Глава 11

Доминик Наивно было полагать, что мои проблемы закончатся превращением в кошмарное создание и синдромом бревна. Вот уж никак не мог ожидать, что она об меня ноги вытирать будет! Ух и ледяные… А я бы их согрел. Я бы ее всю согрел. И не мехом, а горячими поцелуями… Эх нельзя, нельзя. Она же моя студентка. Но помечтать-то можно? Я же, в конце концов, не железный. Ага, я косматый и уродливый. Такого точно никто не полюбит. Хотя Алисия бы, наверное, полюбила. Она добрая, великодушная – пледом накрыла, противоядие ищет. Смешная все-таки… Сидит, бурчит формулы и меня незлым тихим словом проклинает. Я даже начал удовольствие получать от ее близости и нашего уютного досуга, если бы не крик со стороны башни… Кажется, сон плавно перетекает в кошмар! Беспомощно покрываясь холодным потом, я услышал, как скрипнула входная дверь. – Так и где твое чудовище? Чей это голос? Знакомый. Кажется, Луиза де Милланье. Принцесса… Боже, только не это! Неужели Алисия узнала легенду и привела девицу королевских кровей на мою голову? Пожалуйста, пресвятой Аттикус, спаси меня! – Вон там, у камина, – со вздохом ответила маленькая пакость. – Так что? Ты поцелуешь его? – Фу! Это же зоофилия! Девочки, вы тут совсем с ума сошли?! О, мужской голос. Еще и эльфийского принца притащили? Тоже меня целовать будет? Лучше бы ты, Лиаррин, яду на столе оставила! – Я всё выяснила, – максимально убедительно залепетала Алисия. – Поцелуй – универсальное лекарство для бедолаги! Шаги с легким цокотом каблучков в звериных ушах отдались, словно удары молота по наковальне. Запах. Приятный, цветочный. Не такой вкусный и волнующий, как у Алисии. Да, точно, это Луиза. – Ой, мамочки! Страхолюдина-то какая! – с истинно девичьими нотками истерики в голосе заохала она. – А куда его целовать? Где у этого вообще губы?! Просто прекрасно! Этим меня еще не называли. Извергом, тираном, занудой, дамским угодником – бывало. Но чтобы существом неопределенного пола… Это я вам припомню, ваше высочество. – Он обязательно превратится в прекрасного принца, – пылко пообещала любительница старинных легенд. Вокруг меня происходила какая-то возня и толкотня. – Уверена, он даже брата Титуса своей красотой посрамит. – Скажешь тоже, – фыркнул эльф с пренебрежением. – Сравнила Аланнадиэля и это? – Алан твой – та еще темная лошадка! Всё править готовится, а к нам на глаза ни разу не показался! – от души возмутилась Луиза. – А зачем? – в насмешливом тоне ответил Титус. – Потом надушенные письма от студенток получать, все в помаде, угрозы, что жизнь оборвут свою бренную, если он их не полюбит… Оно ему надо? Не-е-ет! – Да, может, он и без проклятья еще страшнее, чем этот! – принцесса притопнула каблучком, едва не оглушив меня. – Пока не увижу – не поверю в его неземную красоту! – Ты вон лучше этого поцелуй! Тут же сразу красоту видно… – рассмеялся Тинаэлитус и пальцем коснулся моего носа. Лапы прочь! Нет! Это решительно невозможно! Лежать тут и выслушивать оскорбления от каждых встречных и поперечных, хоть даже и королевских кровей! Вот выберусь из этой шкуры и покажу им всем: отчислю к чертям – и пусть ума-разума набираются в другом месте! Меж тем шумные препирательства продолжались. Упорства моей Алисии было не занимать. – Лу, – голосок Лиаррин стал елейным, – дорогая, ну… Он точно красавцем станет! А не поцелуешь – выберет тебе папенька страшненького женишка, что тогда? Локти кусать всю жизнь будешь! – А мне непременно нужно его полюбить? – с сомнением в голосе поинтересовалась принцесса. – Как это вообще работает? – Зачем любить? Хоть глаз радовать будет… И в… постель ложиться… не противно… – начала запинаться Алисия, затронув тему интима. – Алисия, думаю, не стоит, – ответила хорошая девочка Луиза. – Он та-акой страшный, да и замуж я не хочу! Я путешествовать буду и прославлюсь, когда открою новые земли. – Ну-да, ну-да, – снова попытался поддеть принцессу Титус. – Точно надо тебя с братом познакомить! – Перестань, Тит, – со злобой ответила Лу. – Луиза, ведь ты меня знаешь, я не отстану, пока ты не согласишься, – упрямо заявила Алисия. – Неужели тебе его не жалко? Посмотри, с каким несчастным видом он здесь лежит! На холодном полу, без возможности пошевелиться и что-то сказать. Ты же принцесса, ты должна быть великодушной. – Не на полу, а на матрасе… – заметила она. – Так мне его из милосердия целовать или с прицелом на брак? – усмехнулась принцесса. – Не надо, Луиза! Стой! – предостерег эльф. – Вдруг ты превратишься в точно такое же чудовище!!! Пресвятой Аттикус, я уже готов был встать и поцеловать всех вокруг, я готов был поцеловать сам себя, я готов был целовать пушистую морду квокры, что снова нагло топталась по моей груди… Лишь бы они угомонились! «Дайте уже умереть спокойно в виде чудища, только уйдите…» – стонал я мысленно. Но