказы выполнял этот парень?

— Разумеется. Этот человек — маркиз, Гаврила Осипович Унковский.

— Унковский? — я поскреб по закромам своей памяти и никого не припомнил с такой фамилией. Уверен, что ни мне, ни ранее Соколову, этот человек ни разу не встречался на жизненном пути. — Впервые слышу эту фамилию. Кто таков?

— Весьма известная персона в Нижегородском княжестве. Одиозный господин, который любит похвастать своим богатством, — ответил он.

— Ну и какого черта понадобилось от меня этому одиозному господину из Нижегородского княжества? Хотя, стоп… Мне кажется, мы ранее владели несколькими предприятиями в Нижнем Новгороде, — меня осенила догадка. — Неужели этот господин тоже имеет к ним какое-то отношение?

— Смотрите в самую точку, ваше сиятельство, — улыбнулся Верховцев. — Причем к вашим бывшим предприятиям он имеет отношение самое непосредственное — когда-то известные вам господа Салтыков, Болотов и Морозов продали ему их. Три завода, между прочим, а он единственный их владелец. Так что…

— Так что Унковский тоже провел кое-какую работу — узнал, что компания «Ермолов и партнеры» начинает понемногу возвращать активы Соколова и решил спасти свою задницу, поэтому ударил на упреждение, вы это хотели сказать? — спросил я у Леонида Александровича, предположив, что он закончит свою мысль именно так.

— Ну, может быть я бы еще добавил некоторые детали, но, по сути, все верно, — ответил.

— Вот как? И какие же это были детали?

— Думаю, что изначально ноги у этой истории растут из Москвы. Маркиз не тот человек, который заранее стал бы нападать — он хоть и любит шашкой помахать, но головой тоже соображает. Перед тем, как нападать на «Ермолов и партнеры», информацию должен был собрать, так что понимал на кого руку поднимает, и без достаточных оснований сразу же решать вопрос через Крестова… Не знаю. Судя по характеристикам, мужик он, конечно, вспыльчивый, но здесь даже для него все как-то странно…

— Леонид Александрович, да мне как-то плевать — кто именно был инициатором этого решения. Сам Унковский это придумал или ему кто подсказал — сути это не меняет. Разумеется, рано или поздно, вопрос по его заводам тоже стал бы актуальным, а в данном случае он просто ускорил развитие событий. Плюс ко всему, до максимума снизил свои шансы закрыть это дело с выгодой для себя, а значит придется оставлять его с голой жопой.

— Сложно будет это сделать, — нахмурился Верховцев. — Гаврила Осипович человек упрямый, придется думать, как это сделать поизящнее.

— Может быть, как раз наоборот — в данном случае не изяществом решений нужно брать, а грубо молотом по голове шарахнуть? С упрямцами спорить только нервы портить.

— Молотом по голове? — Леонид Александрович посмотрел на меня таким взглядом, как будто в первый раз видел. — В каком смысле?

— В переносном, разумеется. Неужели вы думаете, что мы как дикари с кувалдой за ним по всему Нижнему Новгороду бегать будем? Конечно нет. Хотя и действовать в его случае нужно жестко. В конце концов, этот парень стрелял в моих сотрудников, которые лишь благодаря вашим парням остались живы. Крестова больше нет, но какие гарантии, что вместо него не появится кто-то еще? Откуда мы знаем, что следующей целью не станете вы или я?

— Ну и что вы намерены делать, ваше сиятельство? — спросил Верховцев после небольшой паузы.

— Скажите, у него есть дети?