Глава 21

* * *

– Маргарита —

– Приступим, господа, леди! – торжественно провозгласил Кристиан и занёс надо мной кинжал. – Гортензия, заклинание!

Гортензия усмехнулась, глядя в мои потухшие глаза.

Уже не было ни слёз, ни паники, только равнодушное ожидание своей кончины.

Она открыла было рот, чтобы начать произносить колдовские слова, как вдруг, дом содрогнулся как при землетрясении.

Я ощутила вибрацию и поморщилась. Мне было больно. Так больно, что сознание периодически отправляло меня в лёгкое беспамятство.

– В чём дело? – испуганно прошептала Гортензия.

Мужчины переглянулись, пожали плечами и особых беспокойств не выразили.

– Продолжайте, – приказал Билл.

Неожиданно для всех случилось нечто невероятное. Сверкнули настоящие молнии. Помещение наполнил резкий запах озона и на губах появился горький привкус соли. Спёртый воздух пришёл в движение, словно он был разгорячённым в самый жаркий день.

Пространство затрещало, точно костёр, пожирающий берёзовые дрова и в воздухе пред ошарашенными и перепуганными лицами повис густой чёрный туман. Он образовал самый настоящий проём – магическая дверь.

– Портал! – страшным голосом вскрикнула Гортензия. – Это граф!

Я замерла в неверии.

Неужели? И до скончания времён ждать спасения не пришлось.

Боже, я и правда, почти спасена?

Сердце забилось. Из глаз потекли слёзы. Это были слёзы облегчения. У меня выдался очень долгий день. Очень-очень долгий. Просто бесконечный.

– Билл! Ты должен убить графа! Он не даст нам закончить ритуал! – завизжала Гортензия.

Билл тут же вскинул пистолет и направил его на светящуюся фигуру, что стремительно приближалась к нам из глубин портала.

– Не-е-ет… Не надо… – одними губами запротестовала я, но голос даже не прорезался.

– Стреляй, Билл! – рыкнул Кристиан. – Чего ты ждёшь?

– Заткнись! – огрызнулся Билл и взвёл курок. – Пусть переступит завесу и окажется здесь, чтобы я выстрелил ему точно в голову.

«Мрази! Мрази! Мрази!» – забилась в голове ненавистная мысль к этим нелюдям.

Виктор Харрис возник неожиданно даже для поджидающей его троицы.

Страшно злой. Лицо с виду спокойное, сосредоточенное, но вот взгляд… В его взгляде – холодном, враждебном, убийственном – чувствовалась страшная решимость – приговор моим мучителям.

У меня сердце стукнуло, как никогда не стучало. Он нашёл меня. Нашёл. Услышал. И покарает обидчиков. Мне нисколько не было их жаль. За сегодняшние страдания я желала им лишь таких же мучений.

Увы, или к счастью, но святой, всепрощающей назвать себя не могу.

Виктор лишь одним взмахом руки и своей магией лишил Билла оружия.

Мужчина сглотнул и попятился в самый дальний угол.

К Биллу примкнула и Гортензия.

Кристиан же оскалился и бросился на Виктора с кинжалом, который собирался вонзить мне в сердце.

Виктор перехватил виконта своей силой и поднял над полом.

Кристиан выронил кинжал и схватился за горло. Он задёргал ногами, болтающимися в воздухе.

Тёмная магия опутала шею мужчины и начала его душить.

– Ты напал на неё. Ты душил её, – спокойным, но при этом каким-то потусторонним голосом произнёс Виктор и сузил глаза, полные страшной тьмы. – Так и быть, ты умрёшь первым. В муках.

С виконтом начало твориться нечто странное и страшное: красивое изнеженное лицо начало вдруг распухать и раздуваться. За лицом последовала шея, потом туловище, руки и ноги. Виконт начал напоминать уродливый воздушный шар. Глаза с лица исчезли, вместо них остались узкие щелки. Виконт захрипел и, в конечном счёте, лопнул.

Пук! – именно такой раздался звук. Лёгкий, не слишком громкий. Даже смешной.

Виконт не расплескался ошмётками кожи, органов и литрами крови. Он осыпался.

