Глава 83

Понятия не имею, чего ждал Каннингем от своего приезда, но догадываюсь, что реальность ему не сильно понравилась. Из принципа я даже в малости не изменила свой распорядок ради «дорогого гостя» и не забывала запирать на ночь дверь спальни. Каннингем, правда, держал слово и попыток вломиться не предпринимал, однако так мне было гораздо спокойнее.

Вот и получалось, что развлечений у Каннингема было — раз-два и обчёлся. Верховые прогулки по окрестностям и в Данли, книги из библиотеки, среди которых так и не нашлось ни одного раритета, да разговоры со мной, причём, когда я была занята, хуже собеседника невозможно представить.

А дел у меня было предостаточно: подготовка первых партий роз к отправке (к счастью, их должны были забрать самовывозом), завершение восстановительных работ в теплице, подготовка (пока только на бумаге) будущего праздника. И неважно, что в присутствии Каннингема праздновать мне хотелось чуть меньше, чем никак. Я обещала, а обещания, как известно из детства, надо выполнять.

— Вы столько работаете, — как-то заметил высокородный лорд, найдя меня в саду в тот момент, когда мы с Оливером занимались очередной подкормкой роз. — Право, я удивлён.

Я была уверена, что он опустил слово «неприятно», и, спрятав усмешку, ответила:

— Как вы знаете, Колдшир получил очень большой заказ на цветы. И если мы хотим его выполнить, потрудиться надо всем.

В шутку я подчеркнула последнее слово, и как по заказу кряхтящий Стини подтащил к нам два ведра убер-навозной подкормки. Каннингем вдохнул непередаваемое амбре, переменился в лице и поспешил ретироваться.

«Эх, не успела предложить ему подержать ведро!» — усмехнулась я про себя и, повернувшись к Стини, стала показывать, куда и сколько удобрения класть.

А потом случилось так, что в Колдшир, уж понятия не имею зачем, явился Эйнсли. С самого приезда Каннингема от лорда-разбойника не было ни слуху ни духу: как я предполагала, он в кои-то веки решил проявить благоразумие и не пересекаться со столичным гостем. А тут вдруг приехал, по обыкновению с утра, и мне скрепя сердце пришлось оставить дела на Райли, а самой отправиться развлекать гостей.

И следить, чтобы они не сцепились по какому-нибудь надуманному поводу.

К счастью, я напрасно волновалась. Да, оба лорда вели себя в высшей степени чопорно, однако общались вполне мирно. Мы мило попили чай в садовой беседке, и единственный момент, в который мне стало тревожно, — когда речь зашла об охоте. Мало ли что было у Эйнсли на уме — с его-то методами решать проблемы? Но дальше обмена мнениями дело не пошло, и я вновь почти успокоилась.

Почти — потому что никак не могла понять: зачем Эйнсли приехал? Повидаться со мной? Познакомиться с Каннингемом? Или?..

— Леди Каннингем, а где ваш управляющий? Мне бы хотелось, м-м, спросить его совета по одному мелкому вопросу.

Эйнсли заговорил об этом, уже собираясь уезжать, но я нутром поняла: вот она, главная причина его визита. И, пряча беспокойство, ответила:

— Он занят на стройке теплицы. Но я могу послать за ним, если желаете.

— О, не утруждайтесь! — успокоил меня Эйнсли. — С вашего разрешения, я сам найду его. Я помню, куда идти.

И он без тени стеснения оставил нас с Каннингемом.

— Этот молодой человек ведёт себя в Колдшире очень… по-свойски, — недовольно заметил лорд. И наградил меня таким уничижительным взглядом, словно в этом была моя вина.

— Лорд Эйнсли — наш добрый сосед, — хладнокровно отозвалась я. И для интереса бросила пробный шар: — Кстати, вы знали, что он тоже собирался купить Колдшир?

Каннингем скучающе приподнял бровь:

— В самом деле? Что же, надеюсь, он не сильно досадовал на неудачу.

Я мысленно усмехнулась и с серьёзным видом протянула:

— Не знаю, не знаю… Думаю, если моя затея с розами всё же потерпит крах, я всегда смогу продать имение лорду Эйнсли.

— Продать? — Между бровей Каннингема залегла недовольная складка. — Не глупите, моя дорогая. В случае любых проблем вам следует в первую очередь обратиться ко мне.

«Не удивлюсь, если за этим ты и подарил мне убыточное имение», — проницательно подумала я и прощебетала:

— Ну что вы, лорд Каннингем! Беспокоить вас по всяким пустякам!

— И всё же не стесняйтесь, Мэриан. — Приказные нотки плохо вязались с тональностью разговора. — Например, если бы вы сообщили мне раньше, инспектор Трейси не докучал бы вам столько времени.

Ох! Совсем забыла! Но хорошо, что Каннингем не знал: мне известно о его вмешательстве. Поэтому наигранное удивление:

— Так это из-за вас инспектор уехал? — И искреннее: — Большое спасибо за эти хлопоты, лорд Каннингем! — прозвучали весьма достоверно.

— Не стоит, моя дорогая, — милостиво отмахнулся лорд. — Я вообще не упомянул бы об этом, если бы не желание доказать: вы напрасно опасаетесь моей помощи.

Я тонко улыбнулась, отчего-то вспомнив незабвенного дона Корлеоне, и заверила:

— Хорошо, лорд Каннингем. В следующий раз, если он, конечно, возникнет, постараюсь пересилить свою робость и обращусь к вам.

Собеседник поджал губы, без труда разгадав истинный смысл ответа: заблуждений относительно моей робости он не имел. А я, чтобы подсластить пилюлю, мирно предложила:

— Ещё чаю, лорд Каннингем?

— Да, будьте любезны, — процедил тот, и я разлила нам по чашечке ароматного янтарного напитка.

Дальнейшая беседа у нас не сложилась, и молчание, повисшее после нескольких попыток разговора, нарушилось только с приходом Эйнсли.

— Вы получили совет, лорд? — полюбопытствовала я, ни единой интонацией не выдав одолевавшего меня беспокойства.

— Получил, — отозвался тот. — Правда, я ожидал немного иного… Но неважно.

Он перевёл разговор на теплицу и вскоре всё-таки распрощался и уехал. После этого я тоже не стала задерживаться и сбежала от Каннингема в кабинет, куда без промедления вызвала Райли.

Ожидание показалось неоправданно долгим, но наконец раздался короткий стук, и вошёл Райли. Я жестом попросила его плотнее закрыть дверь и, понизив голос, сразу приступила к главному:

— Так что за совет хотел от тебя получить Эйнсли?

Райли выдержал паузу, словно ещё раз обдумывая ответ, и медленно произнёс:

— Это нельзя назвать советом. Он хотел ещё раз уточнить, сколько динамитных шашек я брал и сколько оставалось в тайнике.