Глава 20

К тому моменту, как я открываю дверь актового зала, мне удается усмирить внутренний раздрай. Я готова очаровывать и покорять.

Игнатова замечаю сразу: высокий худощавый мужчина в стильных очках, дорогущий серый костюм, идеальная осанка и королевские манеры. Он стоит в компании нашего ректора и двух деканов. Видимо, не только студенты вознамерились произвести на него впечатление — мужчины наперебой нахваливают нашу кафедру и хвастаются достижениями выпускников.

Рядом со мной появляется моя одногруппница Кристина и я замечаю ее мечтательный взгляд в сторону Игнатова.

— Эх, знала бы заранее, что он осчастливит нас своим визитом, может успела бы сменить пол, — бросает вдруг она и я в недоумении перевожу взгляд с нее на Вениамина.

— Он что, по мальчикам? — в статьях, которые я перелопатила не раз упоминалась его жена, но это, конечно, еще ничего не значит.

— По мальчикам, — подтверждает Кристина и с веселой улыбкой добавляет. — Но не в том смысле, в котором ты подумала. Работать он предпочитает с мальчиками. Мы — бабы, по его мнению абсолютно ненадежны — то декрет, то пмс… Мой дядя в «Кредо» работает, я его на коленях умоляла, чтобы словечко за меня замолвил Игнатову, а он ни в какую — смысла, говорит, нет. Женщин у них дохрена, в бухгалтерии там… на ресепшене красивой мордахой засветить, но юр отдел — сплошные мужики. Были бы мы в штатах, он бы не вылезал из судов из-за дискриминации, но у нас всем пофигу, он биг босс и ему лучше знать кого на работу брать.

С этим я, конечно, не могла не согласиться, но легче от этого не стало. Как я могла упустить такую важную деталь? Хотя, что бы я сделала? Напару с Кристиной пол сменила? Или надела бы мужской костюм и намалевала игривые усики в лучших традициях голливудских фильмов? Ох, зря я отказалась от толстовки Марата, все-таки…

Приходилось признать — мой план по покорению Игнатова на грани срыва.

— Ты же вроде у Куприна работаешь, — в голосе Кристины чувствуется сочувствие, видимо, поняла по моему лицу, что ее сообщение добило меня. — Неужели он тебя не возьмет на постоянку после диплома?

— Взял бы, наверняка, — я пожимаю плечами. Конечно, я об этом думала раньше и даже намеревалась принять его предложение хотя бы на пару лет, чтобы получить желаемый опыт. Но сейчас, когда на горизонте замаячила возможность набраться этого самого опыта в «Кредо», перспектива продолжить работать на Куприна уже не так радует.

В кои-то веки, противный внутренний голос решил поработать на благо хозяйки и с интонацией лучшего мотивационного коуча начал меня подбадривать: «Отставить сдаваться! Если есть шанс, что кто-то его переубедит сменить свои предубеждения по половому признаку, то это будет Дарья Савельева».

Я киваю Кристине и двигаюсь к цели. Но добраться до своего босса мечты мне удается не сразу, наш ректор берет микрофон и все рассаживаются по местам. Долгие двадцать минут мы слушаем как он нахваливает наш юрфак и студентов. Его послушать, так другие факультеты в универе числятся только для проформы. Хотя… вполне возможно, что он такую речь перед каждым факультетом произносит, чтобы все считали себя особенными. Затем слово берут преподаватели и отчитываются о нашей научной деятельности. Я с удовлетворением отмечаю, что мое имя мелькает практически в каждом докладе. Отлично, больше шансов, что Игнатов его запомнит.

Наконец, все встают со своих мест и опять разбредаются по залу в поисках собеседников. Я стараюсь держаться рядом с Игнатовым, хочу поймать момент, когда он заговорит с кем-то, кто сможет меня представить, но он опережает меня.

— Добрый день, Дарья.

Пытаюсь скрыть удивление и выдаю ему свою лучшую улыбку. Вениамин, мать его, Игнатов знает кто я!

— Здравствуйте, Вениамин Павлович.

Мужчина довольно улыбается, будто тем, что знаю его имя я прошла какую-то скрытую проверку. Да тут каждый присутствующий его знает, чему удивляться.

— Ваш декан заочно замолвил за вас словечко, — признается он. — Впрочем, и без него я бы вряд ли смог вас проигнорировать, преподаватели наперебой нахваливают лучшую студентку.

— Уверяю вас, все что они говорят — чистая правда, — не знаю откуда у меня взялась эта самоуверенность, но я решила, сразу брать быка за рога.

— Я не сомневаюсь, что ваша кандидатура на данный момент лучшая. Но дело в том, что я не ищу временного работника. Какой смысл мне вкладывать труд в стажера, если она через пару лет выйдет замуж и отправится в декрет?

— Я не собираюсь замуж, — растерянно заявляю я. — И тем более в декрет!

— У меня есть две дочери, — с горечью усмехается он, — МГУ, Гарвард, мое личное наставничество… Старшая в декрете уже девять лет, младшая пока только четыре, но судя по всему, выходить из него не планирует. Они обе нашли себя в материнстве. Поверьте мне, я ничего не имею против семьи, она всегда должна быть на первом месте. Но сейчас мы говорим о моем личном времени и усилиях и я думаю, будет честным сказать, что я не желаю тратить ни то, ни другое попусту.

— Абсолютно с вами согласна, — горячо заявляю, — именно поэтому семья в мои планы не входит на ближайшие десять лет. Если хотите, могу показать вам список целей на следующую пятилетку, работа в «Кредо» там есть, декрета нет.

Я на полном серьезе лезу в сумку и достаю ежедневник, который постоянно ношу собой, нахожу нужную страницу и тыкаю ею перед носом ошарашенного Игнатова.

— Похвальные намерения, — его рот вновь растягивается в улыбке. — Но вы же понимаете, что не все в этой жизни можно запланировать. Иногда планы рушатся и случается… жизнь случается, в общем, — заключает он уже без улыбки.

— Разумеется, — не сдаюсь я. — Но точно так же жизнь может случиться и с сотрудником мужского пола, он может уволиться, сломать ногу, его может сбить машина…

Мы оба понимаем, что меня несет, но я уже не в силах остановиться. Я хочу эту должность. Я ее заслужила.

Мужчина смотрит на меня оценивающе и протяжно вздохнув, вытаскивает из кармана визитку.

— До девяти утра понедельника пришлите на этот электронный адрес письмо, которое убедит меня отдать это место вам.

— Вы хотите, чтобы я написала… сочинение?

Он лишь равнодушно пожимает плечами и уже развернувшись, бросает:

— Сочинение, эссе, диаграмму, фотокарточки… не имеет значения. Убедите меня, Дарья.