Глава 9

* * *

– Маргарита —

– Эти гренки я поджарил, как ты любишь, до золотистой корочки. И смазал маслом тонким слоем. А омлет приготовил по рецепту, что нашёл в… инете.

Хлопала глазами и не могла вспомнить ни одного разумного слова, лишь кивнула, глядя на Фила в недоумении.

– Ты заметила, я вчера в ванной расставил твои баночки по цвету? – с дурацкой улыбкой, поинтересовался барон.

– Ага, – хмуро кивнула ему, откусывая хрустящий тост. Прожевала и сказала: – Только больше не стоит трогать мои личные вещи, ладно? Я с утра долго искала необходимое. Это бесит.

Филипп нахмурился, но произнёс мягко и услужливо:

– Как пожелаешь. Я могу что-то ещё для тебя сделать?

Я смотрела на Филиппа Майлза широко раскрытыми глазами и пыталась понять, что с ним случилось? Никак не могла взять в толк, с чего он вдруг стал таким милым? Милым до зубного скрежета и даже тошноты.

Всё же, Майлз – один из главных героев в моей книге. А герои, чёрт возьми, не лебезят перед девушками, не раскладывают их косметику по цветовой гамме и уж точно не слепят дурацкой улыбкой, словно он тронулся умом.

Я словно другим взглядом оглядела кухню и чуть не подавилась.

Все новые баночки были расставлены в совершенно другом порядке. Вся посуда сверкала нереальной чистотой (хотя итак всё новое, но, тем не менее, это так).

Сам Филипп одет опрятно, ещё он повязал фартук.

Перевела взгляд на стол и вздохнула.

Завтрак барон сервировал как для дамы из высшего общества.

Это я с утра не сразу всё разглядела, а теперь хлопаю глазами и ничего не понимаю. Что произошло с бароном?

С набитым ртом я помахала рукой, как бы упрашивая его подождать, пока я не проглочу.

– Фил, что случилось? – спросила мужчину прямо. – Откуда такое повышенное рвение к чистоте и готовке?

Барон хмыкнул и, сложив руки на груди, поинтересовался:

– Не нравится?

Почесала кончик носа и, пожав плечами, ответила честно:

– Нравится. Но в разумных пределах.

И отправила в рот кусок омлета.

– Ммм… – протянула, закрыв от блаженства глаза.

Проглотила воздушную массу и похвалила своего неожиданного личного повара:

– Фил, да ты мой герой! Вкуснотища невероятная! Спасибо, что позаботился о моём завтраке. Ещё раз скажу, мне нравится твоя перемена, мне нравится, что ты взял на себя кухню и уборку. Это чудесно просто, но… Но пожалуйста, Фил, не перегибай. Не нужно трогать мои личные вещи, договорились?

Мужчина снова хмыкнул.

– Всё-таки странные вы женщины существа. Не сделаешь как надо – плохо. Сделаешь всё, чтобы угодить, всё равно придирётесь и найдёте, за что отругать.

– Господи, да нет же, – вздохнула устало, и закатила глаза. – Фил, тебе тоже не понравилось, если бы кто-то стал трогать твои вещи, которыми ты пользуешься ежедневно, тем более, некоторые из них – интимные. За всё остальное я тебя от души хвалю! Даже могу обнять и чмокнуть в щёку.

Но барон нахмурился сильнее и вдруг произнёс очень обидным тоном:

– Я боюсь, что пытаясь тебе угодить, Марго, я однажды потеряю свою личность. Мне сложно понять, что тебе понравится, а что нет, но балансировать на лезвии ножа не желаю.

Он обвёл рукой мою маленькую кухню.

– Это всё не для мужчины. Не моё это. Но я надеялся, что ты оценишь мои труды и моё желание тебе угодить.

Ну вот, обиделся. И теперь не слышит меня.

– Прости, Фил… – протянула огорчённо. – Я с утра туго соображаю. Ты меня поразил в самое сердце, покорил своим желанием мне угодить. Для меня ещё никто подобное не делал. Ты чудесный…

Он вздохнул, тряхнул светловолосой головой и проговорил:

– Ладно, какое-то время я поухаживаю за тобой и твоим бытом, Марго.

– Какое-то время? – зацепилась за его слова.

Барон вдруг напрягся и осторожно поинтересовался:

– Но ты же собираешься разорвать нашу связь?

