Глава 37

Глава 37. Свадьба

День свадьбы выдался ясным и морозным.

Снег искрился на солнце, птицы пели, и даже старейшины, которые вечно хмурились, улыбались. Академия преобразилась — залы украсили серебряными лентами, в коридорах поставили живые цветы (выращенные магией специально для этого дня), а в главном зале накрыли столы на сотню гостей.

Ника была прекрасна.

Её платье — белое, как снег, с длинным шлейфом и серебряной вышивкой — подчеркивало её фигуру и делало её похожей на королеву из старых легенд. Волосы были распущены, в них вплетены живые ландыши. Глаза сияли — не от магии, а от счастья.

— Ты выглядишь как мечта, — сказала я, поправляя фату.

— Я выгляжу как человек, который наконец-то нашёл дом, — ответила Ника. — Спасибо тебе, Алиса. Если бы не ты, я была бы мертва или всё ещё во тьме.

— Ты сама выбрала свет, — я взяла её за руки. — Я только показала дорогу.

— Этого достаточно, — она обняла меня. — Более чем.

Драко ждал у алтаря.

Он был в чёрном костюме с серебряными нашивками — знак того, что он больше не раб, а свободный человек. Волосы зачесаны назад, лицо бледное, но глаза горят.

— Невеста идёт, — шепнул Ксавьер, стоящий рядом с ним в роли свидетеля.

— Я вижу, — Драко выдохнул. — Она прекрасна.

— Знаю, — усмехнулся Ксавьер. — Ты везучий идиот.

— Знаю, — согласился Драко.

Ника подошла к алтарю.

Старейшина — главный, с лицом, напоминающим кору старого дуба — начал церемонию.

— Мы собрались здесь, чтобы соединить две души, две судьбы, две жизни. Ника Вьер и Драко Вельяминов, вы пришли сюда свободными людьми. Никто не принуждает вас. Никто не управляет вами. Вы сами выбрали этот путь.

— Да, — сказали они хором.

— Тогда обменяйтесь клятвами.

Драко взял руки Ники в свои.

— Я клянусь быть с тобой в свете и тьме, — сказал он. — В богатстве и бедности. В болезни и здравии. Я клянусь защищать тебя даже ценой своей жизни. Я клянусь любить тебя до конца времён.

— Я клянусь быть твоим домом, — ответила Ника. — Твоей опорой. Твоей семьёй. Я клянусь не сбегать от страха, а смотреть ему в глаза. Я клянусь любить тебя так, как не любила никого.

— Обменяйтесь кольцами, — сказал старейшина.

Кольца были простыми — серебряными, без камней. На внутренней стороне каждого была выгравирована надпись на древнем языке: «Из тьмы к свету».

Драко надел кольцо на палец Ники.

Ника — на палец Драко.

— Объявляю вас мужем и женой, — сказал старейшина. — Вы можете поцеловаться.

Они поцеловались.

Гости зааплодировали.

Я плакала.

Ксавьер обнял меня за плечи.

— Счастливые, — сказал он.

— Очень, — ответила я.

Пир был шумным и весёлым.

Студенты танцевали, старейшины пили вино (впервые за сто лет), а Ника и Драко сидели во главе стола и смотрели друг на друга так, будто вокруг никого не было.

— Ты следующая, — сказала Лиана, подходя ко мне с бокалом.

— Не скоро, — ответила я.

— Почему?

— Потому что сначала я должна отпустить сестру, — я посмотрела на Ксавьера. — А потом уже думать о свадьбе.

— Он подождёт, — Лиана улыбнулась. — Он умеет ждать.

— Знаю, — я вздохнула. — В этом и проблема. Он слишком терпеливый.

— А ты слишком нетерпеливая, — Лиана чокнулась со мной. — Вы идеальная пара.

Мы засмеялись.

А потом небо потемнело.

Сначала никто не понял, что произошло.

Гости подняли головы, замерли. Кто-то вскрикнул. Кто-то выронил бокал.

Из чёрного провала в небе вылетела тень. Не та, которую мы знали. Другая. Большая. Злая. Она заслонила солнце, и мир погрузился во тьму.

— Что это? — спросил Ксавьер, выхватывая кинжал.

— Я не знаю, — ответила я, чувствуя, как внутри просыпается сила. И сестра внутри меня закричала: «Это она! Та, кого я боялась! Та, кто ждала в пустоте!»

Из тени вышли двое.

Моргана — растрёпанная, с горящими глазами, в чёрном платье, которое струилось, как дым.

И рядом с ней — мужчина. Высокий, бледный, с белыми волосами и красными глазами. На лбу — знак, которого не было ни в одной книге. Три перечёркнутые молнии.

