Глава 12

Василина.

Честно говоря, я не обрадовалась тому, что Тимур Расович отправил меня домой пораньше. На этот день у меня были грандиозные планы. Например, пролить ему кофе на ширинку, пощупать любой мужской пресс так, чтоб это было в пределах видимости босса или выдрать волосы той, кого он посмеет схватить за грудь при мне, но, видимо, не судьба была сбыться моим мечтам.

Пришёл какой-то чиновник и меня выставили из кабинета.

Дома делать было совершенно нечего, поэтому я отправилась к своим бывшим коллегам в салон, узнать последние новости. Лучше бы я этого не делала, потому что после общения с некоторыми из них и погружения в свежие сплетни, моё желание придаться страшной мести боссу за свою поруганную честь, вышло на новый уровень.

— Ну и как он? — вместо здравствуйте, спросила Наталья. — Хорош в постели?

Кто «он» я уточнять не стала, это было итак понятно.

— А я откуда знаю? Он мне не докладывает. Где Таня с Мишелем? — С Наташей я была не так дружна, как с Мишкой и Танюшкой.

— В отпуске. Они втроём с Аполлоном сорвались по горящим путёвкам в Сочи.

— В ноябре? — я удивилась. Что делать в Сочи в ноябре? — И почему втроём?

Чудные дела творятся. Только на прошлой неделе встречаться начали, а уже третьего за собой таскают.

— Они теперь всё время втроём везде ходят, а отдыхать — не работать, хоть в Магадане, — отрезала Ната, — тем более они же не спят с боссом, чтоб на Мальдивах загорать.

— А кто с боссом спит? — я сощурилась угрожающе. Мне эти намёки совершенно не нравились.

— Ой, да хватит прикидываться овечкой. Вас видели в пятницу. Ты шла к нему домой.

— И что из этого? Наташа, хватит разводить сплетни, иди ногти пили! — я психанула.

— Подумаешь, звезда! — она развернулась и ушла в свой кабинет.

А я расстроенная двинулась на выход из «Реального Рая».

На самом деле мне было очень стыдно за свои слова, я никогда не считала себя вправе так разговаривать ни с одним человеком, а уж тем более с мастером, который превосходно владел искусством ногтевого сервиса и творил из любых огрызков настоящие шедевры. Это всё он виноват! Довёл меня! Никогда не прощу! И план мести начал зреть в моей голове выходя на новый виток коварства.

Очень кстати на крыльце столкнулась с управляющим нашим рестораном Марком Германовичем. Этот известный на весь «Реальный Рай» ловелас, обслуживался у нас в салоне и никогда не упускал возможности со мной пофлиртовать и позвать на свидание. Раньше я всё время отшучивалась, но сегодня решила, что для моих планов он сгодиться, а от меня не убудет, если я соглашусь на обед с ним. В людном месте, естественно.

— Василиночка, душа моя, как же ты хороша! Когда же ты осчастливишь меня своим вниманием? — не изменил себе Марк Германович.

— А давайте завтра вместе пообедаем в нашем ресторане и обсудим этот момент? — мне кажется, он уронил челюсть на крыльцо, настолько неожиданным прозвучало моё согласие после трёх лет виртуозных уходов от темы.

— Я просто счастлив! Встретимся в два в вип-кабинке?

— Э-э, нет, — разогнался! Гляньте-ка, шустрый какой! — зайдите за мной в приёмную Демского в час дня.

Моё встречное предложение явно умерило его пыл, но давать заднюю было бы страшным ударом по имиджу, поэтому Марк согласился. Отлично!

Никогда я раньше не собиралась на работу так тщательно, как на следующий день. Безупречный макияж, причёска и самое сексуальное платье, показались мне необходимым в нашей ситуации оружием.

В кабинет босса я входила полная решимости валить с ног шармом и красотой, но вид радостно поднявшегося из кресла навстречу мне босса на долю секунды выбил меня из колеи, однако я кремень! Даже виду не подала, что его улыбка действует на меня, как бокал хорошего вина.

— Василина, добрый день, как же я рад тебя видеть! — с чего бы? — Нам нужно поговорить и прояснить…

— Добрый день. Не стоит рассыпаться в извинениях, Тимур Расович, — прервала я его, едва найдя в себе силы не растянуть губы в ответной улыбке, — я не в обиде. Что было, то прошло. Не будем заострять, где там ваш список? Кого вы хотите видеть в первую очередь?