– Конечно, – ответила, не раздумывая. – Дождёмся новолуния и начнём…

Теперь пришла моя очередь хмуриться.

– Только я понятия не имею, как это сделать. Серафима Платоновна хоть бы инструкции какие-то дала. Может надо заклинание произнести? Свечи зажечь? Может надо танец с бубном провести или вообще жертвоприношение принести кому-то…

Вздохнула и обхватила ладошками чашку с горячим кофе.

– Харрис занимается этим вопросом, – после недолгого молчания сказал Филипп.

Я кивнула и подняла на него взгляд, спросила:

– Кстати, что-то притих он совсем. Виктор в гостиной?

– Да, сидит за планшетом и что-то читает. Всю ночь глаз не сомкнул и до сих пор бодрствует, – сдал графа Фил.

Я вспомнила, как он предлагал приобрести оружие для защиты и вздрогнула. Интернет – зло. Помимо нужного, там можно найти и ужасные просто чудовищные вещи.

– Надо бы взглянуть, что он там читает, – обронила задумчиво. Потом спросила мужчину: – А ты сам завтракал?

Фил улыбнулся.

– Завтракал. Харрис тоже поел, не отрываясь от своей игрушки.

Ну ладно, хоть не голодом сидят.

Доела свой завтрак, поднялась и уткнулась носом в грудь Филиппа.

Попыталась его обойти, но он заступил мне дорогу.

Это ещё что за новости?

Посмотрела в хитрое лицо барона и, сузив глаза, прорычала:

– Это ещё что такое?

– Ты сказала, что за мою помощь ты готова меня обнять и поцеловать. Ты сама это сказала, Маргарита. Так что… обнимай и целуй меня.

* * *

– Маргарита —

– Фил, ты спятил? – прошипела я, напрягаясь от странного и совершенно неуместного поведения барона.

Филипп же перестал хитро улыбаться. Его лицо приобрело серьёзное выражение. Мужчина приблизился ко мне вплотную, глядя при этом на меня, как хищник на загнанную добычу. Я сделала шаг назад, но кухонный стол не позволил мне расширить между нами дистанцию.

Внутри расплылось одно-единственное желание – бежать и запереться в своей комнате!

– Я не спятил, Марго, – вдруг охрипшим голосом произнёс Филипп, нависая надо мной громадиной. – Ты просто не видишь себя со стороны. Ходишь в облегающей домашней одежде, или коротком халатике, демонстрируя свои стройные и гладкие ножки. Ешь, говоришь и всё делаешь как порочная женщина. Думаешь, я и Харрис не видим, что ты пытаешься кого-то из нас соблазнить…

ЧТО-О-О?!

– Что ж, признаю, Харрис крепче. А я не могу больше… – добавил он шёпотом, склоняясь ко мне, чтобы поцеловать.

Упёрлась в мужскую грудь руками и оттолкнула Фила.

– Ты думай, что говоришь! – рявкнула, сжимая руки в кулаки от бессильной ярости. – Ты и Виктор – плод моего воображения! Да я ни за что на свете не стала бы кого-то из вас соблазнять! Это же… мерзко!

У Майлза лицо приобрело странное и слегка задумчиво выражение, но ненадолго.

Его взгляд переместился на мои губы. Не отрывая взгляда от них, он произнёс на полном серьёзе:

– Твой голос дрожит… И твои слова неуверенны, полны сомнений. Не сопротивляйся, Маргарита.

И неожиданно, он рывком прижал меня к себе.

Сел на стул и усадил меня к себе на колени, удерживал при этом крепко. Филипп запустил руку мне в волосы, намотал их и сжал в кулаке. Я ахнула от неожиданности. Страха не было. Только раздражение и гнев.

Начала вырываться из его крепких объятий, но с тем же успехом можно рваться из железных оков.

Барон тем временем, прижал меня к себе крепче и прошептал на ухо, обдавая жарким дыханием:

– Не дёргайся, так ты сильнее меня распаляешь.

И тут я пятой точкой явственно ощутила силу его желания.

– Ну ты и козёл! – прошипела дикой кошкой и более рьяно забилась в его тисках.

Но Фил всё равно крепко держал меня одной рукой, другой дёрнул за волосы, заставляя меня запрокинуть голову, и впился в мои губы жёстким и ужасно откровенным поцелуем. Я совершенно потерялась от неожиданности и его поведения!

