Глава 22 · ДОБРОВОЛЬЦЫ ПОНЕВОЛЕ

— Вопрос только в том, чем и как мы, ни хрена в мистике на смыслящие, тебе можем помочь, — постановил Степаныч. — Эти твои радужные ничего толком не сказали.

— Они не знают, — без зазрения совести сдала одних работодателей другому Надежда. Чудачка испытывала неизъяснимое облегчение от того, что ее не считают безумной и, кажется, собираются помочь. — Только признаваться в таком очень не любят. Зато средство для уничтожения клеща найти обязательно постараются.

— Увидеть эту дрянь можно в каком-нибудь инфракрасном свете или иным способом, как считаешь? — подал голос Вадим.

В отличие от Степаныча мужчина остался в кресле и теперь напряженно размышлял, потирая пальцами левой руки костяшки правой.

— Нет, вы его точно разглядеть не сможете, пока мир держится, — досадливо вздохнула Надя, снова переводя транслируемые вместе с речью Сил образы в понятные слова. — Он ведь не на Земле прячется, а между нитями мира, ими прикрывается, как паук паутиной. Я, наверное, смогу, если окажусь близко… Ой! Опять!

Надюшка вздрогнула за несколько секунд до того, как еще один очень слабый толчок потряс город.

— Ты же сказала, пока не будет трясти? — насторожился Степаныч.

— Это отголоски. Перекушенная нить окончательно порвалась. А тварь сейчас вроде как затихла, переваривает высосанную энергию, — пояснила девушка. — Но как искать клеща изнутри нашего мира, я пока не знаю.

— М-да, тут Алису и Гугл не спросишь, — проворчал шеф и вздрогнул, когда в дверь приемной заколотили кулаком вместо того, чтобы открыть или тактично постучаться.

— Кому там жить надоело? — рявкнул Степаныч, привычно переключаясь на начальственный ор.

— Геннадий Степанович, у вас все в порядке? — раздался в ответ встревоженный голос зама. — Сотовый не берете, внутреннюю АТС в доме вырубило.

— В норме, — рявкнул босс в ответ, слазил в карман и задумчиво хмыкнул, изучая совершенно черный, не подающий признаков жизни экран дорогущего средства связи. На попытки реанимации оное не реагировало, оставаясь лишь средством понтования и экстренной защиты. Стукнуть им по чьей-нибудь башке все еще было можно.

Надя глянула на МФУ в уголке и цокнула языком. Веселого зеленого огонька на панели не теплилось. Да что там зеленого, даже оранжевого на пилоте под столом не горело. Кажется, визит Двадцати и Одной на огонек к посвященной потушил все огоньки техники в помещении и изрядно навредил прочим приборам в здании.

— Тут к вам Красильников на встречу подъехал. — Голос заместителя звучал несколько растерянно. Как правило, ездили к Красильникову, да еще предварительно изрядно потрепав себе нервы при достижении предварительных договоренностей о визите. Того, кого ему видеть не желалось, Виктор Леонидович умел отсекать от своей персоны мастерски. А такого, чтобы он лично соизволил к кому-то прибыть, — отродясь не бывало.

— Ты чего перетрухал-то, Леня? — машинально переспросил Степаныч, отпирая дверь.

— Он с Шельгой приехал. Похоже, что-то серьезное, — уточнил зам, нервно поправив оправу очков.

— С Дмитрием? — вырвалось у удивленной Нади.

— Ты его знаешь? — резко развернулся и прищурился шеф.

— Да. Они с моей мамой заявление в ЗАГС подавать собираются, — кивнула девушка.

Ляпнуть о том, что это она свела Дмитрия с собственной родительницей и Шельга лично вытаскивал бедовую девицу из пары передряг, Надя не могла, потому что тогда пришлось бы рассказывать про запутавшегося похитителя девиц и мертвого маньяка.

— Ни черта лысого не понимаю, но зови всех в кабинет, Леня. Остальной народ по домам отпускай и сам уезжай. Какая уж тут работа, одни сплетни и волнение. Только Бомбошкина задержи, пусть со связью и техникой разберется. Надя, чай-кофе сделаешь? — распорядился Степаныч, понимая, что, грозит миру падение в тартарары или не грозит, а посылать Красильникова на хутор бабочек ловить — не выход, а скорее вход в глубокую и темную… Ага, на букву «з».

Девушка кивнула и поспешила к столику, чтобы ткнуть кнопку чайника. На счастье всех, старый надежный прибор, подумав тройку секунд, зашумел, согревая воду. Кофемашина, похоже, взревновав к коллеге, тоже включилась, подмигнув голубым экраном.

Зато прочая офисная техника упрямо продолжала забастовку. Возможно, ее стоило включить и выключить разок, другой, третий. Ну или вызвать Бомбошкина. Пусть возится и проверяет, что, где и почему вышло из строя. Если исправит, премию выписать. Хотя сейчас пусть лучше АТС чинит, а все прочее после Красильникова.

Эти простые мысли немного отвлекли Геннадия Степановича от мозголомных соображений о надвигающейся мистической катастрофе. Он даже сподобился изобразить на морде лица подобие деловитого внимания. На улыбку ни сил, ни желания не осталось.

