Глава 2

Я дернула Дафа за руку и кивнула в сторону лифта. – Уверена? – прищурился он. Я только кивнула и метнулась к кабинке. Даф догнал в два шага, и мы вошли внутрь. – Шестое чувство или пятое колесо в телеге? – уточнил безопасник, намекая, насколько Катя неуместна сегодня. Гораздо более неуместна, чем обычно. – Первое! – выпалила я и продолжила поставленный на паузу диалог по коммуникатору. – Катя? Убита молодая женщина? – Да! – И у нее есть унжирская кровь? – Ага. Полукровка, – в голосе подруги явственно слышалось удивление. Я посмотрела на Дафа, чувствуя, что нащупала нечто важное, но не в силах пока сформулировать. В голове кружились факты, тасовались, складывались, перемешивались. Уравнение с тремя переменными внезапно пополнилось новыми исками-игреками. Такс… Надо собраться. Почему я подумала про унжирскую кровь? Ваар Ра. Унжирская настойка. Облучение. Потеря памяти. Такие случаи Тар уже видел. Что нужно Ваару? К гадалке не ходи! Создать унжирца с моими способностями к дедукции. А то и с более мощными. Почему нет-то? Вывести очередную породу сверхсуществ. Унжирцы ж обожают это дело. Вон и манаукцев создали… Что для этого требуется? Сделать мне ребенка. Как вариант. Ну и заполучить меня в жены – неплохие дивиденды. Добровольно я в постель с Вааром не легла бы. Настойка не сработала. Облучение… Облучение… Почему он не использовал его сразу же? Проклятье! Тар… Он же общается с кем? С жертвами! А те, в основном, мертвы или пострадали физически! Облучение может убить или покалечить! Установке нужна калибровка. Чтобы и память затереть, и эффекта добиться, и не получить мой хладный труп к завтраку. А как откалибровать? Кто согласится? Никто. Но ведь можно пригласить на свидание какую-нибудь унжирскую полукровку… Почему полукровку? Я об этом догадалась. Но как? Какая связь? Я ведь землянка! Сто процентная! Натур продукт! Гораздо более натуральный, чем современные, учитывая, что я из прошлого… «Мы вас омолодили, оздоровили…» Точно! Они же что-то со мной делали! Прокачивали! Неужели вживили собственные гены? Да не-ет! Такое Олег Викторович просек бы на раз. Ну ладно, допустим он – засланный казачок. Но есть же еще Тар… Уж он-то врать не стал бы … Та-акс! Что-то в моем организме после унжирских манипуляций работало не как у землян. Но генный код остался прежним… Тогда что же? «Мы сделали вас неподвластной времени…» А что управляет старением женщины в первую очередь? Правильно! Гормоны! Те самые, которые помогают или мешают беременности! Так вот что проверял Ваар Ра! Ему требовалось не просто затереть память, не только сделать меня посговорчивей, но и добиться, чтобы организм землянки из прошлого, прошедший изменения с помощью унжирских технологий, принял зародыш. Я вскинула глаза на Дафа. – Решила задачку? – догадался безопасник. Лифт остановился, но Даф нажал кнопку и двери не открылись. – Рассказывай, – предложил манаукец. Я охотно поделилась размышлениями. – Только не знаю, как нам это поможет. Зуб даю, следы облучения у жертвы есть. Но мы опять упираемся в прибор. Вернее, в его отсутствие. – Если жертва посещала Ваара Ра, значит, прибор в его жилблоке, – сделал вывод Даф. – Олег твой, придурок врач, постарался увести твои мысли в сторону от реальной причины амнезии. Взял немного правды, приправил ложью и скормил тебе, мерзавец! – Ага! – кивнула я. – Хотел убедить, что все дело в настойке. Ее я приняла добровольно. К гадалке не ходи! Значит, Ваар ни в чем не виновен! – А это значит, что? – Даф улыбнулся так, словно только что сделал открытие века. – Прибор запрещен законами! Унжирскими или общими! – хором произнесли мы. – Ну вот! Умнеешь на глазах! – хлопнула я Дафа по плечу. – Самому страшно! – ухмыльнулся безопасник. – Выдержит ли организм красноглазика такие мозги? Как бы не заболеть ненароком! – Вот только найти прибор будет, ой, как непросто, – пожала я плечами. – Что-нибудь придумаем! – уверенно выпалил Даф и открыл лифт. На очередном развлекательном ВИП-уровне, как обычно, пахло спелой клубникой, чем-то приторно сладким и алкоголем. Серебристые стены, испещренные узорами под чернение в виде изящных веток с самоцветами-плодами, всегда производили на меня странное впечатление. Будто очутилась внутри украшения. Уменьшилась в тысячи раз и бродишь по кольцу или браслету. Катя