Осыпался в том месте, где только что болтался.

Вместо него осталась лишь небольшая кучка праха.

– А-а-а-а-а! – завизжала Гортензия. – Милорд! Это всё Билл и Крис! Они меня заставили! Угрожали! Я не могла им противиться!

– Сссука! – прошипел Билл.

Виктор не стал расшаркиваться с оставшимися тварями. Именно тварями. Людьми этих существ я и назвать не могу.

Я не видела, что именно сделал с Биллом и Гортензией мой любимый злодей, но крики Гортензии и ругань Билла прекратились довольно быстро. Послышался шелест, и наступила блаженная тишина.

Виктор подошёл ко мне, внимательно осмотрел своим пугающим чёрным взглядом, свёл пальцы вместе, резко развёл и верёвки на моём теле исчезли.

Я была по-настоящему свободна и спасена.

– Ты так долго… шёл… – прошептала одними губами. – Я думала… больше… не увижу тебя…

– Шшшш… – приложил он палец к моим губам. – Ты в безопасности, сердце моё.

«Сердце моё», – как красиво прозвучало.

Я выдохнула и нашла в себе силы протянуть к нему руки. Виктор бережно поднял меня и осторожно сжал в своих объятиях.

Обвила слабыми и безвольными руками его за шею, и сколько было сил, тесно прижалась к нему и заплакала.

Боже мой, только ты знаешь, как сильно я испугалась и сколько раз умерла и воскресла, дожидаясь своего любимого героя – тёмного мага, злодея и самого потрясающего мужчину во всех существующих мирах.

– Я отнесу тебя в одно место, которое восстановит твоё тело. Душой займусь я сам. Только потерпи, любимая, – прошептал он мне в висок и шагнул в портал.

* * *

– граф Виктор Харрис —

– Скажи, я ужасно грязная? – спросила Маргарита, глядя на меня уставшим, измученным взглядом.

Жаль, что я слишком быстро уничтожил этих мразей. Нужно было убивать их долго и медленно, чтобы они испытали всевозможные муки и страдания.

Но уже нельзя вернуть совершённое.

Трое из моего бывшего мира мертвы.

Не думал я, что кто-то ещё оказался на Земле.

Жаль, что раньше не догадался о возможном перемещении других людей из моего мира. Моя беспечность и расслабленность в этом мире чуть не привели к трагедии. Но однозначно, подобного больше не повторится. Никогда.

Взглянул на любимую женщину – со всеми её ушибами, ранами и, улыбнувшись, подтвердил:

– Ужасно грязная.

– Что ж, похоже, не быть мне леди, – прошептала она.

Голос Маргариты прозвучал настолько расстроено, что я готов был одновременно и засмеяться, и зарыдать. Но вместо этого нежно поцеловал её щёки и глаза.

– Ты прекрасна, – сказал я. – Ты – совершенство. И никакая леди с тобой не сравнится. Тем более, от одной леди, я с огромным удовольствием недавно избавился. А теперь помолчи немного, источник исцелит тебя.

Вошёл в целебную воду вместе с любимой на руках и произнёс мысленно: «Исцели её. Наполни жизнью и своей энергией. Но будь ласков и осторожен, не причиняй ей боли».

Источник ласково коснулся тела Маргариты и послушный моей воле, принялся за исцеление.

Источник опьянял своим теплом. Светился ярче любых звёзд. Он согревал её, исцелял каждую клеточку её тела, восстанавливал кости, мышцы, сухожилия, ткани.

Маргарита на глазах менялась: кожа разгладилась. С лица исчезли морщинки и складки – признаки перенесённого страдания и страха.

Волосы налились силой – заблестели в свете полной луны.

Тело восстановилось снаружи и изнутри.

Она снова была здоровой, полной энергии и жизни.

«Благодарю», – произнёс мысленно.

Источник услышал и, закончив восстановление, напоследок смысл с неё пыль и грязь.

Выбрался из воды и направился к дому, который строил при помощи своей магии и хотел подарить его Маргарите.

Внёс её в дом, поднялся в ещё незавершённую спальню и уложил на узкую кровать.

