Эпилог

Наконец-то настал день нашей выписки из роддома. Малыши окрепли, хорошо кушали и начали стремительно прибавлять в весе. Я тоже чувствую себя намного лучше. Немного помучилась, когда начались резкие приливы молока, но Марго пригласила для меня лучшего консультанта по грудному вскармливанию, поэтому мы быстро решили эту проблему.

Жить мы собирались в Пашиной квартире, потому что там было намного больше места, и пока я лежала в роддоме ее успели полностью переделать. Сейчас там было предусмотрено все до мелочей. Две шикарные детские комнаты, наша не менее шикарная спальня и никаких опасных предметов и углов.

Бесспорно, моя выписка стала для меня одним из самых ярких событий в жизни, потому что Паша постарался на славу. У нас даже куча фотографий осталась на память об этом дне. Я никогда в своей жизни не видела столько воздушных шаров и цветов.

Сначала меня ждал сюрприз в комнате для выписки, где одевают и фотографируют малышей. Она была украшена аркой из цветов и шариков, под которой мы потом фотографировались с детьми и вместе со всеми гостями.

Наша квартира тоже была украшена, и не просто абы как, здесь потрудились настоящие специалисты своего дела. Фольгированные шары в виде младенцев, бутылочек, пустышек, колясочек. Все это, конечно же, в двух цветах, розовом и голубом. Между ними стояли огромные фонтаны из обычных шариков, шариков хром и шаров с конфетти.

В нашей спальне из маленьких шариков было сделано огромное сердце, тоже в двух цветах розовом и голубом, а из лепестков роз огромными буквами было выложено слово "СПАСИБО".

Я какое-то время стояла неподвижно и взирала на все это великолепие, потом просто не выдержала, закрыла лицо ладонями и разрыдалась от счастья. Когда я работала детским аниматором, я всегда в праздниках больше всего любила красочное оформление. Может быть, потому что у меня никогда в жизни не было ничего подобного. А сейчас у меня было такое чувство, что я получила свои сюрпризы за все прошедшие годы. Ну, кто мог еще додуматься до такого? Конечно, только он. Конечно, только мой любимый мужчина.

Когда гости в такой момент нас деликатно оставили вдвоем в спальне, Паша подошел ко мне и вытащил из кармана красивую прямоугольную коробочку. Я дрожащими руками открыла ее и увидела потрясающий золотой браслет, на котором были сделаны два младенца, мальчик и девочка, с гравировкой на одной стороне в виде заглавной буквы А (Алиса и Андрей), а на другой, был указан рост и вес наших малышей. Каждый младенец был украшен бриллиантами. Кажется, сегодня я точно не перестану плакать.

– Для тебя это тоже большой праздник, – шепчет мне Паша, – в этот день мы будем праздновать твой второй день рождения, Аленка. Ты даже не представляешь, как сильно я люблю тебя, как боялся потерять, и как благодарен судьбе, что она тогда на игровом поле столкнула нас.

– Ты хотел сказать, своему мячу? – спрашиваю со счастливой улыбкой.

Мы вместе смеемся и идем к гостям праздновать один из самых счастливых дней в своей жизни.

* * *

Спустя год

Алена

Я сижу возле новогодней елки и зорким взглядом слежу за тем, чтобы двойняшки снова не стащили с нее игрушки. Они буквально на днях начали ходить, и теперь количество их проделок выросло в несколько раз.

Сегодня мы все собрались в доме у Марго, чтобы встретить Новый год и отпраздновать день рождение двойняшек – Алисы и Андрея. Скоро должны подъехать еще мама Паши с Дариной.

Я ловлю Алису и пытаюсь удержать на коленях, чтобы заново сделать малюсенький хвостик, который та все время стаскивает. Вскользь слышу звонок в дверь, но не обращаю на него внимания, народу много, откроет кто-нибудь, у кого руки свободные.

Лисенок замирает у меня на руках, заметив в опасной близости от себя яркую елочную игрушку, и тянет к ней свои проворные ручонки. С бантиком я укладываюсь быстрее и перехватываю игрушку до того, как она будет обглодана. Слышу протестующий писк и быстро начинаю отвлекать малышку тисканьем и поцелуями.

Паша подходит ко мне, дарит теплую улыбку и забирает Алису к себе на руки, хотя на второй руке у него уже сидит Андрюшка. Только он может одновременно носить их обоих. Целует дочь в блондинистые кудряхи и строит ей забавные рожицы. У них такая трогательная любовь, между папой и дочкой. Особенная и трепетная.

Может, это связано с тем, что Лисичка очень похожа на меня. Паша ей отказать вообще ни в чем не может, стоит ей только поднять на него глаза, полные слез и все…, весь мир у ее ног. И, похоже, она уже сейчас понимает, как это работает.

