Глава 30
— Захар?
Он был выше, чем я думала. Лучше, чем рисовала в воображении. И такой красивый, что моё глупое сердечко замерло, а когда он выдохнул, обессиленно привалился плечом к стене, а затем подтянул меня к себе — разбилось вдребезги.
— Привет, — прижался он губами к моим волосам, ко всё ещё почти лысой голове.
Всё, что я смогла сделать в ответ — ткнуться носом в его грудь и всхлипнуть.
Я совсем его не знаю. Он незнакомый. Посторонний. Чужой, — красной лампочкой предупреждал мозг.
Я люблю его. Я хочу быть с ним. Я не хочу, чтобы он уходил, — отвечало сердце.
Я не знала его запах. Не помнила его рук. Не узнавала его голос, когда он звучал так близко и так тихо. Но я помнила, что делали со мной другие руки, запах другого мужчины, и как тот другой заставлял меня дрожать от вожделения, стонать, выгибаться, и кончать в сладострастных судорогах.
— Можно войти? — спросил Захар.
Грязная. Опороченная. Недостойная того, чтобы меня обнимали его руки. Я покачала головой.
— Нет.
— Малыш, — заставил он на себя посмотреть.
Его губы были так близко. Но его больные несчастные глаза — так далеко.
— Прости, — отпрянула я.
— Это ты меня прости. Это я виноват, что ничего не смог сделать. Не уберёг. Не защитил, — он тяжело вздохнул.
— Ты бы не смог, — покачала я головой. — Никто бы не смог. Зачем ты пришёл?
Он пожал плечами.
— Попросить прощения.
— Ты прощён. Всё? — я потянула на себя дверь.
— Нет. Я хочу быть с тобой.
А я с тобой, — рвалось из груди.
— Боюсь, это невозможно, — ответили губы.
— У тебя кто-то есть?
— О, да! — засмеялась я. — У меня есть учёба, экзамены, книги, конспекты.
— Я могу тебе помочь, — невозмутимо пожал он плечами.
— Чем?
— Буду тебя кормить, пока ты будешь готовиться. Встречать после экзаменов. Возить тебя на пляж. Водить в кино, — развёл он руками. — Какие фильмы ты любишь?
Я сглотнула подступивший к горлу ком.
— Дай мне шанс, Сверчок, — упёрся он лбом в лежащую на косяке двери руку. — Скажи «да», — подсказал он.
— Захар, я не…
— Тс-с-с! — приложил он палец к моим губам. — Просто кивни.
И я кивнула.