Глава 11. Книга спящих 2. Эксперимент.

Уже неделю я сижу в своём кабинете и штудирую книги по легилименции. Упорно, трудоёмко, продираясь сквозь заумный текст, но стараюсь. Стоит вспомнить произошедшее, как вновь передёргивает от отвращения.

Жизнь за пределами моего кабинета била ключом. Ритуал прошёл быстро, куда быстрее и проще, чем призыв домового эльфа. И первое, что сделал Сайрус, — выпил Вересковый мёд. В магическом зрении у него виднелись небольшие трещинки. Да, зелье ему помогло. Трещины затянулись, трубки каналов уплотнились, а само ядро совсем на миллиметр, но увеличилось. С последним не уверен, возможно, это последствия лечения. И да, зелье он выпил сам, я ему ничего не приказывал. Стоило нам увидеть результат, Чарли, воодушевлённый, побежал готовить порцию для себя. Я же позвал Курта.

— Выдай ему одежду, комплект ухода за собой и приготовь комнату. Слушаться в рамках разумного, только необходимое. — После повернулся к Сайрусу. — Запрещаю причинять вред обитателям замка. И не пытайся сбежать.

— Это всё? — напряжённо спросил он, видя, что я развернулся, чтобы уйти.

— Делай, что хочешь, — бросил, не обернувшись. Меня от него воротило. Он выпил пробное зелье, я обеспечил ему лучшие условия заключения. На этом всё, видеть мужика, трахнувшего мне мозг, не хотелось.

Так уже неделю я сижу в кабинете. Счастливый Чарли, которому Вересковый мёд помог, варит зелье для других сидельцев. А чем занимается Сайрус, я вообще не в курсе.

Стук в дверь оторвал от медитирования. Я усиленно пытался очистить разум, как советовал учебник, но даже практика медитации не слишком помогала. Что-то я делаю не так.

— Вы позволите? — На пороге появился Сайрус. Зря я про него вспомнил.

За неделю он изменился. Подстригся, побрился, привёл себя в порядок. Теперь это был худощавый мужик лет пятидесяти, может, больше. Седые волосы, всё ещё впалые щеки, но выглядит бодрее. Чёрные брюки, туфли, пиджак и строгая рубашка. Понятия не имею, зачем он выбрал такой костюм. Я одевался в простые штаны, домашние туфли типа мокасин и свободную кофту или свитер. Чарли предпочитал всё то же, но более классического вида. Называя мои кофты «босяцкими», под свитер надевал рубашки, но выглядел также по-домашнему. Потому Мелстоун на фоне нас с Блэком выглядел этаким дворецким.

— Ты что-то хотел? — Ладонью указал на место напротив. Мне нравился этот чайный столик у окна. Думал, это поможет медитации. Полагаю, разговор намечается долгим. Так как Сайрус сразу не высказал, что хочет, а мнётся у порога.

— Я уже в достаточной мере восстановился, — маг опустился в кресло. — И полностью здоров.

— Рад за тебя. — Я всё ещё не понимаю, к чему он клонит.

— Когда мне приступать к своим обязанностям? — И вид такой, словно одолжение делает. На лице скорбь и самоотверженность. Ну охренеть, принц в изгнании.

— Каким обязанностям?

— Вы, кажется, не до конца понимаете, — окончание он произнёс с трудом, — что теперь я ваш раб.

— Я прекрасно это осознаю. Я вижу нити сил и вижу связь между нами. И знаю, что могу одной мыслью сделать с твоим ядром, каналами, магией и телом всё, что угодно.

— Тогда я не понимаю! — Сайрус не выдержал, вскочил на ноги. Отошёл к окну, две секунды подумал. Вернулся обратно. Ну что за эмоциональный старик. — Почему вы... Я бы...

— Что? Ты бы уже воспользовался этим правом и придумал бы мне парочку казней? — Предположил я и, глядя в бесцветные очи, понял, что попал в точку.