— Именно об этом я и хотел с тобой поговорить. Я хорошо подумал, встал на твоё место и понял, что тебе неприятно будет наблюдать за тем, как я ищу себе спутницу жизни, поэтому решил отменить вручение медалей.

Ну надо же! Дошло до него! Одолжение он мне делает! Только поздно, я свои выводы тоже сделала, и верить его словам не намерена.

— Мне совершенно безразлична ваша личная жизнь, она меня не касается, тем более, у меня есть своя. К слову, в час дня я отлучусь на обед. Договорилась с одним знакомым.

На миг мне стало страшно от того, как изменилось лицо босса. Радостная улыбка превратилась в оскал, а глаза налились кровью. Было в его облике что-то демоническое, потустороннее, отчего по всему моему телу пробежал холодок страха. Но не успела я с криками побежать на выход, как он взял себя в руки и каким-то чужим голосом заговорил.

— Даже так? Ну что ж. Вызывайте сначала тех, кто в списке отмечен синей галочкой, — на его скулах ходили желваки, — приступим к делу.

— На какое время назначать первую встречу? — я спокойна, я совершенно спокойна, он мне безразличен и я не веду себя, как глупая малолетка. — И какой делать интервал между посетительницами?

— Десять минут.

— Уверены, что вам хватит десяти минут на общупывание женской груди и оценки своей реакции?

— Мне хватит и пяти минут.

— Да вы скорострел! — что ты несёшь, Вася! Он же поймёт, что ты бесишься.

— А чего это ты заинтересовалась моими способностями? Может, проверить хочешь? Так я не против.

— Нет! — отрезала я. — Так на какое время назначать первую встречу?

— На два часа дня. Как придёшь со своего обеда, так и приступим.

— Но девушки могут быть заняты! Мы в Москве всё-таки находимся. Они могут просто не успеть добраться.

— Синей галочкой помечены сотрудницы «Реального Рая». Они успеют.

Я пробежалась по списку и действительно обнаружила несколько знакомых имён. Когда я обзванивала их в первый раз, мне даже в голову не могло прийти, что это обычные сотрудницы. Ах он гад! Значит, официантка Леночка Садовая ему подходит, бухгалтер Ирина Петровская тоже, а вот Василина Красавина нет? От обиды аж руки зачесались подойти и треснуть этим списком по наглой красивой роже, но я взялась за телефон и принялась обзванивать избранных сотрудниц, мечтая, чтоб Марк уже скорее за мной зашёл и этого липового импотента перекосило.

Час до обеда прошёл в напряжённой обстановке: я назначала встречи с пятнадцати минутным интервалом, а Тимур Расович делал вид, что работает, усердно что-то изучая на экране своего компьютера.

Наконец в кабинет заглянул Ульян Семёнович.

— Тимур Расович, там за Василиной Андреевной пришёл смерт…смертельно голодный управляющий рестораном. Что с ним сделать?

— А Василина Андреевна может идти, если уже сделала всю работу.

Он даже глазом не моргнул! Неужели я зря пошла на такие жертвы как обед с приставучим Марком Германовичем?

— Первая дама придёт к двум часам.

— Не опаздывайте.

И это всё? А где сцена ревности? Крики «не пущу» и заслонённая грудью дверь? Я почувствовала себя обманутой и разочарованной, как будто сама себя переиграла, но делать было нечего, и я, грациозно поднявшись со своего дивана, отправилась на обед.

— Василиночка, в кабинке уже накрыли для нас столик, — Марк ухватил меня под руку, как только мы покинули приёмную.

— Никаких кабинок, Марк Германович, только общий зал. Я согласилась с вами пообедать лишь за тем, чтобы доходчиво объяснить, что вам ничего не светит.

— Как вы жестоки! Но меня словами не остановить, я не буду терять надежду.

Вот же непрошибаемый тип, всё как с гуся вода ему. Именно такие и становятся управляющими, видимо.

В целом, обед прошёл не так уж плохо, но повторить я его не захотела бы ни под каким предлогом. Поэтому пришла к выводу, что в плане мести нужны серьёзные корректировки. В этих делах опыта у меня не было никакого, поэтому я решила обратиться за помощью к профессионалу.

— Мила, привет. Мне нужна твоя помощь, ты можешь сегодня со мной встретиться?

— Где и во сколько?

— Давай в восемь вечера у меня. Родители с Киром уехали.

— Договорились, надеюсь, у тебя не случилось ничего серьёзного.