Красильников и Шельга явились в приемную быстро. Словно не поднимались по лестнице неспешно, а бежали бегом. Дмитрий первым делом нашел взглядом Надежду. Та ответила виноватым пожатием плеч. Далее молчаливый диалог не продлился, потому что охранник узрел на столике у кресел позабытую в ходе переговоров с Двадцатью и Одной злополучную картинку. Багровый клещ во всей своей красе.

Красильников мигом отследил направление взгляда своего начальника охраны и заметно приободрился. Какую бы самодовольно-деловитую мину ни строил бизнесмен, а вот так нагло заявиться в чужой офис только потому, что туда собрался ринуться личный бодигард, хмуро цедящий что-то о сверхъестественных способностях уже знакомой девицы, кошмарах, землетрясении и отсутствии связи — это для Виктора Леонидовича выглядело почти как безумие.

Впрочем, и для того, чтобы Митенька раскололся после первых двух толчков, встревоженному боссу понадобилось изрядно поднажать на несгибаемого мужика. Нажал, охренел, но думал над информацией недолго, решил действовать. Подобные совпадения просто так не случаются, да и чутье орало удачливому бизнесмену в оба уха, что на странную девицу что-то крепко завязано помимо мистической хреновины. Потому решил Красильников разобраться со всеми этими непонятками на месте. Сочтут дураком — пусть, но упустить нечто важное он не хотел категорически.

— Приветствую, господа, — получив в руки чашку крепкого кофе, с места в карьер начал гость. — Все мы очно или заочно знакомы. Предлагаю без лишнего политеса перейти к сути проблемы. Митенька мой крепко уверен, что ваша милая девочка Надя знает, что к чему с этим стихийным бедствием. А я своему Митеньке привык верить больше, чем себе.

Практичный бизнесмен мог подумать всякое, к примеру: милая чудная девушка научилась прогнозировать стихийные бедствия, следовательно, стоит выяснить насчет перспектив и необходимости эвакуации. Но трезвые расчеты сбываются отнюдь не всегда, точно так же, как мечты.

— Наша милая девочка, — проворчал Степаныч, — такое знает, что волосы готовы не только дыбом встать, а и вовсе повыпадать.

Судя по лысеющей шевелюре шефа, за свою жизнь он выслушал от ассистентки немало сногсшибательных откровений. О том, кажется, подумал и не блещущий шевелюрой Красильников. Геннадий Степанович переглянулся с другом, чья прическа была побогаче. Вадим выдал неопределенное пожатие плеч. Сам-то до конца во все поверить не мог, куда уж посторонних убеждать. Но радужные эти вопили, и земля тряслась по-настоящему. Такое с пьяни не покажется, да и нанюхаться до такого не у каждого торчка выйдет.

Красильников сделал маленький глоток кофе и изобразил вежливое внимание вместо едва сдерживаемых нетерпения и страха. А как без него, родимого, если трясет и не пойми что творится?

— Тут такое дело, Виктор Леонидыч, — крякнул Степаныч, начиная беседу, — что без пол-литра не разберешь и не поверишь. И не кофе я имею в виду. Про землетрясения, угадал ты, Надюшка кое-что знает. И мы теперь тоже. Только как тебе такое объяснить, ума не приложу.

— Что значит — не хотите тревожить? — раздался откуда-то со стороны сварливый мужской голос, в котором за раздражением отчетливо слышалась неподдельная тревога. — Дайте мне с вашей посвященной переговорить, о Великие! Девочка небось ни жива ни мертва от страха, а вы сбежали, объявив о высоком доверии! Сейчас же дайте поговорить, или, как уже сказал, в Суд Сил не буду послания составлять и к демонам драным пошлю вашу охрану! Обойдусь!

Пока мужчина вещал, пространство снова наполнилось радугами, пошло яркой волной, и прямо у стойки ресепшена появилось изображение. Поначалу дергающееся и перебиваемое рябью, как от плохонького проектора. Но спустя пяток секунд картинка утвердилась в реальности окончательно. Оказалась она размером с хорошую простыню от полутораспальной кровати.

Перед вытаращившими глаза и потерявшими в очередной раз дар речи людьми предстал чуть полноватый растрепанный мужчина средних лет с повязкой на голове.

Узкие штаны с мягкими полусапожками, рубаха, короткий жилет на раздраженно вещающем ораторе, который прохаживался перед громадным письменным столом с кучей бумаг, ничуть не напоминали деловой костюм. Скорее уж попахивали чем-то средневековым, но в ту пору о столь тонкой выделке и отделке ткани и кожи оставалось только мечтать. Впрочем, на актера этот тип тоже не походил.

— Дарсен! — обрадованно вскрикнула Надя, прерывая монолог и хождения.

— О, заклинание связи наладили, — резко развернулся на голос законник. — Как ты?

