Глава 25. Рома

Кажется, я еще никогда так долго не добирался до дачи. Мы на протяжении нескольких часов стоим колом, перед нами на дороге образовался многокилометровый затор.

Все полосы заняты. Из-за установленного посреди дороги ограждения не развернуться и не уехать.

Мы в ловушке. За окном темно.

– Андрюх, есть какие-то идеи, как выбраться отсюда? – спрашиваю у друга, может быть он что-то придумал. В отличие от меня.

Я уже задолбался стоять в пробке, никаких сил не осталось. Готов бросить машину и отправиться к Вере пешком.

Хочу поговорить с ней лично, по-человечески объясниться, ведь я уверен, что телефонный разговор только наделает кучу проблем.

Но прежде всего я собираюсь вышвырнуть свою пока еще законную супругу из дома. Пусть валит на все четыре стороны и продолжает развлекаться, как хочет. Ей семья не нужна, она сделала свой выбор, и каждый из нас теперь идет своим путем.

Не думал, что придется еще раз обсуждать с ней причины предстоящего развода. Но, видимо, без этого никак.

– Там спереди крупное ДТП, – хмуро отзывается друг. – Его не объедешь.

– Вот прям ни единого варианта? – уточняю, теряя последнюю надежду.

– Никакого, – вздыхает тяжко. – Поверь.

Ну капец! Вот и разрулил дела мужа Веры… Ублюдка из задницы, считай, вытащил, а о любимой женщине позаботиться не могу.

– Ты что в тачке делаешь? Одному не скучно? – интересуюсь у Лебедева.

– Я не могу дозвониться до Насти, – озвучивает мне причину своего беспокойства. – Не берет трубку и все тут.

– А Егорычу звонил? – уточняю.

Блин, на Лебедеву совсем не похоже. Она всегда на связи, всегда готова прийти на помощь и никогда никого не игнорирует.

– Звонил. Он сказал, что Настя уехала, – окончательно ошарашивает меня ответом.

– В смысле уехала?! – охреневаю. – Я же запретил их отпускать! Это что за дела?!

– Ты думаешь, Настя станет кого-то слушать? – горько ухмыляется Андрюха. – Она ж если что надумала, то как грузовой поезд на полной скорости, хрен остановишь.

– Ой, да, – не могу с другом не согласиться. – Так что в итоге? Не знаешь, где она?

– Прикинь, но нет, – делится своей печалью.

Замолкаем. Да и что тут скажешь? Что Настя сейчас на эмоциях может нагородить с три короба, а потом будем разгребать еще как минимум месяц? Это да.

– Слушай, давай я на дачу поеду, а ты домой, – предлагаю вариант. – Настя по-любому туда должна поехать.

– Не факт, – с сомнением в голосе произносит друг. – Совсем не факт, – задумчиво повторяет.

Пробка начинает двигаться.

– Ну так что? – спрашиваю у него в последний раз.

– Еду с тобой, – заявляет. – Я прежде всего хочу поговорить с Илоной. Уверен, без нее никак не обошлось.

– Знаешь, тут я с тобой согласен, – ухмыляюсь недобро.

Перебрасываемся еще парой фраз и отключаемся. Впереди нас ждет непростая дорога.

Пробка медленно рассасывается, попутные машины ускоряются и я тоже набираю скорость потока. До дачи остается совсем ничего.

Спустя буквально минут двадцать оставляю машину на парковке и со всех ног спешу к Егорычу в дом. Андрей заскакивает за мной следом.

– Вера? Вера! Ты где? – в спешке озираюсь по сторонам.

– Тише, – шикает Егорыч. – Дашенька спит.

– А Вера где? – встревоженно спрашиваю.

– Ее укладывает, – поясняет сторож.

После его слов у меня аж от сердца отлегло.

– Тогда не будем мешать, – говорю, переглядываясь с Лебедевым. Киваю на дом. – Она там?

– Да, – кивает хмурясь. – Не выходила ни разу, только заказывала еду.

– И что? Привезли? – ухмыляюсь.

– Да, – отвечает к моему удивлению. – Все увидите сами. Если хотите, идите сейчас. Я Веру предупрежу, что вы приехали.

Переглядываемся еще раз с Андрюхой, он взглядом показывает на дверь. Другу не терпится как можно скорее выяснить, что такого наговорила Илона Насте.

