Глава 10. Книга спящих.

— Куда ты сыпешь? — Возмущённая Рослин нависала над бедолагой Блэком. — Там три! Три унции написано.

— Я всё правильно перевёл! — упрямо рычал друг, нависая над столом.

Прошло несколько дней с тех пор, как я показал им пластинки и предположил, что это за зелье. И Чарли уцепился за эту идею. Ведь, судя по описанию, Вересковый мёд действительно должен как-то помочь ядру и каналам. Но мы ещё не знаем полного его воздействия на мага.

Сколько же они носились сначала с переводом, затем с ингредиентами. Бедный Курт таскался по всевозможным лавкам, теперь вот мучаются над самим варевом. Я предусмотрительно не мешал и наслаждался спектаклем. Всё моё зельеварение ограничилось парой уроков на пробу и варкой сносного бодроперцового. Но уж слишком это дело кропотливое и требующее внимательности.

В общем, я не мешал творить. Вплоть до момента, когда Чарли наконец-то создал зелье. В обновлённой зельеварне приятно пахло мёдом и цветами. Он аккуратно перелил золотистую субстанцию в колбу. Но закупоривать не спешил, вместо этого приподнял сосуд с намерением выпить.

— Стоять! — сразу пресёк это дело. Парень остановился, несколько растерянно обернувшись на меня. — Этот рецепт неизвестно с каких времён и неизвестно какого действия. Ты не будешь пробовать его первым.

— Но… — Чарли явно не терпелось.

— Нет, Блэк. У нас тут есть кучка магов в коме с проблемами в ядре. Рослин, среди заключённых ведь есть самый отпетый негодяй? Вот на нём и попробуем. Тобой мы рисковать не будем.

— Ты прав. — Помолчав несколько секунд, согласился он. Нехотя закупорил крышку.

— Не падай духом, — поддержала его Рослин, — ингредиентов с запасом, а надобно убедиться, что прочли всё верно и сварено по начертанному.

— Не будем откладывать, — поспешил я, пока он не передумал. — Рос, милая, где там твоя книга со списком сидельцев?

Талмуд нашёлся в маленькой комнатке охраны у самого подножия замка. Именно сюда попадают впервые, когда приплывают с большой земли. По идее, служители СИН* должны иметь здесь пост. Но нормальные люди предпочитают держаться подальше от дементоров и их жутких эманаций. В конце концов, когда зомбик хотел питаться, он не разбирал, заключённый перед ним или нет.

А потому охрана приплывала на лодке, заходила в эту сторожку, прикрепляла к книге бланк заключённого, закидывала его в камеру и плыла обратно. И уже с другого берега контролировала все заклинания: барьера и подачу пищи заключённым. Комитета по правам человека на них нет.

— Всего восемь человек, включая нас с Чарли. — Я, не отходя от стола, решил пролистать книженцию с толстенными обложками и скупенькими листами внутри. Бланк хоть и представлял собой целый листок, но говорил лишь об имени, сроке пребывания и статье нарушения.

— Магов мало, а рецидивистов среди них ещё меньше. — Чарли любопытствовал рядом. — Большинство нарушений — это штраф, исправительные работы, и, кажется, есть колония-поселение где-то в Уэльсе.

Ну да, а здесь маньяки, убийцы, политзаключённые и неугодные. Пролистывая страницы, я наткнулся на собственную. Так, срок службы. Вот статья. Сто вторая правового кодекса магической Великобритании. Разбой. Мда, информативно. Ну это ладно, но… Что? Это моё имя?

— Морфин Дмитрий Гонт-Годинов, — прочитал Чарли с некоторым недоумением. Что происходит? Да, я Дмитрий Годинов, распространённая фамилия, но в том оставленном мной мире. Здесь же я как оказался?

Черепную коробку прострелило. Голос. Голос того самого родственника с того света. Он хотел, чтобы я помог, но что он обещал? Не помню. Шёпот. «Забери! Не твоя нить, но умоляю тебя, брат!» Голос становился ещё тише и неразборчивее. Перед глазами встала мама. Добрая и тёплая. Поднимает руку, гладит, улыбается. Снова кадр из старой жизни — это горы, в которые мы ходили с экскурсией. Древние скалы, глубокая высота. С этой высоты на меня резко пикирует сова с двумя головами! Птичий крик! От неожиданности вздрогнул, с резким вздохом открыл глаза. И понял, что лежу. Когда я упал?

— Мор! Мори, ты как? — Чарли уже успел подложить мне что-то под голову. Скорее всего, он и не дал мне покалечиться при падении. — Ты что-то вспомнил?