С Камиллой мы учились в одном классе и в школьные времена были лучшими подругами, потом моё замужество нас отдалило на семь лет, так как Руслан был против нашей дружбы, а Мила — против моего раннего брака. Только в последние три года мы начали понемногу общаться, но случалось это нечасто. Наши жизненные биоритмы никак не совпадали. У подруги была бурная личная жизнь и постоянные тусовки, я же предпочитала проводить все вечера дома, с семьёй. Но, несмотря на это, она была единственным человеком, с кем бы я решилась поделиться своей проблемой.

Вернувшись с обеда, я застала в приёмной картину, чем-то напоминавшую коридор в городской поликлинике у кабинета гинеколога. Возбуждённые женщины и девушки пытались создать живую очередь, доказывая, что они пришли раньше.

— Приём будет проводиться строго по записи. Девушки, займите свободные места, я буду вас вызывать по списку, — вжилась в роль строгой медсестры я и вошла в кабинет босса.

— Молодец, не опоздала, — похвалил меня босс ровным голосом.

— Готовы? Могу приглашать первую медалистку?

— Приглашай.

Вручение медалей происходило пять часов кряду и выглядело так: Тимур Расович сидел на краешке своего стола лицом к двери, и как только я вызывала следующую соискательницу, поднимался ей навстречу, жал руку, вешал медаль и говорил примерно такие слова.

— Представьтесь. Имя, фамилия, возраст, — девушки отвечали, а потом он спрашивал, — какое ваше самое заветное желание?

Странный вопрос, конечно, но про желание он и мне что-то говорил. Неужели и вправду думает, что может исполнить любое? Ответы девушек разнообразием не отличались. В основном все желали богатого мужа, любовника или просто денег. Выражения их лиц при этом я не видела, но по тону догадывалась, что под «мужем» и «любовником» они подразумевали босса, ну и на выходе из кабинета у всех наблюдался осоловевший взгляд.

С чего бы? Явного лапанья их груди я не отметила. Тимур Расович вешал медальки быстро, а потом прятал руки за спину, обязательно прожигая меня при этом тяжёлым, нечитаемым взглядом. Странные дела творятся в нашем кабинете.

Вымоталась от этой, казалось бы, несложной работы так, как не уставала в салоне за двенадцать часов в самый ударный день.

— Это была последняя на сегодня. Надеюсь, можно идти домой?

— Назначьте на завтра столько же и можете собираться, Ульян Семёнович вас отвезёт.

— Не стоит его утруждать.

— Не обсуждается. До завтра, Василина.

И босс покинул кабинет. Вставать в позу и спорить не стала, наверное, даже хорошо, что меня доставят до дома, а то пока сама доберусь, сил не останется даже на разговор с Камиллой, а он мне просто необходим сейчас.

Вызвонила на завтра следующих женщин и покинула «Реальный Рай» в сопровождение Ульяна Семёновича, который неведомым образом доставил меня домой за десять минут, минуя все пробки.

Только переоделась в домашнее, как раздался звонок в дверь. Мила всегда была очень пунктуальной, за что я её и уважала.

— Привет, Вась, что у тебя стряслось? — подруга разделась и направилась на кухню, потрясая бутылкой мартини, — весь день голову ломаю.

— Непонятки с личной жизни у меня случились, — я открыла холодильник, чтоб достать оливки, лимон и лёд, — странный мужчина у меня случился.

— Аллилуйя! Я прям Ванга! Знала, что без бутылки не разберёшься! Давай стаканы. По глоточку и расскажешь.

Когда я пересказала Милке всю историю наших недолгих, но насыщенных отношений с Расом, она ненадолго задумалась, а потом начала закидывать меня вопросами.

— Он тебе нравится?

— Пожалуй.

— Целоваться с ним понравилось?

— Ещё как!

— А чего ты мне мозги паришь? В чём проблема, отдайся ему и дело с концом, боишься, что твоя звезда сотрётся, что ли? Три года монашкой живёшь, небось, уже новая девственность отросла.

— Нет, Мил, ты не понимаешь, он мне слишком нравится, чтобы просто переспать. Я хочу, чтоб он думал только обо мне.

— А, ну так и говори, что влюбилась. А то нравится он ей.

— А это разные вещи?

— Совершенно. Мне вот много кто нравится, и я могу с ними спокойно переспать и забыть, а вот когда мужчина затрагивает душу с сердцем, я начинаю стесняться, комплексовать и мечтать о большем.

