Глава 12

Я стою в полном ступоре, несколько минут прихожу в себя, потом отмираю и стараюсь вспомнить, куда мне сейчас идти. Он на меня слишком сильно действует. Слишком! Или он на всех так? Если он находится где-то поблизости со мной, то он поглощает все свободное пространство, заполняет собой, окутывает меня мороком и завораживает. Я боюсь попасть к нему в зависимость и влюбиться. Хотя, вроде как, уже поздно бояться, все уже случилось. Меня затягивает со страшной силой, и я совсем не могу контролировать это чувство.

Утром, едва я успеваю появиться в столовой, яростно сверкая взглядом и сложив руки на груди, меня ждет Марина. Ну хоть не с кулаками и на том спасибо. Насколько я знаю, родители уехали в аэропорт час назад, а Валя, едва приготовив завтрак, убежала по своим делам. Получается мы сейчас с ней один на один. Я растерянно застываю в дверях, не зная, чего от нее ждать.

– Слушай сюда, убогая, – шипит сестрица, – ты сейчас же соберешь свои манатки, и уберешься из этого дома. Вещи возьмешь только те, что с собой привезла.

– С чего бы? – вырывается из меня вопрос.

Я ее не боюсь, просто очень не хочу ругаться.

– Я тебя предупредила, – каркает на меня и выходит из столовой.

Я спокойно сажусь завтракать, потому что главный раздражитель исчез из поля зрения, теперь мне ничто не помешает насладиться едой. Надо подкрепиться, потому что день предстоит трудный и выматывающий. После учебы мне сразу ехать на работу.

В университете я вспоминаю, что забыла новый сценарий проведения детского праздника и шпаргалку с именами детей. Поэтому забиваю на последнюю пару и перед работой еду домой.

Забегаю в свою комнату и в шоке застываю на месте. Подхожу ближе и не могу поверить своим глазам. Вся моя одежда расстрижена на куски и одной большой кучей свалена на кровати. У меня из глаз сразу вышибает слезы, потому что эта одежда мне очень нравилась, она была дорога мне. Не то, чтобы я помешана на шмотках, но у меня раньше такой никогда не было. А я же девочка, в конце концов, которой нравятся красивые вещи.

Когда немного прихожу в себя, обращаю внимание, что она не тронула те вещи, которые были убраны в гардеробную, испортила только те, что висели в шкафу. Торопилась, скорее всего, и не сообразила. Убираю в гардеробную всю верхнюю одежду и один пакет с вещами, которые были очень дорогие. Их я пока не носила. Там же на полке стоит коробочка с духами, которые мне подарила Марго сразу после показа. Они мне очень нравятся и почему-то ассоциируются с запахом конфет. В коробке целый флакон сто миллилитров и мини версия, которую я часто ношу с собой.

Беру с полки рюкзак и собираю сменную одежду из того, что осталось. Туда же кладу коробочку с духами. Гардеробную закрываю на ключ и убираю его в рюкзак. Я, конечно, понимаю, что эту ненормальную ни один замок не остановит, если она надумает еще чего-нибудь сделать, но продолжаю надеяться на лучшее.

Вызываю такси, потому что сильно задержалась со сборами и еду на работу. С трудом дожидаюсь конца своей смены. Сегодня еще и праздник продлевали на час. Я так устала за этот бесконечный день, что, сидя в раздевалке возле своего шкафчика, чувствую, как из глаз снова брызгают слезы. Не знаю на чем буду добираться до своей квартиры. На такси далеко и дорого. Так мне никакой зарплаты не хватит.

Выхожу из здания кафе и сразу сталкиваюсь с Громовым. Черт. Только не это. Я совсем забыла, что он обещал мне разговор. А я сейчас не хочу никого видеть, хочу просто скорее оказаться дома.

– Привет, – здоровается и внимательным взглядом сканирует мое лицо, – что случилось?

– Привет, – стараюсь спокойно ответить, – в каком смысле?

– Алена, что случилось? Я же вижу, что ты плакала, – требует ответ и хватает меня за плечи, чтобы я не сбежала.

– Просто устала, – быстро отвечаю и чувствую, что в горле снова встает ком. Я до сих пор на пределе после выходки Марины, поэтому чуть тронь и из меня снова хлынут слезы. Возможно, даже больше, чем в прошлый раз.

– Не ври, – припечатывает сразу, – пошли со мной.