Раздел, избавил от тряпья, бывшего когда-то красивым платьем. При помощи магии высушил её и накрыл одеялом.

Она раскрыла глаза и улыбнулась мне.

– Виктор. Ты здесь. И ты не сон, – прошептала она и коснулась кончиками пальцем моего лица.

Перехватил её ладонь и нежно поцеловал каждый хрупкий пальчик.

– Я здесь, сердце моё. Я не сон, – произнёс ласково.

– Поцелуй меня, – попросила она и, приподнявшись на локтях, сама потянулась ко мне.

Наш поцелуй был долгим и страстным, ненасытным, чуть болезненным, с привкусом горечи и облегчения.

Когда мы оторвались друг от друга, Маргарита взглянула на меня с выражением полнейшего счастья, радости и… преданности.

– Я хочу быть только с тобой, Вик. Всегда, – сказала она тихо, но очень твёрдо и уверенно.

– Ты уже только со мной, Рита. Моя бесценная писательница. Моя судьба, моя душа и моё сердце.

Она улыбнулась шире, ещё более счастливо.

– Хочу взять тебя за руку и никогда не отпускать, – добавил мягко. – И я не дам тебе быть одинокой и несчастной. Мы с тобой навеки связаны с того самого момента как я оказался в этом мире. И я люблю тебя.

Теперь её взгляд выражал откровенную чувственность, бесконечную радость и опьяняющее счастье. Она вдруг подалась вперёд, и мы снова долго целовались, не в силах насытиться вкусом губ друг друга.

Я ощущал себя на вершине блаженства.

На миг оторвавшись от меня, она выдохнула мне в губы:

– И я люблю тебя, мой злодей, самый страшный тёмный маг и мой любимый герой – граф Виктор Харрис.

Улыбнулся её словам и её признанию.

– Похоже, ты создала меня именно для себя, Марго.

Её счастливый и чуть проказливый смех меня восхитил – мне показалось, сердце моё разорвётся от счастья. Я крепко прижал Маргариту к себе.

– Моя Маргарита. Моя любимая.

Её руки, словно дар небес обвились вокруг моей шеи и она зашептала:

– Я люблю тебя, Вик, очень тебя люблю. И хочу тебя. Просто до безумия хочу.

Начал осыпать поцелуями её лицо, шею, ключицы, но вдруг Маргарита подняла моё лицо к себе и произнесла с улыбкой:

– Но знаешь, что я хочу вот прямо сейчас ещё больше?

– Что? – изогнул одну бровь.

Она засмеялась.

– Ужасно хочу пить и есть. Я голодна как стая волков.

Со смехом выпустил её из объятий.

Я – болван! Сам бы мог догадаться!

– У меня есть здесь запасы еды. Подожди немного, сейчас всё будет.

Счастливый, словно мальчишка, которым я забыл, когда был и когда в последний раз испытывал подобное щемящее счастье и облегчение, я спустился на первый этаж. Соорудил несколько мясных бутербродов с овощами и соусом. Сделал чай с сахаром. Ещё захватил бутылку воды. Зажав бутылку под мышкой, и с подносом в руках поднялся на второй этаж и внёс поздний ужин в спальню.

– Ты – моё спасение, – произнесла она и впилась зубами в первый бутерброд. Прожевав, спросила: – Кстати, что это за место?

Улыбнулся и ответил:

– Это твой дом.

Она перестала жевать. Удивлённо посмотрела на меня. Потом прожевала, проглотила кусок и прошептала:

– Мой дом? О чём ты? Но…

– Я хотел успеть построить его, наполнить всем необходимым, но оставить место для манёвра, чтобы ты по желанию и по своему вкусу обставила дом. Хотел подарить тебе его уже завершённым.

Немного помолчал, позволяя Марго осмыслить полученную информацию, доеасть бутерброды с чаем, напиться воды и добавил:

– Это место далеко от людей, далеко от городов. Здесь есть скрытый от посторонних глаз магический источник, который наполняет меня энергией, питает мою магию и тебе подарит силы в любой момент. И ещё я хотел, чтобы ты сказала «да».

– Да? На что сказала «да»?

Щёлкнул пальцами, и на моей ладони появилась коробочка, обтянутая шёлковой тканью нежно-жемчужного оттенка.