— Маму, — выдал я самое безобидное. И откуда эти картинки взялись?

— И кто у нас мама? — Блэк помог мне подняться.

— Годинова Анастасия Викторовна, — всё ещё не до конца соображая, ответил я. Говорить про другой мир меня что-то останавливает, но мою речь и менталитет не скрыть. Ладно, пусть для этого мира я буду полуиностранцем. Всяко лучше, чем результатом инцеста, если судить по личности папаши. Да и врать Чарли не хочется. Тело английское, душа русская. Буду считать, что я половинка-на-серединку. — Какая-то муть привиделась. И, как видишь, я всё-таки наполовину русский.

— Это было ожидаемо. — Кивнул своим мыслям Чарли. — Можно будет заказать книги по геральдике. В том числе и иностранной. Может, найдёт что-нибудь о ней.

— Ты думаешь, мама была из известного рода? — фыркнул, вставая окончательно на ноги. Не думаю, что женщина из иного измерения здесь найдётся. А вот однофамильцев должно быть много. — Сомневаюсь. Может, она была простой ведьмой. Или не-ведьмой. Но я отчётливо уверен, что она давно не в этом мире. Кстати, Рослин, это охрана делает запись в бланке?

— Нет. — Полтергейст отчего-то переглянулась с Чарли. — Это твоя магическая подпись. Соответственно, имя настоящее. Оно автоматически меняется на всех документах, когда человек меняет статус. Например, девушка выйдет замуж и поменяет фамилию. И везде, где стояла её магическая подпись, фамилия также изменится.

— Странные чары, — а вот это я уже совершенно не понимаю, как работает.

— Министерство магии многое придумало, лишь бы хоть как-то контролировать волшебников, — пояснил Чарли. — Магов сложно держать в общности. Еду могут брать у маглов, одежду трансфигурируют, жить в чемодане — и как с таких налоги брать? Это мне отец всё рассказывал ещё когда я мажонком был.

— Ладно, политика — это безумно интересно, но у нас есть дело. — Я вернулся к книге.

— Ты уверен, что хорошо себя чувствуешь? Может, отложим?

— Всё нормально. — И, поймав прищуренный взгляд Блэка, добавил: — Я в норме. Даже голова не болит, правда. Мне и самому любопытно побыстрее глянуть на других обитателей нашего общежития. Рос, кто здесь самый отпетый негодяй?

— Полагаю, первая страница, — беззаботно ответила девушка. Но тут же встрепенулась. — Ой, ежеди* вы собрались испробовать зелье, то давайте другого узника.

— Почему? — Заинтриговала, если честно.

— У него есть проблемы с ядром. Но он единственный, кого я не усыпила, не смогла. Сам справляется.

— Ничего не понимаю. — Я пролистал в начало. Рядом сунул нос Блэк.

Имя: Сайрус Гордон Мелстоун. Статья: сто пятая, правового кодекса Магической Великобритании. Сто пятая, дробь два. Убийство двух и более лиц. Срок: пожизненное. Дата прибытия: третье сентября тысяча девятьсот пятнадцатого года. Материалов дела здесь, конечно, нет. Нет и другой информации, как возраст или личные данные.

— Он уже десять лет здесь сидит, — обратил внимание Блэк. — Ты уверена, что он без твоей помощи ещё в своём уме?

— О, поверьте, он в твёрдой памяти. Но всё же лучше выбрать другого. Сайрус опасен даже в нынешнем состоянии. — Тут она оглядела Чарли, затем так же пристально меня и показательно вздохнула. — И вы двое, конечно, меня не послушаете.

Мы обменялись ухмылками. Маг, способный десять лет выдерживать натиск дементоров? Да меня любопытство сожрёт. Он с повреждённым ядром, я уже могу что-то выдать в плане магии, есть Курт и есть мои стражи-дементоры. Это будет лёгкое и безопасное знакомство.

Именно так я рассуждал, поднимаясь на последний этаж замка. Последнюю камеру вывели также во внутреннестенном помещении. Однако лестница оказалась неожиданно узкой. Я шёл первым и, открыв дверь, первым увидел всё пространство. Эта камера заметно меньше, чем наши с Чарли. Она одна на этаже, и решётку поставили неудачно. Зато окошко больше, за счёт чего в комнате светлее.

