Интерлюдия 3.

— Ставлю свою дохлую псину: в следующем году парламент возглавят лейбористы.* — Суровый голос мистера Локвуда звучал слегка поддато. В тесной кухоньке полутемно и дымно. Но как-то удавалось уместиться четырем друзьям.

— Не уверен, Додж. — Мистер Войсер отхлебнул из кружки и утер усатую физиономию. — Эти старые ублюдки не упустят своего.

— Если консерваторы удержатся, нам, простым работягам, жизни не будет. Попомни моё слово. — Мистер Порд согласился с Локвудом и дождался утвердительного кивка от последнего друга. Мистер Флави уже ничего не говорил, почти размазавшись по столу.

— Эй! Энти! — громко позвал Локвуд. — Там под полом еще бутылка! Тащи сюда. И побыстрее, поганец.

Энтони, сидевший в спальне и уже собиравшийся прокрасться к выходу, вздохнул. Теперь можно не таиться. Сунул ноги в старые ботинки, которые снимал, чтобы не было слышно шагов. На два размера больше, но так даже лучше. Отогнув половицу в их с братом комнате и нырнув в отцовскую заначку, вытащил пузатую бутыль.

Это хороший шанс свалить из дома. Пройдя на кухню и поставив ношу на стол, Энтони не стал возвращаться к себе, а прошмыгнул на улицу. Сегодня воскресенье. После утренней службы мать, прихватив младшего брата, отправилась на рынок. А отец, прихватив товарищей, оккупировал дом. Вообще-то мальчик должен сидеть и выводить в тетради текст молитвы. Но свой выходной хотелось провести на улице. Энтони скривился. Он и так ходит каждый день в школу при костеле и возвращаться туда еще и в воскресенье не имеет никакого желания. Сегодня улизнул чудом.

Стоило сойти с крыльца, как он перемахнул через изгородь и отправился в своё любимое место — на крышу одного из домов, к старой голубятне. Там открывался красивый вид на Темзу. Но если кто-то из почтенных матрон его заметит, то мало не покажется.

Город был большим и дымным. Пыхтели в небо мануфактуры, стучали колеса, а дома простирались до горизонта. Энтони Локвуд знал, что за последние годы Лондон очень сильно увеличился. Людям надоел этот пыльный и грязный центр, и все стремились в дома, в зеленую зону. Эссекс, Хартфордшир, Кент, Мидлсекс и Суррей. Эти графства почти полностью поглощены расширяющимися границами большой столицы.

Энтони нравился этот город. Глядя на него сверху, казалось, и ты мог попасть в эту шумиху. В центр всех событий. Увидеть что-то особенное. Сбежать от бедноты их рабочего района. От драчливого отца и сурово-набожной матери. Иногда он воображал, как его примут в университет. Или заметит какой-нибудь джентльмен из Сити.*

Да, ему всего девять, но он готов был работать, он многое может. Не был идиотом, любил учиться. Правда, их учитель, отец Фергуст, не очень ему нравился. Писать и читать он их, конечно, научил. Но католические молитвы уже поперек горла. Однажды ему попалась старая книга сказок. Нет, им и до этого рассказывали сказки: про поросят, про короля Артура. Но эта книжка надолго врезалась в память Энтони.

Книжка называлась «Тень».* Про мальчика Джеми, что решил пойти в ученики к страшному магу. Мама и папа Джеми пугали колдуном и пришли в ужас, когда он решил учиться у мага.

«— Нет, нет и нет! — отрезал отец.

— Нет, нет и нет! — сказала мать. — Разве ты не слышал? Говорят, что мистер Оррак — не кто иной, как сам дьявол.»

Джеми был не из пугливых и уже скоро стучал в двери магической башни. И мистер Оррак согласился обучать мальчика, но по условиям обучения были тринадцать пунктов. И тринадцатое правило гласило: когда ученики закончат учёбу, последний, кто выйдет из школы, останется у волшебника. Он будет принадлежать магу мистеру Орраку душой и телом навеки.

Джеми согласился и подписал контракт собственной кровью. И когда пришло время уходить, пошел на хитрость.

«А что же Джеми? Услышав колокольчик, он помедлил немного, прищурился на солнце и не спеша направился к выходу. Мистер Оррак со злобной усмешкой протянул было руку, чтобы задержать его.

— Руки прочь! — сказал Джеми.

— Что, что? — удивился мистер Оррак. — Как ты смеешь так разговаривать? У меня есть договор, скрепленный кровью. Последний, покинувший этот зал, принадлежит мне всецело и навеки.

— Но я не последний!

— Как не последний?! А кто же выходит вслед за тобой?

— Взгляните на пол, — сказал Джеми и спокойно шагнул к двери. — Неужели вы не видите, кто идет следом?

— Не вижу! — воскликнул мистер Оррак.

— Как не видите? А моя тень? Вот кто идет вслед за мной. Забирайте ее, мистер Оррак, она ваша. Счастливо оставаться и спасибо за науку.»

Так он пошел по свету, вырос, сделал много добрых дел и запомнился как великий волшебник Джеми, волшебник без тени.

Мама и отец Фергуст называют такие сказки дьявольскими. Они всегда говорили, что волшебства не бывает. А если Энтони увидит что-то необычное, должен неистово молиться, чтобы отогнать беса. Это очень пугало его. Ведь тогда окажется, что он и сам — зло.

Энтони нашел на каменном полу несколько голубиных перьев. Сосредоточился, чувствуя жар в теле. Перья поднялись на полфута. Закружились в воздухе. Секунда-вторая — и всё исчезло, перья спланировали обратно. Мальчик почувствовал легкую слабость, но внутренне ни о чем не жалел. Каждый раз так страшно это делать. И всё равно он продолжал, чувствуя виноватое, болезненное удовольствие. Словно его сила — это не проклятье демонов, а Дар. Хотелось верить.

— Это правда от дьявола? — спросил сам у себя, подобрав одно перо. — Я стану как тот страшный маг мистер Оррак? Или у меня получится стать Джеми? Что со мной вообще такое?

*В 1929 году и на последующие пять лет действительно выиграли лейбористы. Рабочий класс их всецело поддерживал: они ратовали за уравнение прав, медицину, образование, сокращение рабочих часов. Во многом эта партия опиралась на законы СССР, так как огромная масса рабочих и крестьян поддерживала коммунизм, так популярный в Европе после Первой мировой. Также пик популярности был позже, после Второй мировой.

*Сити — деловой центр Лондона. Как его часто называют, город в городе.

*«Тень» — реально существующая британская народная сказка. (Ссылка на полный текст: https://mishka-knizhka.ru/skazki-dlay-detey/skazki-narodov-mira/britanskie-narodnye-skazki/ten-shotlandskaja-skazka/)