Глава 4

Матвей

Снимаю девушку со своего члена. Мое дыхание учащается, а в висках пульсирует кровь. Запускаю руку между ее ног, ласкаю промежность. Она влажная, и я чувствую, как наши соки смешиваются, стекая из ее влагалища.

Проникаю внутрь двумя пальцами, ощущаю жар. Затем я начинаю тереть пальцами ее клитор, чувствуя, как он становится твердым. Сабина вскрикивает, встает на цыпочки и царапает ногтями металл двери.

Я помню все ее эрогенные зоны и то, что ей нравится. Я усиливаю трение, и Сабина срывается в еще один оргазм, хоть и не такой сильный, как предыдущий.

Моя девочка, она только моя. Если кто-то посмеет ее тронуть или даже просто посмотреть в ее сторону, я задушу, убью его, вырву кадык.

Я долго готовился к этому шагу и тщательно планировал свои действия. Мне пришлось подкупить многих людей и заплатить им. Кроме того, во время судебного процесса я находился в другом месте, где было больше ограничений и меньше свободы.

Да, полгода — это долгий срок, но я был готов ждать. Мои люди отлично справились с задачей. Никто не осмелился сопротивляться. Ни ее новый муж, которому я готов был выстрелить в висок за предательство, ни ее отец, погрязший в коррупции и воровстве.

Я заплатил крупную сумму за компромат, который оказался у меня в руках. Часть этих документов он уже получил по почте.

Свобода, положение в обществе и собственная жизнь имеют высокую цену. Возможно, они даже забудут о своей дочери, кто она такая и где сейчас находится. Посмотрим, что для них важнее: собственная жизнь или деньги?

Они лживые и корыстные люди, а я бы все отдал за эту девочку. Можно сказать, я уже сделал это не раздумывая. Наконец-то она рядом со мной.

Сабина дрожит. Я беру ее на руки и несу на кровать. Кровать хоть и не двуспальная, но достаточно широкая, чтобы мы оба могли на ней поместиться. Моя малышка в смятении, она тяжело дышит и, кажется, вот-вот потеряет сознание.

Укладываю, начинаю покрывать идеальное тело поцелуями, прикусывая кожу, оставляю на ней отметины. Да, я обещал, что она будет ходить с моими метками еще долго.

В нашу первую встречу уже вечером мы занялись сексом. Я не мог оторваться от нее и не хотел отпускать.

Если честно, я был поражен тем, насколько она откровенна и открыта. Сабина кончала так ярко и просила еще. Девушка делала все без стеснения и комплексов, и это даже вызывало у меня ревность к тем, кто был у нее до меня. Я понимал, что она уже не девочка.

А потом нас закружило словно в водовороте. Я погрузился в ее бездонные глаза, теряя голову.

Я дарил ей оргазмы везде, где только можно. Она же хотела меня, брала мой член в рот и глотала всю сперму, когда я кончал.

Безумие. Никогда меня так не накрывало. Решил, что женюсь, куплю дом, займусь легальным бизнесом, детей кучу наделаю. Так и представлял ее беременную и не менее желанную.

Несколько минут терзаю грудь, поднимаюсь выше, сжимаю щеки пальцами, заставляю посмотреть на себя.

— Это только начало, дорогая. Начало нашего веселья. Как вам наша первая брачная ночь? Хочу, чтобы вы знали: то, что вы сегодня вышли замуж и поставили где-то свою подпись, ничего не значит. Этого ничего не было. Вы только моя.

Я тяну Сабину с кровати на пол. Она начинает сопротивляться.

— Нет, пожалуйста, Матвей, отпусти меня. Так нельзя. Это неправильно. Я тебе все расскажу.

— Я не хочу ничего слышать, а ваш ротик я сейчас займу более интересным делом. Давайте, как вы это умеете, как вы любите сосать член. Я помню, как вас было не оторвать от моего. А Славику своему тоже отсасывали?

— Матвей, не надо. Пожалуйста, не обижай меня. Я ничего не делала. Я просто… Я любила тебя, всегда любила. Я просто тогда испугалась. Себя, своих эмоций, чувств — и сбежала. Я не знала, что со мной было, а потом еще папа такое про тебя рассказал, ужасные вещи.

Девушка стоит на коленях, обнаженная, по щекам текут слезы, а я любуюсь ее наготой и возбуждаюсь. Волосы струятся по плечам, соски торчат.

Снял футболку и штаны, отбросил одежду в сторону и начал ласкать себя, обхватив рукой член. В тот момент я думал, что она любит меня, но через месяц она исчезла, сбежала, а потом мне стало известно, с кем и куда она ушла.

Я хотел найти ее, но меня быстро нашли и увезли, надев наручники.

— Давай, давай, малышка, открой свой ротик, потом расскажешь.

— Матвей…

— Молчи, лучше молчи, Сабина, хочу убить тебя, но не могу, не поднимается рука. Возьми его в свой сладкий ротик. Покажи, как ты умеешь.

— Нет! Отвали от меня! Я не буду унижаться! Отвали! Можешь сразу убить меня. Но я не вру, я любила тебя! Я и сейчас люблю!

Отползает к двери, кусает губы, стирая ладонями слезы. Какая же она красивая сейчас, гордая, да, моя малышка гордая. Не прогнется даже подо мной. Вот за это и люблю ее.

— А если я на самом деле выкину тебя в соседнюю камеру?

— Да пошел ты! Это ты меня бросил, а не я тебя! Это ты не дал о себе знать и пропал неизвестно где! Если бы ты любил меня, то нашел. Значит, я была тебе не нужна!

— Так я пропал, потому что отец твой с Дмитриевым меня подставили, и я сел!

Кричу, срывая голос, Сабина зажимает уши, сгибается к полу, плачет, а мое сердце обливается кровью, не могу это слышать и видеть. Думал, накажу ее, а наказываю сам себя.