Мужчина собирался что-то сказать. Но не смог, отвёл взгляд. Понятия не имею, о чём он думал. Я же рассмотрел его поближе. Глубокие тени под глазами, морщины и, думаю, не столько от старости, сколько от условий жизни. Несколько шрамов у шеи и на правой руке. Интересно, что заставило его стать убийцей? Я даже не знаю, кем он был и как жил раньше. И вот это великовозрастное чудовище теперь моя ответственность? Не нравится мне думать о ком-то, кроме себя.

По прошествии трёх минут я понял, что гость задумался очень глубоко. А мне надоело его разглядывать.

— Курт, — позвал я. — Принеси нам чай.

Домовик появился со стандартным хлопком межмирового портала. Быстро организовал пару кружек, чайник и закуски. Сайрус даже не отреагировал. Только когда перед ним поставили горячий напиток, смог оторваться и поднять на меня взгляд.

— Вы правы, — несколько хрипло выдал он. Снова замолчал, но потом продолжил совершенно о другом. — Знаете, я родился в Лютном. Одна из девочек мадам Розметты не выпила зелье, или кто-то из конкуренток подменил его. Я даже не уверен, кто из тех женщин была моей матерью. И была ли она среди них. При борделе находился нелегальный приют для таких, как я. В основном отрабатывали кусок хлеба уборкой, готовкой, а иногда и телом. Находятся любители. Работницы борделя обычно сквибы или грязнокровки, которых погнали с родных краёв маглы-соседи, а в мире магии они не смогли найти себе место. Они называли себя волшебницами, но даже палочек не имели. Я мечтал вырваться из этой дыры. Дрался, учился где мог и у кого мог, любое знание приходилось выгрызать зубами. И как я ненавидел этих лощёных мальчишек, родившихся с золотой ложкой во рту. Как просто им всё даётся. Видя клиентов мадам, я видел цель, к которой нужно стремиться. И неожиданно я понял, что у меня есть преимущество перед всеми этими зажравшимися снобами. Я могу слышать мысли. Природный легилимент. Самый сильный на своё поколение.

Я не перебивал, хотя не знаю, зачем он мне это всё рассказывает. Вряд ли, полазив у меня в голове один раз, он проникся доверием. Да и на штатного психоаналитика я не похож.

— Войти в мир великих магов можно двумя путями, — продолжил меж тем Сайрус. — Первое — родиться аристократом или хотя бы в уважаемой семье. Второе — иметь уникальные магические знания. Я выбрал второе. Магический научный мир не такой большой, но принимает всех, у кого есть мозги и ядро. Сначала я стал подмастерьем, тонна моего труда и безумная удача. Хотя горбатиться у мастера пришлось не меньше, чем в борделе. Его я убил первым.

Я чуть не подавился чаем. Но вовремя сдержал постную мину.

— Чтобы про меня ни говорили потом, но своих подмастерьев я не использовал в качестве подопытных. Именно на таком эксперименте мне и удалось подловить мастера. Все его знания, наработки, книги и расчёты стали моей отправной точкой. И я занялся тем же самым. Сам получил звание, стал вхож в круги, появились деньги. И чем выше я поднимался, тем больше гордость затмевала мне разум. Человеческая жизнь не стоила и медяка в сравнении с моим признанием. А власть, что давала мне легилименция, пьянила. Я только сейчас, когда мне уже восьмой десяток, понял, что меня сгубила не моя неосторожность или глупость. Не жажда знаний. А жажда власти. Я привык видеть это в мыслях, привык испытывать сам. И да, поэтому я ждал этого от вас.

— Если ты за столько лет не встретил человека чести, в каком же дерьме ты всё это время крутился.

— Может, и встречал, да предпочитал не замечать. Слышать все мысли людей, но не слушать их. Я видел людей через моё представление о них. Пропускать всё только сквозь собственные доводы о них — разве не забавно? — Сайрус скривил губы в подобии улыбки. Ох уж мне эти стариковские философские разговоры. Хотя для мага семьдесят — это немного.