Андрюшка очень спокойный и послушный, он следит за поведением сестры с какой-то снисходительностью и лояльностью. Носит ей втихаря вкусняшки, которые успевает под шумок стащить со стола, и всегда делится новыми игрушками.

Когда Паша с детьми отходит в сторону, я понимаю, зачем он забрал у меня Алису. За его спиной стоит Марина, в ее руках я вижу целую гору коробок, которую она аккуратно сгружает под елку. Затем поднимается обратно и подходит еще ближе.

– Мы можем поговорить наедине, – тихо просит, тепло мне улыбаясь. Наверно, впервые я не слышу в ее голосе ноток превосходства. Голос спокойный и доброжелательный.

– Да, конечно, – просто отвечаю, – пошли.

Мы заходим в кабинет, который служит библиотекой. Я сажусь в одно кресло, Марина напротив меня в другое. Мельком скольжу по ней взглядом и замечаю, что она очень изменилась. На ней темные джинсы и теплый джемпер с новогодней тематикой. Волосы стали еще длиннее и были заплетены в обычную косу. Никакой косметики на лице и никаких украшений. Это очень на нее не похоже, ее образ скорее по-детски милый, чем сексуальный.

– Этот принт очень нравится Данечке, поэтому стараюсь носить его всегда, когда вижу, – объясняет мне, заметив мой взгляд. Обращаю внимание, с какой теплотой она говорит про сына, но к концу фразы ее голос срывается.

Я знаю, что с Егором у нее очень напряженные отношения и Марина в его доме находится, как прислуга. Изначально, после родов, Егор разрешил ей остаться только на правах кормилицы для сына. Поэтому Марина кормила его грудью до сих пор, насколько мне было известно, боялась, что Егор выкинет ее на улицу, и она больше никогда не увидит своего ребенка. Марго мне иногда рассказывала кое-что про них, когда я интересовалась ее родным внуком.

– Я хотела попросить у тебя прощения за все, что сделала. Пожалуйста, прости меня. Ты столько пережила по моей вине. Когда мама рассказала мне, как тяжело ты рожала, я плакала несколько дней. Не представляю, как ты с этим справилась, даже думать боюсь, что с моим Даней могло что-то пойти не так. Ты очень хорошая и добрая. Я так жалею, что не подружилась с тобой при нашей первой встрече.

– Я простила, давно уже, – тепло говорю ей и улыбаюсь, – все совершают ошибки, главное уметь их исправить.

– Я привезла подарки тебе и детям, прими их, пожалуйста, они от чистого сердца. Я купила их на свои деньги, которые сама заработала.

– Спасибо. Расскажи мне, как ты? Как Даня? – спрашиваю, потому что мне на самом деле интересно.

– Начинает ходить потихоньку, такой смешной, – ее лицо начинает светиться, и она придвигается ближе ко мне, – хочешь, покажу фотки?

Мы вместе смотрим фотографии и смешные видео. У Марины ими забит весь телефон. Случайно, замечаю, что там сохранено несколько фотографий Егора и те, где они вдвоем в обнимку, но фотографии явно старые, из прошлой жизни.

– В Россию возвращаться не планируете? – спрашиваю ее.

– Я не могу уехать и оставить там сына, – с грустью отвечает, – по крайней мере, пока мне дают возможность быть с ним. У Егора там бизнес, – делает паузу, а потом я вижу, что в ее глазах стоят слезы, – и он собирается там жениться. Я так поняла, это брак очень важен для его бизнеса. А я люблю его, очень люблю их обоих.

– О Боже, – потрясенно выдыхаю, – как же так?

– И еще я беременна от него, – выдыхает напоследок, чем вводит меня в состояние полного ступора.

– Так получилось, случайно, один раз всего, – шепчет, закусив губу, но это не помогает ей сдержать слез.

– Ты сказала ему? – нетерпеливо спрашиваю.

– Ты что, нет. Я боюсь.

– Ты боишься его? Он что…он тебя бьет? – в шоке спрашиваю.

– Нет, я боюсь, что он опять отберет у меня ребенка.

– Может, стоит все-таки сказать? Тогда он разорвет отношения и женится на тебе.

– Нет, он никогда не женится на мне, – говорит усталым голосом, – он меня ненавидит.

– Как же ты там одна будешь? – с тоской спрашиваю.

– Я что-нибудь придумаю. Обязательно что-нибудь придумаю. Только, пожалуйста, не говори никому. Об этом никто не знает.

– Конечно, не скажу. Но почему ты не хочешь поговорить с Марго, она все поймет. И поможет. Я уверена.

– Я подумаю над этим. Я уже всего боюсь, поэтому сначала нужно взвесить все за и против. Мне уже пора уезжать, я отпросилась у Егора только маму поздравить. Не хочу, чтобы с Даней лишний раз сидела няня.

