Глава 14

Вера

Я бросаю вещи, которые укладывала в сумку и, позабыв о своей…фобии, быстрым шагом иду в детскую. Там я вижу встревоженного Руслана, что качает на руках капризничающую Ангелину.

– Что случилось? – спрашиваю, протягивая руки к малышке. – Позволишь ее осмотреть?

– Она проснулась от того, что закашлялась. Я подумал, что Ангел поперхнулась слюнями. Но она канючит…Раньше такого не было, – судя по тому, как он напряженно следит за мной, молодой отец встревожен не на шутку.

Прикасаюсь к Ангелу и сразу понимаю, что она горячая.

– Так, давай сюда термометр и готовь все медикаменты, что есть в доме. И принеси мой телефон.

– Телефон зачем? – недоуменно интересуется Руслан, доставая из комода небольшой чемоданчик. Ого, а отец действительно подготовлен! Чего там только нет: начиная от небулайзера, заканчивая простым лекарством от температуры.

– Затем, что я позвоню знакомому педиатру, и она придет и осмотрит малышку, – отрезаю, беря термометр из «волшебной» коробочки.

Он буквально моментально загорается красным. Тридцать восемь и один. Черт, так и знала, что ребенок подхватит инфекцию!

– Что теперь делать? – спрашивает Руслан.

По его лицу можно легко прочесть – он переживает не на шутку. И в любой момент может сорваться. Я очень хорошо знакома с такими родителями, им просто нужно давать четкие указания, что следует делать.

– В моих контактах в телефоне найди «Евгения Михайловна», это педиатр, один из лучших в городе. Набери ее, – а сама тем временем снимаю с малышки маечку и подгузник.

– А почему ты ее сама не осмотришь?

– Потому что я – детский хирург, а не педиатр! Лучше в этом вопросе довериться профессионалам своего дела, – произношу и прикусываю язык. Но Руслан, кажется, не заметил моей оговорки.

– Зачем ты ее раздеваешь? – летит следующий вопрос. Отец Ангелины непонимающе смотрит, но, видимо доверяет мне и строго выполняет мое указание: в трубке уже раздаются гудки.

– Верочка, дорогая, здравствуй! Так рада тебя слышать! – раздается веселый голос бывшей коллеги.

– Я тоже очень рада вас слышать! Но не буду отнимать у вас много времени, я по делу. Евгения Михайловна, мне потребуется ваша профессиональная помощь.

– Но милочка, это скорее ты мне поможешь когда-нибудь, а не я! Это ты…

Но я некрасиво перебиваю ее, не давая возможности продолжать и бередить старые раны.

– Евгения Михайловна, я неверно выразилась: дочери моего одного хорошего…знакомого, – бросаю взгляд на Руслана, что стоит рядом с голенькой Ангелиной на руках и впитывает каждое мое слово, – требуется ваша помощь. Ей девять месяцев, у нее температура тридцать восемь с копейками и кашель.

– Ну, это же банально, Верочка. Вы не хуже меня знаете, что это или вирус, или простуда. Классика, – весело произносит Евгения Михайловна, даже не представляя, что творится у меня в душе на настоящий момент.

– Девочка заразилась от меня, – произношу, вновь замеряя температуру. Спадает, медленно, но все же. Уже хорошо.

– Ну, тогда тем более! Посмотри горло, послушай легкие…С этим даже студент справится, не то, что ты!

– Евгения Михайловна, я…не могу. Правда, не могу, – произношу сдавленным голосом, прикрывая глаза, чтобы не дать моей боли вырваться наружу. Пытаясь усмирить мой персональный ад.

– Так и не отпустило? – уже серьезно и тихо говорит коллега с нотками сочувствия в голосе.

Я молчу, но думаю, что она понимает меня без слов.

– Мне очень жаль, моя хорошая. Не представляю, что тебе пришлось пережить…Конечно, я приеду. Диктуй адрес.

Уточняю у Руслана номер квартиры, и передаю Евгении Михайловне.

– Буду через тридцать минут.

– Спасибо вам огромное.

– Да не за что, моя хорошая.

Прекращаю разговор и перевожу взгляд на встревоженного отца.

– Доктор приедет через полчаса.

– Почему ты больше не работаешь по специальности? – неожиданно выпаливает Руслан, осматривая меня внимательным и цепким взглядом.

– Это личное.

– Поделишься когда-нибудь?

Я в силах лишь отрицательно помотать головой.

– Не думаю.

Потому что я не настолько сильная, чтобы указать моим чертям на их место.

– Мне кажется, она как будто ненамного, но прохладнее, – переводит тему этот понимающий мужчина.

– Да, температура спадает за счет того, что мы ее раздели. Сейчас можно отпаивать ее компотиком, водичкой, но пока не давать никаких препаратов, чтобы не испортить клиническую картину.

Так мы и поступили, болтая до прихода Евгении Михайловны на отвлеченные темы.

Руслан врачу понравился с первого взгляда, это я понимаю сразу же по тому, как она с ним разговаривает: серьезно, все объясняя и показывая. Ну, а про Ангелину и говорить нечего – она очарует любого.

– Ну, как я и говорила, ничего серьезного у вас нет: легкие чистые, температура, потому что горло красновато. Как только с ним получше станет, температура сразу спадет. Но уверена, Верочка, что ты бы и без меня прекрасно справилась! – Евгения Михайловна смотрит на меня внимательным взглядом, от которого я тушуюсь и не могу смотреть ей прямо в глаза. Но с другой стороны…я больше не профессионал, и даже не врач. Да и рисковать здоровьем чужого ребенка не имею права…

– Я бы сама не справилась, – отвечаю тихо, надеясь, что коллега поймет скрытый смысл моих слов.

И эта чуткая женщина все понимает. Она просто притягивает меня в свои объятия и тихо шепчет на ухо:

– Ты, главное, не пропадай. Не замыкайся в себе. И знай, что мои двери для тебя всегда открыты.

И, резко отстраняясь, говорит уже по большей степени для Руслана:

– Ну, что, молодые родители. Не отчаивайтесь, не пугайтесь, все дети болеют, это нормально. Вот вам список моих назначений. Если все будете делать по нему, через два – три дня наступит улучшение. Всего вам доброго.

– Спасибо огромное, Евгения Михайловна. Вы действительно лучший педиатр! – Руслан едва ли не ручки целует врачу, а она все в меня глазками стреляет: мол, не упускай, Верочка, свое счастье.

Нет, Евгения Михайловна, к сожалению это не мой роман…

Когда дверь за врачом закрывается, я оборачиваюсь к Руслану и внимательно смотрю на него. Когда болела, я не замечала, но сейчас проявились все признаки усталости: красные глаза, круги под ними, небрежный общий вид.

– Так, ты иди, отдохни, тебе надо поспать, а я покараулю Ангела. Побуду с ней. Дам лекарства, накормлю и уложу спать. И буду следить за ней.

Руслан молчит, смотрит на меня не отрываясь, в упор. От такого взгляда становится не по себе, но я стойко его выдерживаю.

– Справишься? – тихое и серьезное. И я совсем не обижаюсь: он – отец, ему положено волноваться за самое дорогое в его жизни. Но вот его вопрос…Но на этот раз я отвечаю, не колеблясь:

– Справлюсь.

Я смогу. Я должна. Тем более, когда Руслан доверяет мне Ангела: кивает и идет в спальню. На этот раз у меня нет права на ошибку…