Когда средняя продолжительность жизни лет двести-триста. А у сильных магов — пятьсот-восемьсот. Есть и больше.

И я бы решил, что это он так ко мне в доверие втирается. Но точно вижу по каналам, что не врёт. Лгать хозяину после такого ритуала вообще невозможно. Ну и жуткий же ритуальчик. Хорошо, что исключительно добровольный. Никаких зелий или заклятий — вмешаешься, и не сработает. Если раб даже мысленно против, тоже не сработает.

— Но я всегда считал, что натура человека слаба. Легко поддаётся искушениям и может быстро испортиться. Пока не встретил вас. На самом деле, просмотрев вашу память о жизни здесь и пронаблюдав за вами неделю, я понял, что мои ожидания — это лишь мои ожидания. Но ломать картину мира сложно, особенно когда тебе семьдесят. — Сайрус отставил кружку, поднялся с кресла. Сделал шаг и опустился на одно колено. — Я приношу вам свои извинения за вторжение в личную жизнь и разум. Я готов понести за это любое наказание, милорд.

— Ты уже выпил зелье, мы в расчёте. — Как же неудобно, когда кто-то так стоит.

— В любом случае, я хочу помогать вам. Это моё добровольное желание. Я хочу увидеть, что вы, человек с честью, сделаете и как изменитесь, когда власти будет больше.

— Нашёл подопытного кролика, — пробурчал я. — С чего ты вообще взял, что я хочу принимать на себя какую-либо ответственность? Любая власть — это колоссальное количество сил, труда и забот.

— Большая часть аристократов живут медленно. Размеренно. Но вы слишком деятельный, что неизбежно приведёт к усилению влияния. Такой, как вы, не станет сидеть спокойно. Об этом даже ваш друг знает. Кстати, хотите знать, что мистер Блэк думает?

— Нет, не хочу, — рыкнул я, начиная злиться. — И встань уже.

— Как только скажете, что я прощён, милорд. И что вы позволите мне находиться рядом.

— Ладно, предположим, — И, понимая, что вредный старикашка не двигается, сдался, — хорошо. Я прощаю тебя. Не понимаю, что ты тут устроил, но пока ты никому не вредишь, можешь заниматься чем пожелаешь. И я искренне не понимаю, чем ты хочешь мне помочь.

— Благодарю, милорд. — Сайрус поднялся, глаза довольно блестели. Кажется, он правда принимает меня за какой-то экспериментальный материал. — А что до помощи. Я вижу у вас книги по легилименции. Поверьте, большая часть из них — сухая теория для обывателей. Я буду рад, если позволите научить вас этой тонкой науке. Далее, я знаю, что вы планируете излечить других заключённых. Вы уже подумали о правилах проживания их в вашем замке?

— Правилах? — Растерялся я. Как-то резво он взял быка за рога. Нет, я уже думал, что группа магов в одном замке может многое натворить от скуки. Но пока размышлял лишь о том, какое крыло выделить под спальни и чем можно скрасить досуг. В идеале — найти какую-нибудь работу. Даже в том мире заключённые работали, и не только потому, что государству нужны были вещи, которые они производят.

— Милорд, это кучка преступников, — Сайрус глянул чуть укоризненно. — Вы также оцениваете всех по себе. Но для такой категории людей нужны чёткие правила и строгое их соблюдение. Иначе они пожелают установить свои законы, и, боюсь, эти законы вам не понравятся. Так с чего начнём? Приказывайте, милорд.

Сайрус вновь поклонился. Я же несколько нервно выдохнул. План имеет смысл, у меня и самого крутились в голове схожие мысли. Но какого дракла! Этот старик даже не скрывает, что делает из меня свой социальный эксперимент. И кто тут раб?