ГЛАВА 24.1

Тася Анализируя сказанные папой слова, надолго зависла. Не знаю, насколько строг он был с членами семьи, но, наблюдая, как служащие буквально терялись при нём, могла предположить, что папа держал всех в тонусе. Его уважали, его боялись, его слушались. Слишком многое не складывалось и казалось необъяснимым. Не мог же он не понимать, что, поселив меня под одной крышей с той, что пыталась от меня избавиться, провоцирует новый виток противостояний. – Ты хочешь сказать, Самия сама раскрыла тебе тайну моего похищения? – скептически поинтересовалась я и, нахмурившись, предположила: – Ведь это же… Как она не испугалась? – Испугалась, но… – кивнул папа и, вздохнув, пояснил: – Больше за сына. Когда ребёнку грозит смерть, женщина способна на многое. Даже пойти на риск потерять всё, включая положение и даже жизнь. – И ты так просто простил? – выпалила с возмущением и, покачав головой, фыркнула: – Не верю. Или ты её любишь так сильно, что… – Любви и раньше не было. Договорной брак, – пожал плечами папа и, помрачнев, прорычал: – Не простил. Мало того, чуть не убил её. – Но?.. – затаив дыхание, поторопила я. – Она ревела, в ногах валялась, ревностью оправдывалась. – Разжалобила, – разочарованно выдавила я и, скрестив руки на груди, попросила: – Охрана охраной, но ты мне пистолет выдай на всякий случай. – Дочка, я не просто так её оставил, – улыбнувшись, намекнул папа. – Во-первых, Али очень любит мать и по возвращению из больницы ему лучше побыть с матерью. – А другая причина? – буркнула я. – Я же понимал, что одна она не могла всё это провернуть, – протяжно вздохнув, папа сделал паузу и, загибая пальцы, перечислил: – Выкрасть младенца из больницы, обманув охрану, вывести малышку из страны и запихнуть в детский дом, а потом следить за её жизнью вплоть до совершеннолетия. Её планы на твою дальнейшую судьбу я тоже пока не выяснил. – И-и? – начиная понимать, к чему он клонит, нахмурилась. – Подельников она не выдала, – поделился он и, потеребив бородку, поделился: – Мне потребовалось время, чтобы выявить всех участников твоего похищения. – И кто они? – потребовала я. – Некоторые уже наказаны, но так, чтобы не вызвать подозрения у Самии, – подмигнул папа и, приложив палец к губам, добавил: – Почти все. – А-а… – А главный подельник доставил тебя ко мне лично, – завершил папа. – Дамир? – почему-то не удивилась я. – Он, – кивнул папа и, сжав кулаки, прорычал: – Для него у меня особая кара. – Как ты мог? – не выдержав, я заплакала, тут же поясняя: – Ты же знал, чем занимается этот монстр. Столько судеб… Он держал нас в подвале. Там мучили девушек. Их продавали… – Знаю, дочка, – папа вздохнул и потянулся рукой к моей щеке, чтобы утереть слёзы, но я отшатнулась. – Ты практически участвовал во всём этом, – вытирая слёзы, прошипела я. – Дочка, он всего лишь пешка в этом синдикате. Я рисковал тобой, – папа встал и, подойдя к окну, заложил руки за спину. – Мне надо побыть одной, – выдохнула я и, направившись к двери, напомнила: – Про пистолет я не шутила. И телефон мне тоже нужен. – Тася, – окликнул папа и, подойдя к столу, открыл ключом один из ящиков. Выложил на стол небольшую коробку и кобуру с пистолетом и, поманив меня рукой, попросил: – Возьми. Телефон новый, для тебя купил ещё месяц назад. Пистолетом когда-нибудь пользовалась? – Нет, – отозвалась, беря в руки тяжёлый холодный металл. – Смотри, – начал пояснять папа, тут же демонстрируя последовательность действий: – Магазин вставляешь вот так, это затвор, предохранитель, потом вот так. Поняла? – Да, – пролепетала задушено. – Хорошо, – наклонившись, папа поцеловал меня в лоб и тихо добавил: – Будь осторожна. Схватив неожиданные подарки, выскользнула из кабинета и почти бегом понеслась к себе в комнату. Следующий по пятам охранник не отставал и в отличие от меня даже не запыхался. Прикрыла за собой дверь и, погасив верхний свет, оставила включенной только лампу у кровати. Спать не смогла. Облокотившись спиной о подушки, разглядывала пистолет, повторяя показанные отцом действия, пока не запомнила весь процесс приведения оружия в боевую готовность. Уверенности, что смогу воспользоваться пистолетом не ощущала, но с ним чувствовала себя намного спокойней. Потом пришла очередь телефона. Очень навороченный, модный, абсолютно новый. Вставив сим-карту, тут же набрала номер мужа, но бездушный робот сообщил, что абонент не в сети. Сдалась я только после нескольких десятков попыток дозвониться. Написав сообщение, что это я, прижала телефон к груди и, свернувшись калачиком, уснула. Утром меня разбудил стук в дверь. Подорвавшись, первым делом схватила телефон, но, не обнаружив ни сообщений, ни звонков, протяжно вздохнула. Прошло почти четыре дня с моего исчезновения, и Тамир, похоже, тоже исчез. Переживала, что он попал в переделку из-за меня, но в то, что к его молчанию был причастен папа, верить