была в своем репертуаре. Энергично носилась по коридору, поглядывая в мою сторону. Ее белокурые локоны, разумеется, лежали волосок к волоску, в прическе как у Мерилин Монро в ее лучшие годы. Ярко-синее шелковое платье на тоненьких бретельках струилось при каждом шаге, открывая в высоких разрезах стройные ножки подруги. Каблучки синих, лакированных кожаных босоножек тихо цокали по металлическому полу. – Эля, Эля! – запрыгала вокруг Катя, оглушая до привычной контузии. – Я обязательно тебе доплачу. Уже доплатила, и еще доплачу. – За что? – не поняла я, подмечая смешинки в уголках глаз Дафа. – За то, что вызывала после того, как… ну ты понимаешь… В общем, тут прошел слух. Теперь безопасник сжал кулаки и крепко стиснул челюсти. Но, как обычно, сохранял нейтралитет, пока мне не потребовалось обратного. – Понимаю, – прервала я поток намеков Кати. – Показывай тело. – Что ты хочешь там обнаружить? – удивился Даф, намекая, что я уже прокрутила все в голове и нашла ответы. Я пожала плечами. – Не знаю. Очень надеюсь, что дополнительную информацию. Катя посмотрела на меня, на манаукца и на лице ее отразилось привычное выражение: «Спелись! Давно пора!» Только на сей раз мне совершенно не хотелось спорить с подругой. Да, спелись! Да, почти вместе! И пусть об этом узнают другие. Краем глаза я зацепила странное выражение на лице Дафа. Почти удовольствие. Привык, бедолага, что я постоянно отрицаю нашу связь. И ладно если просто отрицаю! Непременно добавляю, что лучше завести кота, попугайчика, йорандского тракатту – насекомое, размером с собаку, похожее на сороконожку в коричневом панцире. И вот впервые, я ни словом, ни жестом не возразила против намеков Кати. Даф вдохнул полной грудью и слабо улыбнулся. Подруга заметила, хмыкнула и поманила за собой. Мы направились в бар, где, судя по шуму и гаму, народу собралось уже прилично. Мой любимый Тирранозавр, Эльдар Гафаров, возвышался над телом полукровки, пикируясь с Вааром Ра такими взглядами, что становилось ясно – эти двое не поделили территорию. Ага! Еще одно преимущество полуровки-унжирки! Ваар имеет право сам вести расследование! На мое появление безопасники среагировали одинаково. Подняли головы и уставились как бараны на новые ворота. О как! Это что-то новенькое! Обычно Эльдар встречал меня взглядом «лучше бы ты сидела дома и варила борщ, женщина». Ваар же, напротив, не скрывал радости от очередной встречи. Сегодня ни тот, ни другой не проявили привычных эмоций. Я посмотрела на Дафа. Он понял и улыбнулся шире. Ваар боялся, что догадаюсь. Эльдар переживал, что помогу унжирцу забрать дело. Безопасники земляне – шкафы, почти под стать манаукцам, только с более квадратными челюстями и низкими лбами, разошлись в стороны, давая подход к телу. Привыкли к моему допуску. Северовы раздобыли мне сертификат независимого эксперта-сыщика. С ним я имела право явиться на любое место преступления и требовать, чтобы никто не трогал жертву до конца осмотра. Рубашки, брюки и футболки манаукцев выглядели куда более уместными, нежели мундиры земных безопасников – черные костюмы, напоминающие старую форму полицейских. Девушка больше походила на землянку. Думаю, поэтому, Ваар и выбрал ее. В жертве доминировали человеческие гены. Высокая, стройная, длинноногая, она наверняка пользовалась мужским вниманием. Тем более, в таком наряде. Коротких кожаных шортиках и футболке, больше похожей на чуть удлиненный бюст. Судя по лицу жертвы, вряд ли она, страдала. Девушка выглядела удивленной, немного рассерженной, но не более того. Лежала неподалеку от барной стойки, с внутренней ее стороны. Видимо, бармен жертву и нашел. Его я знала в лицо. Такие не забываются. Чтобы чистокровный унжирец вдруг опустился до работы в обслуге! Это все равно, что олигарх, что разносит пиццу. Впрочем, Чероль Уас, нашел собственное призвание. Так как он на станции никто коктейли не смешивал. Чероль превратил создание элитной выпивки в настоящее искусство. Его коктейли и коктейли других барменов отличались также как картины Васнецова и детские каракули. Брюнет с аристократическими чертами лица всегда чем-то напоминал мне сокола. Темно-карие, с золотинкой глаза усиливали впечатление, как и сильное, гибкое тело. Вальяжность и неспешность Чероля были обманчивы. Я сама видела, как он мгновенно