Хватает меня за руку и ведет к своей машине, не обращая внимания на то, что я пытаюсь упираться. Но куда мне тягаться с такой махиной. Прет, как танк.

– Да отпусти ты меня, – кричу на него, а он с молчаливым равнодушием и без всяких усилий усаживает меня на переднее сидение своей машины.

Пристегивает ремень безопасности, обдавая меня при этом своим дурманящим запахом и опять проникая в мое личное пространство. Я задерживаю дыхание, чтобы не вдохнуть лишнего. Для меня это явно токсическая смесь, особенно сейчас, когда так хочется вкусно поесть и забраться, как маленькой, к кому-нибудь на ручки. Свернуться клубочком и уснуть до самого утра.

Паша садится за руль, разворачивается ко мне всем корпусом и снова впивается в меня своими глазами-сканерами.

– Тебя обидела сестра, – не спрашивает, утверждает.

– Никто меня не обижал, – огрызаюсь сразу, – и она мне не сестра.

– Ясно, – произносит, выдыхая так, будто для себя уже все решил.

Отворачивается от меня, заводит машину и трогается с места. Мои глаза округляются, ведь он даже адрес не спросил. И вообще мне сегодня в другую сторону.

– Куда ты меня везешь? – решаю подать голос после небольшой паузы.

– К себе домой, – спокойно отвечает, а я в этот момент давлюсь воздухом.

– Зачем? – вырывается из меня вопрос уже с нотками паники.

– Чтобы тебя больше никто не обижал, – говорит так будто это очевидные вещи, а я ерунду какую-то спросила.

– Меня никто не обижает, и я хочу домой.

– Так едем же.

– К себе домой, – делаю ударение на первом слове.

– По сестре соскучилась? – с иронией спрашивает.

Не знаю почему, но я не хочу говорить ему, что у меня есть квартира. Это мое убежище от всех, про нее знают только самые близкие, а в круг близких людей Паша явно не входит.

– Нам надо поговорить, Алена, в спокойной обстановке, – ставит меня в известность. Всегда думала, что разговор возможен, когда оба этого хотят. Видимо, с Громовым это не работает.

– Давай поговорим в машине, и ты меня отвезешь туда, где взял, – предлагаю ему свой вариант.

– Нет, – заявляет так категорично, что аж бесит. Опять все сам решил. Ну и наглости у него.

– Ты замерзла и устала так, что еле стоишь на ногах. К тому же расстроена. А когда ты ела в последний раз?

– Тебе-то что, ты мне кто? Отец или старший брат? – как-то слишком агрессивно получается выкрикнуть. Становится немного стыдно, потому что он вроде, как со мной пытается по-хорошему, если не считать, что силой увез, а я все воспринимаю в штыки.

– Я твой парень, – заявляет абсолютно уверенным голосом.

Вот это новости. От его наглости и самоуверенности я буквально давлюсь своей следующей язвительной репликой.

– И как давно? – решаю пока спокойно выяснить, потому что начинаю сомневаться все ли у него в порядке с головой.

– С нашей первой ночи, – отвечает с такой дерзкой улыбкой, что я тут же вспыхиваю, как школьница.

– Не было никакой ночи, – твердо заявляю, но голос предательски дрожит.

– Была, Алена, ночь была. Ты, по крайней мере, всю ночь спала в моих объятиях. И чтобы ты там себе не накрутила в голове, я ничего тебе не подмешивал.

От его этого «спала в моих объятиях» по всему телу рассыпаются мурашки и мне становится как-то сразу спокойнее и теплее.

– Я знаю, – вынуждена признаться, – прости, что я подумала о тебе плохо.

Он улыбается мне абсолютно искренней улыбкой, после которой мое желание спорить и противостоять ему быстро тает. Дальше мы едем в молчании до самого дома.

В итоге я сижу в огромной квартире Паши Громова и с интересом смотрю по сторонам. Ничего лишнего, по-мужски, но со вкусом. Вот так бы я охарактеризовала его жилье. Он зовет меня ужинать на кухню, и я с удовольствием иду, потому что не ела весь день.

Еда явно заказана из ресторана, но я очень люблю пасту, поэтому меня более чем устраивает. Он даже про десерт не забыл. Эклеры и корзиночки со сгущенкой. Обалдеть! Чувствую себя маленькой девочкой, которая дорвалась до сладостей. От вина отказываюсь, я и раньше не пила, а после последних событий на вечеринке, вообще начинаю побаиваться спиртного.