— Пока все хорошо, — отчиталась девушка, с облегчением оценивая вид, запах, цвета собеседника. Виндер действительно был почти здоров и деятелен. Если уж всякое уважение к Двадцати и Одной отбросил и нагло взялся их шантажировать, так точно выживет. Убивать, точнее, добивать молнией прогневавшего их смертного, тем паче столь полезного смертного, и сразу после его спасения — Силы точно не станут. Это только древние боги, если судить по мифам, были скоры на расправу. Впрочем, информация, переданная Силами, подсказывала, что не только древние, не только боги и не только на Земле.

Еще раз осмотрев коллегу и признав его достаточно здоровым для обсуждения серьезных проблем, Надежда поведала о возникших трудностях:

— Я пока не могу сообразить, как искать клеща, прогрызающего нити ткани мира.

— Эт-то что за шутки юмора? — ткнув пухлым пальцем в экран наконец разродился гениальным вопросом Красильников. Он подпрыгнул из кресла, добежал до экрана и потыкал в него пальцем. Экран рябью не пошел и никаких искажений не дал. Никакому невидимому проектору трансляцию изображения не перекрыл. Конечность прошила изображение насквозь и тоже осталась цела.

— Эт-то что за пузанчики? — в тон бизнесмену отреагировал Дарсен, поворачиваясь анфас к зрителям и в свою очередь окидывая их скептичным взглядом человека, который сумел за каких-то несколько лун сбросить лишний вес, избавиться от алкогольной зависимости и вообще отыскать новый смысл в старой потрепанной жизни. — Надежда, больше никого для помощи отыскать не получилось? Один еще худо-бедно на боевого мага похож, а эти-то трое куда полезли?

— Дарсен, я тебе уже говорила, у нас в мире ни явной магии, ни боевых магов нет.

— Так это у тебя тогда совет знатоков-недоучек? — еще разок удивился Виндер, пока Красильников пытался догадаться, откуда идет трансляция.

— А мне по фигу метель! Хоть совещание, хоть совет в Филях! Отвянь, приставучий! Где Надюха? Телефон молчит! — раздалось из-за неплотно прикрытой двери в приемную.

— Любка, — растерянно выдохнула девушка, когда на пороге кабинета возникла чуть потрепанная, но не спасовавшая перед жизненными невзгодами и охранником-вохровцем, пытавшимся ее остановить, подруга.

Степаныч сделал мах рукой, и вохровец с невыразимым облегчением в глазах исчез с горизонта. Землетрясение явно казалось мужику проблемой помельче неукротимой девицы.

— Привет, Надюха! Ой, простите, но я так за нее волновалась… Землетрясение это, связи никакой! Мои-то целы, еще с работы всех отпустили. Если уж где пришибет, то компенсацию никому не будут выплачивать! Вот и уговорила Стасика меня до тебя подбросить! — затараторила лучшая подруга, стараясь вывалить побольше информации, пока ее не выставили за дверь.

— Что, еще одна недоделанная магичка? И тоже тощая. У вас что, девоньки, мужики всю еду отбирают? — удивленно цокнул языком Дарсен.

— Чего это я тощая, у меня все на месте! — сразу вскинулась Любка. — И кто у меня чего отберет, тот дня не проживет!

— Ша, мыши. К делу давайте, а то собачиться до тех пор будем, пока апокалипсис не грянет и за ж… — Степаныч виновато покосился на Надю и поправился: — за филей не прихватит. Виктор Леонидович, хочешь верь, хочешь не верь, мы и сами с трудом верим, а только походу всему глобальный трындец вскорости наступит, если вот она, — Геннадий Степанович кивком головы указал на Надежду, — не отыщет какую-то тварь, которая это безобразие устраивает. То, что пару раз тряхнуло, — это цветики, ягодки грядут.

— Только она? — машинально удивился Красильников, отступая наконец от «экрана», не поддавшегося на провокации и проверки.

— А то ж! Насколько я Великих понял, она для всех вас Последняя Надежда! Только ее талант и может пригодиться! — горько хохотнул Дарсен, привычно поискал глазами бокал и снова вернулся к беседе при молчаливом присутствии затаившихся Сил. — Кончайте собачиться о ерунде и мозгуйте, как поиск в вашем мире организовать, чтобы талант Надежды для того применить.

Степаныч, собрав свежую информацию в кучу, коротко объяснил всем собравшимся в кабинете, что именно, по словам Сил, происходит и чем оно чревато. По рукам снова пошел корявенький, но от этого почему-то кажущийся еще более страшным, цветной Надькин рисунок. Любка тем временем, сообразив, что ее прямо сейчас никто выставлять не собирается, бочком-бочком добралась до свободного кресла и пристроилась там, будто так и надо.

— Значит, как в сказках, пойди туда, не знаю куда, найди то, не знаю что? — крякнул Дмитрий, почесав старый шрам. — Так шарик у нас немаленький, его запросто не осмотришь даже с самолета или из космоса.

— Он рядом, близко. Паразита манит сила Плетущей Мироздание, как огонь мотылька в ночи, — подали голос Силы, проявляясь сиянием всех оттенков, окрасивших кабинет в цвета мечты токсикомана.

Красильников вздрогнул и предпочел попятиться к креслу, где пил кофе до того, как ринулся изучать развернутое изображение законника Дарсена.