перемахнул через стойку и повязал нонарца, что отказался платить за выпивку. В синей рубашке, расстегнутой ровно настолько, чтобы все видели рельеф грудных мышц и черных шелковых брюках Чероль очень выделялся на фоне другой обслуги. Мертвое тело в родной вотчине унжирца не смущало ни капли. Он спокойно протирал бокалы, что-то смешивал в стакане для коктейлей и поглядывал на нас не без любопытства. – Давно она тут? – спросила я, косясь на Ваара. Тирранозавр застыл неподалеку, отделенный от меня внушительным телом Дафа. Безопасник знал, как я обожаю Эльдара и не собирался давать повод нервничать. – Часов девять, может десять, – пожал плечами Чероль. Голос его звучал ровно, даже безразлично. Словно речь шла о погоде, природе, а не мертвом теле девушки, что могла бы еще жить да жить. Унжирец, что с него возьмешь! Кроме уникального коктейля для вечеринки. Вот если бы убитая внезапно превратилась в сгусток плазмы, а затем растеклась бензиновым пятном – может он и удивился бы. Метаморфозами тканей, а не гибелью девушки. «Зародышу около восьми часов», – вспомнились слова Олега Викторовича. Ваар выдержал мой взгляд, улыбнулся как лисица на охоте и проронил: – Не забудь, мое предложение в силе. Даф дернулся, как на электрическом проводе. Сжал кулаки до побелевших костяшек и посмотрел на унжирца так, что любой другой уже начал бы заикаться. Только не Ваар Ра. Он повел плечом и небрежно добавил: – Сама понимаешь, мое высокое положение, а не только должность, выгодны женщине. Моя жена будет вхожа во все высшие слои общества… – Спасибо. Но, полагаю, для унжирских слоев общества даже лучше, чтобы я не входила, – парировала я, придерживая Дафа за руку. Манаукец выглядел так, словно готовился наброситься на Ваара с кулаками. – Как она умерла? – уточнила я у эксперта-унжирца. Спрашивать у землянина смысла не имело. Он наверняка еще и не начинал обследование. Наэль Лаа, весь текучий и гибкий как лиана, но сильный и жилистый, как удав обернул ко мне красивое, остроносое лицо. – Умерла она от разрыва кисты яичника. Да-да! Очень глупо! При наших-то возможностях предсказать эту гадость за несколько лет, женщины не проверяются и умирают от внутреннего кровотечения. Вероятно, ей стало плохо, девушка упала и тихо умерла, пока бар еще не открылся. – Хм, – я опять полоснула по Ваару Ра внимательным взглядом. Он понял раньше, чем задала вопрос и слегка поморщился. – А почему у нее тогда настолько спокойный вид? Что-то не похожа жертва на бедолагу, которая умерла в муках. Разрыв кисты яичника вызывает дикую боль, страдания. Наэля мой вопрос не смутил совершенно. Во всяком случае, он не подал виду. – Может, приняла что-то… Я посмотрела на Ваара и сказала в его сторону: – Это медэксперты определят. Унжирцу мой намек совсем не понравился. Он чуть поморщился, но тут же растянул губы в умильной улыбке. – Обязательно. Наши эксперты. В жертве больше унжирской крови! – выпалил уверенно. – Доминируют человеческие гены. Но унжирских больше, в процентном соотношении. Можем доказать, предъявив экспресс-тест. Просто унжирские гены не активны. Ваар посмотрел на меня, на Тираннозавра, словно ожидал возражений. Ну да, конечно же! Унжирские эксперты определят то, что выгодно Ваару Ра. На результаты исследований можно не обращать внимания. Внезапно я замерла, посмотрела на Дафа, схватила его за рукав и выскочила наружу. Воздух переполнял грудь как вода легкие утопленника. Не вдохнуть, не выдохнуть. Слова не сказать. Манаукец догадался, крепко обнял, прижал и нежно погладил по спине: – Что случилось, Эля? – шепнул на ухо, обжигая горячим дыханием. – Я с тобой, ничего не бойся. Говори. Пока у меня сердце не остановилось. А то на тебе лица нет… Я прижалась к Дафу, спряталась у него на груди и несколько минут переводила дыхание. Немного успокоилась и поделилась догадкой: – Я поняла, зачем Ваар Ра следил за результатами моего обследования у Олега Викторовича. Даф чуть отстранился, вгляделся в лицо, а затем побледнел так, что даже покойнице дал бы фору. – Девушка умерла от такого же облучения! Эта мразь хотела удостовериться, что у тебя внезапно не появилась киста… Вот почему девушка такая спокойная, чуть злая и только! Киста развилась и убила ее моментально! Жертва ничего не успела почувствовать! Зубы Дафа заскрежетали. Он