не хотела. – Доброе утро, – не дождавшись моей реакции, в дверь заглянула служанка и, поняв, что я не сплю, подошла ближе, торжественно сообщив: – Вас жду в общей столовой. – Зачем? – буркнула опешив. – На завтрак, – пояснила девушка и, подойдя к большому шкафу, раздвинула створки, вежливо интересуясь: – Какой наряд предпочтёте надеть сегодня? – Кх-м, а-а-а… – подошла и, растерянно уставившись на забитый вещами шкаф, пожала плечами. – Не знаю, выбери сама. Судя по всему, вчера вечером, пока я общалась с папой, сюда принесли гору вещей, белья, аксессуаров и украшений. Пройдя в ванную, приняла душ и, свернув волосы в высокую шишку, вернулась в комнату. Надев выбранное служанкой бельё и платье, незаметно сунула в потайные карманы телефон и пистолет. Нацепила лёгкие балетки и, отказавшись от предложенных браслетов и серёжек, попросила удивлённую служанку проводить меня в столовую. В просторной комнате за накрытым столом оказались только женщины. Заметив моё появление, Самия отставила недопитый кофе и, демонстративно фыркнув, встала и ушла, задрав подбородок и поджав губы. Сводная сестра проводила свою мать взглядом и, вернув всё внимание моей персоне, нахмурилась. – Привет, – устраиваясь напротив, поздоровалась я и, потянувшись за тостом, уточнила: – Ясмин, верно? – Можешь не запоминать, – огрызнулась девушка и, скрестив руки на груди, намекнула: – Думаю, надолго ты здесь не задержишься, а общаться с тобой в будущем я не… – Папа тоже так считает? – парировала я, отпивая ароматный чай. – Как раз папа об этом и позаботился, когда тебе жениха искал, – оскалилась сестрёнка и, окинув меня презрительным взглядом, прошипела: – Вот только нашёл того, кого я себе в мужья хотела. – Жениха? – опешила я и, перестав жевать, громко сглотнула. – Ну да, – фыркнула Ясмин, тут же заметив: – Тебе же уже восемнадцать? А мне только семнадцать. – Но-о… – Только знаешь, сестрёнка, – последнее слово она процедила сквозь зубы, демонстрируя мне своё истинное отношение. – Никогда тебе не прощу. – Чего? – всё ещё пребывая в шоке, проблеяла я. – Ни чего, а кого, – огрызнулась она. – Он мне действительно нравится, а замуж за него отдадут тебя. И вот за что мне такая судьба? – Кто, он?! – уже злясь, рявкнула я. – А, то есть имя жениха папа тебе ещё не сообщил? – исказив голос, мурлыкнула Ясмин. – Да какого жениха?! – вскочив, взвизгнула я и, ткнув в сестру пальцем, рявкнула: – Я замужем, и мужа очень люблю. – Замужем? – лицо девушки вытянулось, а потом, расплывшись в улыбке, сестра пролепетала: – Это правда? – Правда! – рявкнула я и, направляясь на выход, прорычала: – И пора папе напомнить об этом. – Стой, глупая, – Ясмин догнала меня и, схватив за локоть, вкрадчиво затараторила: – Нельзя к нему. Папа важного человека ждёт. – Ну и пусть… – Смотри, разозлится, – предупредила она. – Я уже разозлилась, – шикнув на сестру, развернулась и поспешила к кабинету отца. Стоящий у дверей охранник как раз общался с кем-то по рации и моё вторжение предотвратить не успел. – Какой жених?! О ком говорит Ясмин?! – громыхнув дверью, заверещала я. – Дочка, ты не вовремя, – оторвавшись от изучения каких-то документов, улыбнулся папа. – Я не уйду, – предупредила решительно и, шагнув ближе, выпалила: – Я замужем, и я люблю мужа! Слышишь, папа?! Люблю!.. – Ты впервые назвала меня папой, – встав, он приблизился и, сжав руками мои предплечья, проурчал: – Спасибо, дочка. – Не меняй тему, – огрызнулась я, тут же рявкнув: – Я не откажусь от мужа, и за другого не выйду. Так и знай! – Тамир исчез, – помрачнев, папа вздохнул и, отступив на пару шагов, развёл руками: – Я делаю всё, чтобы… – Исчез?! Ты знаешь, кто он? Ты?.. – из глаз брызнули слёзы. Помотав головой, я начала отступать, шипя сквозь зубы: – Если это ты… если он из-за тебя… Не прощу! – Я найду его, – нахмурившись, папа глянул на дверь и, быстро приблизившись, схватил меня за локоть. Подвёл к высокому зеркалу, расположенному между двумя стеллажами и, развернув лицом к себе, спросил, глядя в глаза: – Веришь мне? – Нет, – ответила честно. – Тогда самое время учиться доверять папе, – добавил он и, нажав на раму зеркала, открыл проход в скрытую каморку. Подтолкнув меня к тайнику, настойчиво попросил: – Пожалуйста, веди себя тихо, не выдавай своё присутствие. – Но-о, – глянув в тёмный проём каморки, судорожно сглотнула. – Дочка, я обещаю, что всё выясню и найду Тамира, – пообещал папа. Толкнул меня внутрь комнатки и, закрыв проход зеркалом, подмигнул отражению. Повернулся к двери, в которую как раз кто-то постучал, и громко позволил: – Входите. – Доброе утро, господин Фархат, – услышала я заискивающий голос и, увидев посетителя, закрыла рот рукой, сдерживая рвущиеся наружу эмоции. – Дамир, рад, что ты смог приехать так быстро, – сдержанно улыбнулся папа и, пожав гостю руку, указал на диван. – Садись, есть важный разговор.