Но признаться честно, лорд Майлз целоваться умел.

Он делал это уверенно и горячо, что в один миг, мой разум был поглощён чувственным удовольствием.

Так же резко как он начал меня целовать, Фил прервал поцелуй. Тяжело втянул воздух и положил ладонь на мою скулу, провёл кончиками пальцев до шеи. Погладил…

Я смотрела в лицо блондина и обалдела уже не только от его поведения, но и своего собственного. Филипп уже не держал меня крепко, одной рукой он гладил мою спину, вызывая толпу мурашек.

Тряхнула головой и отшатнулась, уперлась ладонями в грудь блондина и прорычала:

– Пусти меня. Немедленно.

Попыталась встать, но рука на моей спине затвердела, и он снова вжал меня в своё тело. Опять провёл рукой по моему лицу, коснулся моих губ и жарко выдохнул:

– Почему, Марго? Ты же не против…

Снова схватил меня за волосы, потянул и вдруг, коснулся горячими губами моей шеи.

Сладкая истома разлилась в теле.

Боже мой! Что со мной творится?

Я знаю, что. У меня давно не было близости с мужчиной, вот и реагирую на… своего идеального героя из любовного романа.

Чёрт, чёрт, чёрт!

И тут до меня дошли его слова.

Он не против?

То есть, блондин делает мне одолжение?

Осчастливил, сволочь!

Моё изумление сменилось дикой яростью, и я вцепилась пальцами в волосы Филиппа, намереваясь вырвать парочку клочков.

Мужчина дёрнулся и зашипел, но отпустил меня, наконец.

Сжала руки в кулаки, применила самый высокомерный тон, какой только был в моём арсенале и воскликнула:

– Никогда больше не смей ко мне прикасаться, сволочь! Не послушаешь – убью тебя, Филипп Майлз! Тебе ясно?!

Барон нахмурился и не успел ответить. На кухню вошёл Виктор.

– Что за крики?

Посмотрел на бордовую меня, скользнул взглядом на мои растрёпанные волосы, блестящие от ярости глаза, опухшие губы и очень медленно повернулся к Филу.

– Я это запомнил, Майлз. Когда связь будет разорвана, ты примешь бой со мной.

И столько тихой ярости было в спокойном и тихом голосе Виктора, что вздрогнула не только я, но даже Филипп.

– Марго была не против, – произнёс он и пожал плечами, нагло улыбнулся, провоцируя Виктора. – Злишься, что я первый поцеловал её, так?

Я стиснула зубы и сжала руки в кулаки, намереваясь вклиниться между ними, если сейчас начнётся драка. Но Виктор держал себя в руках и на тупую провокацию не подался.

– Я всё сказал, Майлз, – проговорил он, чеканя слова.

Потом посмотрел на меня потемневшим от гнева взглядом и указал рукой, чтобы я покинула кухню. Что я и сделала, даже не взглянув на Фила.

Козёл.

Виктор остановился у дверей моей спальни и сказал на полном серьёзе:

– Нужно приобрести для тебя шокер. Я присмотрел пару моделей для тебя. Если дашь данные карты, я закажу.

Хлопнула ресницами, офигевая ещё больше. И прошептала поражённо:

– Шокер? В собственной квартире?

Виктор и бровью не повёл, лишь произнёс:

– Филипп слаб в плане животных инстинктов. Ему нужна женщина и раз он не может получить её вне этого места, он будет пытаться добиться тебя, Марго.

– Я всё слышу! – крикнул с кухни раздражённо Фил.

Уронила лицо в ладони и промычала:

– Боже, дай мне сил это выдержать! Поскорее бы новолуние!

И в этот миг мирозданье решило, что мне мало забот и проблем.

Из комнаты раздался звонок телефона. Мелодия означала, что звонит мой редактор.

Засада.

Я вздохнула и проговорила убитым голосом:

– Не надо шокеров, Вик. Лучше нормально поговори с Филом, чтобы больше руки не распускал, а то с меня станется взять скалку и приласкать по хребту.

Он кивнул и направился в гостиную.

Я смотрела, как Виктор двигался с почти львиной грацией. Мой злодей Виктора Харрис тоже был прекрасен. Как и Филипп Майлз.

Вот же засада.