напрягся так, что казался теплым камнем, перегретым на солнце. Под белой кожей проступила паутина вздутых вен. Таким я Дафа еще не видела. – Мне… надо… с ним… поговорить, – процедил безопасник. Я без слов поняла остальное. С кем, зачем и что значит «поговорить». Снова прижалась к безопаснику и шепнула в синюю футболку. – Даф, не трогай его до конца расследования. Каменное тело манаукца вздрогнуло, он дернулся, чуть отстранился и взял мое лицо ладонями. В глазах Дафа ярость смешивалась со страхом. На нем просто лица не было. – Эля, – выдохнул безопасник. – Ты понимаешь, о чем просишь меня? Он мог тебя… – манаукец осекся, прикусил губу так, что несколько алых капелек выступили наружу. Ладони Дафа вздрагивали, губы тоже. – Он мог тебя… Я обхватила шею манаукца руками, прильнула к нему и произнесла почти в губы: – Он не собирался меня убивать. Успокойся, ну пожалуйста. Он потому и опробовал прибор. Неужели ты не понял? Девушка – это всего лишь тестер. Лабораторная мышь для калибровки прибора! Он облучил ее, чтобы меня не убить! – Все я понял! Я не так глуп, как думаешь! – возмутился Даф. – Но он все равно мог тебя… Ошибиться он мог… мразь такая… – Он подстраховался. Не хотел причинять мне вреда. Пожалуйста, дай мне распутать дело. Нужно найти прибор и понять, что с беременностью. Почему девушка частично унжирка? Неужели только ради карт-бланша Ваара? Не-ет! Тут что-то еще… Вертится в голове, но никак не сформируется… Даф выдохнул, словно надолго задерживал дыхание, отпустил меня, отвернулся и несколько минут молотил руками по воздуху. Я ждала, а затем осторожно погладила манаукца по спине. Черт! Как я могла его отталкивать? Ну вот кто бы еще так обо мне пекся? Какой мужчина так воспринял бы риск для моей жизни? Даф повернулся, сгреб в охапку и несколько секунд стискивал, не отпускал. Затем чуть отстранился, поймал взгляд и попросил: – Больше никаких праздников без меня, хорошо? Пожалуйста, Эля! Прошу тебя! Я кивнула и внезапно поняла, как найти прибор. Улыбнулась, вызывав удивление на лице манаукца. – Я такой смешной? – спросил он с горечью в голосе. Я помотала головой, приподнялась на цыпочках и поцеловала Дафа. Так, что сама поразилась. Страстно, в губы, с языком. Манаукец ответил – всем телом, не только губами. И пару минут мы праздновали наше единение. Случись все не в коридоре, в жилблоке, отпраздновали бы еще более бурно и страстно. Даф был готов ко всему – не отпускал, ласкал, целовал с отчаянием влюбленного мужчины, что не надеялся на взаимность. А я… я совершенно забыла, что, возможно, беременна. Только чувствовала горячие пальцы, поцелуи, дрожь и желание. Сладкий туман разливался в голове. Наконец я отстранилась первой. Манаукец скривился, как будто ему сделали больно и спросил: – Ну а чего усмехалась? Я подмигнула и произнесла: – Мы поймаем Ваара! Докажем его виновность. В насилии надо мной и убийстве девушки. Даже если между нами с Вааром ничего не было. Дай-то бог! Он ведь затащил меня в свой жилблок. Опоил, облучил! Вначале надо наказать его по закону! А вот потом можешь хоть отбивную из унжирского мяса готовить. Дай мне возможность наказать Ваара тем, что он хотел от меня заполучить! Кесарю кесарево! Понимаешь? Я накажу его своим мозгом, способностями к дедукции! Даф слушал, дергался, хмурился, но не возражал и не пытался учинить самосуд. Я изо всех сил старалась убедить манаукца. Почему? Да потому, что считала победу над Вааром долгом чести. После всего, что сотворил унжирец, ради собственной маниакальной идеи, желания заполучить то, что ему не принадлежит. Я считала, что вначале он должен все потерять. А уже потом… потом остальное. Физическая боль и расправа ничто рядом с моральным уничтожением. – Ты уверена, что получится? – прищурился манаукец, когда наконец-то смог думать нормально. – Скорее всего, Ваар заберет девушку к своим экспертам. А там… там нам не видать нормального обследования. Тебе сообщат то, что выгодно Ваару… – А нам и не нужны результаты обследования! Плевать на унжирскую экспертизу с большой колокольни. Вот увидишь! Главное, сделай все так, как я попрошу. Обещаешь? Даф с минуту изучал мое лицо. Прикидывал, думал, сомневался. Но затем неохотно кивнул и добавил: – Только если поклянешься, что сама ничем не рискуешь! – Клянусь! – успокоила я манаукца.