— И как быть?

— Твоя тактика с выводом на эмоции с ревностью верна и неверна одновременно. Не нужно подставлять ни в чём неповинных мужчин под гнев твоего босса, гораздо действеннее ревность к мифическому, неизвестному сопернику.

— О чём ты? Где ж его взять?

— Им буду я! — торжественно заявила подруга, — тащи свой телефон.

Я пока не очень понимала, что она затеяла, но телефон свой протянула. Подруга поставила на свой номер фотографию моего двоюродного брата, которую выбрала в галерее и сменила своё имя на «Зайчик».

— Зайчик? Нет! Он не поверит! Это не в моём духе. Напиши просто мужское имя, — до меня начало доходить, что она задумала.

В итоге она назвалась Камиллом и вернула мне телефон.

— Значит завтра с часу дня, я начну слать тебе смс, а ты отвечай и глупо улыбайся.

— Думаешь, сработает?

— Проверено! Пошла я домой, Вась, мне-то на работу к девяти, а не к двенадцати, как некоторым.

— Хочешь, оставайся у меня.

— Не, пойду я. Люблю спать в своей постели.

Серьёзно? Никогда бы не подумала.

Проснулась я без похмелья, да и с чего бы ему взяться, если всю бутылку мартини Мила выпила сама? Я за весь вечер осилила грамм сто от силы.

Стягивая перед зеркалом волосы в высокий гладкий хвост, поймала себя на том, что на работу собираюсь, как на праздник, после чего сменила коктейльное платье на брючный костюм, стерев стрелки с глаз. Потом подумала и нарисовала снова. Положа руку на сердце, мне хотелось, что бы босс замирал от восторга и хищно раздувал ноздри при виде меня, как он это обычно делает. Капнула любимыми духами на запястья и за уши, всё — я готова. Кинув критический взгляд в зеркало, осталась собою довольна.

Перед выходом позвонила маме.

— Привет, вы когда домой собираетесь? Мне одиноко тут.

— Ты ж до пятницы в командировке, дочь.

— Вернулась раньше. Соскучилась. Как там Кир?

— Вася, мы хорошо, но домой не планируем. Карантин в саду двадцать один день, давай лучше ты к нам на выходные.

— Это само собой, конечно же, я приеду в субботу с утра!

— Правильно, в пятницу вечером даже не суйся в электричку.

— Мам, а если Кирюша заболеет?

— Да и хоть бы заболел! Ветрянка нужна всем деткам. Лучше пусть сейчас переболеет, чем в тридцать лет.

— Мам, не пугай меня! Вы же в ста километрах от Москвы! Там нет нормальных врачей.

— Вася, я вырастила двух дочерей и у обеих была ветрянка. Это не смертельно. Поверь, я смогу обработать папулки каламином.

— Точно? Я читала, что бывают осложнения и вообще, говорила я тебе, надо было прививку сделать.

— Не надо! — маму не переспорить. — Не паникуй и не выдумывай. Ждём на выходные. Пока.

— Поцелуй от меня папу и Кира. Завтра позвоню.

Услышав в трубке короткие гудки, убрала телефон в сумочку и отправилась в логово зверя.

На работе царила взрывоопасная обстановка, воздух в кабинете босса искрил от скопившейся в нём сексуальной энергии. Она ощущалась каждой клеточкой моего тела и держала в постоянном напряжении.

До часу дня мы с Тимуром Расовичем кидали друг на друга взгляды украдкой и усердно делали вид, что занимаемся работой: я подтверждала визиты, а он, как всегда, пялился в экран компьютера.

Мила написала в назначенное время, как и обещала.

Камилл: Хорошо вчера оторвались, надеюсь, у тебя ничего не болит?

Вот ведь затейница! Сначала я хихикнула, а потом, как только представила, что подумает мой босс, если вдруг прочтёт это сообщение — покраснела и подняла на него глаза, чтобы проверить реакцию. Босс не сводил с меня тяжёлого взгляда, и выражение его лица не предвещало мне ничего хорошего. Показалось, что из его глаз летят искры. Вот ведь глюки!

— Вы готовы к работе? — каким-то скрипучим голосом спросил босс. — Может, займётесь делами, а не своим телефоном?

И я первая отвела взгляд, отложила свой телефон и набрала следующую медалистку.