Выходим из сторожки, пересекаем участок и останавливаемся напротив крыльца.

– Ром, наверное, тебе лучше зайти первому, – озвучивает свои мысли Лебедев. – Я как-то не горю желанием смотреть на нее обнаженную.

Зная, на что способна моя почти бывшая жена, решаю согласиться с доводами друга.

Открываю дверь, прохожу на террасу и зову Лебедева за собой. Здесь, конечно, не так тепло, как хотелось бы, но всяко лучше, чем на улице.

Да и слышно лучше.

Оставив Андрея ждать сигнал, захожу в дом и застываю на пороге.

Весь первый этаж уставлен зажженными свечами. Одно неосторожное действие и вокруг полыхнет так, что мало не покажется.

– Илона, – с настороженностью зову ее.

Устроить подобное в деревянном доме… Она совсем ненормальная?

– Да, дорогой, – сбоку от меня раздается томный голос.

Взглядом прослеживаю направление, поворачиваю голову и вижу, как из комнаты “выплывает” облаченная в невесомый тонюсенький прозрачный халатик, стройная женщина.

С ужасом наблюдаю, как она, направляясь ко мне, проходит мимо горящих свечей. Пламя так и норовит схватиться за полы халата.

Одно неосторожное движение… Лишний шаг… И комната полыхнет моментально.

– Андрей, – напряженным голосом зову друга. – Загляни-ка сюда, – прошу его, а сам, словно завороженный, слежу за Илоной.

За моей спиной открывается дверь, поток холодного воздуха моментально врывается в дом и задувает несколько свечей.

– Нифига себе -сказал я себе, – присвистывает Лебедев.

– Рома! – возмущенно шипит Илона. – Что он здесь делает?!

Резко останавливается и делает тот самый неверный шаг, пламя обжигает кожу и она не находит ничего лучше, как топнуть ногой. Одна из свечей опрокидывается…

Словно в замедленной съемке вижу, как пламя моментально охватывает ковер. Илона визжит и в ужасе не трогается с места.

– Твою мать! – смачно выругивается Андрей. – Дыхание задержи, дура!

Вытолкнув меня за дверь, он делает глубокий вдох и залетает в комнату, где уже горит повсюду. Хватает Илону и в считанные секунды выскакивает следом за мной за дверь. Подгоняет, чтобы отошли на безопасное расстояние.

Стою и охреневая смотрю, как едкий дым окутывает дом. И понимаю, что ничего не могу с этим поделать…

– Андрей, у меня есть огнетушитель! – вспоминаю вдруг. – В машине еще один! И у тебя! – собираюсь бежать на парковку.

– Рома, стой! – Лебедев ловит меня. Он как никогда совершенно серьезен.

– Что? – спрашиваю на эмоциях у него. – Медлить нельзя! Дорога каждая секунда!

– Ромк, дом уже не спасешь, – отрезает сурово. – Если не хочешь угореть, не приближайся.

Я в шоке.

– А-а-а! – визжит Илона. – Там мои документы! Там мой телефон! Там все! – в истерике кидается к дому.

Андрей успевает поймать и ее.

– Дура, стой! – орет. Она вырывается и бежит к горящему дому.

Бросаюсь вперед, ловлю Илону и закидываю на плечо. Уношу как можно дальше от пожара.

Она орет, визжит, несет какой-то бред. А я ставлю Илону на ноги, и такое ощущение, что вижу ее впервые в жизни.

–Ты совсем мозги потеряла? – накидываюсь на ненормальную. – Кто свечи в доме так зажигает? Совсем с катушек съехала?

– Мне холодно, – отвечает, стуча зубами. И кутается в свою норковую шубу, длиной практически до пола.

Удивительно, как Андрей еще успел ее захватить. Профи, сразу видно.

Он единственный, кто не растерялся.

– Илона, иди к Егорычу в дом, – говорит строго Андрей.

– И только посмей там рот свой поганый открыть! Я тебя урою! – добавляю на эмоциях.

Осознание, что я лишился дома, который построил с таким трудом и с такой любовью, приходит не сразу, а постепенно. И чем сильнее я это понимаю, тем сильнее зверею.

– Пожарных вызвал? – пытаюсь переключиться с ненужных эмоций на дело.

– Да, – кивает Андрей. – Мои парни уже едут.