Глава 3

Сабина

Касание. Вздрагиваю, кусаю губы.

Смотрю на макушку мужчины, а потом он впивается в мою грудь ртом, до боли засасывая сосок, покусывая его. Из меня вырывается неконтролируемый стон удовольствия.

Боже мой, как же я соскучилась по нему. Его дикости, ярости, его голоду. По этим прикосновениям, по жажде обладать и никому не отдавать.

Трогаю его волосы, но Матвей отталкивает, сжимая мои ребра пальцами и поднимая, оставляя на теле мокрые следы поцелуев, спускаясь на живот. А у меня внутри за секунду все сдавливает и стягивает от дикого желания.

Резко опускает, разворачивает к себе спиной, упираюсь руками в холодный металл двери, слышу, как рвутся трусики, последняя преграда для Матвея. Промежность обдает прохладным воздухом, он хочет причинить мне боль, но не представляет, как хорошо от его прикосновений.

Мнет ягодицы, шлепает, оставляя на коже ожоги, а когда его пальцы накрывают промежность, уже возбужденную и влажную, я слышу, как он рычит, действительно, словно дикий зверь, добравшийся до своей добычи.

У меня подкашиваются ноги, я голая в камере заключенного, тело горит огнем от желания, с Матвеем я позволяла себе все. Секс в любом месте, позе, в любом его проявлении. Я была им одержима, я любила его, ревновала, я и сейчас все еще люблю этого зверя.

Секундное замешательство, горячая ладонь на спине, а дальше без какой-либо стимуляции, он просто входит в меня своим огромным членом одним резким движением. Заполняя полностью, врезаясь так глубоко, что перехватывает дыхание, а из груди вырывается громкий крик.

Царапаю ногтями металл двери, прогибаю спину, принимаю толчки. А сама при этом изнемогаю от желания. Теку, кричу, Матвей увеличивает темп, но через какое-то время замедляется, выходит почти полностью, шлепает по ягодицам.

— Сука, течешь на мне, как последняя сука! На враге моем так же текла? Так же ему давала?

— Нет, нет, Матвей… нет, только с тобой так, только с тобой. Пожалуйста, еще… еще… а-а-а-а…

Прошу сама не знаю чего. Чтобы взял меня сильнее или чтобы опустил?

— Я дам тебе много, много своей спермы, обкончаю и искупаю тебя в ней. Ты будешь не слезать с моего члена сутками и засыпать с ним в своей киске.

Пошлые разговоры заводят меня еще больше. Я сама не понимала, что со мной происходило рядом с Матвеем, но я была снова одержимой, голодной или заколдованной этим мужчиной.

Он заполнил все мое пространство. Все мысли. Он не отпускал меня ни на шаг от себя, а я не пыталась уйти. Я только тянулась, понимая, что становлюсь зависимой, растворяясь в этом человеке.

Мы познакомились случайно. Я ждала в кафе подругу, она не пришла, я взяла навынос кофе, вышла расстроенная, что-то писала в телефоне и наткнулась на мужчину. Он в это время вышел из машины и шел в это же кафе.

Вздрогнула испуганно, вылив на него и на свое белое пальто кофе, а потом посмотрела в его глаза и, кажется, уже тогда пропала.

Это было начало мая, я тогда встречалась с другим человеком, он был старше меня. Не знаю, почему меня всегда тянуло на какие-то странные отношения, словно я пыталась добиться для себя больше внимания со стороны мужчины.

Мой отец никогда особо не обращал на меня внимания и не занимался мной. Я даже ходила к психологу, он-то мне все объяснил, почему я так ищу любовь, но легче не стало.

И в тот момент, когда я посмотрела в глаза Матвея, он улыбнулся, подмигнул, а я поняла, что пропала. Хотела уйти, извинялась, что нехарактерно для меня, я всегда была девчонкой резкой и дерзкой, могла сама кого угодно отшить или отпустить пошлую шуточку.

Матвей взял меня за руку и, не отпуская, повел по улице вперед, завел в первый попавшийся бутик, кстати, недешевый, и купил новое пальто, приказав испачканное выкинуть.

С того дня целый месяц мы не расставались. В этот же вечер у нас случилась первая близость, и тогда я потеряла счет тем оргазмам, которые получала. Матвей знал, как управлять моим телом, куда надавить, как целовать.

Крепкий, привлекательный, идеальное тело было покрыто красивыми татуировками. Наглый, опасный, дикий зверь.

И вот теперь я в клетке наедине с этим зверем.

Получаю резкие глубокие толчки, понимаю, что больше не могу, что меня накрывает первая волна оргазма. Пытаюсь свести ноги, тело начинает трясти, внутри взрывается огненный огромный шар.

Я кончаю. Трясусь. Матвей вынимает член. Я сквиртую, жидкость стекает на пол, а я плачу от того удовольствия, которое меня накрывает, и кричу, срывая голос.

— Сука! Какая же ты дрянь! Сука, даже сейчас кончаешь на моем члене!

Мужчина делает несколько болезненных и резких шлепков по ягодицам, продлевая мой оргазм, он и проносится волной по телу. Насаживает на себя, поднимает за бедра, впиваясь в бедра пальцами, начинает неистово трахать.

Член увеличивается, я это чувствую, все еще продолжаю сокращаться внутри мышцами, а когда Матвей кончает, ловлю свой второй оргазм от того, как теплый поток спермы разливается глубоко внутри меня, причиняя боль и невыносимое удовольствие.

— Ненавижу тебя, ненавижу и все еще люблю, готов убить, чтобы не чувствовать это.

Не выходит из меня, опуская на пол, ноги не держат, Матвей прижимает меня к себе, кусает шею, плечи. Мои соки, смешанные с его спермой, стекают по бедрам, он мнет грудь, перекатывая между пальцев твердые соски. Член мужчины все еще тверд, он снова начинает двигаться.

— Я обещал, что не буду вынимать свой член из тебя сутками, так и будет, моя непослушная неверная малышка.