– Ален, – начинает разговор Паша после того, как мы поели, – ты мне правда нравишься. Очень. Ты вообще другая, ни на кого не похожа. Я таких никогда не встречал раньше. Ты добрая, отзывчивая. Ты настоящая, без фальши и мишуры. К тебя тянутся дети, даже Дарина сразу прониклась к тебе доверием, а она всегда очень тяжело сходится с людьми, поэтому у нас не задерживаются няни. Я понимаю, что к такому, как я, доверия нет. Но пожалуйста, дай мне шанс. Всего один шанс, и я докажу тебе, что мне можно верить.

Я сижу неподвижно и не верю своим ушам, только ресницами хлопаю. Это что сейчас было?

– Я не могу понять, ты мне, что сейчас предлагаешь? – охрипшим голосом спрашиваю.

– Встречаться, – спокойно поясняет, – и ты поживешь у меня, пока не устаканится у тебя дома.

– Ты… ты совсем что ли с ума сошел? – выдыхаю, шокировано на него уставившись.

– Ален, ты не подумай ничего такого. Я просто переживаю за тебя. У меня в квартире четыре спальни. Ты можешь выбрать любую. Просто так я буду знать, что ты в безопасности. К тому же, если все будут знать, что мы встречаемся, тебя никто не тронет.

– Что-то я в этом очень сомневаюсь. Если Марина об этом узнает, она мне вообще жизни не даст, – возмущенно пытаюсь достучаться до него, игнорируя первую часть его предложения.

– Она не посмеет, – произносит решительным тоном, – я ей уже говорил, чтобы она к тебе не подходила, если надо, скажу еще раз.

– И после этого она выгнала меня из дома, – вырывается из меня до того, как я успеваю прикусить язык.

Пашино лицо каменеет на глазах. Блин. Как я могла проболтаться?

– Что она сделала? – рычит и подходит ко мне ближе. Заметив, что я со страхом шарахаюсь от него, останавливается и уже спокойно спрашивает, – где ваши родители, почему они допустили такое?

– Они уехали отдыхать на море сегодня утром, – честно отвечаю. Все равно проболталась, чего уж теперь.

Паша стоит так близко ко мне, что мне становится не по себе и хочется куда-нибудь сбежать. Никак не могу привыкнуть к тем эмоциям, которые он у меня вызывает. На мое желание не впускать его в свое личное пространство ему, видимо, фиолетово, потому что он подходит ко мне вплотную, аккуратно обнимает и прижимает к себе. Гладит по волосам, как маленького ребенка.

Я не вижу в его действиях никакого сексуального подтекста, поэтому расслабляюсь и сама льну к нему. Чувствую себя, как за каменной стеной, как в коконе. Сколько раз за всю свою жизнь меня вот так вот обнимали или успокаивали? Пальцев одной руки хватит, чтобы сосчитать. Поэтому я очень хочу ему поверить и впустить в свою жизнь. Ну, о том, что он мне нравится, думаю, смысла напоминать себе нет.

– Прости, я хотел, как лучше, – выдыхает шепотом в мою макушку, – пожалуйста, останься, хотя бы пока родители не вернутся. Потом посмотришь по обстановке. Я не буду тебя торопить ни с чем, обещаю. Все будет, как ты захочешь и с той скоростью, какую ты выберешь. Просто я много времени провожу на тренировках и соревнованиях, иногда у нас игры с выездом. Ну, кто за тобой присмотрит, пока меня нет? Мне будет спокойнее, если я буду знать, что ты живешь здесь, в полной безопасности.

С этими словами Паша протягивает мне ключи, на которые я смотрю, как на змею. Не могу решиться протянуть руку и взять. Тогда он молча засовывает их в задний карман моих джинсов, задевая при этом голую полоску кожи над поясом и запуская целый табун мурашек. Затем целует в лоб, перед этим пройдясь губами по виску. Дрожь усиливается, поэтому я отстраняюсь немного и поднимаю на него глаза.

– Паш, я же не маленькая, чтобы за мной присматривать, – тихо, почти шепотом отвечаю.

– Да ты малышка совсем, – смеется и показывает на нашу разницу в росте, – мне хочется завернуть тебя в одеяло и носить на руках.

Я смеюсь в ответ и утыкаюсь лицом ему в грудь. Ну, разве можно тут устоять. У меня точно нет шансов отказаться.