Открыл под очарованным взглядом Маргариты крышку и, встав на одно колено, заговорил:

– Моя прекрасная и всей душой любимая женщина, хочу предложить тебе разделить со мной жизнь. Я уверен, что нам будет нелегко, иногда очень трудно, в силу наших с тобой непростых характеров, но я заявляю тебе со всей ответственностью, что с любыми сложностями мы справимся вместе. Я всегда буду рядом с тобой, Марго. Прошу, родная, будь моей спутницей, моим другом, моей возлюбленной, моей второй половинкой и моей душой. Я отдаю тебе своё сердце, душу. Они твои – навеки. И ответь, прошу тебя… Ты… Ты станешь моей женой? Выйдешь за меня замуж?

Достал из коробочки кольцо с крупным бриллиантом и замер, дожидаясь заветного ответа.

– О, мой бог… – выдохнула Маргарита и в её голосе послышались слёзы.

Я замешкался и напрягся. Я сказал что-то не то?

Но вдруг Марго радостно крикнула и бросилась мне на шею:

– ДА! ДА! ДА-А-А!

Смеясь, надел ей на палец колечко и поцеловал ладошку.

Она залюбовалась кольцом, восхищённо причитая, какой крупный бриллиант, да какая красивая огранка и как идеально кольцо село на её пальчик. Потом она взяла мою ладонь и поднесла её к губам и нежно поцеловала.

– Я с огромной радостью выйду за тебя, Вик. Я буду тебе хорошей женой. По крайней мере, буду очень стараться, приложу все усилия, – промолвила она и добавила: – И я утолила голод… Только теперь желаю утолить другой… Ты ведь не против, мой жених?

Я засмеялся. Как же я мог быть против?

* * *

Маргарита с радостью отдавалась мне и брала всё от меня. Её любовь проявлялась безудержно, ярко, искренне. Мы оба достигнув наивысшей точки, слажено стонали, и пили дыхание друг друга.

Я с радостью и счастьем ловил губами её стоны и глубоко проникал в неё, надеясь, что мы сотворим ребёнка.

Я взял её лицо в ладони и долго смотрел на любимую женщину, невесту.

– Я люблю тебя, Маргарита, – сказал со всем чувством, что испытывал к ней.

– И я тебя люблю, – отозвалась она.

– Ты так прекрасна…

Она прильнула к моей груди и затихла.

Мы долго лежали, слушая ночь за окном, слушая дыхание и сердцебиение друг друга.

Тихо, умиротворённо, надёжно. Счастливо.

Но вдруг, она оторвала голову от моей груди, посмотрела на меня и произнесла с лёгкой опаской и страхом:

– Вик, скажи, а эти трое, что похитили меня, они точно мертвы?

Погладил её по спине, успокаивая:

– Точно. Я сделаю так, чтобы ты как можно скорее забыла про происшествие, и в твоей душе воцарились мир и покой.

– Хорошо бы, – вздохнула она, вырисовывая на моей груди различные фигуры. – Ещё я надеюсь, что больше никто не проник в этот мир… Не ищет меня, чтобы убить и тем самым вернуться…

– Значит, они хотели вернуться, – скрипнул зубами. – И ты была для них своего рода жертвенным порталом?

– Ну да… Ещё они надеялись, что ты и Фил после моей смерти тоже вернётесь в свой прежний мир, – прошептала она упавшим голосом.

Взял её лицо в ладони и вгляделся в грустные глаза.

– Больше никто и никогда не причинит тебе боли, страха и вреда. Обещаю, Марго. Клянусь тебе, – пообещал клятвенно.

Она кивнула и посмотрела на мои губы.

Намёк был понят.

Я прижался губами к её губам. Мы сплелись языками. Мои руки гладили её чудесное тело. Маргарита задрожала, принявшись страстно отвечать на мой поцелуй. Через считанные секунды я вновь оказался глубоко в ней, вознося нас на вершину счастья.

После пылкой страсти, ощущал на своих губах её сладкое дыхание.

Заснули мы на узкой кровати, крепко обнявшись, и не было в этот миг никого счастливее нас двоих.