— Ты освободила её, — сказала я, глядя на Моргану.

— Нет, — ответила та. — Она освободила меня. Мы были в заточении вместе. Тысячу лет. Она ждала. Я ждала. Теперь мы свободны.

— Кто ты? — спросил Ксавьер у мужчины.

— Я — Корвус, — ответил он. — Тот, кто был до Ведьм. Тот, кто создал Хаос. Тот, кто был вашим отцом.

— Отцом? — я замерла.

— Да, — Корвус шагнул вперёд. — Я — отец Ведьмы Порядка и Ведьмы Хаоса. Я создал вас, чтобы вы создавали миры. Но вы предали меня. Запечатали в пустоте. И теперь я пришёл за вами.

— Ложь, — сказала я, но внутри сестра молчала. Она не опровергала.

— Правда, — Корвус улыбнулся. — И сегодня я заберу то, что принадлежит мне по праву. Ваши души. Ваши силы. Ваши миры.

Он поднял руку.

Тьма ударила в сторону стола, где сидели Ника и Драко.

— Нет! — закричала я, бросаясь вперёд.

Но было поздно.

Тьма пронзила их обоих — Нику в грудь, Драко в живот. Они упали, не успев даже вскрикнуть.

— Ника! — закричал Драко, пытаясь прикрыть её своим телом.

— Драко! — Ника схватила его за руку.

Они смотрели друг на друга, пока тьма пожирала их изнутри.

— Я люблю тебя, — прошептал Драко.

— Я тебя тоже, — ответила Ника.

И они рассыпались в пепел.

На глазах у всех.

На глазах у меня.

Я стояла на коленях в том месте, где только что были Ника и Драко.

Пепел остывал на снегу.

— Нет, — прошептала я. — Нет, нет, нет…

— Алиса, — Ксавьер опустился рядом. — Они мертвы.

— Я знаю, — я подняла голову. — Я знаю.

Внутри меня кричала сестра. Кричала от боли, от ярости, от отчаяния.

«Убей его!» — кричала она. «Убей его за то, что он сделал!»

— Я убью, — сказала я вслух.

Я встала.

Пепел стряхнулся с моего платья.

— Корвус, — сказала я. — Ты убил их. Ты убил моих друзей. Мою семью.

— Они были никем, — ответил он. — Пешками. Инструментами. Ничего не значат.

— Для тебя — никем, — я шагнула вперёд. — Для меня — всем.

Серебряный свет вырвался из моей груди.

Но не один. Вместе с ним — чёрный, как ночное небо. Свет Хаоса. Свет моей сестры.

Они сплелись, закружились, ударили в Корвуса.

Он засмеялся.

— Ты думаешь, это остановит меня? Я создал вас. Я могу уничтожить вас.

— Попробуй, — сказала я.

И мы сразились.

Битва длилась вечность.

Свет и тьма сталкивались, разрывая реальность. Гости разбежались, старейшины пытались помочь, но их магия была слишком слабой.

Ксавьер сражался рядом со мной, его тени клубились вокруг, защищая от ударов.

Лиана — в человеческом обличье — билась как воин, которым когда-то была.

Северин держал портал, чтобы Корвус не сбежал.

Но Корвус был сильнее.

Он сбил меня с ног, прижал к земле, его рука сжала моё горло.

— Ты проиграла, дочь, — сказал он. — Как и твоя сестра. Как и все, кого ты любила.

— Я не проиграла, — прошептала я. — Я только начала.

Я закрыла глаза.

«Сестра, помоги мне»

«Всегда»

Внутри меня что-то разорвалось.

Я выпустила её.

Не в мир — в себя.

Мы стали одним целым. Не двумя половинами. Не двумя душами. Одним существом, которое помнило всё.

Я открыла глаза.

Мои глаза горели — один серебряным, другой чёрным.

— Ты — не мой отец, — сказала я. — Ты — паразит, который питался нами тысячи лет. Но больше нет.

Я подняла руку.

Свет и тьма ударили вместе, разрывая Корвуса на части.

Он закричал.

— Этого не может быть! Я бессмертен!

— Никто не бессмертен, — ответила я. — Даже я.

Корвус рассыпался в прах.

Как Ника и Драко.

Как все, кого он убил.

Тишина.

Я стояла на коленях в центре разрушенного зала, и пепел падал на меня с неба.

— Алиса, — Ксавьер подошёл ко мне. — Ты сделала это.

— Слишком поздно, — прошептала я. — Они не вернутся.

— Я знаю, — он обнял меня. — Но мы будем помнить. Всегда.

Мы стояли среди пепла и слёз.

И мир был чёрным и холодным.

Но мы были живы.

А это значило, что мы могли идти дальше.