кому есть дело… – Ладно! – шумно выдохнув, согласилась Луиза, присела и звонко чмокнула меня в нос. Глава 12 Доминик – С чувством надо, а не так! – явно махнул на нее рукой Титус. – Сам тогда целуй! – обиделась принцесса. – Тебя что, научить целоваться? – с готовностью предложил свои услуги эльф. – Поцелуй профессора Марионет! Ту старую, страшную бабку! – отрезала Луиза. – Замолчите! – Алисия стукнула кулачком по столу. – Ля! – поддержала ее квокра. Вот ничуть не сомневался, что они споются! Повисла гнетущая тишина. Я слышал стук сердца каждого из них. У Алисии оно колотилось особенно громко. Вот зашуршал ее плащ, скрипнули доски под сапогами. Нежный аромат лилий стал отчетливее. Кажется, мое сердце сейчас само отбивало такой ритм, словно куранты на городской башне. Теплая ладонь легла мне на лоб. Лиаррин шумно выдохнула, и я почувствовал на губах ее дыхание. – Извините, господин Дом. Я не могу его таким бросить… – едва слышно прошептала она, и сладкие губы робко коснулись моих… Алисия Поцелуй Лу не сработал! Выбора не осталось. Если ректор и правда сейчас развлекается с какой-нибудь девушкой, то и мне вполне можно! Он ведь взрослый, самостоятельный мужчина. Зачем ему я? Ни таланта, ни наследства. Если Лу не сможет, то у меня получится хотя бы уважать чудовище. К тому же никто ведь не говорил, что обязательно после этого жениться! Да, я не принцесса, но девушка, в конце концов, а значит, попытаться могу. Быть может, дело не в самом поцелуе, а в искренности желания помочь? Так я рассуждала, аккуратно касаясь губами звериной морды. Горячее дыхание, сухие губы. Пахнет шерстью. И еще… Да нет, мне показалось. Не может от чудовища пахнуть так же соблазнительно, как от нашего ректора! Горьковато-пряный аромат, который невозможно забыть, я впервые почувствовала, когда пыталась сбежать от выпущенного из клетки цербера, жившего при академии. Господин Доминик тогда так резко появился из-за угла, что я не успела затормозить и со всего маха врезалась в его мускулистую грудь. Наверное, именно тогда я в него влюбилась. А теперь целую тут всяких чудовищ! Хорошо хоть из пасти у этого не воняет! Брр… Подождала. Минуту, другую. Ничего не изменилось. Кажется, я оказалась слишком самонадеянной. Зверь продолжал тихо сопеть. – Ну? И дальше будешь утверждать, что поцелуй поможет?! – спросила Луиза, явно тоже расстроенная тем, что ничего не вышло. – Вот только не нужно так смотреть! – возмутился Титус. – Я целовать чудовище отказываюсь. Мне потом кошмары будут сниться. И вообще, у меня тонкая душевная организация. – Чистоплюй! – не хуже, чем настоящие эльфийки, задрала носик моя подруга. – Ты просто не понимаешь, – защищался он, – эльфы женятся только на эльфийках. Чистота расы, все дела. – Ладно, ладно, хватит, я это сто раз слышала, – закатила глаза Луиза, обнимая меня за плечи. – Не расстраивайся, дорогая. Мы что-нибудь обязательно придумаем. Пойдемте перекусим, возвращать к жизни чудовищ крайне утомительно. А потом мы можем походить по замку и поискать подсказки, как разбудить твою зверюгу. Так мы и сделали. Правда, еда была безвкусной, потому что я мучилась от угрызений совести. Даже квокре, ловко жонглирующей ягодами шиповника, не удавалось меня развеселить. Фамильяр ректора упорно молчала, сидя на спинке стула. А мне было больно на нее смотреть. И без того призрачная надежда на счастье с любимым мужчиной истаяла, оставив горький осадок на сердце и противный комок в горле. Только вот слабость свою я не собиралась показывать. – Не хочешь помочь? – без особой надежды спросила я у бабочки. – Что я сделала не так? Может быть, подскажешь? «Ты все сделала правильно Алисия», – загадочно ответила бабочка и куда-то упорхнула. – Мы заберем тебя отсюда, – решила принцесса. – Ректор пропал, некому проверять твое задание. – Но я не могу бросить чудовище одного! – возразила я, и это была правда: я действительно решила остаться и найти способ его пробудить. – Совсем с ума сошла?! – возмутился Титус. – Лу, кажется, нам придется забирать ее отсюда силой! Вдруг из коридора послышались тяжелые мужские шаги. – Алисия Лиаррин, – раздался голос короля. – Папа?! – удивилась Лу, вытаращив глаза. – Спрячьте меня! Срочно. – Ты чего? – удивился эльф, наблюдая, как принцесса ласточкой юркнула под стол. Скрипнула дверь, и король Фредерик грузно вошел в кухню, заполнив своей внушительной фигурой немаленькое помещение. За его спиной, словно тени, шаг в шаг следовали двое телохранителей в золотых плащах. – Алисия, почему вы не отзываетесь? – спросил он, нахмурив брови. – Эм… – смутилась я, мечтая стать невидимкой. И как мы не услышали шум из обзорной башни? – Титус… – его величество красноречиво посмотрел на эльфа, наклонился и поднял скатерть: – И, конечно же, Луиза! – Привет, пап… – натянуто улыбнулась принцесса.