Камилла написала ещё четыре раза и умудрялась своими смс вызывать во мне и смех и смущение одновременно. Она гений! Босс был вне себя от злости, прожигал меня взглядами, а я только и делала, что томно улыбалась экрану телефона.

Второй день кастинга прошёл со счётом 1:0 в мою пользу. Он даже не пытался вешать треклятые медали на женскую грудь, он их практически швырял девушкам в руки, вот только вопросы задавал те же, а они так же плыли после короткой аудиенции с моим боссом.

Это противостояние продолжалось ещё три дня. Первого шага к перемирию не делал никто, хоть мы оба уже и понимали, что играем друг с другом.

Разговаривали мы мало и только по делу.

— Ну что, Тимур Расович, опять безрезультатно? — спрашивала я его в конце каждого дня.

— Безрезультатно, Василина Андреевна, готовьте следующую партию.

— Вы уже обла… наградили восемьдесят женщин, — сообщила я ему в последний рабочий день недели, — осталось шестнадцать в Москве и шесть за рубежом.

— На понедельник приглашайте этих шестнадцать, а дальше будем думать, куда полетим.

Ну, про командировки он сразу предупреждал, поэтому я была готова и не удивилась.

К пятнице я устала от этого напряжения и состояния постоянного лёгкого возбуждения, поэтому сама предложила Миле оторваться в ночном клубе. Немного алкоголя и много танцев точно должны мне помочь выплеснуть накопившуюся энергию, а в субботу утром я спокойная и умиротворённая поеду навестить семью. Подруга сочла это здравой мыслью и с радостью поддержала мой план.

— Ну чего ты опять вырядилась, как монашка? — порадовала мня добрым словом Мила, когда мы разделись в гардеробе её любимого клуба.

— Что опять не так? Красивое чёрное платье. Всё по канонам. Нет у меня других нарядов.

— Вооот! А я о чём! Даже красивых платьев со своего судака не поимела. Лохушка ты, Вася.

Это была любимая тема Милы: как я неудачно сходила замуж и сколько лет в итоге потеряла. А судак — это мудак обыкновенный в её лексиконе. Да.

— Переживу, Мил. Идём?

— Идём, выгуляю тебя, так уж и быть, но только не вздумай забиться в угол и просидеть там весь вечер.

— Даже в мыслях не держала.

Зажигательная музыка и вся атмосфера зала мгновенно наполнили кровь адреналином и предвкушением. Первым делом мы двинулись к барной стойке, чтобы принять на грудь допинга.

Как же давно я не расслаблялась! Видимо этот отрыв был мне просто необходим, потому что спустя полчаса я зажигала на танцполе, не обращая внимания ни на кого, двигаясь так, как просит душа и тело, заряжая пространство своей энергией и теряя чувство времени. Кто-то пытался пристроиться, подхватить мой танец, но я ловко выворачивалась и продолжала двигаться в одиночестве.

— Ну, ты, мать, даёшь! — похвалила меня подруга, когда я, наконец, устала и захотела пить. — Пойдём, присядем за столик, отдохнёшь немного.

Мы взяли в баре по коктейлю, отказавшись от нескольких предложений нас угостить, и, найдя свободный стол, уселись лицом к залу. А потом я чуть не подавилась, сделав глоток из своего бокала, когда увидела в дверях Тимура Расовича и Ульяна Семёновича.

— Что с тобой, Вась? — Милка постучала мне по спине.

— Это он, Мил. Разве бывают такие совпадения? — моё состояние было близко к шоковому.

Подруга проследила за моим взглядом.

— Вау! Вон тот брутальный самец и есть твоя проблема? — я кивнула. — Ну ты и дура, Василина. Мне стыдно, что у меня такая подруга.

— Почему это?

— Да потому, что его надо брать, валить и трахать без раздумий, иначе всю жизнь будешь жалеть.

— А вдруг он просто хочет одноразового секса со мной? Как я это переживу?

— Не попробуешь — не узнаешь! Лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и пожалеть, — пошла сыпать мудрыми высказываниями подруга. — Знала бы я, какой он в реале, не поддерживала бы твою глупую игру в целку-недавалку.

— Они нас заметили, Мил, идут сюда. Что делать? — я залпом осушила свой бокал.

— Тьфу, ты! Ничего не делать! Расслабиться и получить удовольствие в коем-то веке!

Не знаю, коктейль ли, пережитое волнение, совет ли подруги, но я так расслабилась, что эти слова были последними, что я помню из того вечера.