Но мебели столько же: жёсткий топчан и унитаз. Десять лет в таких условиях — жуть просто. Сидельца я нашёл сразу, потеряться в этих квадратных метрах невозможно. Мужчина сидел на полу сгорбившись. Седые заросшие волосы на голове и бороде скрывали любые намёки на возраст и внешность. А тело лишь угадывалось тощими очертаниями сквозь пыльную серую тряпку, заменяющую ему одежду.

Он точно живой? Глаза закрыты, ни один мускул не шевелился, даже дыхания не замечаю. Я опустился на корточки, вглядываясь сквозь металлические прутья.

— Мистер Мелстоун, вы меня слышите? — зачем-то шёпотом спросил я. Впрочем, человек, кажется, спит, нечего его резко будить.

— Похоже на транс, — также прошептал Чарли за моей спиной.

— И как его теперь будить?

— Открывать камеру не советую.

— Думаешь? О… — тут я заметил, как Сайрус пошевелил головой. Пара секунд. Плотно сомкнутые веки резко распахнулись. На меня в упор уставились бесцветные, но явно недобрые очи. — Твою ж!

Утянуло резко! Словно по голове ключом прилетело. С бурным течением в мыслях стали проноситься обрывки памяти: книга охраны, зелье, пещера, Курт, дементоры, Рослин, Азкабан, Чарли. Я пытался управлять этим потоком, но казалось, захлёбываюсь в собственных воспоминаниях.

Обратный отсчёт в днях пролетал в одно мгновение. И остановился на моём первом дне в камере. Только с этой остановкой до меня дошло, что у меня в голове кто-то копается! Вторженец, словно переведя дух, нырнул вглубь, туда, где память ДО.

Нырнул и вылетел пробкой из бутылки! Нас откинуло друг от друга и в реальном мире. Сайрус с шипением схватился за голову и оказался у противоположной стены.

— С-ка! — Эта тварь меня отлегилиментила. Мерзость, словно изнасиловали!

— Что происходит?! — Чарли схватил меня за шкирку и потащил к дверям.

— Я скормлю его дементорам! — ору я. И правда намереваюсь позвать парочку. Попробуем зелье на ком-то другом.

— Стой! — Хриплый крик, похожий на карканье. О, у этого индивида голос прорезался. — Не надо. Я клянусь, что больше не причиню вреда.

— Поздно, дрянь, — прорычал я.

— Клятву. Я дам тебе вассальную клятву. Я согласен и на зелье, и на всё, что угодно.

— Право быть вассалом заслуживают, а не предлагают, — всё ещё дико злой, я сам не понимал, что несу. Но досадливо скрипнул зубами. Он ведь вообще всё просмотрел и знает, что произошло в замке за это время. Нет, с ним точно надо кончать.

Я развернулся к дверям. Вытолкнул Чарли первым, вдруг и его захватит. Меня спас лишь пространственный разрыв в памяти. Скорее всего, он считал лишь воспоминания тела, душа помнит больше, но он до неё не добрался.

— Рабом! — резко произнёс он, когда я уже сделал шаг за порог. — Я согласен на рабскую клятву.

— Ну да, ты-то здесь пожизненно.

— Зато ты на два года получишь раба. — Сайрус с трудом приподнялся. Грязными ладонями вцепился в решётку, помогая себе встать. — А учитывая, что этот замок теперь твой, ты получишь в этих стенах своего человека.

— Соглашайся. — Неожиданно подал голос Блэк. — Такими клятвами не разбрасываются. Это самое безопасное для нас. Не собираешься же ты правда его убивать.

Ну надо же чем-то иногда баловать дементоров. Тут Сайрус опасливо дёрнулся. Твою ж девизию, он даже сейчас меня слышит! Но, начиная успокаиваться, я и сам понимаю, что на убийство не способен. А вот оставить его здесь и вернуть всё как было — вполне возможно.

— Н-не надо, — прокаркал в ответ на мои мысли. Тощие пальцы сильнее сжали прутья. Говорил вкрадчиво, словно и сам на грани истерики или обморока. — Не оставляй меня здесь. Поверь, ты не пожалеешь. Я многое знаю и могу многому научить.

— В моё время такие клятвы были не редкость, — про Рослин, также присутствующую, я и забыл. — Я разумею точный текст, могу помочь.

Я медленно выдохнул. Кажется, эти двое уже всё решили. Вновь посмотрел в глаза Мелстоуну. Теперь заметил и трещинки морщин, и впалость щёк, заметную даже за длинной бородой, и общую тяжёлую, на грани отчаяния, изнемождённость. Ох, блин. Я выругался сквозь зубы. Надеюсь, я об этом не пожалею.

*СИН — Служба Исполнения Наказания.

*Ежеди — если (устар.).