– Да, конечно. Ты звони, если вдруг понадобится помощь.

Она дарит мне напоследок теплую улыбку и уезжает. А мне так жаль ее становится. Какой Егор жестокий мужчина оказался, он же наверняка видит, насколько Марина любит сына. А если женится то, что потом? Лишит ребенка родной матери? Ужас. Такой осадок тяжелый остается после этого разговора. Я очень надеюсь, что она найдет в себе силы признаться Егору и у них все наладится.

(История Марины называется «Моя большая маленькая тайна»)

* * *

Под бой курантов мы с Пашей стоим напротив друг друга, у меня на руках Лисенок, у него Андрюшка. Свободной рукой он переплетает наши пальцы и смотрит в мои глаза не отрываясь. Я читаю в его взгляде столько любви и нежности, что не могу сдержать слезы счастья. Он подходит еще ближе ко мне и прямо с Андрюшкой на руках опускается на одно колено. Как фокусник достает откуда-то коробочку с кольцом, к которому сразу же тянет ручки Алиса.

К нам сразу подскакивают Марго и Валя, они забирают детей, чтобы мы смогли насладиться таким моментом.

– Выходи за меня замуж, родная, – слышу такой ласковый голос в идеальной тишине столовой.

– Да, да, – шепчу хриплым голосом сквозь слезы.

Паша надевает мне на пальчик колечко и целует. Я прижимаюсь к нему сильнее и впитываю в себя знакомое чувство безопасности и восторга.

Мы договорились дать друг другу год после того, как меня выписали из роддома. Вернее, я предложила, Паша согласился. Он вообще на все соглашался без проблем. Я не хотела торопиться со свадьбой, но, не потому что не любила или сомневалась в нем. Нет! Я простила его и доверяла снова, безоглядно.

Я просто не хотела свадьбу делать сейчас, когда у нас было столько хлопот с детьми. Они же недоношенные родились, и их было двое. Если бы к этим хлопотам добавились еще свадебные, мой организм бы точно не выдержал. Ну, и здоровье свое укрепить мне тоже не помешало бы. Гемоглобин после переливания мне подняли только до восьмидесяти шести. Поэтому мне требовалось много времени на выздоровление и полное восстановление.

За весь прошедший год Паша ни разу не дал мне повода усомниться в нем и пожалеть о своем выборе. Он всегда помогал мне по дому и с детьми, когда была возможность. Футбол остался для него только как хобби после того, как он окончил университет, хотя его отец ни на чем не настаивал. Когда Паша явился к нему с повинной, тот махнул рукой и сказал, что это же родные внуки, как он может что-то требовать взамен. Работать Паша пошел на фирму к матери, потому что ей реально была нужна помощь, но периодически по возможности вникал в дела своего отца.

Между Пашиными родителями в последнее время явно что-то происходило, Алексей Анатольевич зачастил в гости к своей бывшей жене, и он абсолютно точно был в полном восторге от Дарины. Ну, тут, мы его как раз понимали, перед ней мало кто мог устоять.

С Машей мы теперь общались редко, в основном по переписке. Их семью очень подкосил поступок Глеба, и они переехали в другой город. Глеба посадили за все его махинации, потому что в процессе следствия выяснилось, что таких двойных сделок он провернул несколько. Моя квартира так и осталась моей, мне ее вернули на этот раз вместе со всеми документами, благодаря Андрею и его юристам.

Мои родители по большей части так и остались мне чужими людьми, но я больше не переживала на этот счет, потому что у меня была своя семья и еще много дорогих и любимых мне людей.

Сейчас мы с Пашей сидим возле елки, закутавшись в плед. Спокойные и счастливые. На часах уже два часа ночи, дети давно спят, а мы решили еще немного насладиться волшебной атмосферой праздника, пошептаться, наобниматься и наконец-то обменяться подарками.

Я подарила Паше шарф, который связала сама, он особенно любил подарки, которые я делала для него своими руками. И я с абсолютной уверенностью могу сказать, что он всю зиму будет его носить. Когда пришла его очередь дарить подарок, он с загадочным лицом вытащил из-под елки большую коробку и вручил мне. Я открыла ее и от души расхохоталась. В коробке лежал футбольный мяч на подставке с его автографом.

– Это не просто мяч, – говорит загадочно Паша, – это тот самый мяч, которым я попал тогда в тебя на поле.

– Правда? – шокировано переспрашиваю.

– Ага, – самодовольно подтверждает.

– Спасибо, это очень ценный для меня подарок и для всей нашей семьи, – говорю ему на полном серьезе, – будем показывать его своим детям?

– Да и внукам тоже, – смеется и прижимает меня к себе еще ближе.

На улице за окном до сих пор гремят салюты, а у нас здесь в тишине гостиной возле елки под теплым пледом свои искры и фейерверки.